Вам слово! Выступление без волнения

Но если вопрос интересует только того, кто его задал, надо предложить обсудить это в перерыве или после лекции — отдельно.

У меня недавно был такой случай в Школе кино и телевидения «Останкино».

В зале — больше 100 человек. Тема выступления — создание новых телевизионных проектов. Тема сложная, тем более что публика разношерстная настолько, что напоминает малокомплектную сельскую школу, где в одном классе учатся

ипервоклассники, и выпускники.

Яхорошо подготовилась: «живые примеры» на видео, веселая игра с призами — в общем, «спектакль» обещал пройти удачно.

Но! Сразу после вступления какой-то взрослый дядя встал

игромко спросил:

—А что Нина Зверева думает о современном телевидении, например о «Доме-2»?

Я секунду помолчала и решила, что вопрос вполне подходит к теме лекции. Начала отвечать, нарисовала на доске разные типы зрительской аудитории, в том числе такую, которая может с удовольствием смотреть подобные реалитишоу…

Но мужчина меня не слушал. Он с плохо скрываемым раздражением переждал мой монолог и снова спросил:

—Почему на нашем телевидении коррупция? Почему на работу можно устроиться только за деньги?

Публика заерзала в креслах, а я постаралась интуитивно понять, можно ли взять ее в союзники. И рискнула.

—Извините, это тема совсем другой лекции, — сказала

я.— Но я готова обсудить с вами этот вопрос отдельно, если вы дождетесь финала лекции о продюсировании. Ведь мы сегодня собираемся говорить именно о том, как создавать новые телевизионные проекты, и это полезно знать не только продюсерам, но и абсолютно всем членам творческого коллектива, а также тем, кто хочет работать на телевидении!

По реакции зала я поняла, что угадала общее настроение, и спокойно продолжила выступление, но мой «Глеб» не успокоился. Он с грохотом отодвинул стул, встал и громко сказал:

—Чушь! Я думал, Нина Зверева — честный журналист,

аона такая же, как все!

И вышел, хлопнув дверью.

Признаюсь, после такого обвинения справиться с эмоциями было трудно.

Но я понимала, что сейчас мои слова и даже интонация приведут меня либо к победе, либо к провалу.

Я выдержала паузу и сказала:

— Жалко человека, наверное, у него проблемы. Пожелаем ему устроиться на работу и обрести позитивный взгляд на жизнь. Иначе — беда…

И я плавно перешла к теме команды и к тому значению, которое имеет настроение каждого члена коллектива. Потому что телевидение — командная работа, это как волейбол, футбол или баскетбол. А тем, кто предпочитает такие виды спорта, как большой теннис или бокс, приходится в чем-то переучиваться. Главная задача продюсера, говорила я, заключается в том, чтобы найти людей, которые будут дополнять и поддерживать друг друга в любой ситуации…

После лекции ко мне подошли многие, и каждый хотел сообщить, что этот человек — их несчастье, он мешает слушать лекции и доводит некоторых преподавателей до слез.

Со мной ему не повезло. Но только сейчас я могу признаться, что у меня сильно стучало сердце и я в этот вечер долго не могла думать ни о чем другом, кроме как о человеке, который хлопнул дверью и ушел с моей лекции!

Как только прозвучит провокационный — или просто неожиданный для вас — вопрос из зала, не надо пугаться и делать вид, что ничего не произошло. Это слышали все присутствующие, а значит, они уже следят с трибуны, на чьей стороне окажется мяч и кто забьет гол в ворота. И отнюдь не факт, что они при этом будут «болеть» именно за вас.

Интересно, что «про время» помнят все, а вот про то, что надо умудриться «поймать» глазами каждого слушателя, — почти никто.

После записи на камеру я спрашиваю тех, кто сидит в зале: именно к вам обратился наш оратор или нет?

Кто-то отвечает утвердительно, кто-то сразу отрицательно мотает головой.

И тогда я показываю запись, на которой мы видим, что человек смотрел себе под ноги или, наоборот, устремился взглядом в потолок.

Ядумаю, что такое поведение вызывается волнением

исмущением. Человеку довольно сложно думать, говорить

иодновременно видеть глаза тех, кто его слушает.

Потому что чужие глаза всегда ГОВОРЯТ нам о чем-то. Мы интуитивно боимся увидеть в них равнодушие, апатию или явный протест.

Нет, уж лучше не смотреть в ту сторону! И взгляд уходит внутрь себя, а со стороны кажется, что человек смотрит в пол, или по сторонам, или в потолок. Если же спросить его — он никогда не скажет, куда он смотрел, ответит: «Никуда» — и это будет правдой.

Но если мы не смотрим в глаза нашим слушателям, то снижаем эффективность выступления более чем наполовину!

Надо быть очень мотивированным учеником, чтобы сидеть, записывать, слушать, думать и задавать вопросы человеку, который не желает тебя видеть!

При этом явной ошибкой будет и другое поведение, когда оратор «выбирает» для общения несколько человек в первом ряду, смотрит им в глаза, общается с ними, забывая о присутствии в зале других людей!

Наши глаза устроены невероятно грамотно — одним взглядом мы можем охватить весь зал, и каждый человек при этом может подумать, что оратор обращается именно к нему, к нему одному.

Этот прием прекрасно используют актеры. Сидите ли вы в партере или на самом далеком верхнем ряду — это неважно,

так как Евгений Миронов и Чулпан Хаматова играют Шукшина только для вас, и только ваши глаза видят их глаза…

Да, многие из читателей этой книги вовсе не хотят быть актерами и не считают нужным осваивать актерские техники публичного поведения. Но необходимо помнить, что путь к успеху почти в любой профессии так или иначе связан с коммуникациями. Вам не удастся отсидеться и отмолчаться, если вы хотите расти вверх и осваивать сложную науку управления людьми. Даже если ваша профессиональная деятельность сугубо индивидуальна, вам придется проходить интервью при приеме на работу или, по крайней мере произносить тосты за праздничным столом.

Как только начинается любое ваше выступление, сразу возникает вопрос: что выражают ваши глаза? Куда они смотрят?

У меня была однажды исключительно сложная ситуация, когда участники семинара сидели за большим квадратным столом.

Я не могла найти такую точку, чтобы видеть глаза всех присутствующих в зале. Мне предложили место во главе стола. Слева и справа люди сидели в одну линию со мной.

Выступление было очень ответственное, так как это был тренинг для членов республиканского парламента одной из российских республик. Люди сидели важные, привыкшие говорить, а не слушать.

Они — в большинстве своем — и не хотели слушать и относились к навязанному тренингу как к двухчасовому пустому развлечению.

Каково же было их удивление, когда уже на третьей минуте тренинга я сорвалась со своего «председательского» кресла

ипошла по кругу, за их спинами, внимательно вглядываясь в глаза каждого участника, и так обошла ненавистный стол несколько раз, пока у всех депутатов парламента не зажглись глаза!

Это как новогодняя елочка — надо зажечь лампочки глаз,

имир станет другим!

Я советую очень коротко и доброжелательно приветствовать глазами сначала весь зал (обычно это бывает несложно),

азатем внимательно вглядываться в глаза тех товарищей, которые не очень радостно настроены по отношению к вам и вашему выступлению.

Ах, они не хотят смотреть на вас! А вы задержите на них свой взгляд, и ваши глаза, как волшебный ключик, откроют эту дверь. Поверьте опытному человеку!

Если же к вашему доброжелательному и спокойному взгляду добавить капельку улыбки, то будет совсем хорошо. Улыбка — это доказательство доброго отношения, это приглашение дружить. На такое приглашение не откликнется только самый упертый участник собрания.

Но и на него есть управа: пригласите именно этого человека стать участником первой деловой игры и найдите, за что его похвалить, как его поддержать, — и он станет совсем другим.

Помните детскую игру в гляделки? Кто дольше будет держать взгляд, не моргнув ни разу, — тот и победитель! Я хочу предостеречь вас от того, чтобы вы слишком долго смотрели в глаза кому-то участников вашего тренинга.

Вы рискуете не просто вызвать у этого человека раздражение столь пристальным его изучением. Вы рискуете потерять всю остальную аудиторию, потому что слишком долгие «переглядки» с кем-то одним сразу вызывают огромный интерес у остальной публики и этот интерес может оказаться важнее темы вашего выступления.

Две-три секунды общения глазами подряд, не более. У вас есть другие слушатели, и их тоже надо держать «в тонусе». Ну

аесли у вас разговор тет-а-тет, я советую иногда занимать глаза какой-либо работой — можно порыться в листочках, можно что-то важное нарисовать или найти в компьютере, можно обратить внимание на какую-либо деталь комнаты и похвалить интерьер или цветы или понаблюдать за рыбками в аквариуме.

Великое чувство меры одним дается свыше, а другим приходится каждый раз определять эту «меру» на практике.

Как же это сделать? Да очень просто.

Я уверена, что атмосфера отношений между людьми всегда имеет свой градус, свою тональность, при этом не важно, сколько людей в комнате или зале — двое или 200. И если вдруг возникает напряженность — ее сразу чувствуете и вы,

ивсе окружающие.

Ачто делать, если вы совсем не умеете смотреть в глаза незнакомым людям? Смотреть прямо, открыто, весело… Значит, этому придется учиться.

Тренироваться лучше опять же на тех, кто хорошо вас знает. Поспрашивайте у друзей и родных — как вы смотрите им

в глаза, с каким выражением и насколько часто?

Проведите эксперимент — расскажите какую-либо историю двум-трем друзьям, не выделяя при этом взглядом ни одного из них.

Общее правило: надо внимательнее и активнее работать, в том числе и на уровне общения глазами, с теми, кто настроен не так доброжелательно, как другие. Если вы возьмете этих людей в свои союзники — в зале точно возникнут атмосфера доверия и желание с удовольствием получать новые знания. Что вам и требовалось!

Однако любой внимательный и доброжелательный взгляд должен поддерживаться верной интонацией и приятным звучанием вашего голоса. Он должен быть уверенным. Но…

Уверенно — не значит громко

Звучание голоса, его тембр играет важную роль. Повезло тем, кто от рождения имеет приятный голос!

Недавно подруга рассказала мне грустную историю о семье своих знакомых. Жена там сбежала от мужа с другим человеком, который вовсе не был таким хорошим и надежным, как оставленный муж. Оправданием ей служила всего одна

фраза: «У него божественный голос!» Ее возлюбленный пел в хоре им. Пятницкого, но так и не сделал певческой карьеры, а вскоре и вовсе стал работать в аэропорту. Он помогал заводить самолеты в ангары. И возлюбленная вскоре ушла от него, пыталась вернуть любовь мужа и брошенной дочери, но ничего хорошего из этого так и не вышло.

Божественный голос… Помните, как Одиссей привязал себя к кораблю, чтобы не поддаться пению сирен!

Видимо, наши уши тоже имеют право на каприз: хочу — не хочу, и, естественно, этот каприз имеет чисто физиологическую природу.

Нам трудно воспринимать верхние, визгливые нотки. Гораздо приятнее для нас бас, и чем он гуще и ниже, тем торжественнее и увереннее звучит голос.

О том, как работать над голосом, я довольно подробно писала в учебнике «Я говорю — меня слушают»1.

Советы простые: надо больше петь, записывать себя на диктофон и добиваться понижения тембра. Известно, что с помощью упражнений можно понизить голос на целую октаву!

Правило приятного низкого голоса относится как к мужчинам, так и к женщинам. Все просто: чем ниже тональность — тем лучше.

Очень важно обращать внимание на дикцию, особенно на точное произношение последних слогов и сложных фраз и словосочетаний. Стоит слушателям не понять одну-две фразы, как они забеспокоятся, начнут переспрашивать соседей или просто всерьез рассердятся на вас, и поделом!

Говорить во время выступления надо совсем не так, как вы разговариваете с друзьями в кафе или с женой на кухне.

Тут приходится контролировать, как звучит голос и насколько внятно вы умеете произносить слова и слоги.

Полезно вспомнить детские скороговорки.

1 Зверева Н. Я говорю — меня слушают. Уроки практической риторики. — М.: Альпина Паблишер, 2011.

Ну-ка: на дворе трава, на траве дрова. Или: шла Саша по шоссе и сосала сушку! Или: Карл у Клары украл кораллы, а Клара у Карла украла кларнет!

Постарайтесь произнести эти предложения максимально быстро и разборчиво, потом еще быстрее, но так же разборчиво. Запишите себя на диктофон. Не пугайтесь, если сначала ничего не получится. Эти упражнения можно проделывать по многу раз в течение любого рабочего или выходного дня, главное — не забывать, что отныне это для вас очень важно!

Часто спрашивают: как говорить — тихо или громко? Конечно, ответ на этот вопрос напрямую зависит от той

аудитории, в которой вы выступаете. На английском ответ звучит просто: it depends on… То есть «это зависит от…»

Это зависит от того, какая вам досталась аудитория и хорошо ли слышен ваш голос на последних рядах. (Я всегда советую спросить людей, которые устроились «на галерке», слышно ли им и не надо ли говорить громче.)

Это зависит от того, какова тема вашего выступления, потому что «анализ прошедшего года» требует одной интонации (вдумчивой, негромкой), а пафосный предновогодний доклад «об успехах коллектива», наверное, требует более громкого и «маршевого» звучания.

Это зависит от вашего голоса, потому что человек не может долго говорить на пределе возможностей — голос попросту «сорвется», а это большая неприятность.

Это зависит от того, как принято говорить в данном коллективе в данной ситуации. Корпоративные традиции и привычки — важное «вводное» условие, и, если вы пришли со стороны, хорошо бы заранее о них узнать.

Наконец, это зависит от ситуации, так как в каждый момент выступления ваш голос может стать для вас поддержкой или проблемой — все в ваших руках!

Например, я советую никогда не вести выступление на одной ноте, в одном темпе, используя одну и ту же интонацию. Это очень утомительно для слушателей.

Вы можете начать громко, четко, ясно и, завоевав внимание зала, перейти на более тихую и спокойную речь, и этот прием будет воспринят аудиторией на ура, так как получается, что вы познакомились, а теперь начали работу почти по-домашнему.

Можно заговорить тише и для дисциплинарного воздействия. Я это часто делаю. Очень приятно и интересно наблюдать за тем, как напрягаются слушатели, боясь пропустить что-то интересное, какие негодующие взгляды они начинают кидать на соседей, если те вдруг решили пошелестеть страницами рабочего блокнота.

На наших продюсерских курсах выступали лучшие педагоги ВГИКа, и среди них были прекрасные учителя и ораторы. Занятия по истории кино вели два совершенно противоположных человека — Владимир Александрович Утилов и Владимир Вячеславович Виноградов.

Первый рассказывал о Голливуде и развитии иностранного кино, а второй — о кино советском и российском.

Первый говорил тихо и медленно, иногда задумываясь над собственными утверждениями и как бы удивляясь им. Эти паузы были особенно дороги слушателям, так как было совершенно очевидно, что, несмотря на огромный опыт преподавания этого предмета, Владимир Александрович каждую лекцию переживает словно заново.

АВиноградов приходил в аудиторию веселый и активный,

иего голос было слышно даже за ее пределами.

Кто из них вел себя правильнее? Оба.

Потому что ваш голос должен звучать органично, в полном соответствии с полетом вашей мысли и вашим характером.

Но списывать торопливость, неряшливость, проглатывание слов или «зловещий шепот» на органику нельзя, это просто нечестно по отношению к тем людям, которые вынуждены вас слушать.

Максимально работать над собой и при этом оставаться собой — вот формула успеха.