Т. Гомперц - Греческие мыслители том 1

деятельность разрушала единство старого полисного сознания греков, приуготовляя его к восприятию идей и философских учений большей степени абстрактности.

96)То же можно сказать, например, о растительной символике в античных религиях. Так, в древнеримском культе Iuno Caprotina ягоды смоквы олицетворяли половые признаки женщины (см.: PaulyWissowa... Bd IX, S. 1117), что, впрочем, уводит к объяснениям сим­ волики в духе классического фрейдизма.

97)Не меньшее влияние указанной Т. Гомперцем тенденции к «рационализации языка», начатой Протагором, испытал, конечно же,

иПлатон. Ср. хотя бы его рассуждение о «границах вещей» в диалоге «Менон», переходящее в выяснение границы понятий (Менон 74 и сл.),

или определение «подлинной причины» вещей в так называемом «чет­ вертом аргументе» (А. Ф. Лосев) в пользу бессмертия души: «[Сократ]. Я решил, что надо прибегнуть к отвлеченным понятиям и в них рассматривать истину бытия...» Отсюда подлинной причиной является то, что существует в вещах само-по-себе: Xoyoq или sTBoq, это и есть та причина, которой причастно все существующее и от которой все получает свое имя... В вещах смешивается и переходит в другое именно то, что подчинено этим понятиям, но не они сами, и если вещь, подчиненная одному понятию, смешивается с другой, подчиненной другому понятию, то это означает, что первое понятие отступает (Федон 99е—104). Однако

вотличие от Протагора, определение понятий не является для Платона предметом искусства, своего рода игры, подражания, а — предметом диалектики, работы разума, ведущей к постижению природы вещей в имени, которому причастна данная вещь.

98)Такой религиозный обряд существовал в самих Афинах. Во время праздника Буфоний (или Диполий), посвященного Зевсу Полиею (Городскому), один из жрецов убивал быка ритуальным двойным топором-лабрисом. Бросив на месте жертвоприношения топор, он убегал за пределы города, разыгрывая бегство от совершенного «преступления», а остальные участники ритуала привлекали топор к суду по обвинению

вубийстве быка (см.: Павсаний. Описание Эллады I 24, 4). Детальный анализ этого обряда и его параллельных версий см.: Борухович В. Г. Зевс Минойский (следы верховного критского божества в греческих мифах и религиозных обрядах // Античный мир и археология. Саратов, 1979, С. 4—25.

99)Для Платона, разделяющего (в VI кн. «Государства», 505—511) познаваемое бытие на «умопостигаемое» и «зримое», «вера» имеет

отношение ко второму и соответствует по смыслу «достоверности» чувственных данных, а ее результатом является «мнение», поэтому для Платона «вера» также не относится к области «веры в богов», ибо сама вера в богов и «божественное благо» являются предметом философского познания, по пути которого разум движется посредством диалектики. Как следует из интерпретации Т. Гомперцем тезиса Про­ тагора о возможности и невозможности познания, речь движется со­ вершенно в духе платоновского «Государства». Если же вернуться к самому Пармениду, то совершенно очевидно, что путь «познания» он относил за счет божественного руководства, а не к области теорети­ ческого или прикладного естествознания.

100)См.: Теэтет 152 и сл. Здесь Платон доказывает связь тезиса Протагора с учением Гераклита о всеобщем движении и его теорети­ ческую «заостренность» против Парменидова «единого и неподвижного бытия». «[Протагор] утверждает, будто нечто само по себе не есть одно, ибо тут не скажешь ни что оно есть, ни каково оно; ведь если ты назовешь это большим, оно может показаться и малым, если назовешь тяжелым — легким и так далее, поскольку-де ничто одно не существует как что-то или как какое-то, но из порыва, движения

исмешения одного с другим возникают все те вещи, про которые мы говорим, что они существуют, хотя и говорим неверно, ибо ничто никогда не есть, но всегда становится. И в этом по очереди сходились все мудрецы, кроме Парменида: и Протагор, и Гераклит, и Эмпедокл...» (152d—е).

101)Образец такого риторического клише предлагает, например, Платон в «Федре». Правильная речь должна состоять из следующих друг за другом частей: введения, изложения существа дела и относя­ щихся к этому свидетельств, доказательств, правдоподобных выводов, подтверждения и добавочного подтверждения, опровержения и доба­ вочного опровержения, побочных объяснений и косвенной похвалы в форме порицания, заключения в виде сжатого повторения (Федр 266d—

267d).

102)Пуризм — этим термином в XIX в. именовали литературный стиль, стремящийся к особой чистоте литературного языка, привер­ женцы этого стиля восставали против введения в оборот какого-либо нового слова вообще (неологизмов, архаизмов, провинциализмов, на­ родной вульгаризации, а также слов иностранного происхождения).

103)Джон Лилли (1554—1606) — английский романист и драма­ тург, предшественник В. Шекспира; автор романа «Эвфуис», особый

стиль которого, характеризующийся особенной классической утончен­ ностью, получил название «эвфуизм». Этот роман был настольной книгой людей светского общества нач. XVII в. Благодаря успеху ро­ мана, Лилли был сделан придворным драматургом и в этом качестве стал автором нескольких популярных пьес, в которых совершил су­ щественные шаги для развития английской драматургии.

104) Главное «преимущество» созерцающего познания и умозри­ тельного знания по отношению к чувственно-воспринимающему по­ знанию и прикладным наукам большинство античных мыслителей усматривали в том, что ум человеческий составляет наилучшую часть человеческой природы, как и ум космический составляет наилучшую часть космоса, т. е. античные философы приходили к этому выводу оценочным путем. Поэтому, согласно дальнейшей логике рассуждения, неоспоримые истины, соответствующие тому, что есть бытие само-по- себе, могут быть постижимы только этой, наилучшей частью души.

105)Речь идет о повороте в философии, совершенном Сократом,

иначалом теоретической деятельности софистов, повороте от физики

(космологических теорий) к этике, или учению с «человеческих ве­ щах». Правда, здесь не совсем ясно, о каком «упадке духа вследствие бесплодных попыток разрешить проблему мира» говорит Т. Гомперц. Если он имеет в виду «пессимистический» настрой познавательных установок софистов, то можно ли согласиться с такой оценкой софис­ тической философии? И — «да», и — «нет». Дело в том, что во фраг­ ментах и доксографии софистов отсутствуют следы какого-либо тео­ ретического пессимизма, все говорит, скорее, о другом — о необык­ новенной рационалистической энергии, бьющей через край в умах представителей этой философской школы, энциклопедическая устрем­ ленность которых направлена на то, чтобы охватить «философствова­ нием» все, в том числе и мир человеческих определений. В школе софистов философия приобретает свойства своего рода интеллектуаль­ ной игры, занятой разрешением логических головоломок, в которой еще не определены строгие правила мышления. Обаянию этой игры полностью отдается Сократ, как он предстает в сократических диалогах Платона, и даже сам Платон вплоть до самых зрелых своих сочинений находится под этим влиянием. Пессимизм, о котором говорит Т. Гом­ перц, имеет отношение, скорее, к состоянию общественного сознания афинян, разочарованных софистическим характером политической жизни, стоящей накануне потери государственной независимости. И эта реакция общественного сознания афинян на деятельность со­ фистов нашла себе крайний выход в осуждении Сократа.

106) Т. Гомперц перечисляет имена малоизвестных астрономов, хронографов и историков: Метон — афинский астроном, современник Демокрита и Евдокса, в 432 г. до н. э. вместе с Евктемоном наблюдал летние солнцестояния и к 400 г. до н. э. построил парапегму (звездный календарь) на основании вавилонского 14-летнего интеркаляционного цикла, который широко использовался долгое время (см.: Ван-дер Варден Б. Указ. соч. С. 26, 117, 259, 260, 304). Клеострат из Тенедоса (ок. 500 г. до н. э.) — известен как астроном, который, по утверж­ дению Плиния (Естественная история II 31), сделал известными в Греции знаки Зодиака, начиная с Овна и Стрельца (см.: Ван-дер-Варден Б. Указ. соч. С. 301, 360, 361). Ксанф Лидийский из Сард (М. Азия) — историк пер. пол. V в. до н. э., написал историю Лидии, содержащую сведения по лидийской хронологии и мифологии (см.: Диоген Лаэрт­ ский I 2; VI 101). Скилак из Карианды (VI в. до н. э.) — мореплаватель

игеограф, по поручению персидского царя Дария I предпринял экс­ педицию вверх по Инду и вдоль персидского и арабского побережий до Суэцкого перешейка. Его трудами пользовался Гекатей н Геродот. Ион Хиосский (ок. 490—422 гг. до н. э.) — греческий поэт, автор лирических стихов и трагедий. Фрагменты его произведений см. в кн.: Фрагменты..., с. 416—418.

107)Николо Макиавелли (1469—1527) — итальянский общест­ венно-политический мыслитель и государственный деятель, флорен­ тиец, автор концепции республиканского государства как высшего проявления человеческого духа. Паоло Сарти (1552—1623) — итальян­ ский историк, член ордена сервитов, подвергался преследованиям со стороны инквизиции.

108)Даже для тех из античных историков, которые были настро­ ены наиболее рационально, археологическая древность органично сли­ валась с мифологическим преданием. И в этом состоит одна из наи­ более характерных черт античного исторического мышления: в нем история человечества самым тесным образом связана с историей богов

ибожественного происхождения мира. Благодаря этому взгляду, ко­ торый можно обозначить как «космогонический историзм», древние

греки восстанавливали не только индивидуальную генеалогию, но эт­ ническую историю собственной страны и варварских народов, тем самым удовлетворяя установку античного сознания «вписать» челове­ ческую историю в историю вселенной.

Оглавление