30. Практическая философия Канта. Автономия и гетерономия воли, понятие долга, категорический императив. Формализм этики Канта. Философия религииКанта.

Только добрая воля является совершенно доброй, так как различные дарования духа (рассудок, способность суждения, остроумие и т.д.), свойства темперамента (мужество, целеустремленность и т. д.), дары счастья хотя хороши и желательны, но могут быть также дурными, если не добрая воля, которая в них предполагается и которая единственная добра сама по себе.

Человеку дан разум как практическая способность, истинное назначение которого заключается в том, чтобы породить эту добрую волю саму по себе, в то время как наши низшие потребности, которые обусловлены стремление к удовольствию, согласуются с врожденными природными инстинктами. Эта чистая воля является высшим благом и удовольствием для всего остального, поэтому разум, который необходим как условие доброй воли, может ограничивать обусловленную вторую цель существования человека (достижение счастья) или сводить ее на нет.

Для того чтобы разобраться в понятии доброй воли, Кант переходит к понятию долга, в котором эта воля содержится с субъективными ограничениями. Самдолг Кантопределяет как объективную необходимость поступка по обязательности.

Первое положение о долгеутверждает, что поведение человека имеет подлинную нравственную ценность, только если человек содействует своему счастью, поступая согласно долгу, а не по склонности.Второе положение долга: подлинная моральная ценность поступка, совершенного из чувства долга, заключается не в той цели, которая является его результатом, а в максиме, согласно которой было решено совершить этот поступок, то есть в принципе воли. Так как у воления отнят всякий материальный принцип, оно может быть определено только формальным априорным принципом.Третье положение говорит, что «долг есть необходимость [совершения] поступка из уважения к закону». Так как объект предполагаемого поступка является лишь результатом, а не деятельностью воли, то человек может чувствовать к нему только склонность, но никак не уважение. Только закон сам по себе как основаниеволи может быть предметом уважения. Максима, которую И. Кант определяет как субъективный принцип воления, состоит в том, чтобы следовать этому закону даже в ущерб собственнымсклонностям.

Кант пытается определить, какой закон может определять волюбезотносительно к результату поступка таким образом, чтобы она считалась безусловно доброй. Витоге, он приходит к выводу, что принцип воли ­ это общая законосообразность поступков, то есть человек всегда должен поступать так, чтобы он мог желать превращения своей максимы во всеобщий закон. Это подводит к понятиюимператива.

Объективный принцип, принудительный для воли ­ веление разума, а формула веления ­ императив.

Все императивы выражены через долженствование, показывая таким образом отношение объективного закона разума к принуждаемой воле.

Все императивы могут повелевать либогипотетически, либокатегорически. Гипотетические императивы представляют собой практическую необходимость возможного поступка как средство к тому, чего человек желает достигнуть. Категорический императив представляет поступок, который необходим сам по себе, безотносительно к другой цели. Императив сообщает человеку, какой возможный поступок с его стороны был бы хорошим и представляет собой практическое правило по отношению к воле. Это правило необходимо, так как, во­первых, человек не всегда знает, что поступок хорош, во­вторых, даже если индивид это знает, то его максимы все равно не всегда сообразуются с объективными принципамиразума.

Категорический императив как закон, который признает поступок сам по себе, является императивом нравственности. Категорический императив относится не к содержанию поступка и не к тому, что должно из этого поступка последовать, а к форме и принципу, из которого он следует. Императив нравственности ­ это безусловный и необходимый закон, которому люди должны повиноваться и следовать вопреки склонностям. Гипотетические императивы тоже обладают необходимостью,но субъективной.

Исследовать категорический императив можно только a priori, так как он есть априорное синтетически­практическое положение.

Три формулировки категорического императива. Первая: человек должен поступать согласно только такой максиме, руководствуясь которой он может также пожелать, чтобы она стала всеобщим законом. Во второй формулировке Кант добавляет, что эта максима могла бы стать всеобщим закономприроды, так как всеобщность закона составляет то, что можно назвать природой (существованием вещей). Последняя формула нравственного закона основана на кантовском утверждении, что человек есть цель сама по себе и не является только средством. Этот практический императив гласит, что человек должен поступать таким образом, чтобы относиться к человечеству в лице себя и каждого другого только как к цели и никогда не относиться к нему как к средству.

Прежние неудачные попытки найти высший принцип нравственности И. Кант объясняет тем, что люди всегда считали себя связанными с законом, однако они не догадывались, что человек обязан поступать, сообразуя свои поступки только с собственной волей, которая в то же время устанавливает всеобщие законы согласные с целью природы. Человек, таким образом, поступает, руководствуясь не своим личным интересом, а долгом, и вышеописанный принцип, когда воля является законом самадля себя, И. Кант называетавтономией волив противоположностьгетерономии, к которой относятся все остальныепринципы.

Категорический императив также является и высшим законом доброй воли, так как именно он есть то единственное условие, при котором воля не может противоречить сама себе.

Формализм этики Канта.

Нравственный закон, как его понимает Кант, совершенно формален. Он ничего не говорит и не может говорить о том, какими содержательными принципами должно руководствоваться поведение. Всякая попытка использовать нравственный закон как предписывающий некоторое определение нравственного поступка по его содержанию кажется Канту несовместимой с самими основами нравственного закона: с его безусловной всеобщностью, с его полной независимостью от каких бы то ни было эмпирических обстоятельств и условий, с его автономией, т. е. независимостью от всякого интереса.

По убеждению Канта, никогда нельзя относить к нравственному закону такое практическое предписание, которое заключало бы "материальное" (т. е. содержательное), а следовательно, эмпирическое условие. Всякая "материя" практических правил всегда основывается на субъективных условиях. Но субъективные условия не могут дать ей другой общезначимости для разумных существ, кроме только обусловленной. Поэтому необходимость, которую выражает закон нравственности, не должна быть естественной необходимостью, она может состоять "только в формальных условиях возможности законавообще".

Философия религии.

Поскольку Кант в «Критике чистого разума» пришел к выводу, что человеческий разум в принципе не может познать сущность вещей, то возможно лишь познание «явлений», т. е. того, что возникает в результате взаимодействия реального мира («вещей в себе», недоступных познанию) и нашей познавательной способности. Поскольку «вещи в себе» непознаваемы, то Кант делает вывод о принципиальной невозможности постижения Бога, души, мира. Он подвергает критике т. н. доказательства бытия Божия и бессмертия души. Кант отрицает не бытие Бога, а традиционные способы доказательства его существования и определенные, выраженные в них представления о Боге. Так, для него неприемлемо представление о Боге как причине процессов, происходящих в природе: их научное объяснение оказывается вполне достаточным. Вместе со схоластической метафизикой и теологией Кант разрушил созданную ими картину мира, в которой Создатель и его творение описывались с помощью единой системы космологических понятий.

*Критика доказательств:

(Декарт) Возьмем треугольник, не можем не признать, что у треугольника есть три угла. Точно так же ­ Бог. Такое понятие, которое предполагает абсолютно необходимую сущность, причем существующую. Кант: положение о том, что треугольник содержит три угла ­ необходимое положение. Необходимо только при условии, что треугольник дан. Если его нет, необходимость тоже отсутствует. Также обстоит дело с абсолютно необходимой сущностью. Необходимость относится только к содержанию понятия, а не к его существованию. Если я предполагаю Бога как существующего, он существует с необходимостью. Необходимость ­ предикат суждения. А Бог ­ всего лишь субъект суждения. Если я отвергаю предикат, а оставляют субъект, я впадаю в противоречие. Если я отвергаю и предикат, и субъект, то противоречия неполучается.

(Декарт) Бог объявляется всереальнейшей сущностью, высочайшим совершенством, в достоинства которого входит и существование. Если не существует, чего стоит всемогущество, всемудрость. Когда говорит, что понятие Бога ­ понятие о всесовершеннейшем существе, то противоречие ­ если Бог не существует, то совершенство несовершенное. Кант возражает: бытие не есть реальный предикат, не есть понятие о чем­то таком, что могло бы быть прибавлено к понятию вещи. Кант поясняет положение следующим образом: в действительном содержится не больше, чем в возможном. Сто талеров в действительности ни на пфенниг не больше, чем сто талеров в возможности.

Однако, исходя из существования в нас нравственного закона, безусловно требующего своего исполнения, Кант в «Критике практического разума» утверждает необходимость постулирования бытия Бога и бессмертия души. Поскольку, лишь принимая существование Бога, хотящего и могущего блюсти добро и правду, и бессмертие души, позволяющего ей неограниченно совершенствоваться, возможно достижение того высшего нравственного идеала, стремление к которому заложено в природе человека.

Свой взгляд на сущность религии Кант высказывает в указанных трудах, атакже в сочинении «Религия в пределах толькоразума».

Существо религии, таким образом, по Канту, состоит в исполнении нравственного долга «как заповедей Божиих». Кант в объяснении своего понимания религии говорит, что разумный человек может иметь религию, но никаких отношений

к Богу иметь не должен, потому что о Его действительном существовании человеку ничего достоверного неизвестно. На место Бога в религии он ставит человека с присущим ему нравственным законом.