3. Судебный очерк

Судебный очерк обычно включает в себя образ героя (лучше сказать: антигероя), событие (картину преступного деяния), в ряде случаев ход дела в суде и авторскую характеристику всего этого

• изложение причин и социальной значимости случившегося.

В судебном очерке повествователь ведет свое «следствие»

• он ищет социальные корни зла, говорит о нравственных уроках того, что произошло. Структуру такого «следствия» мы видели на примере очерка И. Руденко «Мишень», хотя там нет «судебного» компонента (за убийство собаки учитель и ребята к суду не при­влекались). Мы рассмотрим судебный очерк В. Ковалевского «Пляжные мальчики» (Всего одна жизнь. М., 1984. С. 320-327).

Композиция его такова: событие 1 - четверо студентов, хорошо поработав в стройотряде, приезжают в Судак, на море, проводят здесь некоторое время, собираются уезжать и накануне отъезда

отправляются в бар; событие 2 - трое местных парней подпаивают одного из студентов, выводят на улицу, зверски избивают и заби­рают одежду и деньги; событие 3 - суд, один из нападавших осуж­ден, двое других даже не привлечены к ответственности; событие 4 - метасобытие, журналистское расследование: встречи с под­судимыми, с судьей, адвокатом, анализ документов, выводы. По­кажем только метасобытие, поскольку именно здесь сосредото­чены концептуальные элементы текста:

Ворошилов и Дудников сидят передо мной. Збрицкого нет рядом с ними - он осужден на шесть лет. <...>

• Я не бил, - говорит Ворошилов, пряча глаза. - Я только толкнул его...

• А я вообще стоял в стороне, — добавляет Дудников. — И ничего не видел, потому что было темно...

Показания, которые они дали сразу после ареста (милиция разбудила их уже на рассвете), были совсем иными. Но потом показания запрыгали, затанцевали, и к конг\у следствия роди­лась единая версия: бил только Збрицкий!

Делается вывод о «пляжных мальчиках», которые каждый год видят сплошной праздничный фейерверк, устраиваемый без­заботными отдыхающими, но которые забывают, что отпуск­ник так весел, щедр и празден только раз в году, что иные отдыхающие по нескольку лет собирали «сумму для моря», и для них это вовсе не такие уж легкие деньги, как кажется со стороны.

Беседует автор и со служителями Фемиды, школьными учи­телями, со всеми теми, кто организовал вокруг сорвавшихся глухую защиту.

Общий вывод: Речь идет о мере ответственности долж­ностных лиц за доверенное им столь важное и тонкое дело.

Таким образом, и судебные очерки тоже не сводятся к изло­жению конкретных криминальных историй. Авторы таких текстов также выводят адресата на анализ важных общественных проб­лем.

4. Проблемный очерк

В этих очерках главным предметом рассмотрения является актуальная социальная проблема. События, образы героев - все подчинено аналитическому компоненту текста. Аналитические, со­бытийные и предметные элементы содержания организуются ав-

тором по-разному. Мы уже видели, как выглядит логическая ком­позиция в проблемном очерке - вспомним «Технику без опасности» А. Аграновского. Очерк Н. Г. Гарина-Михайловского «Жизнь и смерть» объединяет два больших событийных фрагмента вокруг идеи: лишь культура обеспечивает осознание человеком смысла своего существования.

Из соображения единообразия разделов (всех вариаций все равно не представить) рассмотрим еще один проблемный очерк А. Аграновского - «Иван, Таврило и Данило» (1964 г. Избр. М., 1980. С. 240-252). Название очерка связано с тем, что автор делит работников на три группы, ассоциируя их с братьями из сказки «Конек-горбунок». Данилы - это хапуги, тунеядцы, взяточники. На них в этом произведении журналист не останавливается. А вот Иваны-энтузиасты и Гаврилы-равнодушные его интересуют. И на примере события - истории запуска завода этилового спирта в Уфе - он рисует поведение работников этих типов. Людей, которых в те времена называли «энтузиастами», в наши дни, если учесть рассказ А. Аграновского, назвали бы кризисными управляющими. Пусковой период завода представлял собой сплошной кризис, в который и окунулся один из героев очерка Виктор Николаевич Титов:

- У нас, у пускачей, — говорит Титов, - есть присказка: идешь на новый объект — снимай старые выговора. Почему? А новых не миновать. Там процесс отлажен, там все идет сегодня, как вчера, и завтра, как сегодня. А тут аппараты сырые, люди зеленые...

Итак, энтузиасту Ивану - выговоры.

А вот «Гаврило», в «кризисное время», в нештатной ситуации, действуя по инструкции (ведь так спокойнее), чуть не доводит цех до взрыва (Тут весь цех могло разнести в куски). И ничего - никакого выговора. Автор пишет: Весьма характерная черта: эти люди почти всегда остаются по форме чисты. Потому что делают только «положенное», со своими предложениями «не лезут», работают «от сих до сих».

В результате анализа проблемы, подсказанной рассмотренной ситуацией, автор приходит к выводу, что Гаврилы и Данилы не переведутся до тех пор, пока мы не научимся полной мерой воздавать Иванам за их святой труд. Кажется, этот вывод ак­туален и для наших дней. Такова сила большой публицистики.