2. Фатическое ток-шоу

Обратимся снова к «Пяти вечерам» Андрея Малахова (2004. 7 дек.). Текст этот хорошо показывает, что «светская беседа», чтобы привлекать зрителей, должна быть тщательно продумана, подобно тому как блестящий экспромт - это экспромт, блестяще подготовленный. «Проблема», которая выбрана для фатического ток-шоу, - это некая ситуация, которая в жизни решается, можно сказать, чуть не каждым человеком в соответствии с его индиви­дуальностью. У этой ситуации нет единого решения, нет решения, которое можно оправдать какими-либо логическими рассуждени­ями объективного характера. Действительно: кто из двух, как бы это сказать, участников интимного ужина в ресторане (про любовь разговора в студии не было) должен оплачивать это «мероприя­тие»? Конечно, если пригласить психолога, он, вероятно, разложит ситуацию по полочкам, обратится к типам личности и т. п. Но разве это светская беседа? Для светской беседы специалисты не нужны. В ней ничего не надо на полном серьезе анализировать и объяснять. Личный опыт, личные впечатления, определенная аура, которой говорящий окутан в глазах телезрителей, мимолетные со-

ображения по ходу разговора, воспринимаемые аудиторией сквозь эту ауру, - вот что нужно для такой беседы и вот что стараются обеспечить организаторы фатического ток-шоу. Участник вносит в диалог такой вклад, смысл которого можно сформулировать сле­дующим образом: «Вы предлагаете обсудить такую-то проблему? У меня это было так-то. Я с удовольствием послушаю и другие варианты».

Итак, «проблему платежей» в программе обсуждают: Федор Карманов, яркий представитель современной молодежи, ме­неджер одной из крупных компаний. Он умеет считать деньги и строить свои финансовые отношения по западному образцу\ баронесса Катерина фон Гечмен-Вальдек; Паола Мессана, изда­тель глянцевых журналов... Я знаю, что Паола зарабатывает больше, чем мужчины ее жизни, и она сама распоряжается; Ульяна, студентка университета сервиса... Она привыкла к тому, чтобы глубина и серьезность чувств молодого человека измеряются теми средствами... теми средствами, которые этот молодой человек на нее тратит.

Уже из этих характеристик видно, что никакой объективно зна­чимой информации ожидать не стоит. Страшно даже представить, что было бы, если бы в эту компанию забрел специалист-психолог и пустился бы в рассуждения о глубоких чувствах, об ответствен­ности перед будущим, о прочной семье и т. п. Это была бы траги­комедия с неясным финалом. Между тем без психолога беседа получилась милой и занимательной. Федор мужественно сообщает о своем американском опыте: У них до сих пор, пока отношения не вступают в какую-то серьезную фазу, то есть пока они не начинают жить вместе или выходят замуж, женятся, при­нято, чтобы каждый брал свою часть финансовых расходов на себя. Чтобы показать характер беседы, приведем еще рас­суждение Паолы Мессана: Вы знаете, скорее всего, это... это связано с тем, что он долго жил в Америке. Здесь тоже есть такой момент, мне кажется, что не надо из этого делать принцип, да? Вот, например, мужчина должен платить, мне, например, всегда было все равно, да? Если кто-то хочет меня приглашать, пожалуйста! Но в своей жизни я никогда не считала, что ухаживание проходит через деньги, да? Уха­живание — это цветы, это улыбки, это звонки, это письма, да? И никогда это не должно быть рядом с кошельком. Во- первых, потому, что кошелек очень часто находится, я бы ска­зала, не в очень молодых руках, а я предпочитаю молодых

людей обычно, поэтому я вообще бы не смогла посмотреть на человека из-за того, что у него есть деньги, да? Для меня это: есть - и хорошо, нет - и тоже хорошо. Если у этого молодого человека приятного нет денег, а у меня они всегда были и я всегда хорошо зарабатывала, поэтому, пожалуйста, меня это совершенно так не смущает.

Даже эти небольшие фрагменты показывают, что в «светской беседе» никто никого ни в чем не старается убедить. Никто не формулирует никаких непреложных законов. Только, казалось бы, Паола Мессана начала говорить о том, что кошелек часто бывает в немолодых руках, только, казалось бы, стала наклевываться не­кая нравоучительная сентенция (типа: «вы продаете свою моло­дость и красоту за деньги»), но нет: всё переводится в план сугубо личного опыта («я предпочитаю молодых»). Ну, а если какая-то закономерность все-таки всплывает, ведь светская беседа не пред­писывает жестких правил в отношении обобщений? Ничего страш­ного:

Катерина фон Гечмен-Вальдек. ... Я очень много читала в российской прессе о том, что жена разводится с мужем, потому что муж не пытается зарабатывать больше, чем она. Я этого не понимаю.

Именно. Всегда есть возможность сказать: «Я этого не пони­маю». И обратиться к собственному опыту. Мы уже говорили о финале: все присутствующие согласились, что в жизни всякое бы­вает. И эта истина была ясна с самого начала.

Ведущий, как и обычно в ток-шоу подобной структуры (не­сколько собеседников), занят передачей инициативы от одного гос­тя к другому, мини-диалогами с каждым из гостей, наблюдением за обменом репликами между гостями, с тем чтобы в нужный момент перехватить инициативу и подтолкнуть беседу дальше.