3.4.1. "Добросовестность" в вещных отношениях

Статьи 223, 302 и 303 ГК РФ содержат положения, трактующие о последствиях добросовестного приобретения имущества от лица, неуправомоченного им распоряжаться, а также о статусе такого добросовестного приобретателя. Нормы п. 1 ст. 220 и п. 1 ст. 234 ГК РФ касаются добросовестного владения чужими вещами; первая - владения спецификационного (владения в процессе переработки), вторая - владения давностного. О добросовестном приобретении коносамента говорит ст. 138 КТМ, о добросовестном владении ценными бумагами - ст. 8 Закона о рынке ценных бумаг.

Обратимся к законодательному определению понятия "добросовестный приобретатель".

В отечественном гражданском праве в разное время добросовестность приобретателя (незаконного владельца) представлялась как незнание о неуправомоченности отчуждателя (ст. 529 т. X ч. 1 Свода законов Российской империи; ст. 892 проекта Российского гражданского уложения). По мнению авторов комментария к проекту Российского гражданского уложения, "для добросовестности владельца требуется прежде всего не воспрещенный законом способ приобретения владения, а именно договор, наследование или другое правовое основание, могущее внушить владельцу веру в правильность приобретения..." <1>.

--------------------------------

<1> Гражданское уложение: Проект / Под ред. И.М. Тютрюмова. СПб., 1910. Т. 1. С. 749.

В советский период развития науки гражданского права исследование добросовестности продолжилось в рамках сформулированного законодателем определения добросовестного приобретателя ГК 1922 г. В соответствии со ст. 60 приобретатель признавался добросовестным, если он не знал и не должен был знать, что лицо, от которого он приобрел вещь, не имело права отчуждать ее. Аналогичное определение было включено в ст. 152 ГК РСФСР 1964 г.

С принятием действующего ГК РФ определение добросовестного приобретателя при виндикации несколько изменилось. В соответствии со ст. 302 ГК РФ добросовестным признается приобретатель, который не знал и не мог знать о том, что лицо, у которого приобреталось имущество, не имело права на его отчуждение. В специальных законах встречаются уточненные определения "добросовестного приобретателя". Так, ч. 20 ст. 2 Федерального закона "О рынке ценных бумаг" под добросовестным приобретателем понимает лицо, которое приобрело ценные бумаги, произвело их оплату и в момент их приобретения не знало и не могло знать о правах третьих лиц на эти бумаги, если не доказано иное, т.е. к характеристике добросовестного приобретателя отнесена оплата приобретения <1>.

--------------------------------

<1> СЗ РФ. 1996. N 17. Ст. 1918.

Изложенное позволяет говорить о том, что законодатель определил критерии добросовестности приобретения как субъективное состояние приобретателя в момент приобретения имущества от неуправомоченного отчуждателя, выражающееся, во-первых, в его незнании об отсутствии у отчуждателя возможности распоряжения этим имуществом ("не знал") и, во-вторых, в отсутствии у него вины в таком незнании ("не мог знать"). В связи с этим в литературе было высказано мнение, что данное понятие не относится к оценочным, так как законодатель определил его достаточно конкретно <1>. "Понятие добросовестности приобретателя, писала Р.О. Халфина, имеет в этом случае совершенно точное значение и устанавливается на основе строго определенного критерия" <2>.

--------------------------------

<1> См.: Кузнецова О.А. Презумпции в российском гражданском праве: Дис. ... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2001. С. 121.

<2> Халфина Р.О. Право личной собственности граждан СССР. М., 1955. С. 168.

На наш взгляд, Т.А. Дроздова обоснованно полагает, что указанное понятие продолжает оставаться оценочным. В ст. 302 ГК РФ перечислены лишь основные признаки этого понятия: "не знал и не должен был знать, что имущество приобретено у лица, которое не имело право его отчуждать". Однако эти признаки также требуют уточнения; так, например, конструкция "не должен был знать" вызывает много вопросов у цивилистов <1>, многие из которых при исследовании добросовестности в правилах о виндикации использовали характеристики различных степеней и форм вины.

--------------------------------

<1> См.: Дроздова Т.А. Добросовестность в российском гражданском праве: Дис. ... канд. юрид. наук. Иркутск, 2004. С. 44.

В этой связи заметим, что вопрос о форме психического отношения приобретателя к приобретению и связанным с ним последствиям, дающей основание считать его добросовестным, является в юридической науке дискуссионным.

По мнению одной группы ученых, допущенная приобретателем простая неосторожность делает невозможным признание его добросовестным. Так, Г.Н. Амфитеатров, например, полагал, что слова "не должен был знать" выражают требование об отсутствии в действиях приобретателя не только грубой, но и простой неосторожности" <1>. Такого же мнения придерживаются М.В. Малиновский <2> и А.А. Ерошенко <3>. Эта позиция находит поддержку и в современной литературе. В частности, по мнению В.В. Чубарова, "наличие в действиях приобретателя умысла и даже неосторожности исключает возможность защиты его интересов" <4>. С точки зрения В.А. Белова, "добросовестным может считаться только приобретатель, который приобрел чужую вещь невиновно, т.е. если в его действиях не усматривается умысла или неосторожности" <5>. В.И. Емельянов также предлагает считать лицо добросовестным, если оно действует без умысла причинить вред другому лицу и не допускает легкомыслия (самонадеянности) и небрежности по отношению к возможному причинению вреда <6>. В результате определение добросовестности совпадает с определением невиновности.

--------------------------------

<1> Амфитеатров Г.Н. Вопросы виндикации в советском гражданском праве // Советское государство и право. 1941. N 2. С. 43.

<2> См.: Малинкович М.В. Защита прав владельца, не являющегося собственником // Советская юстиция. 1968. N 5. С. 17.

<3> См.: Комментарий к Гражданскому кодексу РСФСР / Отв. ред. С.Н. Братусь, О.Н. Садиков. 3-е изд., испр. и доп. М.: Юрид. лит., 1982. С. 191.

<4> См.: Ерошенко А.А. Личная собственность в гражданском праве. М., 1973. С. 175 - 176.

<5> Белов В.А. Защита интересов добросовестного приобретателя ценной бумаги // Законодательство. 1997. N 6. С. 34.

<6> См.: Емельянов В.И. Разумность, добросовестность, незлоупотребление гражданскими правами. С. 91.

По мнению другой группы ученых, простой неосмотрительности и неосторожности приобретателя недостаточно для признания его недобросовестным - необходима грубая неосторожность или умысел. Так, Б.Б. Черепахин, О.С. Иоффе, Ю.К. Толстой полагают, что недобросовестность имеет место только в случаях умышленных или грубо-небрежных действий, иное, по их мнению, потребует от приобретателя постоянной настороженности и подозрительности по отношению к продавцу <1>, обяжет скрупулезно выспрашивать, каково правовое основание владения отчуждаемой вещью <2>, тогда как незнанию приобретателя достаточно опираться на внешнюю обстановку (условия) отчуждения-приобретения, создающую видимость правомочий отчуждателя и не вызывающую никаких сомнений в праве продавца на вещь <3>.

--------------------------------

<1> См.: Черепахин Б.Б. Виндикационные иски в советском праве // Ученые записки Свердлов. юрид. ин-та. 1945. Т. 1. С. 39.

<2> См.: Иоффе О.С., Толстой Ю.К. Основы советского гражданского законодательства. Л., 1962. С. 81.

<3> См.: Толстой Ю.К. Содержание и гражданско-правовая защита права собственности в СССР. Л., 1955. С. 119.

Таким образом, можно констатировать, что вопрос о форме психического отношения приобретателя к приобретению, дающего основание считать его добросовестным, является в юридической науке дискуссионным.

Прав Е.А. Суханов, полагающий, что добросовестность участников оборота определить заранее невозможно ввиду тесной связи с конкретной ситуацией, а потому толкование этого вопроса следует предоставить судам, правоприменительной практике <1>. Иными словами, решающее значение имеют обстоятельства дела: добросовестность - вопрос факта и устанавливается судом. "Знание" или "незнание" - это психическое состояние, но "психические состояния зависят от фактов", следовательно, факты, и только факты - причина добросовестности <2>. Обязанностью суда является определение степени вины заблуждающегося с учетом конкретных обстоятельств дела, а далее - установление его добросовестности или недобросовестности.

--------------------------------

<1> Интервью с доктором юридических наук, профессором, заведующим кафедрой гражданского права, деканом юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова Е.А. Сухановым // Законодательство. 1998. N 10. С. 2.

<2> См.: Петражицкий Л.И. Права добросовестного владельца на доходы с точек зрения догмы и политики гражданского права. М.: Статут, 2002. С. 309 - 311.

В соответствии с п. 24 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 25.02.1998 N 8 "О некоторых вопросах практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" <1> покупатель не может быть признан добросовестным приобретателем, если к моменту совершения возмездной сделки в отношении спорного имущества имелись притязания третьих лиц, о которых покупателю было известно, и если эти притязания впоследствии признаны в установленном порядке правомерными. Как видно, высшей судебной инстанцией сформулировано два критерия оценки поведения приобретателя как недобросовестного: объективный (наличие к моменту приобретения притязаний третьих лиц в отношении спорного имущества) и субъективный (знание об этом). Лицо, которое не знало о наличии спора в отношении приобретаемого имущества, нельзя упрекнуть в грубом пренебрежении правами и законными интересами третьих лиц и существующими в обороте правилами.

--------------------------------

<1> См.: Вестник ВАС РФ. 1998. N 10.

На учет двух критериев указывает и А.П. Сергеев, отмечая, что "при разграничении простой и грубой неосторожности следует опираться на фактические обстоятельства каждого конкретного случая, принимая во внимание как обстановку и условия приобретения вещи, так и субъективные свойства самого приобретателя - его жизненный опыт, юридическую грамотность и т.п." <1>. В то же время Г.Ф. Дормидонтов определял добросовестность только как незнание приобретателя о тех обстоятельствах, которые делают его незаконным владельцем <2>. "Добросовестный приобретатель имущества, по мнению И.В. Блохиной, - это лицо, которое приобрело то или иное имущество и в момент приобретения не знало и не могло знать об обстоятельствах, препятствующих приобретению этого права <3>.

--------------------------------

<1> Гражданское право: Учебник. В 3 т. / Н.Д. Егоров, И.В. Елисеев и др.; отв. ред. А.П. Сергеев, Ю.К. Толстой. 6-е изд., перераб. и доп. М.: ТК Велби; Проспект, 2003. Т. 1. С. 557.

<2> См.: Дормидонтов Г.Ф. Система римского права. Общая часть. Казань, 1910. С. 129.

<3> См.: Блохина И.В. Истребование имущества из чужого незаконного владения: виндикация: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2006. С. 7.

В литературе также отмечается, что недобросовестность субъекта может быть установлена не только в случае его неосведомленности о наличии каких-то обстоятельств и осознания своих противоправных действий, но и в случае его неосведомленности, появившейся в результате его ненадлежащей оценки обстоятельств, такой оценки, которая не должна у него быть при той степени заботливости и осмотрительности, какая требуется от участников гражданского оборота <1>. Критерием правомерности при таком подходе будет поведение в аналогичных случаях среднего разумного человека, что предполагает проявление осмотрительности и осторожности, в ряде случаев необходимости наведения справок или проведения проверки.

--------------------------------

<1> См.: Дроздова Т.А. Добросовестность в российском гражданском праве: Дис. ... канд. юрид. наук. С. 68.

Обратимся к правоприменительной практике и определим, какими критериями руководствуются суды при определении добросовестности приобретателя при рассмотрении споров о виндикации.

Сразу следует заметить, что несколько примеров решения арбитражными судами вопроса о том, можно ли назвать поведение приобретателя добросовестным или нет, содержит информационное письмо Президиума ВАС РФ от 13.11.2008 N 126 "Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения" <1>.

--------------------------------

<1> Вестник ВАС РФ. 2009. N 1.

Так, в п. 8 имеется указание на то, что при разрешении вопроса о добросовестности приобретателя и определении круга обстоятельств, о которых он должен был знать, суд учитывает родственные и иные связи между лицами, участвовавшими в заключении сделок, направленных на передачу права собственности. Кроме того, суд учитывает совмещение одним лицом должностей в организациях, совершивших такие сделки, а также участие одних и тех же лиц в уставном капитале этих организаций, родственные и иные связи между ними. В определенном смысле в Обзоре "наконец-то нашла свое выражение неформально существовавшая в судебной практике "презумпция недобросовестности" близких родственников, которая теперь должна "спуститься" в гражданский оборот" <1>.

--------------------------------

<1> Гребельский А. Оценка добросовестности приобретателя в современной судебной практике // Право и экономика. 2009. N 4. С. 5.

Между тем в литературе указывается, что данный вывод высшей судебной инстанции не представляется очевидным и бесспорным, ибо из обстоятельств дела не следует, что сын, который ведет самостоятельный бизнес, непременно должен быть в курсе коммерческих дел своего отца <1>. По справедливой оценке Е.А. Суханова, "само по себе наличие родственных связей участвующих в деле лиц вряд ли можно считать бесспорным опровержением установленной п. 3 ст. 10 ГК РФ презумпции добросовестности приобретателя, ибо в реальных жизненных ситуациях даже близкие родственники могут находиться не только в нормальных, но и в неприязненных отношениях. Оно может стать лишь основанием для более тщательного изучения конкретных обстоятельств дела, что, однако, и без того составляет процессуальную обязанность суда. В связи с этим сделанный в данном пункте Обзора вывод о "существенном значении" родственных связей при оценке добросовестности приобретателя нуждается в корректировке" <2>.

--------------------------------

<1> См.: Суханов Е.А. Комментарий к Обзору судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения // Вестник ВАС РФ. 2009. N 2. С. 138.

<2> Там же. С. 138.

В п. 9 Обзора говорится о необходимости учета судом обстоятельств, сопутствующих совершению сделки, которые должны были вызвать у приобретателя имущества сомнения в отношении права продавца на отчуждение спорного имущества (в том числе явно заниженная цена продаваемого имущества). Следовательно, для оценки добросовестности приобретателя существенное значение имеет оценка стоимости продаваемого имущества.

Обращаясь к конкретным спорам, приведем рассмотренное в порядке надзора дело, по которому Президиум ВАС РФ указал, что суды апелляционной и кассационной инстанций признали общество добросовестным приобретателем, не придав правового значения тому обстоятельству, что здание площадью 1345,9 кв. м вместе с земельным участком приобретено им по цене 300 тыс. руб., включая 45762 руб. налога на добавленную стоимость. Материалы дела не содержат доказательств наличия каких-либо разумных причин определения такой цены в договоре. Между тем приобретение имущества по цене значительно ниже рыночной, т.е. явно несоразмерной действительной стоимости этого имущества, что усматривается из договора с банком о залоге имущества, свидетельствует о недобросовестности приобретателя. Предложенная цена покупки должна была вызвать у приобретателя имущества сомнения в отношении права продавца на его отчуждение. Однако общество не проявило должной осмотрительности и не провело дополнительной проверки юридической судьбы недвижимого имущества. Таким образом, суд первой инстанции обоснованно не признал общество добросовестным приобретателем и принял решение о виндикации имущества <1>.

--------------------------------

<1> Постановление Президиума ВАС РФ от 09.09.2008 N 6132/08 // КонсультантПлюс: Судебная практика.

По этому поводу хотелось бы заметить, что приобретение имущества по цене ниже его рыночной стоимости само по себе не всегда ставит вопрос о добросовестности, поскольку такая сделка не является недействительной, а если сделка действительна, то и отсутствует необходимость выяснять какую-либо степень осведомленности стороны. Поэтому о недобросовестности приобретателя, на наш взгляд, может свидетельствовать лишь факт приобретения имущества по явно несоразмерно заниженной цене.

Не остался незамеченным в литературе и тот факт, что п. 9 Обзора расходится с его проектом, обсуждавшимся Президиумом ВАС РФ до его непосредственного принятия, а именно что проект помимо такого фактора, влияющего на оценку добросовестности приобретателя, как заниженная цена договора, предусматривал для этой же ситуации еще и указание на короткий срок перепродажи имущества (от первого покупателя ко второму имущество было продано через день после совершения первоначальной сделки). По мнению А. Гребельского, "это, скорее всего, связано с чрезмерной распространенностью скорой перепродажи имущества между юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями, и указание на данный фактор, как на обстоятельство, которое должно вызывать сомнения у покупателя имущества, привело бы к неправильной оценке во многих случаях этих обстоятельств арбитражными судами" <1>. Представляется, что короткий срок перепродажи является немаловажным критерием для оценки добросовестности приобретателя недвижимости. В этой связи следует согласиться с мнением А. Гребельского, что "фактор времени может подлежать оценке вместе с иными обстоятельствами по делу и, соответственно, должен учитываться судами при разрешении аналогичных споров" <2>.

--------------------------------

<1> Гребельский А. Указ. соч. С. 6.

<2> Там же. С. 6.

Пунктом 9 упомянутого Обзора вводится в практику такое понятие, как "юридическая судьба вещи", которую должен проверить покупатель при приобретении имущества, т.е. проявить обычную степень осмотрительности на случай необходимости подтверждения в будущем своей добросовестности.

По одному из дел суд не признал ответчика добросовестным приобретателем спорного имущества, так как он должен знать в качестве общеизвестного факта, что в соответствии с п. 1 Указа Президента России от 10.01.1993 N 8 встроенно-пристроенные нежилые помещения не подлежат приватизации, и они не перешли в собственность общества <1>.

--------------------------------

<1> Постановление ФАС ВСО от 04.12.1998 по делу N А33-775/98-С2-Ф02-1472/98-С2 // КонсультантПлюс: Судебная практика.

В одном из споров суд пришел к выводу о том, что статус добросовестного приобретателя у Торговой палаты отсутствует, поскольку на момент выбытия спорного имущества из владения истца президент Торговой палаты в 1994 - 1999 гг. являлся постоянным председателем собрания участников общества, а в 2000 г. представлял интересы учредителя общества в государственных учреждениях, других организациях, организовывал собрания учредителей общества. Следовательно, он мог знать о незаконности реорганизации общества и, соответственно, о неправомерности имущества общества, осуществленной в результате данной реорганизации, а также о последующей цепочке противозаконных сделок с имуществом <1>.

--------------------------------

<1> Постановление ФАС ВВО от 26.12.2008 по делу N А79-15138/2005 // КонсультантПлюс: Судебная практика.

Также суд установил недобросовестность приобретателя, поскольку, действуя с разумной осмотрительностью и осторожностью, общество должно было знать о том, что заключает договор с неуправомоченным отчуждателем. Договор купли-продажи движимого и недвижимого имущества содержит указание на то, что отчуждаемое имущество принадлежит продавцу на основании плана приватизации. Проверяя статус продавца и основания получения им спорного имущества, ответчик не мог не знать, что в правоустанавливающих документах компании отсутствуют указания на приобретаемое имущество. Данный вывод сделан судом с учетом также непродолжительности срока между регистрацией права собственности компании на спорное имущество и его последующим отчуждением (два дня) <1>.

--------------------------------

<1> Постановление ФАС СКО от 14.01.2009 по делу N Ф08-7525/2008 // КонсультантПлюс: Судебная практика.

Касаясь добросовестности общества, по одному из споров суд исходил из того, что на момент заключения договора и передачи имущества общества определением суда были наложены меры по обеспечению иска в виде запрета обществу совершать сделки по отчуждению здания детского сада с котельной. Покупатель как юридическое лицо был зарегистрирован после предъявления настоящего иска и в день заключения договора купли-продажи. При этом местом нахождения данного юридического лица значилось место нахождения спорного имущества. Судом дана оценка и тем обстоятельствам, что регистрация права собственности покупателя производилась в период отмены обеспечительных мер по настоящему делу под предлогом регистрации договора ипотеки для возобновления кредитной линии. Действия сторон по регистрации перехода права собственности на здание детского сада с котельной в период снятия мер по обеспечению иска, до рассмотрения притязаний истца на спорное имущество, расценены судом как злоупотребление правом, в связи с чем общество (покупатель) признано судом недобросовестным приобретателем <1>.

--------------------------------

<1> Постановление ФАС ЗСО от 03.05.2007 по делу N Ф04-1780/2007(32913-А03-13) // КонсультантПлюс: Судебная практика.

В этой связи примечательно информационное письмо ВАС РФ от 13.11.2008 N 126 "Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения", в соответствии с п. 7 которого само по себе принятие судом обеспечительной меры в отношении недвижимости не свидетельствует о том, что приобретатель этого имущества должен был знать о судебных спорах по поводу этого объекта.

Еще в одном случае суды установили, что общество, будучи осведомленным об обстоятельствах длящегося корпоративного конфликта в обществе - продавце имущества, не является добросовестным приобретателем <1>. Аналогично при рассмотрении другого спора судами было установлено, что на момент государственной регистрации перехода права собственности на спорное имущество и заключения последующих сделок купли-продажи спорный объект уже находился в споре, о чем покупатели могли узнать, проявив должную осмотрительность и осторожность. При этом на момент заключения договора купли-продажи уже имелось решение суда о признании недействительным первоначального договора купли-продажи <2>.

--------------------------------

<1> Постановление ФАС ВСО от 11.03.2009 по делу N 19-26626/06-Ф02-6484/08 // КонсультантПлюс: Судебная практика.

<2> Постановление ФАС УО от 02.02.2009 по делу N Ф09-9963/08-С6 // КонсультантПлюс: Судебная практика.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации при рассмотрении в кассационном порядке дела о включении в наследственную массу квартиры, признании ордера, выданного на нее, недействительным и о выселении констатировала, что сделка оформлена в то время, когда в производстве суда находилось дело по иску М. о признании за ней права собственности на квартиру. При таких данных у суда имелись все основания для вывода о недобросовестности ответчика при заключении договора купли-продажи квартиры <1>.

--------------------------------

<1> Бюллетень ВС РФ. 1999. N 8. С. 17.

Применительно к данному случаю необходимо заметить, что приобретатель может быть признан недобросовестным лишь в том случае, если к моменту совершения возмездной сделки он знал о наличии притязаний третьих лиц в отношении спорного имущества.

В то же время приобретатели имущества признавались судами добросовестными в случаях приобретения имущества на торгах, организованных и проведенных уполномоченным государственным органом, что свидетельствует о том, что ответчик не знал и не мог знать об отсутствии у муниципального предприятия вещного права на отчуждаемое имущество <1>; если при совершении сделки купли-продажи спорного имущества в Едином государственном реестре отсутствовали запреты и ограничения, запрещающие Комитету по управлению имуществом и обществу распоряжаться принадлежащим им недвижимым имуществом <2>.

--------------------------------

<1> Постановление ФАС УО от 18.03.2009 по делу N Ф09-3751/08-С6; Постановление Президиума ВАС РФ от 11.09.2007 N 4640/07 // КонсультантПлюс: Судебная практика.

<2> Постановление ФАС ПО от 07.10.2008 по делу N А57-6947/05; Постановление ФАС МО от 29.12.2008 по делу N КГ-А40/12168-08 // КонсультантПлюс: Судебная практика.

По одному из дел между обществами был заключен договор беспроцентного займа. Поскольку заемщик в установленный договором срок не возвратил заимодавцу денежные средства, между истцом и ответчиком заключено соглашение об отступном, согласно условиям которого заемщик принял на себя обязательство взамен частичного исполнения обязательств по договору беспроцентного займа предоставить отступное, передав в собственность заимодавца 34 объекта движимого и недвижимого имущества, в том числе и 13 спорных объектов недвижимости. Согласно п. 3 соглашения об отступном заемщик гарантировал, что имущество не является предметом спора и свободно от прав третьих лиц. Принимая во внимание наличие гарантий, представленных истцу при заключении соглашения об отступном, суд пришел к выводу о том, что последний при заключении сделки проявил добрую волю, разумную осмотрительность и осторожность. Также суд указал на отсутствие у заимодавца реальной возможности установить неправомерность отчуждения спорного имущества, обоснованно признав последнего добросовестным приобретателем спорных объектов недвижимости <1>.

--------------------------------

<1> Постановление ФАС ЦО от 29.05.2008 по делу N А08-6627/07-15 // КонсультантПлюс: Судебная практика.

Таким образом, судебная практика при признании приобретателя добросовестным/недобросовестным учитывает как объективные критерии (условия совершения сделки, цену покупки, состояние имущества и т.п.), так и субъективные критерии (выяснение реальности прав отчуждателя, знание о наличии спора по поводу имущества или об имеющемся корпоративном конфликте и т.п.). Понятие добросовестности связывается с отсутствием осведомленности об определенных фактах. Незнание приобретателя о наличии каких-либо ограничений на распоряжение вещью, например арест или залог этой вещи, также указывает на его добросовестность. Если совершению сделки сопутствовали обстоятельства, которые должны были вызвать у приобретателя имущества сомнения в отношении права продавца на отчуждение спорного имущества, приобретатель признается недобросовестным. В конечном счете "получается, что судебной практикой выработаны критерии недобросовестности, которые все сводятся к наличию обстоятельств, вызывающих как минимум сомнения. Если обстоятельства совершения сделки могут вызвать сомнения, это и означает то, что приобретатель мог знать о неуправомоченности отчуждателя" <1>. Нельзя не обратить внимание на то, что наличие объективного критерия делает понятие добросовестности более широким, чем то, которое содержится в законе (ст. 303 ГК РФ).

--------------------------------

<1> Германов А.В. От пользования к владению и вещному праву. М.: Статут, 2009. С. 569.

В вопросе о форме вины приобретателя, принимаемой во внимание при анализе его добросовестности, в подавляющем большинстве случаев суды не придерживаются критерия только грубонебрежной вины. Как правило, в качестве недобросовестного рассматривается и приобретатель, допустивший даже простую неосмотрительность. В качестве умышленных рассматриваются, в частности, действия по приобретению имущества, на которое правомерно претендуют третьи лица, о чем известно приобретателю. Что касается вины в форме неосторожности, то она есть результат несоблюдения требований внимательности, заботливости и осмотрительности, соблюсти которые приобретателю было необходимо. Объем этих требований определяется конкретной объективной обстановкой, в условиях которой происходило приобретение, индивидуальными особенностями приобретателя. Неосторожный приобретатель не желает и не предвидит возможности наступления вредных последствий ("не желал и не знал"), но нарушает определенные общеобязательные, понятные каждому требования заботливости, внимательности и осмотрительности, зная, что их несоблюдение способно вызвать известные отрицательные последствия, а значит, может привести к ним и в данном случае ("мог и должен был знать"), т.е. при неосторожности отсутствует конкретное, но имеется абстрактное предвидение возможности вредных последствий <1>. Б.Б. Черепахин, в частности, приводит пример неосторожной вины в случае покупки у мнимого поверенного, в случае неистребования приобретателем доверенности (и непредъявления ее поверенным), поскольку "закон требует в этом случае предъявления доверенности" <2>.

--------------------------------

<1> См.: Иоффе О.С. Обязательственное право. М., 1975. С. 134 - 135.

<2> Черепахин Б.Б. Виндикационные иски в советском праве // Ученые записки Свердлов. юрид. ин-та. Свердловск, 1945. Т. 4. С. 39.

Представляется, что только грубая неосторожность может свидетельствовать об отсутствии добросовестности. Вывод о противоправности действий можно сделать лишь в случае, когда у приобретателя имелась соответствующая информация о неправомерности отчуждения продавцом имущества. Как замечает К.И. Скловский, "покупатель, проявивший достаточную осмотрительность, считается добросовестным, причем разумная осмотрительность не должна пониматься в смысле чрезмерной осторожности (по словам классика, для добросовестности "не требуется пронырливости доносчика)" <1>. Такой подход представляется обоснованным. Во-первых, он игнорирует необходимость учета целого ряда моментов: условий, на которых была совершена сделка, включая цену отчуждаемой вещи, ее состояние, качество, уникальность (объективные критерии), выяснения полномочий отчуждателя и личных качеств приобретателя - жизненного опыта, юридической осведомленности (субъективные критерии) - либо признает приоритет объективных критериев перед субъективными <2>.

--------------------------------

<1> Скловский К.И. Приобретение собственности от неуправомоченного отчуждателя // Право и экономика. 1999. N 6. С. 18.

<2> См.: Толстой Ю.К. Содержание и гражданско-правовая защита права собственности в СССР. Л., 1955. С. 122.

В целях обеспечения гражданского оборота нельзя возлагать на приобретателя обязанность проверять право собственности отчуждателя. Как указывал Р. Белкин, для признания добросовестности достаточно, чтобы покупатель считал отчуждателя хоть и не собственником, но лицом, управомоченным на отчуждение <1>. Так, если приобретатель не проверил данные государственной регистрации недвижимого имущества или полномочия руководителя юридического лица, предоставленные ему учредительными документами, или не исследовал вопроса, имеются ли по данному объекту судебные споры, это не является доказательством, что приобретатель является недобросовестным. Такая осмотрительность явно чрезмерна по условиям гражданского оборота, выходит за рамки обычно предъявляемых требований внимательности и заботливости. Состояние добросовестности не требует от приобретателя каких-либо специальных действий по исследованию истории заключения сделки - необходимо и достаточно осмотрительности обычного "среднестатистического" участника гражданского оборота. Как отмечает И. Кашкарова, добросовестность приобретателя предполагает отсутствие у него сомнений в праве продавца отчуждать имущество <2>. В связи с этим в литературе справедливо указывается на необходимость признания добросовестным такого приобретателя, который удостоверился в наличии зарегистрированного в ЕГРП права на имущество. Как следствие, понятие "не знал и не мог знать" должно быть дополнено нормой, указывающей на то, что приобретатель считается добросовестным, если он не знал и не мог узнать из Единого государственного реестра о том, что имущество приобретено от неуправомоченного лица <3>.

--------------------------------

<1> См.: Белкин Р. Виндикационный иск по советскому праву // Сборник науч. трудов слушателей академии. М.: РИО ВЮА, 1949. Вып. 2. С. 67.

<2> См.: Кашкарова И. Пределы осмотрительности // ЭЖ-Юрист. 2005. N 12.

<3> См.: Богачева Т.М. Признание добросовестного владения как способ защиты гражданских прав (на примере виндикации и реституции): Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2007. С. 126.

При этом в литературе справедливо отмечается тот факт, что российский законодатель не пошел по пути признания записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество абсолютного характера. Принцип достоверности записей в ЕГРП как способ признания приобретателя добросовестным ни в ГК РФ, ни в Федеральном законе "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" отражения не нашел <1>. По мнению В.В. Чубарова, юридическое содержание принципа публичной достоверности в полном объеме сводится к упрощенной, ориентированной во многом на объективные (а не на субъективные, как в ст. 302 ГК РФ) критерии защиты прав добросовестного приобретателя. Полная реализация принципа публичной достоверности в российском праве, по мнению ученого, потребует принятия во многом политического решения, поскольку его принятие может существенно изменить баланс интересов в сторону защиты прав добросовестного приобретателя, а не собственника недвижимого имущества <2>. Однако следует иметь в виду и то, что сознательное игнорирование тех или иных обстоятельств, имеющих явное отношение к предмету сделки (например, когда продавец не может точно вспомнить расположение комнат в продаваемой квартире либо назвать членов семьи, проживающих в ней, и т.п.), не может свидетельствовать о добросовестности приобретения имущества. В этой связи интересны доводы одного из российских цивилистов И.Н. Трепицына: "...содержание или направление добросовестности должно быть таково: приобретатель (не легкомысленно, а по достаточным основаниям) должен считать отчуждателя собственником или же лицом, вообще управомоченным по какому бы то ни было основанию на отчуждение вещи в собственность..." <3>.

--------------------------------

<1> См.: Чубаров В.В. Проблемы правового регулирования недвижимости. М.: Статут, 2006. С. 317 - 318.

<2> См.: Чубаров В.В. Указ. соч. С. 318.

<3> Трепицын И.Н. Приобретение движимостей в собственность от лиц, не имеющих права на их отчуждение. Варшава, 1907. С. 523.

В то же время запись в ЕГРП о праве собственности отчуждателя не является бесспорным доказательством добросовестности приобретателя, поскольку, несмотря на регистрацию права собственности за отчуждателем, собственник может доказать, что приобретатель должен был усомниться в праве на отчуждение имущества.

К этому следует добавить, что в литературе обращалось внимание на сложность установления принадлежности вещей, особенно движимых, входящих в постоянно обновляемую, находящуюся в движении товарную массу поставляемой продукции. В этих случаях достоверное установление собственника зачастую практически невозможно без проведения комплексного аудита, а значит, должно признаваться выходящим за рамки обычно предъявляемых требований внимательности, заботливости и осмотрительности <1>.

--------------------------------

<1> См.: Ушаков О.В. Добросовестное приобретение от неуправомоченного лица. Ижевск, 2003. С. 36 - 37.

В рамках рассматриваемого вопроса следует согласиться с высказанным в литературе мнением, что к профессиональным участникам гражданского оборота должны предъявляться более жесткие требования, поскольку они могут знать значительно больше об имеющихся препятствиях к отчуждению вещи <1>. Попутно заметим, что в последнее время с увеличением количества сделок по продаже и приобретении крупных объектов увеличилось число применения проверок должной добросовестности или должной осмотрительности. Такая проверка представляет собой сбор и анализ документации и полученной информации для всесторонней проверки законности и инвестиционной привлекательности объекта с целью избежания и максимального снижения существующих либо возможных в будущем правовых рисков, в том числе виндикации приобретенного по сделке имущества.

--------------------------------

<1> См.: Костюк Н. Добросовестность в российском и зарубежном гражданском праве // Хозяйство и право. 2008. N 12. С. 104.

Следующим аспектом, на котором необходимо остановиться, является понятие добросовестности как составного элемента приобретательной давности. В соответствии со ст. 234 ГК РФ лицо, не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее им как своим собственным, приобретает право собственности на это имущество.

Ю. Барон определял добросовестность как основанное на извинительном заблуждении незнание материальных обстоятельств, препятствующих приобретению права <1>. "При давности владения, usucapio, - писал И.Е. Энгельман, - деятельность давностного владельца должна иметь хоть вид права или чтобы она основывалась по крайней мере на субъективном убеждении о действительности мнимого права. Владение, приобретенное через преступление, не может ни в каком случае быть положено основанием давности владения" <2>. Е.А. Суханов также полагает, что для добросовестного владения и давности достаточно, чтобы фактический владелец не был похитителем или иным лицом, умышленно завладевшим чужим имуществом помимо воли его собственника <3>.

--------------------------------

<1> См.: Барон Ю. Система римского гражданского права / Пер. с нем. 3-е изд. СПб., 1909. Кн. 5. С. 70.

<2> Энгельман И.Е. О давности по русскому гражданскому праву. М.: Статут, 2003. С. 256.

<3> См.: Суханов Е.А. Приобретение и прекращение права собственности // Хозяйство и право. 1998. N 6. С. 7.

По мнению Т.А. Дроздовой, в случае приобретательной давности владение будет являться добросовестным, если оно осуществляется в соответствии с принципом доброй совести; недостаточно будет всего лишь отсутствия насилия в завладении имуществом; не должно быть никаких противоправных действий в момент завладения имуществом. Владелец должен знать, что осуществляемое им владение имуществом не нарушает права третьих лиц, в том числе и права законного владельца имущества <1>. Н.Н. Мисник, так же как и Т.А. Дроздова, применительно к приобретательной давности считает добросовестным фактическое (беститульное) владение лица, возникшее либо по любому предусмотренному или допускаемому законом основанию, исключающему противоправность действий лица, либо в результате противоправных действий, совершая которые лицо не знало и не могло знать об их противоправности <2>.

--------------------------------

<1> См.: Дроздова Т.А. Указ. соч. С. 120.

<2> См.: Мисник Н.Н. О владении имуществом как собственным и добросовестном владении в приобретательной давности // Вестник гражданского права. 2007. N 2. С. 54.

Таким образом, предлагается исходить из наличия двух критериев, имеющих место на момент приобретения владения: объективного (переход имущества во владение не в результате неправомерных действий приобретателя) и субъективного (незнание о неправомерности своих действий).

Обращаясь к примерам их судебной практики, определим, на что ориентируются суды в таких случаях.

По одному из споров коллегия адвокатов просила суд признать за ней право собственности на нежилое помещение. Исковые требования мотивированы тем, что истец свыше 15 лет открыто, добросовестно и непрерывно владеет указанным помещением как своим и в силу ст. 234 ГК РФ вправе приобрести право собственности на это имущество. Решением суда исковые требования удовлетворены в полном объеме. Постановлением апелляционной инстанции решение отменено, в удовлетворении исковых требований отказано. При этом суд апелляционной инстанции указал, что исковые требования не подлежат удовлетворению в связи с тем, что право истца на приобретение в собственность помещения по приобретательной давности на момент рассмотрения спора не возникло, поскольку отсутствуют доказательства добросовестного владения имуществом и владения имуществом как своим собственным. Кроме того, суд кассационной инстанции посчитал правомерным вывод суда апелляционной инстанции о том, что отсутствуют правовые основания признать истца добросовестным владельцем имущества, поскольку истцом не представлены документы, подтверждающие бремя содержания имущества в течение всего срока, указанного в исковом заявлении, начиная с 1984 г. Кассационная инстанция согласилась с выводом апелляционной инстанции, указав, что добросовестность приобретателя не доказана, так как не доказано, что он нес бремя содержания имущества в течение спорного периода <1>.

--------------------------------

<1> Постановление ФАС МО от 28.07.2005 по делу N КГ-А40/6582-05 // КонсультантПлюс: Судебная практика.

Таким образом, в приведенном примере вывод об отсутствии добросовестности лица сделан судом исходя из факта отсутствия бремени содержания спорного имущества, что в соответствии со ст. 210 ГК РФ возложено на собственника, следовательно, по существу, речь идет о владении имуществом как своим собственным. По данному вопросу в литературе Л.А. Зеленской также высказано мнение, что добросовестное владение в приобретательной давности заключается прежде всего в его открытом характере и владении имуществом как своим собственным <1>.

--------------------------------

<1> См.: Зеленская Л.А. Институт приобретательной давности в гражданском праве: Дис. ... канд. юрид. наук. Краснодар, 2002. С. 90.

Однако такой подход вызывает определенные сомнения. По этому поводу Н.Н. Мисник справедливо рассуждает о ложном впечатлении, что владение имуществом как собственным немыслимо без субъективного отношения к нему как к собственному, что и подразумевает добросовестность. Но стоит убрать добросовестность из перечня критериев давностного владения, как, по мнению ученого, чары рассеиваются. Становится очевидно, что владеть имуществом открыто, непрерывно и как собственным может и недобросовестный владелец. А если убрать из перечня критериев владение имуществом как собственным и оставить лишь добросовестное, открытое и непрерывное владение, то выяснение вопроса о том, как объективно ведет себя владелец, не будет иметь значение, и любое лицо, которое осознает себя не только как собственник, но и как обладатель иного титула на вещь и действует в ограниченных рамках предполагаемого права, будет претендовать на приобретение вещи в собственность. Очевидно, что такая ситуация не соответствует сути приобретения права собственности в силу приобретательной давности <1>. А.Д. Рудоквас также полагает, что отождествление добросовестности владения и владения имуществом как своим применительно к действующему гражданскому законодательству более чем сомнительно и нуждается в подробном аргументированном обосновании <2>.

--------------------------------

<1> См.: Мисник Н.Н. Указ. соч. С. 44 - 45.

<2> См.: Рудоквас А.Д. Добросовестность владения и приобретательная давность: mala fides superveniens non impedit usucapionem // Вещные права: система, содержание, приобретение: Сб. науч. тр. в честь проф. Б.Л. Хаскельберга / Под ред. Д.О. Тузова. М.: Статут, 2008. С. 307.

С учетом вышеизложенного представляется, что критерий владения имуществом как своим собственным является самостоятельным элементом в составе оснований для приобретения имущества по давности владения и не должен рассматриваться в качестве критерия, свидетельствующего о добросовестности приобретателя.

В судебно-арбитражной практике, однако, имеются и иные подходы применительно к анализируемому нами понятию.

Так, по одному из дел суд установил, что согласно уставу арендного предприятия оно приняло в аренду основные фонды, которые переданы в его полное ведение на время срока действия договора. Из решения исполкома райсовета, которым принято решение о создании арендного предприятия, следовало, что в отношении имущества, переданного арендному предприятию, подлежит оформлению договор аренды. Между тем такой договор аренды сторонами не представлен. По утверждению истца, он не заключался. Мероприятия по образованию арендного предприятия в 1991 г. предполагают необходимость выражения компетентным органом воли на закрепление спорного имущества за истцом на определенном праве. В отсутствие документов, свидетельствующих о выражении такой воли, владение правопредшественником истца спорным имуществом, с учетом правового режима арендного предприятия, не может считаться добросовестным <1>.

--------------------------------

<1> Постановление ФАС МО от 02.02.2009 по делу N КГ-А40/12746-08 // КонсультантПлюс: Судебная практика.

Из другого дела следовало, что передача здания автошколы на баланс организации ДОСААФ произведена на основании решения исполкома городского Совета народных депутатов трудящихся. В связи с этим суды пришли к заключению, что, принимая здание школы на баланс, организация ДОСААФ не могла заблуждаться относительно приобретаемого права и полагать, что помещение передается не иначе как во временное пользование <1>.

--------------------------------

<1> Постановление ФАС УО от 12.09.2008 по делу N Ф09-7633/07-С6 // КонсультантПлюс: Судебная практика.

По одному из споров суд пришел к выводу, что лицо, осуществившее самовольную постройку, не может приобрести право собственности на нее в порядке ст. 234 ГК РФ, поскольку его владение таким имуществом не отвечает признаку добросовестности <1>.

--------------------------------

<1> Постановление ФАС ЦО от 23.09.2008 по делу N А35-5799/07-С12 // КонсультантПлюс: Судебная практика.

Еще в одном случае суд пришел к выводу о том, что требования истца о признании права собственности на автоприцепы в силу ст. 234 ГК РФ (приобретательная давность) не могут быть удовлетворены, поскольку эксплуатация истцом транспортных средств, не поставленных на учет в органах ГИБДД, нарушает положения ст. 15 Федерального закона "О безопасности дорожного движения", Постановления Правительства РФ от 12.08.1994 N 938, а следовательно, исключает добросовестность владения спорными автоприцепами <1>.

--------------------------------

<1> Постановление ФАС ЦО от 07.06.2008 по делу N А36-3526/2007 // КонсультантПлюс: Судебная практика.

Из материалов еще одного дела следовало, что, являясь работником сельпо, Ч. передала организации денежные средства. По условиям гарантийного письма сельпо обязалось при востребовании Ч. денежных средств произвести их возврат из расчета 200% в год с учетом инфляции. При этом в случае невозможности возвратить средства в указанном размере сельпо обязалось передать в собственность Ч. продовольственный магазин. Впоследствии Ч. беспрепятственно владела и пользовалась этим магазином. Считая, что указанное владение является основанием для приобретения имущества в собственность, Ч. обратилась в суд с иском. Решением суда исковые требования удовлетворены. Постановлением апелляционной инстанции решение суда отменено, в иске отказано. Суд указал, что Ч. не может быть признана собственником спорного имущества в силу приобретательной давности, поскольку правовые основания занятия Ч. этого имущества не установлены (т.е. не установлено, добросовестно ли она владеет имуществом). Кассационная инстанция указала, что гарантийное письмо не влечет законных оснований для перехода права собственности на спорное здание, а предусматривает передачу истцу магазина по остаточной балансовой стоимости в случае неисполнения сельпо обязательств по возврату денежных средств на определенных условиях. При таких обстоятельствах суд пришел к выводу об отсутствии законных оснований перехода права собственности к владельцу, следовательно, об отсутствии добросовестности приобретения имущества <1>.

--------------------------------

<1> Постановление ФАС СКО от 15.03.2006 по делу N Ф08-856/2006 // КонсультантПлюс: Судебная практика.

Следовательно, судебная практика, как и доктрина гражданского права, не сводит добросовестность только к субъективному осознанию лица собственником имущества, а причины добросовестности усматривает в основаниях возникновения владения. Отсутствие законных оснований для владения имуществом (самовольная постройка, эксплуатация транспортного средства, не поставленного на учет, и т.п.) свидетельствует об отсутствии добросовестности как необходимого элемента возникновения права собственности по давности владения. Такой подход представляется правильным. Владелец является добросовестным, если, исходя из обстановки, в которой происходило завладение имуществом, он не мог предполагать, что у него не возникает права собственности на имущество. Следует отметить, что в данном случае, как и при виндикации, одним из критериев добросовестности выступает осведомленность приобретателя относительно своих действий, а именно незнание лица о незаконности своих действий по приобретению владения.

Думается, необходимо исходить из принятых в обществе представлений о законности завладения, которые сводятся к тому, что добросовестным является тот, кто не отнял имущество насильственным путем.

Обращаясь к дальнейшему исследованию, рассмотрим понятие "добросовестность", содержащееся в ст. 220 ГК РФ. В соответствии с данной нормой права, если иное не предусмотрено договором, право собственности на новую движимую вещь, изготовленную лицом путем переработки не принадлежащих ему материалов, приобретается собственником материалов. Однако, если стоимость переработки существенно превышает стоимость материалов, право собственности на новую вещь приобретает лицо, которое, действуя добросовестно, осуществило переработку для себя.

Ю.К. Толстой считает, что переработчик добросовестен, если до завершения переработки не знал и не должен был знать об использовании чужого материала <1>. Иными словами, у лица отсутствовала информация, на основании которой оно могло бы сделать вывод о противоправности своих действий, и отсутствие такой информации не является следствием порока в поведении переработчика, который по беспечности или умышленно игнорировал объективные данные, на основании которых можно было сделать вывод об отсутствии согласия собственника, усомниться в правомерности своего поведения.

--------------------------------

<1> См.: Гражданское право: Учебник / Под ред. Ю.К. Толстого, А.П. Сергеева. М., 1996. Ч. 1. С. 306.

Следует обратить внимание на то, что недобросовестными по смыслу п. 3 ст. 220 ГК являются действия переработчика, вследствие которых собственник утратил материалы.

С.В. Артеменков указывает на то, что недобросовестные действия переработчика в п. 3 ст. 220 ГК могут выражаться не только в завладении чужими материалами путем совершения кражи, мошенничества и других корыстных преступлений, но и в результате совершения сделок под влиянием насилия, угрозы или обмана, заблуждения и т.д. <1>. С ним не соглашается В.В. Ровный, справедливо, на наш взгляд, указывая на то, что, если недобросовестный приобретатель материала подвел под свои действия правовое основание (сделку), налицо изъятие юридическое, а обман, насилие или угроза - повод для признания такой сделки недействительной ввиду наличия у нее волевого порока (ст. ст. 166, 179 ГК). Поскольку данная - оспоримая - сделка может быть признана недействительной только по иску потерпевшего в результате эффективного доказывания последним порочащего факта и удовлетворения судом заявленного требования (без чего сделка является действительной и порождает обычные для нее правовые последствия), до момента эффективного оспаривания потерпевшим совершенной сделки приобретатель материала по такой сделке хотя и недобросовестный de facto, но de jure законный его владелец (а значит, и переработчик); соответственно, о незаконности его недобросовестного владения материалом можно говорить, только если суд признает сделку недействительной. Однако для защиты потерпевшего в таком случае применяется самостоятельный иск о признании оспоримой сделки недействительной и применении последствий ее недействительности в виде односторонней реституции <2>.

--------------------------------

<1> См.: Научно-практический комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой / Под ред. В.П. Мозолина, М.Н. Малеиной. М., 2004. С. 467.

<2> См.: Ровный В.В. Переработка добросовестная и недобросовестная // Вещные права: система, содержание, приобретение: Сб. науч. тр. в честь проф. Б.Л. Хаскельберга / Под ред. Д.О. Тузова. С. 372 - 373.

В свою очередь, В.В. Ровный применительно к переработке предлагает различать простую и квалифицированную недобросовестность. Квалифицированная недобросовестность - "сплав" прямого умысла и корысти при изъятии (хищении) чужого материала, соответственно, всякое иное виновное поведение (переработчика) при возникновении и последующем течении незаконного владения чужим материалом вплоть до его переработки свидетельствует о наличии (в его действиях) недобросовестности простой. Всякая добросовестность (иначе невиновность) означает уверенность (переработчика) при возникновении незаконного владения чужим материалом и вплоть до его переработки, что данный материал не является для него чужим и что, напротив, он, переработчик, является законным его владельцем и управомоченным на переработку лицом <1>.

--------------------------------

<1> См.: Там же. С. 401.

Отталкиваясь от приведенных теоретических воззрений, можно констатировать, что действия при переработке являются недобросовестными, если имеют место не только хищение материалов в той или иной форме, но также различные иные недобросовестные действия переработчика, направленные на завладение материалами.

Что касается судебной практики, то по одному из споров суд отклонил доводы ответчика о том, что в силу ст. 220 ГК РФ у него возникло право собственности на новую вещь, мотивированные превышением стоимости произведенных им работ над стоимостью принадлежащих истцу материалов. В письме общество ясно выразило свою позицию относительно вещных прав на имущество, указав, что рейдовое оборудование является собственностью истца. При ответе на данное письмо ответчик (порт) не высказал каких-либо возражений по поводу принадлежности истцу оборудования, указав лишь на несвоевременность осуществления обществом взаимных расчетов по поставкам нефти. Ответчик не доказал, что при установлении нового оборудования с использованием имущества истца его действия носили добросовестный характер <1>.

--------------------------------

<1> Постановление ФАС СЗО от 14.06.2007 по делу N А42-9027/2005 // КонсультантПлюс: Судебная практика.

В другом деле истец просил признать за собой право собственности на причалы, полагая, что это право возникло у него в силу ст. 220 ГК РФ. Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд исходил из того, что согласно п. 2.1.17 Государственной программы приватизации государственных и муниципальных предприятий на 1992 г. приватизация портовых сооружений и объектов запрещена. Запрет на приватизацию (приобретение в частную собственность) причалов, находящихся в государственной собственности, обусловлен тем, что причалы имеют стратегическое значение. Этот запрет распространяется как на случаи приватизации, осуществляемой в порядке, установленном законодательством о приватизации, так и на приобретение государственного имущества по другим основаниям, в частности в силу ст. 220 ГК РФ <1>.

--------------------------------

<1> Постановление ФАС СКО от 15.04.2003 по делу N Ф08-1145/2003 // КонсультантПлюс: Судебная практика.

Приведенные примеры показывают, что содержание добросовестности в судебной практике определяется исходя из причины завладения чужим материалом: добросовестный переработчик - лицо, не виновное в возникновении у него незаконного владения чужим материалом и последующей его переработке. При этом установление судом факта приобретения спорного имущества влечет установление обстоятельств его приобретения. Ответчик, как правило, доказывает, что он обоснованно доверился видимости права и тем самым имеет право на произведенную переработку. Необходимо заметить, что безупречность поведения лица, осуществившего переработку, должна иметь место в течение всего срока незаконного владения чужим материалом (с момента возникновения незаконного владения и вплоть до завершения переработки материала).

Таким образом, можно прийти к выводу, что добросовестность при переработке также определяется как с помощью объективного критерия (по основанию возникновения), так и с использованием субъективного критерия (по отношению лица, осуществившего переработку, к основаниям завладения имуществом). П.В. Попович писал, что добросовестность "понимается не только в отрицательном смысле, как неведение фактов, препятствующих приобретению собственности, но... и в положительном смысле, как своего рода убеждение в честном основании владения, ибо... если владелец при существовании препятствия даже только усомнился каким бы то ни было образом в законности своего владения, то добросовестности у него уже не будет" <1>. Выводы, к которым мы приходим в результате проведенного исследования, могут быть сформулированы следующим образом:

--------------------------------

<1> Попович П.В. Приобретательная давность по русскому и остзейскому гражданскому праву равно по проекту Гражданского уложения. Варшава: Тип. Варш. учеб. округа, 1913. С. 189.

Добросовестность в вещных правоотношениях можно определить как совокупность объективных и субъективных элементов.

При виндикации вывод об отсутствии недобросовестности требует оценки объективных критериев: конкретной обстановки отчуждения, которая создает видимость наличия у отчуждателя права распорядиться вещью (отчуждение производится открыто, отчуждатель находится в отношении вещи в таком положении, в каком обычно находится собственник вещи, обстановка отчуждения соответствует характеристикам вещи, ее уникальности, ценности и т.п.); условий приобретения вещи (цена вещи варьируется в пределах ее рыночной стоимости); условий производства расчетов за вещь; условий передачи вещи и т.д., а также субъективными критериями. Представляется, что только грубая неосторожность может свидетельствовать об отсутствии добросовестности. Простая неосторожность не порочит добросовестности приобретения.

В целях обеспечения гражданского оборота нельзя возлагать на приобретателя обязанность проверять право собственности отчуждателя. Однако следует иметь в виду и то, что сознательное игнорирование тех или иных обстоятельств, имеющих явное отношение к предмету сделки, не может свидетельствовать о добросовестности приобретения имущества. К профессиональным участникам гражданского оборота должны предъявляться более жесткие требования, поскольку они могут узнать значительно больше об имеющихся препятствиях к отчуждению вещи.

Критерий владения имуществом как своим собственным является самостоятельным элементом в составе оснований для приобретения имущества по давности владения и не должен рассматриваться в качестве критерия, свидетельствующего о добросовестности приобретателя. Отсутствие законных оснований для владения имуществом (самовольная постройка, эксплуатация транспортного средства, не поставленного на учет, и т.п.) свидетельствует об отсутствии добросовестности как необходимого элемента возникновения права собственности по давности владения.

Действия при переработке являются недобросовестными, если имеет место не только хищение материалов в той или иной форме, но также различные иные недобросовестные действия переработчика, направленные на завладение материалами. Добросовестный переработчик - лицо, не виновное в возникновении у него незаконного владения чужим материалом и последующей его переработке. При этом установление факта приобретения спорного имущества влечет установление обстоятельств его приобретения.