Mezhdunarodnoe_chastnoe_pravo_Uchebnik_-_Getman_-_Pavlova_I_V_-_2011_-_640s
.pdf
Международное частное право
470установлено в ст. 162 и 163 СК РФ. Право, применимое к вопросам установления и оспаривания отцовства (материнства), определено в ст. 162. Основная коллизионная привязка — закон гражданства ребенка по рождению. Установление (оспаривание) отцовства (материнства) на территории России предполагает применение российского права. Законодатель закрепил право российских граждан за пределами России обращаться в ее дипломатические и консульские представительства по поводу решения данных вопросов.
Права и обязанности родителей и детей регулирует ст. 163. Основная коллизионная привязка — закон совместного места жительства родителей и детей. При отсутствии совместного места жительства применяется закон гражданства ребенка. Алиментные обязательства и иные отношения предполагают субсидиарное применение закона места постоянного проживания ребенка. Алиментные обязательства совершеннолетних детей и иных членов семьи определяются по закону совместного места жительства (ст. 164). При отсутствии совместного места жительства применяется право государства, гражданином которого является лицо, претендующее на получение алиментов.
14.6 |
Усыновление (удочерение), |
|
опека и попечительство над детьми |
|
|
Институт усыновления (удочерения) является одним из самых древних правовых институтов (известен со времен Древнего мира). Усыновление представляет собой сложную правовую и этическую проблему, поскольку необходима твердая уверенность в соблюдении интересов ребенка. При усыновлении правоотношения между людьми, не состоящими в кровном родстве, аналогичны правоотношениям между родителями и детьми. В результате усыновления одни лица теряют права и обязанности родителей, другие их приобретают. В большинстве государств предусмотрен судебный порядок усыновления (в России это дела особого производства).
На международном уровне основные вопросы усыновления разрешаются в Европейской конвенции об усыновлении детей (ETS ¹ 58) (г. Страсбург, 24 апреля 1967 г.). В последние годы чрезвычайно распространенным стало усыновление (удочерение) иностранными гражданами и усыновление за границей. В международном праве установлен высокий стандарт требований к усыновлению. Система усыновления, закрепленная в Конвенции о правах ребенка (1989 г.), обеспечивает гарантии прав и интересов ребенка в случае усыновления. Правовому регулированию этих вопросов посвящены рекомендация Комитета министров ЕС «О воспитывающих семьях» (1987 г.)
Глава 14. Международное семейное право
и Конвенция о защите детей и сотрудничестве в отношении иностранного усыновления (г. Гаага, 29 мая 1993 г.).
Как правило, статутом усыновления является либо личный закон усыновителя, либо личный закон усыновляемого (возможно и кумулятивное их применение). Для определения перечня требований, предъявляемых к выражению согласия ребенка и его родственников (опекунов или попечителей), по всему комплексу вопросов усыновления необходимо учитывать закон гражданства ребенка. Субсидиарно применяется закон суда, особенно в тех случаях, когда требования к выражению согласия по закону гражданства невыполнимы или их выполнение затруднено. Форма усыновления (удочерения) подчиняется праву того государства, на территории которого оно совершается.
Отношения по усыновлению регулируются посредством «цепочки» коллизионных норм: «Условия усыновления и прекращения отношений по усыновлению определяются согласно личному закону каждого из усыновителей. Если согласно личному закону ребенка является необходимым согласие ребенка или какого-либо третьего лица, с которым ребенок находится в какой-либо семейно-правовой связи… является определяющим также это право. Последствия усыновления определяются согласно личному закону усыновителя, а при усыновлении супругами — согласно праву, являющемуся определяющим в отношении личных правовых последствий брака, а после смерти одного из супругов — согласно личному закону другого супруга» (ст. 26 Закона о МЧП Австрии).
Закон места жительства усыновителя (удочерителя) определяет:
—способность к усыновлению (удочерению);
—возраст и гражданское состояние усыновителя (удочерителя);
—возможное согласие супруга усыновителя (удочерителя);
—другие требования, которым должен отвечать усыновитель (удочеритель).
Закон места жительства усыновляемого (удочеряемой) регулирует:
—способность быть усыновляемым (удочеряемой);
—возраст и гражданское состояние усыновляемого (удочеряемой);
—согласие родителей или законных представителей несовершеннолетнего;
—возможный разрыв родственных связей усыновляемого (удо- черяемой) с кровной семьей;
—разрешение несовершеннолетнему покидать страну. Существенные условия, соблюдение которых требуется от су-
пругов, совместно усыновляющих ребенка, устанавливаются правом, которое регулирует общие последствия брака. Статут общих послед-
471
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
Международное частное право
472ствий брака применяется, если один из супругов усыновляет (удо- черяет) ребенка другого супруга. Недействительность усыновления подчиняется в отношении существенных условий личному закону усыновителя и личному закону усыновляемого (ст. 30, 33 Закона о МЧП Румынии).
ÂАнглии усыновление подчиняется только английскому праву; здесь основной проблемой является вопрос о пределах юрисдикции суда. Господствующее правило (допускающее исключения): усыновитель должен иметь британский домицилий; и усыновитель, и усыновленный должны иметь место жительства в Англии. Иностранные акты усыновления признаются, если усыновитель домицилирован в соответствующем иностранном государстве.
Âзаконодательстве некоторых государств есть специальные правила на случай разного гражданства супругов-усыновителей: требуется кумулятивное соблюдение требований законов обоих государств (Чехия). Как исключение усыновление может быть произведено на основе чешского права, если иностранный закон не допускает усыновления или чрезвычайно его затрудняет (при условии, что усыновители или хотя бы один из них долгое время проживают в Чехии).
По законодательству большинства государств вопрос о согласии ребенка, его родственников или каких-либо официальных органов на усыновление разрешается по праву гражданства усыновляемого (Польша, Франция).
При решении вопроса, соответствует ли усыновление праву того государства, суд которого рассматривает спор, связанный с усыновлением, возникает вопрос «подстановки». Этот вопрос прежде всего возникает в плане наследственно-правовых последствий. Если статут усыновления предусматривает меньшие, чем статут наследования, наследственные права усыновленного («слабое усыновление» — в английском праве), то в интересах ребенка подстановка не должна производиться, даже в случае наличия «эквивалентности законов» (Х. Кох).
ÂИспании не признается усыновление, произведенное за границей испанским усыновителем, если его последствия не соответствуют тем, которые предусмотрены испанским законодательством. Такое усыновление не признается, пока компетентное учреждение не объявит о «пригодности» усыновителя, если он являлся испанцем и имел место жительства в Испании во время усыновления (ст. 9 ГК Испании).
Коллизионные вопросы усыновления (удочерения) в российском законодательстве разрешаются на основе «цепочки» коллизионных норм. Основной коллизионной привязкой выступает личный закон усыновителя (гражданства или домицилия) при усыновлении (удоче-
Глава 14. Международное семейное право
рении) на территории России ребенка, являющегося ее гражданином. Закреплена необходимость соблюдения семейного законодательства
èмеждународных договоров Российской Федерации (абз. 2 п. 1 ст. 165 СК РФ). Усыновление (удочерение) иностранцами, состоящими в браке с российскими гражданами, детей — российских граждан на территории России презюмирует применение российского права с учетом международных обязательств Российской Федерации. Законодатель установил также применение закона компетентного учреждения в случае усыновления (удочерения) на территории России иностранного гражданина. Установлен перечень случаев, когда для усыновления необходимо согласие компетентного учреждения Российской Федерации, законных представителей ребенка и самого ребенка.
Âслучае возможного нарушения прав ребенка необходимо отказать в усыновлении (удочерении) или отменить произведенное усыновление в судебном порядке. На консульские учреждения Российской Федерации возложена обязанность осуществлять защиту прав
èинтересов детей — граждан России, усыновленных (удочеренных) иностранными гражданами, за ее пределами. При усыновлении (удо- черении) детей — граждан России за ее пределами применяется закон компетентного учреждения того государства, гражданином которого является усыновитель. Для производства такого усыновления необходимо получить предварительное разрешение компетентного органа Российской Федерации. В СК РФ имеется серьезный пробел — полное отсутствие регулирования усыновления (удочерения) российскими гражданами за пределами России.
Гражданско-правовой институт опеки и попечительства представляет собой комплекс мер, направленных на охрану личных и имущественных прав недееспособных и ограниченно дееспособных лиц. Для семейного права эти институты имеют значение, если опека устанавливается над малолетним или попечительство — над несовершеннолетним. В семейном праве опека и попечительство представляют собой совокупность отдельных норм, направленных на охрану личных и имущественных прав и интересов несовершеннолетних.
Основная коллизионная привязка — закон компетентного учреждения (ст. 38 Закона о МЧП Румынии). Не менее распространенное коллизионное начало — личный закон несовершеннолетнего: «Надзор над совершеннолетними и опека над несовершеннолетними регулируются правом домицилия лица, в отношении которого установлен надзор или опека» (ст. 3085 ГК Квебека).
Âнекоторых государствах коллизионное регулирование опеки
èпопечительства осуществляется посредством «цепочки» коллизионных норм: «Условия возникновения и прекращения опеки над несовершеннолетними определяются правопорядком государства,
473
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
Международное частное право
474гражданином которого является несовершеннолетний. Опека в целом распространяется на несовершеннолетнего и его имущество, где бы оно ни находилось. Обязанность принять на себя и осуществлять опеку над несовершеннолетним определяется правопорядком государства, гражданином которого является опекун. Правоотношения между опекуном и несовершеннолетним регулируются правом государства, в котором находится суд или орган, назначивший опекуна» (ст. 28—30 Закона о МЧП Чехии). Во всех случаях судье надлежит применить закон, наиболее благоприятный для ребенка (Тунис).
Отдельные вопросы опеки и попечительства над несовершеннолетними решаются в Гаагских конвенциях об урегулировании опеки над несовершеннолетними (1902 г.) и обеспечении дееспособности совершеннолетних и попечительстве над ними (1905 г.), которые содержат унифицированные коллизионные нормы. Учреждение опеки
èпопечительства определяется в соответствии с национальным законом подопечного. Опека или попечительство в отношении иностранца, находящегося на территории данного государства, может быть учреждена, только если закон страны, гражданство которой имеет несовершеннолетний иностранец, не сохраняет за собой исключительное право учреждения опеки и попечительства над своими гражданами. Правоотношения между опекуном и попечителем регулируются национальным законом подопечного.
Âнастоящее время действует Гаагская конвенция о компетентных органах и праве, применяемом по делам о защите несовершеннолетних (1961 г.) — в вопросах опеки и попечительства по отношению к несовершеннолетним компетентны в основном органы государства обычного места жительства несовершеннолетнего, которые при разрешении соответствующих дел применяют свое собственное право. В итальянском законодательстве установлено, что защита несовершеннолетних во всех случаях регулируется Гаагской конвенцией 1961 г.
Положения Конвенции применяются также к лицам, считающимся несовершеннолетними только в соответствии с их национальным законом, и к лицам, обычное место жительства которых находится за пределами территории договаривающихся государств. Компетенция швейцарских судебных и административных органов, применимое право, вопросы признания иностранных решений и мер регулируются в части защиты несовершеннолетних Гаагской конвенцией 1961 г. Конвенция применяется по аналогии к лицам, являющимся несовершеннолетними только по швейцарскому праву, и к лицам, не имеющим места обычного пребывания ни в одном из участвующих в Конвенции государств (ст. 85 Закона о МЧП Швейцарии).
Глава 14. Международное семейное право
В российском праве данная проблема решается в гражданско- 475 правовом порядке при помощи «цепочки» коллизионных норм (ст. 1199 ГК РФ). Основная коллизионная привязка — личный закон опекаемого и подопечного. Законодатель предусмотрел сочетание нескольких видов коллизионных привязок (принцип расщепления коллизионной привязки):
—закон страны компетентности учреждения;
—личный закон опекуна (попечителя);
—закон страны места регистрации акта;
—российское право, если оно наиболее благоприятно для подопечного (опекаемого).
15 |
|
МЕЖДУНАРОДНЫЙ |
|
глава |
ГРАЖДАНСКИЙ ПРОЦЕСС |
|
|
|
|
Ануфриева, Л.П. Соотношение международного публичного и международного частного права (сравнительное исследование правовых категорий) : дис. … д-ра юрид. наук / Л.П. Ануфриева. М., 2004.
Богуславский, М.М. Международное частное право : учебник / М.М. Богуславский. М., 2009.
Звеков, В.П. Международное частное право: учебник / В.П. Звеков. М., 2004.
Канашевский, В.А. Международное частное право / В.А. Канашевский. М., 2006.
Ëóíö, Ë.À. Курс международного частного права / Л.А. Лунц. В 3 т. М., 2002. Международное частное право: учебник / под ред. Г.К. Дмитриевой. М.,
2009.
Международное частное право: учебник / под ред. Н.И. Марышевой. М., 2004.
Международное частное право: Иностранное законодательство / сост. А.Н. Жильцов, А.И. Муранов. М., 2001.
Нешатаева, Т.Н. Международное частное право и международный гражданский процесс : учебник / Т.Н. Нешатаева. М., 2004.
Светланов, А.Г. Международный гражданский процесс: современные тенденции / А.Г. Светланов. М., 2002.
15.1 |
Понятие международного |
|
гражданского процесса |
Международный гражданский процесс (МГП) — это совокупность процессуальных норм, регулирующих процедуру рассмотрения гражданско-правовых споров, связанных с правопорядком двух и более государств. Термин «международный гражданский процесс» имеет условный характер — слово «международный» имеет то же значение, что и в МЧП: оно означает наличие частноправового отношения, связанного с иностранным правопорядком.
По мнению многих авторов, вопросы МГП относятся к национальному гражданскому процессу и «не входят в нормативный состав международного частного права» (Г.К. Дмитриева). В других
Глава 15. Международный гражданский процесс
работах высказывается мнение, что международное гражданское процессуальное право является самостоятельной отраслью международного права (Н. Юрова). Однако все больше доминирует позиция, согласно которой МГП — это комплексный институт в составе МЧП (М.Н. Кузнецов, Л.П. Ануфриева, Т.Н. Нешатаева).
Включение норм МГП в структуру МЧП закрепляется в национальных кодификациях: «Настоящий Закон охватывает… процессуальные нормы для споров, касающихся отношений международного частного права. По смыслу настоящего Закона отношениями международного частного права являются гражданские, торговые, трудовые, гражданско-процессуальные и другие частноправовые отношения с иностранным элементом» (ст. 1 Закона о МЧП Румынии). Закон о реформе МЧП Италии определяет сферу итальянской юрисдикции, устанавливает критерии для определения применимого права и регулирует действие иностранных судебных решений и правовых актов (ст. 1).
Нормы МГП направлены на регулирование частноправовых отношений, связанных с иностранным правопорядком. Сфера действия МГП:
—международная подсудность гражданских дел;
—гражданско-процессуальный статус иностранных лиц (физи- ческих и юридических), иностранного государства, международных организаций;
—судебные доказательства в делах, связанных с иностранным правопорядком;
—решение вопроса о применимом праве;
—установление содержания, толкование и применение иностранного права;
—исполнение иностранных судебных поручений;
—признание и принудительное исполнение иностранных судебных решений;
—принудительное исполнение иностранных арбитражных реше-
íèé.
МГП — самостоятельная часть системы МЧП и включается в его структуру. И МГП, и МЧП преследуют специфические правовые цели; их структура позволяет провести параллель между ними — например, действие коллизионных и материальных норм, регулирующих отношения, связанные с иностранным правопорядком.
МГП нельзя считать придатком МЧП. МГП обладает преимуществом в том смысле, что применению подлежат коллизионные нормы того государства, чей суд компетентен рассматривать дело. В определенной степени МЧП зависит от МГП, и стороны могут использовать эту зависимость для применения определенного материального пра-
477
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
Международное частное право
478ва. В доктрине подобное явление называют forum shopping («покупка суда»). В русской литературе XIX в. господствовало представление о МЧП как совокупности процессуальных правовых норм. Подобная точка зрения до сих пор свойственна англо-американской доктрине, которая при решении вопросов МЧП исходит из процессуальных позиций: если имеется спор, связанный с иностранным правопорядком, прежде всего необходимо установить, компетентен ли местный суд рассматривать данный спор. Для стран общего права характерно объединение вопросов МГП и МЧП в едином законодательном акте, при этом приоритет имеют процессуальные положения.
Взаимосвязь и взаимозависимость МГП и МЧП очевидны, но они являются не приложением, а дополнением друг к другу. МЧП — самостоятельная подсистема национального права. МГП входит в систему МЧП как его самостоятельная отрасль (de lege ferenda — как подсистема).
Доказательство этой точки зрения можно найти в современном праве. Во многих государствах вопросы МГП и МЧП регулируются единым законодательным актом: Кодекс Буркина-Фасо, Закон о МЧП Великобритании, Свод законов о конфликте законов США, Закон о МЧП Венесуэлы.
ÂБразилии законодатель включил нормы МЧП во Вводный закон к ГК (1942 г.). Специфика Закона — включение в него и коллизионных норм МЧП, и положений МГП. Бразильское регулирование может рассматриваться как предвосхитившее современные тенденции объединения в одном нормативном акте вопросов коллизий законов и коллизий юрисдикции.
Кодификации МЧП, произведенные в конце XX — начале XXI в.,
âподавляющем большинстве объединяют вопросы МЧП и МГП (Румыния — 1992 г., Италия — 1995 г., Тунис — 1998 г., Бельгия — 2004 г., Украина — 2005 г., Македония — 2007 г.). Из всех современных автономных кодификаций МЧП, пожалуй, только эстонский (Закон о МЧП 2002 г.) и азербайджанский (Закон о МЧП 2000 г.) законодатели не включили вопросы МГП в единую кодификацию.
Разумеется, регулирование проблем МЧП и МГП единым законодательным актом осуществляется не ради объединения их в одну отрасль права или включения МГП в МЧП. Такое объединение производится в практических целях: регламентация частноправовых отношений, связанных с иностранным правопорядком, имеет место
âформе МГП. Единая комплексная кодификация норм, относящихся ко всем аспектам международных частноправовых отношений, представляет собой большое удобство для судей и участников процесса.
Глава 15. Международный гражданский процесс
15.2 |
Принцип «закон суда» |
479 |
|
в международном гражданском процессе |
|
|
|
|
Приблизительно до середины XX в. при применении иностранного права действовали два незыблемых принципа: иностранное публичное и иностранное процессуальное право не применяются. В частноправовых отношениях, связанных с иностранным правопорядком, речь могла идти только о применении иностранного частного права.
Âнастоящее время квалификация иностранной правовой нормы, к которой отсылает отечественная коллизионная норма, как публично-правовой или процессуальной не является основанием для отказа в ее применении. В национальном законодательстве (Украина, Швейцария) и в международных соглашениях (Конвенция СНГ о правовой помощи 1993 г.) прямо закреплено, что применение нормы иностранного права не может быть ограничено только на том основании, что данная норма имеет публично-правовой характер.
Принцип «закон суда» (применение собственного процессуального права) до сих пор частично считается фундаментом МГП. Эта точка зрения разделяется большинством российских ученых и подтверждается национальным законодательством многих государств: «Гражданский процесс, происходящий в Италии, регулируется итальянским правом» (ст. 12 Закона о реформе МЧП Италии). Данная позиция выражена и в судебной практике — решение Верховного суда ФРГ 1977 г.: «Германские суды применяют к находящимся в их производстве спорам только германское процессуальное право». Положение forum regit processum многими расценивается как краеугольный камень МГП.
Однако применение судом только собственного процессуального права обеспечивает равное положение в процессе всех его участников (и собственных граждан, и иностранцев), т.е. происходит «равное обращение с неравными вещами», — правовой спор, связанный с иностранным правопорядком, рассматривается как национальный спор.
Âнастоящее время применение закона суда в МГП преимущественно обосновывается практической целесообразностью и удобством. Судья ex officio знает свое собственное процессуальное право
èприменяет его. Применение иностранного процессуального права, ведение процесса в иностранных формах ведет к временным и материальным затратам, требует от судей специальной подготовки. Возникает проблема языка судебного разбирательства: применение иностранной процедуры предполагает применение соответствующего языка.
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18