Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Экономическое развитие. Модели рыночной экономики. Учебное пособие

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
08.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
Уже не подвергается сомнению положение о том, что большое влияние на уровень экономического развития оказывают инсти­туциональные факторы (государство, наличие различных форм собственности, традиции, менталитет и т.п.). Но самым, пожалуй, важным является такой фактор, как роль и место государства в эко-
номической системе.
Отношения государства и рыночной экономики определяются, как правило, с помощью рамок, задаваемых Конституцией государ­ства. Остающееся экономическое пространство используется по­литикой (экономической, включая и социальную). Именно этот сегмент и развивает отношения между государством и экономи­кой, характерные для конкретной экономической системы и обус­ловливающие ее развитие.
На сегодняшний день самой экономически мощной державой являются США. Модель экономики, характерная для этой стра­ны, может быть охарактеризована как либеральная или консти- туционально-классическая. Это означает, что данная модель со­здана по классическим лекалам экономического и политического либерализма и законодательно закреплена в Конституции, приня­той в ХVIII веке.
Анализ социально-экономического развития США за послед­ние примерно сто лет позволяет выделить три важные характе­ристики американской экономики: рост валового национального продукта (ВНП) в целом и на душу населения; динамику струк­туры рабочей силы и возросшее вмешательство государства в эко­номику.
Среднегодовые темпы его роста были более 3 %. До 1930 г. – примерно 3,5 %, после 1949 г. – 3,6 % . По мнению американского профессора Л. Рейнольдса, ВНП на душу населения начал расти в США по меньшей мере с 1830 г.
При этом следует помнить, что такие темпы развития были ха­рактерны для страны классического капитализма и рыночной сис­темы, не с точки зрения становления рыночной системы а с точки зрения привнесения в экономику эмигрантами из Старого Света и, прежде всего, из Англии парадигмы рынка в чистом виде в пове­дении и психологии. В частности, отмечая буржуазное происхож­дение США, Ф. Энгельс подчеркивал, что они основаны мелкими буржуа и крестьянами, бежавшими от европейского феодализма с целью учредить чисто буржуазное общество.
Отцы американской демократии – Т. Джефферсон, Б. Франк­лин, Дж. Мэдисон, Дж. Адамс – прагматики с огромным опытом и знанием делового человека, американского характера эмигранта,
191
его психологии. Они желали «достигнуть высокого уровня разви­тия и свободы для каждого гражданина с помощью обществен­ных институтов, задуманных ими», совершенно четко осознавая свойства человеческого характера и не имея ни малейшего жела­ния строить свою систему, используя некоего фантастического, придуманного человека. «Если бы люди были ангелами, – писал Дж. Мэдисон, – в правительстве не было бы необходимости.»
Важная черта современной американской экономики – возрос­шее вмешательство в нее государства. Можно выделить четыре главных направления вмешательства.
Первое. Обеспечение общественных услуг путем найма рабо­чей силы и покупки материалов и оборудования и т.п. в частном секторе: около 80 % продукции реализуется через частный сектор и более 20 % – это так называемые правительственные закупки продукции, которые производятся для граждан и финансируются из налоговых поступлений. Они обеспечивают народное образо­вание, полицию, пожарную охрану, различные городские услуги, содержание мостов, дорог и т.д., поддерживание национальной обороны.
Второе. Перераспределение дохода через налоговую систему и систему трансферных платежей (transfer payment). Распредели­тельный эффект выражен в трансферных платежах (пенсии по­жилым людям, пособия многодетным и др.). Они идут полностью людям с малой «потребительской корзиной». Доля трансферных платежей в ВВП увеличивалась от 1 % в 1929 г. до 6 % в 1950 г., со­ставила почти 15 % в 1983 г. и 16,44 % в 1990 г. Сегодня они состав­ляют более 20%.Следует отметить, что доля их в США меньше, чем в Западной Европе, но больше, чем в Японии. Что касается распределения других доходов (от труда и от собственности), то картина здесь следующая: 4/5 всех рыночно определяемых дохо­дов составляют трудовые.
Третье. Вмешательство в частный рынок либо для обеспечения конкуренции, либо для ограничения ее разрушающих сил.
Четвертое. Макроэкономическое регулирование кредитно-де­нежной сферы через Федеральную Резервную Систему.
Рыночная система США позволила создать простор для быс­трого развития рыночной экономики по классическим образцам Западной Европы, начиная с конца ХVIII века. Экономическая свобода в рамках права дала возможность быстро формировать и развивать рыночные институты, обеспечить значительный рост ВНП и на этой основе высокий уровень удовлетворения потреб­ностей. Если в Западной Европе этот процесс занял, по меньшей мере, 800 лет, то в США – только 200 лет.
192
Политическая демократия явилась не просто целью, а средст­вом обеспечения свободы, в том числе и экономической, ибо, рас­крепостив движущие силы общества, его творческий и производс­твенный потенциал (бизнесменов, ученых, финансистов и т.д.), она с помощью общественных институтов, гарантировавших достиже­ние прав каждого человека, позволила получить динамично раз­вивающуюся экономику в рамках конституции и права.
Япония – страна специфического, своеобразного и относитель­но позднего становления капитализма и рынка. Анализ темпов рос­та наиболее высокоразвитых экономик, проведенный С. Кузнецом, показал, что за 1860–1960 гг. Япония и Швеция дали самые высо­кие темпы роста – около 3 % в год. В 1957–1973 гг. для Японии был характерен самый высокий в мире темп роста ВНП в целом и на душу населения. В 1961–1970 гг. среднегодовые темпы роста промышленного производства страны составили 15 %, а ВНП – 11,1, тогда как для США – соответственно 4,1 и 4,0 %, а для Запад­ной Европы – 5,4 и 4,9 %. Если за последующие два года – 1972, 1973 гг. – принять данные по США за 100 %, то в 1973 г. по сравне­нию с 1950 г. на душу населения ВНП увеличился в среднем для всех промышленно развитых стран капитализма с 38,4 до 64,4 %, а для Японии – с 9,4 до 55,5 %. В результате доля Японии в миро­вом капиталистическом производстве и внешнеторговом обороте к середине 70-х гг. резко повысилась
Первые послевоенные 15–16 лет создали, заложили основы функционирования японской экономики сегодня.
Послевоенная оккупация побежденной Японии осуществлялась американскими войсками. Американская администрация начала проводить демократические преобразования и способствовать фор­мированию рыночных структур. Одним из первых актов американс­кого оккупационной администрации явилась директива японскому правительству от имени американского штаба о роспуске крупных монополий – дзайбацу. Затем была проведена земельная реформа, устанавливающая предельную норму землевладения. Превышав­шие норму участки земли подлежали выкупу государством у поме­щиков, после чего крестьянству было предоставлено право приобре­тать эту землю. Реформа привела к известному перераспределению собственности на землю, резкому сокращению помещичьего земле­владения и расширению крестьянской собственности на землю.
В 1946 г. была принята новая конституция, коренным образом изменившая государственный строй. Она сохраняла монархию, но значительно расширяла власть парламента. Были предоставлены политические права женщинам, снижен возрастной ценз для из-
193
бирателей. Согласно Конституции Япония отказывалась от войны как средства разрешения международных споров и от содержания вооруженных сил, что наложило значительный отпечаток на пос­левоенное экономическое развитие Японии.
В целом в развитии рыночной системы Японии прослеживает­ся четыре этапа:
Период Характеристика этапа
1867–1945 гг. Прямое государственное регулирование, обеспечи-
1945 – начало 70-х гг. Косвенное регулирование (ставка процента, государ-
третий (70–90-е гг.) Характеризуется отказом от косвенного регули-
1990–2000-е гг. Характеризуется отказом от государственного
вающее высокий темп роста и становление государ­ственно рыночных структур
ственные инвестиции, общественный сектор, систе­ма льгот, разработка государственных программ)
рования и трансформацией экономической роли государства в рамках администртивно-финансовой реформы (АФР)
регулирования национальной экономики в рамках сложившихся после 1945 г. форм и методов. Сегод­ня в Японии идет трансформация модели госу­дарственного регулирования в сторону открытости национальной экономики и участия в процессах глобализации.
В совокупности все эти четыре этапа в Японии позволили:
1) обеспечить самые высокие темпы роста экономики за пос-
ледние более чем сто лет;
2) создавать и модернизировать в зависимости от экономичес­кой ситуации рыночные структуры, обусловившие высокую кон­курентоспособность японской продукции;
3) снизить долю государственного сектора. После денациона­лизации железной дороги государственный сектор перестал иг­рать сколько-нибудь заметную роль в экономике страны (80-е годы ХХ века);
4) повысить уровень жизни населения.
Таким образом, развитие рыночной системы, обусловлено зна­чительной ролью государства и его институтов в этом процессе. Сама рыночная система Японии может быть охарактеризована как государственно-институциональная. Это связано с тем, что на протяжении более чем 150 лет государство способствовало фор­мированию рыночных институтов и их поддержке с стране.
Наряду с Японией Швеция в 1860–1960-е гг. дала самые высо­кие темпы роста ВНП на душу населения в мире: в среднем около
194
3 % в год. В 70-е гг. ХХ в. она занимала первое место в Западной Европе по объему продукции на душу населения. Такого положения Швеция добилась в результате развития перераспределительной системы. Налоги в 70–90-х гг. имели тенденцию к росту: 1971 – 40,2 % в ВВП; 1985 – 50,1; 1989 – 55,8 %. Сегодня – чуть больше 50 %.
Рост налогов обусловлен, прежде всего, тем, что с 50-х гг. со­циал-демократами был взят курс на создание «функционального социализма». Намечена была не только цель – повышение благо­состояние народа, но и средства ее достижения и источники фи­нансирования – налоги, перераспределяемые через политические решения социал-демократического правительства. Кстати, это правительство находиться у власти с начала 30-х годов (уступив власть консерваторам только один раз – в середине 90-х годов, но выиграв сразу же следующие выборы).
В условиях относительно благоприятной для шведской эконо­мики конъюнктуры сложилось своеобразное «разделение труда»: социал-демократическое правительство отлаживало механизм перераспределения, развивало систему социального обеспечения, а предпринимателям оставило производство, экономику.
В Швеции теоретической основой экономической деятельнос­ти государства являлся и является «неокласссический синтез», прагматически соединяющий кейнсианские и неолиберальные теоретические концепции. Главная идея – необходимость государ­ственного регулирования экономики при сохранении рыночных отношений и сильного предпринимательства. На протяжении деся­тилетий социал-демократы Швеции проводили прагматический курс «дагенсполитик» – «политики дня». Превосходная конъюнк­тура позволила правительству социал-демократов добиться повы­шения жизненного стандарта основной массы населения без осо­бого ущерба для предпринимательства, но это в благоприятные годы. В 70-е гг., когда экономическое положение страны ухудши­лось, государственный сектор, государственные расходы легли тя­желым бременем на экономику. Начиная с 1970 г. численность за­нятых в государственном секторе ежегодно увеличивалась на 2 %, что требовало увеличения бюджетных расходов, а следовательно, и роста налогов, который переставал стимулировать производство.
Хотя Швеция является относительно малой страной, ее эконо­мика в большой степени диверсифицирована. Традиционные отрас­ли, базирующиеся на двух наиболее важных сырьевых ресурсах – железной руде и лесе, по-прежнему играют важную роль, однако возросло значение машиностроения и различных высокотехноло-
195
гичных секторов. Мало других стран размером со Швецию имеют свое собственное авиастроение и ядерную энергетику, а также две национальные автомобилестроительные компании, развитую от­расль по производству вооружений, телекоммуникационную от­расль с высоким уровнем технологии и две крупные фармацевти­ческие группы.
Вплоть до середины ХХ века, отрасли, связанные с переработ­кой леса и железной руды, составляли основу промышленного производства и экспорта. В современной экономике лес, железная руда и вырабатываемые из них полуфабрикаты играют уже второ­степенную роль, уступив ведущее место машиностроению, элект­ротехнике и электронике. Однако Швеция по-прежнему остает­ся одним их крупнейших в мире производителей и экспортеров железной руды, качественной стали, пиломатериалов и целлю­лозно-бумажной продукции. Одна из важнейших особенностей экономики Швеции – ее «ярко выраженная экспортная направ­ленность»: на внешнем рынке реализуется около 25 % валового национального продукта и более 30 % промышленных товаров. Страна сильно зависит от импорта, за счет которого покрывает­ся до 25 % потребностей Швеции в товарах и услугах. Это может быть объяснено процессами интеграции, происходящими в Евро­пе. Экономике страны свойственна высокая степень концентрации производства и капитала. В ведущих отраслях промышленности, судоходстве, банковском деле преобладают крупные концерны, такие как «СКФ», «АСЕА», «Эриксон», «Электролюкс», «СААБ­Скания», «Вольво». Эти и многие другие фирмы находятся в тес­ной связи с крупными банками. Монополизация экономики очень высока в Швеции. Особенностью является и сосредоточение круп­ных капиталов в руках отдельных семейств. Например, семейство Валленбергов контролирует компании, биржевая стоимость акций которых превышает 1/3 акционерного капитала всех зарегистри­рованных на бирже фирм. Существующая в Швеции экономичес­кая система обычно характеризуется как «смешанная экономика, соединяющая основные формы собственности: частную, государс­твенную, кооперативную». Около 85 % всех шведских компаний с числом занятых свыше 50 человек принадлежат частному ка­питалу. Остальная часть приходится на государство и кооперати­вы. Государственный сектор расширяется, а доля кооперативного почти не меняется с 1965 года. Шведский государственный сектор наиболее развит в сфере услуг. В социальных услугах, составляю­щих половину сферы услуг, доля государства – 92 %, в том числе в здравоохранении – 91,9 %, в образовании – 88,7 %, в социальном
196
страховании – 98,2 % (по данным 1982 года). В целом же по ста­тистике на государство приходится 49 % занятых в секторе услуг, а с учетом государственных компаний – 56 %.
Сегодня шведская модель отличается сильной социальной политикой, направленной на сокращение имущественного нера­венства за счет перераспределения национального дохода в поль­зу наименее обеспеченных слоев населения. В руках государства находится всего 4 % основных фондов, зато доля государственных расходов находится на уровне 70 % ВВП, причем более половины из этих расходов направляется на социальные цели. Естественно, это возможно только в условиях высокой нормы налогообложе­ния. Такая модель получила название «функциональная социали­зация», при которой функция производства ложится на частные предприятия, действующие на конкурентной рыночной основе, а функция обеспечения высокого уровня жизни (включая заня­тость, образование, социальное страхование) и многих элементов инфраструктуры (транспорт, НИОКР) – на государство. Все это в совокупности и позволило создать своеобразную шведскую мо­дель социально ориентированной рыночной экономики.
В нашей стране также существует специфическая модель со­циально ориентированного экономического развития. Наиболее полно она сформулирована в выступлениях Президента Респуб­лики Беларусь А.Г. Лукашенко.
9.2. Белорусская модель
социально-экономического развития
В 2002 г. в лекции, прочитанной в Белорусском государствен­ном экономическом университете, Президент Республики Бела­русь А.Г. Лукашенко сформулировал основные черты белорусской модели социально-экономического развития. Он отметил, что «в процессе живой, созидательной практики сложилась за эти годы белорусская модель социально-экономического развития. В ее основе – создание рыночной экономики с действенными механиз­мами государственного и рыночного регулирования, рациональ­ным развитием частного сектора наряду с государственным при обеспечении приоритета общенародных интересов, с эффективной властью и сильной социальной политикой.
Очевидно, что наша экономическая модель предусматривает со-
четание преимуществ современного рыночного хозяйства с обес­печением эффективной социальной защиты граждан. Такой под-
197
ход учитывает менталитет белорусского народа, его историю и тра­диции».
«Наша модель основывается на активном участии государства в формировании рыночных отношений и структурной перестрой­ке экономики. По мере создания новых рыночных институтов про­исходит постепенное и последовательное сокращение его прямого участия в экономических процессах. Однако по отношению к тем
сферам экономики, где решаются крупномасштабные стратеги­ческие задачи, позиция государства остается однозначной: здесь
регулирование обязательно.
В Беларуси выбрана модель, которая базируется не на массо- вой, а на индивидуальной приватизации, нацеленной на повышение эффективности производства. Главная задача – привлечь в реаль­ный сектор экономики инвесторов, заинтересованных в техничес­ком перевооружении и повышении конкурентоспособности при­ватизируемых объектов».
Далее Президент поставил вопрос следующим образом: «Да­вайте взглянем на проблему и с другой стороны – чего не дала
белорусская модель развития?
Во-первых, она не позволила сформироваться в нашей стране
олигархическим кланам. База для неправедного обогащения и раз­воровывания национальных богатств была подорвана тем, что ос­новные производственные мощности, градообразующие предприя­тия, природные богатства остались под контролем государства, а не в частных руках…
Во-вторых, в соответствии с национальной моделью развития мы не допустили к власти криминальные элементы. Системная борьба с коррупцией и преступностью позволила Беларуси сохра­нить свой международный авторитет как одной из самых некор­румпированных стран мира…
В-третьих, наша модель не привела к массовой безработице и обнищанию людей...
В-четвертых, белорусская модель развития не привела к раз- рыву традиционных экономических связей с партнерами и раз-
валу реального сектора экономики, имеющей открытый, ориенти­рованный на экспорт характер».
В выступлении А.Г. Лукашенко раскрыты основные принципы социальной справедливости, которых придерживается в своей деятельности белорусское правительство:
«старшее поколение должно иметь обеспеченную старость;
люди в трудоспособном возрасте – работу, соответствующую уровню их образования и квалификации, с адекватной оплатой труда;
198
молодежь – равные стартовые возможности в получении образования, освоении профессий и специальностей в соответствии с их способностями и склонностями, а также потребностями народного хозяйства».
Источник: Лукашенко А.Г. Экономическая политика
белорусского государства: Лекция Президента Республики
Беларусь в Бел. гос. экон. ун-те. Минск, 29 нояб. 2002 г. –
Минск: БГЭУ, 2002.
9.3. Модели становления и развития
экономических систем «новых индустриальных
стран» Юго-Восточной Азии (НИС ЮВА):
Республика Корея, Тайвань, Гонконг, Сингапур
Анализируя модели экономического развития Тайваня и Юж- ной Кореи, следует отметить, что для обеих стран характерны:
• постоянный рост реального общественного производства на душу населения на протяжении относительно длительного перио­да времени,
• экспортная ориентация экономики и
• явная инвестиционная активность на внутреннем рынке.
Однако уже на начальном этапе развития выявляются как сход-
ные черты, так и различия между странами.
Сходные черты:
• Успешные земельные реформы, сопровождавшиеся компен­сациями бывшим землевладельцам, способствовали инвестициям в неаграрные отрасли.
• В период относительно длительной японской оккупации (до 1945 г.) была создана основная инфраструктура, сформировался кадровый потенциал, готовый для работы в промышленности и при­выкший к дисциплине. Традиционная рабочая этика, отношения взаимного уважения и постоянное стремление к знаниям обеспе­чили гибкость рабочей силы.
• Особую роль на начальном этапе развития сыграла и эконо­мическая помощь США, обеспечившая удовлетворение импорт­ных потребностей обеих стран, а также способствовавшая прили­ву частных инвестиций.
• Негативными начальными факторами в обеих странах являют­ся бедность природными ресурсами и высокие военные расходы.
Большинство специалистов выделяют два направления эконо­мической политики, способствовавшие высоким темпам роста в этих странах: во-первых, ориентацию на рыночную процентную ставку, обеспечившую рост накопления; во-вторых, экспортную экспан-
199
сию, нивелировавшую воздействие узости внутреннего рынка на индустриализацию. К сходным чертам экономического развития у этих двух стран можно отнести то, что рывок в развитии был сде­лан ими за достаточно короткий период. Еще не более 30 лет назад, как любят говорить сами южнокорейцы, «мы кушали только два раза в день». А это – 70–80-е годы! И вот за такой короткий период страна превратилась в одну из развитых стран, где ВВП на ду ­шу населения составляет более 20 000 долл., притом что в начале 60-х годов Южная Корея была одной из беднейших стран мира.
Что же позволило стране сделать столь масштабный рывок за столь небольшой в историческом плане отрезок времени?
Безусловно, это грамотная экономическая политика руководс­тва страны и, прежде всего, президента Пак Джон Хи, который за­ложил основы современного процветания в Южной Корее. Он од­ним из первых осознал необходимость создания цивилизованной и развитой инфраструктуры с тем, чтобы привлечь иностранный капитал в экономику, а уже на этой основе обеспечить экономи­ческий рост в стране и процветание корейского народа.
Если посмотреть на таблицу 9.1, которая показывает, какая доля ВВП на протяжении последних более чем 40 лет направлялась на создание инфраструктуры национальной экономики Республики Корея, то видно, что в экономической политике страны это был один из приоритетов.
Таблица 9.1
Доля затрат на инфраструктуру в ВВП Республики Корея по пятилеткам
1962–
1966
1% 4% 2% 5% 2,2% 1,8% 3,2% 3,0%
1967–
1971
1972–
1976
1977–
1981
1982–
1986
1987–
1991
1992–
1996
1997–
2001
Если в первую пятилетку затраты на развитие инфраструкту­ры составили только 1% ВВП и направлялись главным образом на строительство железных дорог (было построено 275 км), а осталь­ная часть – на поддержку импортозамещающей легкой промыш­ленности, то во второй пятилетке (1967–1971) в стране создава­лась инфраструктура, которая обеспечивала уже экспортную на­правленность экономики – были построены скоростные дороги Сеул–Пусан и Сеул–Инчён. Ускоренными темпами развивалась урбанизация страны. По плану предполагалось 19% от всех инвес­тиций направлять в развитие инфраструктуры, что должно было составить 4% ВВП. В реальности вместо 19 получилось 25%.
За третью пятилетку (1972–1976) были построены скоростные дороги и модернизированы морские порты Инчён и Пусан (повы-
200
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]