Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Человек в современном городе. Монография
.pdf
61
посёлки на окраине города, проживание в которых является показателем
социального статуса, достатка и успеха их хозяев, «место комфорта и достатка,
правильной жизни, основанной на семейных ценностях и гармонии с
природой» [133, с. 110]. Современные пригороды – это бунт против
безжизненной унификации и стандартизации городской среды, дающий
жителям города возможность конструировать свою среду обитания в
соответствии с собственными предпочтениями и вкусами.
Однако этот «антиурбанистический бунт» не решает многочисленных
проблем современного города, поскольку субурбанизация оказывается
расширением самого города, окончательно отрезающим горожан от природной
среды, от открытых пространств. Над этими пригородами «витает
неистребимый дух старой городской окраины, вечно завидующей городу и
связанной с ним тысячью нитей» [46, с. 340]. Кроме того, как уже было сказано,
негативными последствиями процессов субурбанизации являются, во-первых,
сегрегация и геттоизация городской среды, чреватые усилением культурных и
социальных конфликтов; во-вторых, пауперизация населения центральных
районов города.
Таким образом, анализ взаимосвязи архитектурной среды и социальных
проблем современного города, позволил нам сделать некоторые выводы.
Архитектурная среда города является одним из наиболее явных показателей его
социальных проблем. Городская архитектура – это зеркало, отражающее
социальную ситуацию в городе, что может быть отнесено как к городам,
существовавшим в глубокой древности, так и к современным городам. Сегодня
градостроители и архитекторы всего мира ищут пути решения проблем,
вызванных технологической революцией в архитектуре. Возможно, эти пути
будут найдены, и им удастся преодолеть конфликт между экономической
целесообразностью, эффективностью массового жилищного строительства и
эстетическими требованиями к организации жилой среды. Однако эта проблема
выходит за рамки собственно архитектуры, так как принципы
индустриализации, стандартизации, типизации, унификации, характерные для
62
современного градостроительства, в настоящее время стали едиными для всех
сфер общественной жизни, в том числе для культуры. Это базовые принципы
капитализма, измеряющего экономической эффективностью все формы и
проявления человеческой продуктивности [106].
1.4 Человек в современном городе
Современная урбанистика – это целый спектр различных концепций,
теорий, интерпретаций и подходов, направленных на выявление сущности
города, его роли в развитии общества, культуры, человечества, основные
тенденции в развитии городов и их возможное будущее. Хотя в истории
человечества город представляет собой относительно молодое явление, число
научных исследований города и городского образа жизни растет из года в год,
что может быть объяснено тем, что все проблемы современного общества – это
главным образом городские проблемы [28, с. 21; 108].
Одной из наиболее актуальных проблем урбанистики является проблема
воздействия разнообразной и насыщенной городской среды на духовное
состояние человека – жителя большого города. Классической работой,
посвященной исследованию типа личности современного горожанина и его
психологических особенностей, может быть названа работа Г. Зиммеля
«Большие города и духовная жизнь», написанная мыслителем в 1903 году, в
период бурной урбанизации в Европе. Духовную сущность большого города,
которой определяется его значение в истории духовного развития человечества,
мыслитель видел в индивидуализации душевных качеств горожанина, в
предоставлении ему максимальной свободы, которая невозможна в других
человеческих поселениях. Вместе с тем оборотной стороной этой личной
свободы становится одиночество и ощущение покинутости человека в общей
сутолоке больших городов [107, с. 145]. По утверждению Г. Зиммеля,
психологической основой большого города является «повышенная нервность
63
жизни», связанная с разнообразием и сложностью городской среды, с быстрой
переменой противоположных по своей сути и разнообразных впечатлений, к
которым должен адаптироваться горожанин. Именно данными особенностями
мегаполиса определяются такие черты личности горожанина, как преобладание
интеллектуального характера духовной жизни в ущерб проявлениям души и
сердца; рассудочность, бесчувственное равнодушие, эксцентричность,
притупленность восприятия вещей, замкнутость, обособленность и т. д. [60;
108].
Много внимания данной проблеме уделяли и представители Чикагской
школы урбанистики. Так, Л. Вирт в одной из своих работ дает глубокую
характеристику урбанизма как образа жизни миллионов людей на планете.
Ученый называет три основных критерия, отличающие город от других
человеческих поселений: численность, плотность и гетерогенность населения
города, которые определяют основные черты личности современного
горожанина. Доминирование вторичных контактов; поверхностные, безличные
отношения; взаимодействие друг с другом в сегментированных ролях;
утилитарная направленность межличностных отношений; отношение к другому
как к средству достижения собственных целей; диверсификация и
дифференциация людей и их деятельности; космополитизм и личностная
усложненность горожанина, терпимость к различиям; аномия и т. д. – таковы
черты горожанина, которого Л. Вирт называет «шизоидным типом личности»
[29].
Город – это «увеличительное стекло», которое обнажает, делает наиболее
зримыми духовные проблемы современного общества, а также положительные
или отрицательные особенности поведения людей [98, с. 70-72]. С одной
стороны, город создает большие возможности для развития и самореализации
личности, для выбора форм и способов своей жизнедеятельности, в силу чего
он и характеризуется как «город-базар». Казалось бы, разнообразие и богатство
города позволяют каждому жителю найти в нем свое место. Но, с другой
стороны, все эти возможности носят по преимуществу потенциальный
64
характер, поскольку реальные экономические, социальные, культурные условия
общества не дают личности реализовать даже малую часть этих возможностей.
С одной стороны, в городе в силу его социальной гетерогенности и
информативной насыщенности личность находится в состоянии активной
стимуляции своих потребностей средствами массовой информации, рекламой,
индустрией досуга и развлечений и т. п., но, с другой стороны, в реальной
жизни их удовлетворение для большинства жителей города жестко ограничено.
Именно такое противоречие между возрастающими потребностями личности и
реальными возможностями их удовлетворения порождает, во-первых,
состояние фрустрации, чувство неудовлетворенности личности,
беспомощности и бесперспективности существования и, во-вторых, становится
мощным фактором дестабилизации самого общества, так как порождает
асоциальное, девиантное поведение, на что указывают как западные, так и
российские авторы [154; 173; 180].
Именно о таких противоречиях современного общества писала известный
западный психоаналитик К. Хорни: «Наша культура порождает огромную
тревожность в людях, живущих в ней» [180, с. 46]. Кроме того, К. Хорни
отмечает и такую особенность современного общества, которая особенно ярко
проявляется в городе, превращая его в «каменные джунгли» – место, где идет
постоянная борьба за свое место под солнцем, за выживание в условиях
враждебной среды: «Современная культура экономически основывается на
принципе индивидуального соперничества. Отдельному человеку приходится
бороться с другими представителями той же группы, приходится брать верх над
ними и нередко "отталкивать" в сторону. Превосходство одного нередко
означает неудачу для другого. Психологическим результатом такой ситуации
является смутная враждебность и напряженность в отношениях между людьми.
Каждый представляет собой реального или потенциального соперника для
любого другого... Потенциально враждебное отношение между людьми
приводит к постоянному порождению страха – страха потенциальной
враждебности со стороны других, усиленного страхом мести за собственную
65
враждебность... Все эти факторы вместе – соперничество и соответствующие
ему потенциальные враждебные отношения, страхи, пониженное самоуважение
приводят к тому, что человек чувствует себя изолированным... Такая ситуация
дает обильную почву для развития неврозов» [180, с. 218-219].
Данная тема сохраняет свою актуальность и сегодня. Однако если
Г. Зиммель, Л. Вирт, Р. Парк, С. Милгрэм и другие авторы исследовали
преимущественно особенности межличностных, межэтнических, социальных
отношений в городе, то у современных авторов все большую озабоченность
вызывает проблема воздействия на человека городской среды, например,
архитектуры. Городская среда исследуется с позиций психологии, когнитивной
нейропсихологии, психогеографии, городской антропологии и других
направлений гуманитарной науки с опорой на результаты эмпирических
исследований особенностей восприятия городской среды жителями западных
городов [108].
Как же влияет на человека та среда, которая окружает его в городе: дома,
на улице, на работе, в школе? Именно такое воздействие города на человека
имел в виду Г. Зиммель, который писал о «повышенной нервности жизни»,
вызванной разнообразием воздействующих на горожанина впечатлений. Среда,
окружающая человека в городе, – это динамичный, непрерывно меняющийся
калейдоскоп самых разных раздражителей, которые воспринимаются всеми
органами чувств человека: слухом, зрением, тактильными ощущениями,
обонянием – воспринимаются сознательно, но чаще бессознательно, но, тем не
менее, воздействуют на самочувствие людей, их поведение и взаимодействие с
другими людьми. И реакции человека на эти раздражители – праймы1 во
многом обусловлены его биологическими особенностями, сформировавшимися
в процессе эволюции человека как биологического вида. Хотя первые города
древних цивилизаций, такие как Урук, Мохенджо-Даро, Мемфис, Фивы
1
Прайм – это неосознанно воспринимаемый из окружающей среды раздражитель, который может влиять на
последующие чувства, мысли и реакции человека, вызывая эмоции, воспоминания или какие-то иные
когнитивные ассоциации [39, с. 87].
66
возникли тысячелетия назад [26], в мировой истории человечества современные
города – сравнительно позднее, молодое явление, к жизни в которых человек
еще не успел приспособиться биологически в полной мере [108]. Поэтому «в
нас по-прежнему живут отголоски некой глубинной, первородной связи с
условиями, сформировавшими наш вид… эти отголоски – часть тех глубинных
механизмов нашего тела и нервной системы, что определяют наши
перемещения в пространстве, симпатии и антипатии к конкретным местам,
наши чувства, уровни стресса и даже состояние иммунитета» [192, с. 33].
Таким образом, восприятие человеком городской среды определяется
влиянием на него древних адаптивных механизмов, сформировавших наш вид.
Так, стремление человека к природе нельзя объяснить только рациональными
мотивами (например, чистотой воздуха, красотой парков и садов и пр.) – тяга
человека к природным ландшафтам и объектам имеет биологическую основу.
Рис. 5. Собор Амьенской Богоматери –
великолепный памятник архитектуры,
выполненный в лучших традициях
пламенеющей готики. Режим доступа:
https://kuku.travel/country/franciya/dostopr
imechatelnosti-franciya/amenskij-soborizvestnyj-arxitekturnyj-rekordsmen-francii/
Рис. 6. Кандарья-Махадева – крупнейший
индуистский храм западного Кхаджурахо (Индия)
X-XI веков. Режим доступа:
https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9A%D0%B0%D
0%BD%D0%B4%D0%B0%D1%80%D1%8C%D1
%8F%D0%9C%D0%B0%D1%85%D0%B0%D0%B4%
D0%B5%D0%B2%D0%B0
Природа, даже «заключенная в жалкие резервации городских парков» [47,
с. 343] и даже воспроизведенная в живописном пейзаже, оказывает
67
благотворное воздействие на состояние человека: повышает его когнитивные
способности, восполняет ресурсы внимания, снижает уровень агрессии и
стресса и т. д. Поэтому природные объекты не вызывают у человека такой
скуки, как среда современного города – «гнетущая простота зданий и городов,
состоящих из перпендикулярных прямых линий, пересекающихся под прямыми
углами» [39, с. 93]. Попытки архитекторов и градостроителей внести некоторое
разнообразие в жилую застройку и сделать дом интереснее за счет окраски
фасадов в разные цвета лишь подчеркивают низкий уровень архитектуры и
примитивную форму здания: «Старые панельные дома, в какой цвет их не
раскрашивай, все равно останутся панельными домами» [24, с. 390].
Скуку и раздражение вызывают формы городских объектов, которые не
свойственны природе. Поэтому современные архитекторы призывают
отказаться от правильных геометрических форм, простой симметрии в
современной застройке и ратуют за включение в крупномасштабное
строительство неправильных, изогнутых линий [47, с. 325; 39, с. 273]. Именно
такие гибкие, неправильные формы характеризуют лучшие образцы
современной архитектуры, например, творения известного испанского
архитектора Антонио Гауди в Барселоне: «У Гауди было отвращение к прямым
линям в пользу сумасбродных крайностей, как это можно видеть в Каса-Батльо,
где потолки свертываются подобно взбитому крему, или в Каса-Мила,
спроектированному в виде недостроенного здания, в виде иллюзии
органического роста с декоративными элементами, с наростами из ракушек
наподобие athedrale engloutie (погруженный в воду собор), вырождающимися в
кривые» [26, с. 310]. Подход А. Гауди базировался на органичнонатуралистическом подходе к архитектуре, подобного которому не было в
современной ему европейской культуре. «Хотите знать, что послужило
образцом для многих моих творений? Дерево, стоящее прямо, вздымающее
кверху свои ветви с расположенными на них ветками поменьше, на которых, в
свою очередь, располагаются листья. И каждый из этих элементов выглядит
гармонично и величественно с тех времен, как их создал Великий Творец» [цит.
68
по: 78, с. 2], – пишет об истоках своего творчества сам архитектор.
Самобытный язык форм, богато представленных в природе, превратил
Барселону в один из красивейших городов Европы – город, в котором никогда
не будет скучно.
Рис. 7, 8. Дома, которые построил Антонио Гауди в Барселоне – Бальо и Мила, внесенные в
список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Режим доступа:
https://yandex.ru/images/search?img_url=https%3A%2F%2Fnadache.pro%2Fuploads%2Fposts%2F2021-11%2F1636495269_96-na-dache-pro-p-doma-gaudi-
В основе лучших произведений архитектуры очень часто лежит
метафора, связанная с природой. Если метафора слишком абстрактна, она
может быть не понята жителями. Если она очевидна и излишне буквальна, то
рискует быстро наскучить. Мастерски продуманная и воплощенная метафора
способна вызвать множество самых разных, взаимно пересекающихся
ассоциаций, связанных с отсутствием однозначных и жестких связей между
означаемым и означающим. Так, здание Сиднейской оперы вызывает
ассоциации и с полузасыпанными раковинами на берегу моря, и с поднятыми
над палубой парусами, и с каким-то диковинным, доисторическим животным.
69
Рис. 9. Метрополь-Парасоль – Грибы Севильи
или Севильские грибы. Севилья, Испания.
Режим доступа:
https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/
e/e4/Metropolparasolnov2011001.jpg
Рис. 10. Сиднейский оперный театр –
корабль, плывущий по волнам искусства.
Режим доступа: https://putidorogi-nn.ru/100-
chudes-sveta/531-sidneyskiy-operniy-teatr
Множество самых разных ассоциаций вызывает и здание Национального
стадиона в Пекине, названное «Птичьим гнездом», и Метрополь-Парасоль в
Испании – конструкция из дерева и бетона, напоминающая гигантские грибы
[39, с. 246-247], и Храм семян, в котором уже само название ассоциируются с
верой в лучшее будущее, характерной для многих народов и культур.
Рис. 11. «Птичье гнездо», Национальный
стадион. Пекин, Китай. Режим доступа:
https://reass.ru/monuments/59-stadion-ptichegnezdo-v-pekine.html
Рис. 12. Храм семян – павильон
Великобритании на выставке «Экспо-2010».
Шанхай, Китай.
http://www.archplatforma.ru/?act=1&nwid=224
Современные же жилые микрорайоны часто выглядят как постройки из
кубиков, сложенных малышами на полу детского сада [39, с. 62].
Геометрическая простота, монотонность, однообразие современных городских
70
кварталов отупляет чувства, в то время как разнообразие и упорядоченная
сложность, дающие человеку многообразие впечатлений, являются способом
когнитивной стимуляции, в которой так нуждаются люди и которую они
находят в природе. Врожденная человеческая потребность в сенсорном
разнообразии не может быть удовлетворена в однотипной, стерильной среде
современного города. Поэтому К. Эллард, типологизирующий объекты
городской среды по вызываемым ими эмоциям, называет такие места «местами
скуки», подчеркивая, что скука, характеризующаяся низким уровнем
возбуждения, оказывает разрушительное воздействие на психику человека [192,
с. 137-139; 108].
Известный австрийский архитектор Адольф Лоос, идеи которого оказали
большое влияние на дизайн и архитектуру XX века и который, как и
Дж. Джекобс, считал, что архитектуру не следует рассматривать как искусство,
как сферу творческой самореализации художника, писал: «Сегодня
большинство домов нравятся только двоим: застройщику и архитектору. Дом
должен нравиться всем. В отличие от произведения искусства, которое не
обязано нравиться никому. Произведение искусства – частное дело художника.
О доме этого не скажешь. … Произведение искусства не несет ответственности
ни перед кем, а дом несет ответственность перед всеми и каждым.
Произведение искусства стремится вырвать человека из привычного уюта. Дом
должен служить этому уюту… Художник должен служить только самому себе,
архитектор – всеобщему благу» [87, с. 70-71]. По мнению архитектора, к
подлинному искусству можно отнести лишь самую малую часть архитектуры –
памятник и надгробие [87, с. 71]. Именно восприятие архитектуры как
искусства и стремление архитектора выразить себя, свои творческие идеи через
конструирование и создание новых оригинальных зданий нанесло
непоправимый ущерб современным городам, которые стали мало пригодными
для повседневной жизни горожанина.
Как выяснили западные ученые, здоровая городская среда должна быть
устроена так, чтобы пешеход, двигающийся со скоростью 5 км в час, каждые 5
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]