Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Человек в современном городе. Монография
.pdf
181
Будущее города (вместо заключения)
В 1950-ые годы известный американский психолог и этолог Джон Кэлхун
создал так называемые «крысиные города», в которых грызунов принуждали
жить в условиях, близких к условиям большого города, – в тесноте,
скученности, в хаотично застроенной среде. Со временем «крысиная утопия»
превратилась в настоящую «преисподнюю»: матери перестали заботиться о
своих детенышах, кусали и дрались с ними. Молодые крысы становились
агрессивными «малолетниками преступниками», «изгоями» и «отбросами
общества». В крысином сообществе появились свои «авторитеты»,
занимающие доминирующее положение и эксплуатирующие своих сородичей.
Под влиянием насыщенной городской жизни многие крысы становились
гиперсексуальными, гомосексуальными и пансексуальными. Таким образом,
исследователем был сделан вывод о патологическом влиянии городской среды
на человека, о растущей угрозе, который несет город всему общественному
порядку [164, с. 61].
И почти в каждую эпоху урбанистической истории существовала вера в
то, что городскую жизнь можно значительно улучшить, если снести до
основания прежний самоорганизованный, хаотичный, нераспланированный
город и построить на его месте новый в соответствии с некими научными и
философскими принципами. Хаос в городской среде рассматривался как
источник любого зла, а рациональность и упорядоченность – как условие
общественного блага [165, с. 73]. Такая «идея улучшения человеческого
характера посредством утопического урбанизма была названа "спасением с
помощью кирпичей"» [164, с. 93]. Поэтому образ «идеального города»,
очищенного от человеческих пороков, хаоса, эпидемий и т. п., стал темой
многих философских трактатов и градостроительных проектов. Свой образ
«идеального города» создали Платон и Томас Мор, Леонардо да Винчи и
Джованни Каналетто, Ле Корбюзье и Эбенизер Говард и многие другие
182
философы, писатели, градостроители и архитекторы. Большинство из этих
проектов, к счастью, не было реализовано, а те, которые получили свое
физическое воплощение, не принесли обитателям этих городов большой
пользы – не принесли ожидаемого улучшения человеческого характера.
Город как специфический тип организации совместной жизни большого
количества людей со времени своего возникновения и до сегодняшнего дня
прошел сложный и трудный путь своего развития. Он подвергался
разрушениям, социальным, политическим, природным и иным катаклизмам,
страдал от пожаров, наводнений, эпидемий, переживал периоды расцвета,
упадка и гибели, но он сохранился и доказал свое право на длительное
историческое существование. Очевидно, что в самой природе города есть
нечто, что заставляет людей переселяться и жить в городах, несмотря на все
проблемы, сопровождающие его в течение многих веков. «Притягательная сила
города», его особая гипнотическая, магическая сила обеспечивается особой
социокультурной обстановкой и атмосферой города, возможностью личности
удовлетворять в нем не только свои витальные потребности, но и потребности
метафизические, культурные, социально-личностные – в самореализации и
личностном росте, в социально-психологическом комфорте, в индивидуальноличностной среде и др. Именно эта магическая сила города заставляет
чеховских героинь на протяжении всей драмы повторять: «В Москву! В
Москву!» В их восприятии большой город является символом свободы,
счастливой, духовной жизни.
Несмотря на ненависть к большому городу, высказываемую как в древние
эпохи, так и в XXI веке, житель мегаполиса – этот «духовный кочевник»,
поддавшийся однажды «обаянию греховной красоты» города, никогда уже от
него не освободится. «Ностальгия по большому городу, быть может, сильнее
всякой другой. Родиной является для нее любой из таких городов, ближняя
деревня – чужбина. Такой человек скорее умрет на мостовой, чем вернется на
село. И даже отвращение к этому великолепию, утомленность от этого
многоцветного блистания, taedium vitae, под конец охватывающее многих, не
183
делают их свободными. Они несут город с собой на море и в горы. Они
утратили землю в себе и уже не найдут ее вовне» [187, с. 105]. Поэтому «конец
города» как специфического коммуникационного пространства [186, с. 5],
возможен только в случае конца самого человека и человеческой истории.
История города – это очень малый промежуток времени по сравнению с
историей Земли, но даже за этот краткий период времени люди смогли создать
в городах поразительно разнообразные способы жизни и выживания в
кризисных условиях. Город – это самоорганизующаяся система: даже
разрушенный до основания чудовищными бомбардировками или
землетрясением город возрождается усилиями его жителей, а хаос и
неряшливость городской среды – это признак естественного и динамического
урбанистического развития. Попытки улучшить город за счет регулирования и
формализации такой активности могут произвести лишь омертвляющий эффект
[164, с. 502]. Разнообразный и живой город, основанный на спонтанном
порядке и различных механизмах самоорганизации его жителей, куда более
пригоден для полноценной жизни, чем реализация любого градостроительного
проекта, каким бы интересным и привлекательным он не представлялся своим
создателям [50, с. 4].
Город – это прежде всего люди, сообщество горожан, и только они могут
создать «идеальный город» в соответствии со своими потребностями и
интересами. Как доказывают современные научные исследования, люди,
живущие в плотной городской среде, где они имеют возможность постоянно
общаться и получать чувственные удовольствия, обладают лучшим физическим
и ментальным здоровьем, чем жители даже самых благополучных и
процветающих пригородов [164, с. 504-505]. «Метрополис начался с чувства
города – с удовольствия от общения, радости пребывания в тесной, интимной
обстановке, способной оживить это рукотворное пространство и наделить его
силой» [164, с. 503], а значит, город будет жить, несмотря на все сегодняшние
проблемы, и желание горожан жить совместно будет эволюционировать и
принимать новые, более гуманистические формы [164, с. 507].
184
Сегодня в развитии городов нарастают различные гуманистические,
эмансипаторные, прогрессивные тенденции; к развитию и благоустройству
городов выдвигаются новые функционально-композиционные требования,
принципиально важные с точки зрения современного урбанизма, к которым
С. Ситар относит следующие: «максимум обустроенных открытых пространств
для пеших прогулок и общения, сбалансированная плотность, совмещение друг
с другом различных программ, изобилие зелени, полное изгнание с
поверхности потоков скоростного транспорта и т. п.» [150, с. 6]. Однако
ведущую роль в этом движении играют не градостроители и архитекторы, а
гражданские активисты, организаторы разнообразных коммунитарных
проектов, уличные акционисты и художники стрит-арта, то есть активные
участники гражданского сообщества города [150, с. 14].
Что же касается профессиональных градостроителей и архитекторов, то
здесь наблюдается симптомы «антимодернистской» революции, то есть
стремление освободиться от тяги к структурности и машиноподобию в
архитектуре, внимание ко всем измерениям человеческого опыта в его
экзистенциальной наполненности. И успех современного архитектора сегодня
строится далеко не на тех основаниях и принципах, которых придерживается
эффективный маркетинг: «он измеряется в первую очередь глубиной эмпатии,
степенью способности проектировщика во всех нюансах пережить создаваемое
им пространство вместе с его будущими обитателями или, пользуясь
известной формулой В. С. Библера, увидеть "в этом предмете – другого
человека, для которого этот предмет предназначен"» [150, с. 13].
Совершенно очевидно, что в будущем городе массовое высотное жилье,
являющееся сегодня объектом критики, никуда не исчезнет: в условиях
постоянно растущего населения больших городов модель урбанизации,
базирующаяся на строительстве дома на одну семью, представляется
«вопиющим анахронизмом» [165, с. 10]. И в этом отношении Россия, Индия и
Китай имеют серьезное преимущество перед западными странами, так как
массовое жилье здесь не отмечено социальной стигмой, а проживание в
185
пригородах не считается безоговорочным признаком счастливой семейной
жизни и общественного успеха. В процесс обеспечения населения жильем попрежнему вовлечено государство, выделяющего на жилищные и
инфраструктурные проекты значительные средства [165, с. 215]. Массовое
жилье здесь является самым распространенным типом жилья и потому не
воспринимается как пережиток прошлого: это не гетто для маргиналов, а среда
с высоким уровнем социального разнообразия. Сегодня сложно сказать, какой
будет форма массовой застройки в будущем, но понимание проблем и
недостатков современного массового жилья позволит решить их в будущем.
Сегодня набирает силу тенденция озеленения городов, дающая надежду
на то, что город будущего будет, прежде всего, экогородом. Под экогородом
ученые понимают «такую среду обитания человека и других живых существ,
где духовный потенциал человеческого сообщества может раскрыться с
наибольшей полнотой» [47, с. 342]. В современных городах увеличивается
площадь зеленых насаждений, активно развивается вертикальное озеленение,
создаются зеленые коридоры и туннели, сети связанных между собой парков и
садов, зеленых крыш и зеленых стен, спадающих каскадами по стенам
небоскребов, дающих городу дополнительное зеленое пространство и
спасающих его от загрязнений [24, с. 455-459; 17; 75]; создаются городские
фермы, производящие пищевые продукты для городского населения;
развиваются технологии сбора и переработки мусора и т. д. [164, с. 468-478].
Рис. 43, 44. Дома с террасами в жилом комплексе Vista (Лондон). Каждая из террас
выполняет функцию мини-двора. Режим доступа:
https://www.scottbrownrigg.com/work/projects/vista/
186
В качестве примера назовем современный Лондон, где 47 % городской
территории занято зелеными насаждениями и находится самый крупный
городской лес мира [164, с. 467]. Как ответ на вызовы современного
экологического кризиса возникают такие новые научные направления в самой
урбанистике, как экоурбанизм [142], ландшафтный урбанизм, биофильный
урбанизм [7] и т. п., основной целью которых является создание экологически
комфортных условий жизни в городе.
Рис. 45, 46. Вертикальное озеленение, улучшающее микроклимат современных городов.
Режим доступа: https://www.architime.ru/specarch/top_10_green_houses/green_houses.htm
В крупных городах мира набирают силу тенденция создания
многоуровневых общественных пространств открытого типа: многоуровневых
пешеходных зон и игровых площадок, надводных пространств рекреации,
ярусных и линейных парков, зеленых крыш и т. п., создающих комфортные
условия для отдыха и общения горожан, проведения массовых мероприятий,
организации досуга. Эти пространства отвечают самым высоким требованиям
горожан к организации бестранспортной городской среды: экологичность,
функциональность, социальная значимость, комфортность, эстетичность,
безопасность, доступность и др. В условиях плотной застройки современных
городов, в ходе реконструкции сложившегося средового контекста такие
общественные пространства способствуют повышению качества жизни
горожан, оздоровлению экологических условий в городе, созданию визуально
187
разнообразного, уникального ландшафта [57; 174]. Многоуровневые
общественные пространства сегодня создаются как в известных мегаполисах
мира: Париже, Лондоне, Сеуле, Шанхае, Мадриде, Копенгагене, так и в менее
известных провинциальных городах: Дамфрис (Шотландия), Седжон (Южная
Корея) и др. В Москве примером такой организации городской среды стал парк
«Зарядье», а также жилой комплекс «Достижение» с оригинальной детской
площадкой, созданной в условиях сложного рельефа территории [174].
Рис. 47, 48. Ярусный сад «1000 деревьев» в Шанхае. Режим доступа:
https://www.heatherwick.com/projects/buildings/1000trees/%20URL%20https:/www.dezeen.com/2
021/12/28/heatherwick-studios-1000-trees-opens-shanghai/
Инстинкт самосохранения, присущий каждому живому существу и
породивший в свое время бомбоубежища, крепости, стены и башни городов,
заставит горожан не только озеленять города, но и бороться с другими
источниками глобальных изменений климата, в частности с избыточной
автомобилизацией современных городов, с вредными выбросами
промышленных предприятий в городскую среду, с отсутствием эффективных
технологий по сбору и переработке мусора и т. д. Человечество также будет
вынуждено найти способы преодоления тенденции дегуманизации собственной
среды обитания и превращения городов в гнезда социальной коммуникации
[14, с. 230-383] и «инкубаторы социального капитала» [130, с. 9; 58].
Город будущего должен ограничить движение автомобилей и перейти от
политики приоритета машин к признанию приоритета пешехода и местного
188
сообщества. Изменению отношения к автомобилю и к роли улицы как
общественного пространства сегодня способствует тактический урбанизм и
методы, которые он использует: временное перекрытие улиц и создание
общественных пространств на проезжей части улицы и парковках; организация
базаров, ярмарок, фудкортов, парклетов, мобильных библиотек на
освободившейся территории; ликвидация заборов и расстановка уличной
мебели; организация дней велосипеда; замена асфальта и бетона на газоны и
зелень; развитие уличного искусства и т. п. [24, с. 300; 82] – таков «путь к
будущему, свободному от машин» [82, с. 192], реализация которого не требует
от городских властей значительных финансовых расходов. Важнейшей
характеристикой города будущего должна стать «"пешеходность" – это краткое
обозначение всего, что составляет привлекательность района в целом: внешний
облик зданий, плотность застройки, ориентированный на человека дизайн улиц,
многофункциональность, близость парков и удобных общественных
пространств» [82, с. 159].
Все названные тенденции постепенно проникают и в российские города,
меняя их внешний облик и социокультурную атмосферу. Но одной из
серьезных проблем урбанистического развития современной России, на наш
взгляд, является необходимость изменения взаимоотношений между центром и
периферией российского социокультурного пространства, реабилитации
провинции и малого города, изменение их роли в экономическом и
социокультурном развитии страны. Как подчеркивают отечественные авторы, в
постиндустриальную эпоху, когда главной отраслью народного хозяйства
становится экономика услуг, происходит усиление «территориальных
детерминант образа жизни» [123, с. 142]. По своей природе большинство таких
услуг относятся к местному производству. «Третичная экономика», в которой
большая часть населения занята в сфере услуг, – это экономика
территориальная, ориентированная на потребности местного населения. Она
требует новых отношений между центром и регионами, расширения прав и
разнообразия локальных, территориальных моделей образа жизни. В
189
постиндустриальную, демократическую эпоху город обращается к истокам, к
культуре и традиции, народной психологии и голосу почвы [123, с. 46-47]. Как
было сказано выше, постиндустриальное общество в своих существенных
чертах воспроизводит общество доиндустриальное – это такие черты, как
«культуроцентризм (взамен техно- и экономикоцентризма индустриальной
эпохи), экологизм, органицизм (императив целостности)» [123, с. 420]. И в этом
контексте малые провинциальные города, воплощающие в своем бытии эти
тенденции постиндустриальной эпохи, получают еще один исторический шанс
на свое возрождение и дальнейшее развитие. В этом отношении в современной
России делается много: создаются государственные программы, национальные
и федеральные проекты, проводятся всероссийские конкурсы, целью которых
являются решение экономических и социокультурных проблем малых городов
и исторических поселений России. Однако в связи с обширностью территории
страны и огромным числом таких поселений решение этих задач займет не
одно десятилетие.
Следует отметить, что большинство проблем современного города – это
результат их развития в индустриальную эпоху, и в преддверии
постиндустриальной эпохи свой исторический шанс на дальнейшее
существование и развитие в интересах человека получают и мегаполисы,
большие города, в которых сосредоточена огромная часть населения планеты.
Как известно, ни одна система не существует вечно, но названные выше
прогрессивные тенденции в жизни быстро развивающихся мегаполисов,
распространяющиеся круговыми волнами во все концы земного шара,
оставляют нам надежду, что города выживут за счет смекалки,
изобретательности и труда своих жителей и их своевременной реакции на
изменения окружающей среды. Город будущего – это город, более
приспособленный к потребностям своих граждан, к их мироощущению и
психике [47, с. 338]. Идеальный город, как уже было сказано не раз, – это не
произведение архитектора, даже самого талантливого и успешного; идеальный
город – это «произведение жителей, которые сами по себе мобильны и
190
мобилизуются для этого произведения и самим этим произведением» [5, с. 165].
Но чтобы город выжил и развивался, его жители должны быть не фланёрами,
зеваками или туристами в своем родном городе, а гражданами города, которые
принимают самое активное участие в его сотворчестве, бережно сохраняют все
то, что было создано многими поколениями людей, в нем живших, и своими
усилиями способствуют его процветанию и развитию в интересах каждого
жителя.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]