Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Цифровая образовательная среда методология и практики исследования. Монография.pdf
X
- •ПЕРЕЧЕНЬ СОКРАЩЕНИЙ И ОБОЗНАЧЕНИЙ
- •ВВЕДЕНИЕ
- •2.2 Диверсификация форм представления образовательного контента в цифровой образовательной среде: аудиоресурсы для образования
- •ЗАКЛЮЧЕНИЕ
- •СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ
- •образовательной среде
- •ПРИЛОЖЕНИЕ А
- •Анкета для преподавателя: Цифровизация образования: опыт работы
- •ПРИЛОЖЕНИЕ Б
- •Анкета для студента: Студенты об опыте работы в цифровой
- •ПРИЛОЖЕНИЕ В
- •Анкета для студента: Цифровая образовательная среда:
- •электронные библиотеки
- •ПРИЛОЖЕНИЕ Г
- •ПРИЛОЖЕНИЕ Д
- •Анкета для студента: «Забота о себе» в цифровом мире
- •ПРИЛОЖЕНИЕ Е
- •ПРИЛОЖЕНИЕ Ж
- •ПРИЛОЖЕНИЕ З

другой, совершенствованием технологий записи и простоты воспроизведения
аудиотекстов. Технологии записи и распространения аудиокниг, подкастов, аудиосериалов упрощаются из-за возможности записывать их на компьютере и
выкладывать в Интернете, минуя сложности поиска издателя и разработки промокампаний.
Аудиоподкасты становятся формой продвижения коммерческих образовательных проектов и ресурсов, привлечения внимания к профессиональным
знаниям, вступают в конкуренцию с образовательными ресурсами в форме
книг, учебников, других визуальных материалов, включая видеоресурсы и т.п.
Поэтому верифицированный цифровой образовательный контент и цифровые
образовательные сервисы следует разрабатывать и наполнять с учетом возрастающего интереса молодежи к аудиочтению.
71

3. Гибкие образовательные технологии в цифровой образовательной
среде
3.1 Гибкие образовательные технологии: возможности цифровой об-
разовательной среды и запросы субъектов образовательной деятельности
Актуальность исследования образовательных стратегий в контексте
запроса на гибкие образовательные технологии обусловлена множеством
фактором. Цифровизация образования в сочетании с нарастающей volatility,
uncertainty, complexity, ambiguity современного мира создают беспрецедентные
условия разрушения традиционных устоявшихся и одновременного рождения
новых образовательных моделей.
Динамичность изменений, возникновение непредсказуемых событий
рождают запрос на VUCA-навыки (vision, understanding, clarity, agility), которые
невозможны в традиционной модели образования, ориентированной прежде
всего на формирование энциклопедических знаний. Life long learning
становится глобальным трендом. Информация и ранее полученные навыки
стремительно устаревают, возникает потребность в умении «забывать» уже
имеющиеся навыки и учиться новому. Каждый новый этап развития технологий
разрушает предшествующие знания и навыки.
В таких условиях образование как важнейший цивилизационный
инструмент формирования человеческого капитала оказывается в ситуации
поиска новых образовательных смыслов и норм [198, с. 83]. Такой поиск не
может происходить вне запроса со стороны ключевых образовательных
субъектов (школьников, студентов и их родителей). И такой запрос существует,
меняются образовательные стратегии всех субъектов образовательных
деятельности. Развитие технологий ускоряет разрушение традиционных
моделей образования, стимулирует интерес к индивидуальным
образовательным траекториям со стороны тех субъектов, для которых
образование является средством самореализации, с одной стороны, и средством
профессионального развития, с другой стороны, которые осознанно подходят к
процессам обучения. Согласно данным Института прогрессивного образования
(в онлайн-анкетировании приняли участие 1,7 тысячи учеников 8-11 классов из
74 регионов РФ, анкетирование было проведено на основе методики риверсэмплинг среди пользователей социальных сетей "ВКонтакте" и Instagram)
93,9% опрошенных школьников выражают желание участвовать в
формировании школьной программы, в соответствии со своими интересами и
планами на будущее [108]. Уже школьники демонстрирует готовность стать
участниками проектирования своей образовательной траектории. Обсуждение
вопросов, связанных с трендами развития школьного образования, образования
без образовательных институтов, становится ключевой темой XI
международной Грушинской социологической конференции (2021) [45].
Методология исследования. Исследование основано на концепциях
рефлексивного модерна об «ускользающем мире» (Э. Гидденс), «текущей
современности» (З. Бауман), новой нормальности, а также на положениях об
72

изменении социальных взаимодействий в контексте цифровых трансформаций
(В. Ф. Ницевич, С. А. Кравченко).
В исследовании рассматривается гипотеза: массовизация опыта
цифрового обучения в период ограничений в связи с распространением
коронавирусной инфекции может простимулировать интерес к формам
обучения, альтернативным очному образованию и практикам индивидуального
обучения. Весной 2020 г. 1,5 млрд учащихся из 191 страны мира (это составило
91,3% всех учащихся в мире) обучались в формате дистанционного обучения
[49]. Следует признать дискуссионность вопроса об отношении к онлайнформатам обучения, которые получили разные оценки.Так, по данным ВЦИОМ
(сентябрь 2020г.), 93% россиян, имеющих детей или внуков школьного
возраста, высказали мнение о том, что лучше вернуться к очному формату
обучения [76]. В то же время такая готовность вернуться к офлайн-обучению
интерпретируется как временное явление, связанное с «усталостью от
удаленки», когда родители оказались в ситуации вынужденного решения всех
вопросов, связанных с обучением детей в дистанционном формате, начиная от
решения технических проблем и заканчивая необходимостью активного
личного участия в организации образовательной деятельности ребенка. Для
значительной части родителей это стало дополнительной нагрузкой, которую
раньше брала на себя школа, выполняя функции социальной поддержки.
Высказывается мнение, что готовность родителей вернуться к учебе офлайн –
это и признание родителями факта наличия сложностей, отсутствия личных
навыков, необходимых для одновременной реализации личной занятости
(включенность в трудовые отношения, забота о других членах семьи) в любых
пониманиях и учебной занятости ребенка.
Другим катализатором изменений образовательных стратегий становится
развитие рынка онлайн-образования. На текущий момент рынок онлайнобразования – это динамично развивающийся рынок, который предлагает
возможности получения дошкольного, среднего школьного, дополнительного
школьного, среднего и высшего профессионального образования, а также
дополнительного образования взрослых [107]. Эксперты отмечают, что
«онлайн-сегмент окончательно признан всеми участниками рынка. Инвесторы,
образовательные организации и, что самое главное, пользователи
рассматривают онлайн-обучение как естественную альтернативу офлайну»
[107, с.4].
В исследовании О. А. Донских, Н. Л. Микиденко семейных форм обучения отмечается, что среди значимых преимуществ семейного образования
93,2% респондентов называли возможность выбора индивидуального режима и
темпа обучения, 72,7% – возможность обучения ребенка по индивидуальному
учебному плану, 68,2% – гибкость расписания [96, с.138]. Среди других преимуществ отмечались возможность углубленного изучения предметов в соответствии с интересами ребенка – 43,2%, снижение непродуктивной нагрузки –
43,2%, снижение негативного влияния со стороны сверстников – 40,9, возможность выбрать учителя/репетитора – 18,2% [96, с.138]. Обращает внимание вы-
73

сокая значимость для родителей возможности индивидуализации образовательной траектории в соответствии с возможностями и потребностями ребенка. Одновременно, как отмечено выше, старшеклассники также демонстрируют высокую заинтересованность к участию в формировании образовательной программы с возможностью учета их интересов и точек роста [108]. Можно предположить, что существует запрос на индивидуализацию образовательных траекторий как со стороны родительства, так и со стороны ключевых игроков образовательного процесса – учащихся. При нарастании неудовлетворенности содержанием и качеством школьного образования онлайн-школы получают дополнительные преимущества [152, 153]. Цифровизация образования такие возможности создает.
На основании изложенных рассуждений можно сделать предварительные
выводы: очевидно, что опыт, полученный участниками образовательного
процесса в период локдауна:
(1) станет основой субъективного опыта, на основании которого в
дальнейшем могут приниматься решения о выборе образовательной стратегии;
(2) создает условия для оценки преимуществ и ограничений
индивидуальных образовательных стратегий;
(3) формирует запрос на индивидуализацию образовательной траектории
со стороны субъектов образовательного процесса.
Цифровая образовательная среда может конструироваться под
индивидуализированные запросы со стороны образовательных субъектов,
позволяя реализовать индивидуальный образовательный маршрут с учетом
запроса, уровня сформированности компетенций конкретного субъекта. Это
требует значимых изменений в образовательной среде, развития института
цифрового кураторства, цифровой педагогики и дидактики, освоения цифровых
компетенций как пользовательских, так и цифровых компетенций, связанных с
созданием цифрового образовательного контента со стороны
преподавательского состава.
3.2 Студенты как субъекты цифровой образовательной среды: фак-
торы академической успешности
Индивидуализация образовательных запросов, ориентация на успешное
освоение и завершение образовательной программы ставит проблему совершенствования образовательных коммуникаций при организации дистанционного обучения. Вовлеченность студентов в учебный процесс, активизация обратной связи через систему электронного обучения, страницы социальных сетей,
мессенджеры, а также мониторинг удовлетворенности учебными курсами, дидактическими материалами и дополнительным учебным контентом являются
значимыми факторами успешности при обучении дистанционно. Для уменьшения социального и эмоционального дефицита, который испытывают обучающиеся по программам, реализуемым с применением дистанционных технологий, могут быть предложены следующие меры: сопровождение обучающих ма-
74

териалов мотивационными письмами, одобрениями и сообщениями, вовлекающими в групповое обсуждение, поисковую и творческую деятельность.
Методы самоорганизации, self-менеджмента, самоэффективности и
управлением временем должны отрабатываться на специальных семинарах и
тренингах для поступивших. Особое внимание следует уделить студентам, начинающим обучение по дистанционным программам для быстрой адаптации и
решения организационных проблем, возникающих в начале обучения.
1. Организация электронного обучения является одной из актуальных за-
дач, решаемых обр
азовательными субъектами и обсуждаемых как экспертами и
аналитиками в области образования, так и самими обучающимися. Ключевой
задачей обновления системы образования в условиях перехода к цифровой экономике становится формирование персонализированной, ориентированной на
результат модели образования, в которой каждый «обучаемый (а не только
лучшие) …овладел компетенциями XXI в. (критическим мышлением, способностью к самообучению, умением полноценно использовать цифровые инструменты, источники и сервисы в своей повседневной работе) и мог творчески (не
по шаблону) применять имеющиеся знания в быстроразвивающейся цифровой
среде» [187, с. 15]. Электронное обучение, осуществляемое с применением дистанционных образовательных технологий, обладает большими возможностями
по преодолению образовательного неравенства и направлено на индивидуализацию образовательных практик.
Электронное или дистанционное образование базируется на методиках
обучения, реализующихся посредством со
временных информационно-
коммуникационных технологий, и представляет собой одно из наиболее быстро
развивающихся направлений системы образования. Его основными характеристиками являются гибкость, адаптивность, модульность, экономическая эффективность, ориентированность на потребителя. В то же время, специалистами
признается, что электронное обучение обладает особенностями, которые необходимо учитывать при проектировании и реализации программ, при подготовке
учебных материалов и организации процесса обучения, разработке «новых моделей организации учебной работы» [187, с. 16]. Это подтвердил опыт перехода
к использованию в образовании дистанционных образовательных технологий в
период пандемии.
Постановка задачи. Популярность образования, получаемого с примене-
нием дистанционных образовательных технологий, неуклонно возрастает. Сту
денческая молодежь выражает готовность учиться дистанционно, считает для
себя возможным сочетание традиционной формы обучения с дистанционными
образовательными технологиями[135, с. 3423]. В то же время одной из проблем
осуществления дистанционных образовательных программ является большое
число учащихся, не завершающих обучение. В международных исследованиях
эта тема имеет более продолжительную историю, чем в российских. Ее разработка начинается в 1980-90-е годы и продолжается и сегодня. Успешное завершение обучения как проблема рассматривается для всех уровней (бакалавриат
75

[163, 88], магистратура и аспирантура [67]) и для разных форм обучения: очно-
го [163] и дистанционного [20, 56].
Е. С. Попова, рассматривая отчисления в аспекте о
бразовательного неравенства, отмечает, что «высота институционального барьера в образовании возросла, влияние экономического и территориального барьеров в доступе к образованию усугубилось» [163]. С другой стороны, отчисления могут рассматриваться в контексте усиления тенденции, в основе которой лежит «сомнение
пользы высшего образования в принципе» [197, с. 3404]. Е. В. Донец, характеризуя статистику отчислений (МГУ, 2009 г.) отмечает, что около 22% студентов, поступивших на дневное отделение, прерывают процесс обучения и в течение 1,5-3 лет не возобновляют его [95]. По курсам, осуществляемым с применением дистанционных образовательных технологий, число отчисленных выше
на почти 30-50% в сравнении с очными программами обучения [56]. Показатели отчислений студентов из вузов в разных странах различаются и составляют
от 20% в России до более чем 40% в Венгрии, Новой Зеландии и США. Уточняется также, что официальная статистика по отчислениям немногочисленна и
не носит исчерпывающий характер [163, с. 379-380]. Поэтому изучение причин,
по которым студенты завершают или не завершают обучение по дистанционно
реализуемым профессиональным образовательным программам и роль коммуникационных факторов в сохранении обучающихся на профессиональных образовательных программах, осуществляемых дистанционно, приобретает актуальность.
Как отмечается в исследовании P. A. Lemoine, G. Sheeks, R. E. Waller и M.
D. Richardson, самое важно
е для современных высших учебных заведений это
удержание обучающихся. Несмотря на то, что за последние годы количест-во
учащихся в онлайн-учебных заведениях возросло примерно на 40 процентов,
показатели отчислений для онлайн-студентов примерно на 20-30 процентов
выше, чем для очных. Учреждения пытались решить эту проблему, но уровень
отсева продолжает вызывать серьезную озабоченность [20]. C. Sorensen и
J. Donovan провели исследование бывших студентов университета, которые
бросили учебное заведение без указания конкретных причин для этого для того,
чтобы выявить, почему студенты могут отказаться от онлайн-программ [34].
Обзор мотивационных и эмоциональных стратегий, направленных на снижение
числа учащихся, бросающих дистанционное обучение, представлен в исследовании Г. Астляйтнера [56]. Автор отмечает, что дистанционное обучение бросают почти в два раза чаще, чем очное, несмотря на преимущества, которое
предлагает такая форма обучения. Г. Астляйтенером выделена проблема социального и эмоционального дефицита, которая возникает в связи с тем, что учащиеся удалены друг от друга и не включены в учебное сообщество [56, с. 342].
Решением проблемы может стать перестройка курса, рассылка «мотивационных писем», организация групповых форм онлайн-коммуникаций. Социальную
изолированность как недостаток дистанционного образования отмечает Н.
В. Касюкова. Она подчеркивает, что «недостаток невербальных взаимодействий … приводят к изоляции обучаемых» [14, с. 37].
76

Отмечая, что выбытие студентов становится все более актуальным явле-
нием, Е. В. Горбунова приводит факт, что в США уровень отчислений является
одним из важнейших показателей конкурентоспособности вуза и отражает, с
одной стороны, привлекательность вуза, а с другой – эффективность образовательной политики университета в адаптации студентов к обучению, помощи им
в учебном процессе [88, с. 110]. В ее работе приводится анализ международных
и российских подходов и исследований по проблеме выбытия студентов из вузов. Одной из теоретических рамок, применяемой для изучения выбытия студентов, автор приводит теорию интеграции В. Тинто, согласно которой «недостаточное взаимодействие с другими индивидами в университете, несовпадение
ценностей студента и университетского сообщества и недостаточная интеграция в социальную систему университета обусловливает невысокий уровень
обязательств по отношению к этой системе и увеличивает вероятность того, что
студент решит покинуть университет» [88, с. 116].
Т. М. Скляренко на основе обобщения международного опыта рассматри-
вает коммуникативное пространство дистанционных программ и отмечает, что
с внедрением различных интерактивных форм подачи и получения информации
(проведения online-семинаров, виртуальных конференций и круглых столов,
функционирования сетевых сообществ) стали реальными не только прочные
межличностные контакты «студент – преподаватель», «студент – студент», но и
полноценное существование «живой» образовательной среды в дистанционном
образовании [177, с. 114].
Преимущественно асинхронный характер взаимодействия, отсутствие
общения «глаза в глаза», дефицит паравербальных (интонация, тембр голоса) и
невербальных средств (мимика, жесты) общения приводят к необходимости
формирования новых механизмов влияния преподавателя на процесс обучения
с целью вовлечения и удержания обучающихся. Эти причины являются значимыми причинами неудач в онлайн-обучении по мнению С. Б. Велединской и М.
Ю. Дорофеевой [80, с.105]. Авторы выделяют три системы присутствия участников образовательного процесса: познавательное (cognitive presence), обучающее (teaching presence) и социальное (social presence), а также синхронное и
асинхронное присутствие при проектировании и совершенствовании онлайнкурсов [80, с.106].
S. Mehall отмечает, что межличностное взаимодействие в онлайнобучении является необходимой, но туманной концепцией. Представленное исследование охватывает три типа взаимодействия: целенаправленное межличностное инструктивное взаимодействие, целенаправленное социальное взаимодействие и поддерживающее взаимодействие. Эти типы взаимодействия были
связаны с такими результатами учащихся, как восприятие учебного материала,
удовлетворенность и академические достижения [23].
И
нтерес исследователей направлен на выявление влияния и восприятия
онлайн-обучения и готовности к онлайн-обучению на успеваемость и удовлетворенность курсом. Huei-ChuanWei и ChienChou выявили, что самоэффективность и мотивация учащихся к электронному обучению оказали прямое поло-
77

жительное влияние на их результаты в онлайн-дискуссиях и удовлетворенность
курсом [17].
Удовлетворенность учащихся используется в качестве одного из ключевых элементов при оценке онлайн-курсов, а восприятие обучения рассматривается как показатель успешности. Исследование E. Alqurashi было направлено на
изучение влияния факторов самоэффективности обучения в режиме онлайн,
взаимодействия ученика с контентом, взаимодействия ученика с инструктором
и взаимодействия ученика с учеником могут предсказать удовлетворенность
студента и восприятие обучения [2].
Коммуникации как фактор, влияющий на академическую успешность и
преодоление образовательных барьеров, рассматривается K. Swan в эмпирическом исследовании в университетах США о роли взаимодействия в онлайнкурсах. Отмечается три фактора, улучшающие восприятие учащимися курса:
ясность дизайна, взаимодействие с преподавателями и активное взаимодействие между участниками курса. Эти факторы значительно влияют на удовлетворенность студентов и восприятие обучения [35].
В российских исследованиях среди причин отчисления называются система ЕГЭ, критерии отбора в вуз, нормативно-законодательную базу в сфере
образования, учебные планы, материально-техническую обеспеченность, условия учебной деятельности и т.д., а также мотивацию к обучению самого студента [156, с.177]. В ряде исследований отчисления рассматриваются с точки
зрения факторов, влияющих на решение студента оставить учебу. К ним относят социально-психологические (мотивация, успешность адаптации, удовлетворенность) [34,80,156,178], гендерные [89, 128], образовательные [18, 185], возрастные [18], организационные, педагогические [168, 184], управленческие.
Специалисты отмечают также, что для самих студентов отчисление сопряжено
с потерей времени и материальных средств [155]. Российские исследователи
определяют группы факторов, влияющих на отчисление из вуза: внешние (объективные) и внутренние (субъективные), которые в свою очередь разделяются
на три группы: педагогические, личностные и социально-экономические [79].
Таким образом, выявление причин, по которым студенты оставляют обучение, является актуальным в условиях повышения популярности и массовости
дистанционных образовательных программ. Эта проблема оказывается важной
как в личной перспективе студента, так и в перспективе повышения качества
человеческого капитала, востребованного в цифровой экономике и обществе
знаний.
Методология и методика исследования. Цель исследования: выявление
роли коммуникаций между субъектами образовательной деятельности и их
влияние на удовлетворенность обучающихся на образовательных программах
электронного асинхронного (дистанционного) обучения. Первый этап исследования включает теоретический анализ российских и международных исследований о причинах академической неуспешности и отчислений студентов в
электронном обучении в сравнении с традиционным, факторов успешного завершения образовательных программ. На втором этапе выявлялись мнения сту-
78

дентов о трудностях в освоении профессиональных программ в форме электронного (дистанционного) обучения. Цифровая образовательная среда рассматривалась как среда, расширяющая возможности обучающихся при реализации дистанционных образовательных программ [181].
Рассмотренные проблемы включали в себя следующие вопросы:
– каковы причины выбора образовательных профессиональных программ,
осуществляемых с применением дистанционных образовательных технологий;
– как обучающиеся оценивают отдельные элементы организации образовательной программы (учебные материалы, организация контактной работы,
техническая и организационная поддержка, коммуникации с администратором,
преподавателем, другими студентами);
– какие трудности возникают у студентов, обучающихся на программах,
осуществляемых с применением дистанционных образовательных технологий;
– субъективно определяемые студентами причины отчислений с образовательных с программ, осуществляемых с применением дистанционных образовательных технологий.
Опрос проводился в мае-июне 2020 года при помощи разработанной авторами анкеты «Дистанционное образование: причины выбора и условия успешности», которая рассылалась через личные кабинеты студентов, обучающихся на образовательных программах бакалавриата и магистратуры, осуществляемых с применением дистанционных образовательных технологий (Приложение З). Для участия в исследовании были приглашены две группы студентов:
бучающиеся на дистанционных программах и имеющие задолженно-
– о
сти по результатам предыдущей сессии («группа риска отчисления»[4]);
– отчисленные с дистанционных программ обучения за период 2018-2020
годы (возврат разосланных через сервисы учебного центра анкет составил около 15%).
Исследование проведено на целевой доступной выборке (n=136 человек,
из которых 67,6% из «группы риска отчисления» и 32,4% из числа отчисленных). При описании социально-демографических характеристик респондентам
задавались вопросы о возрасте, образовании, месте проживания, видах и сферах
деятельности, оценке дохода. Социально-демографические характеристики
респондентов: 72,1% мужчины, 27,9% женщины; более 80% совмещают обучение с работой, около 10% не работают. Более 60% респондентов проживают в
небольших городах и сельской местности, что является типичным для обучающихся по программам, осуществляемым с применением дистанционных образовательных технологий, и характеризует целевую аудиторию таких программ.
Возраст респондентов от 18 до 55 лет: 23–29 лет (43,4%), 30–39 лет (39,7 %),
18–22 года (10%). Распределение по группам респондентов в целом отражает
состав студентов, обучающихся в вузе на программах, осуществляемых с применением дистанционных образовательных технологий. Тем не менее, ограничением исследования можно считать то обстоятельство, что отклик на участие в
исследовании был получен от более активных и лояльных адресантов, полу-
79

чивших приглашение, что может обусловливать некоторое смещение результатов.
Цифровая образовательная среда обучающихся по программам, осуществляемым с применением дистанционных образовательных технологий, условно может быть разделена на три поля: коммуникативное пространство, система управления обучением и образовательный контент. Схема организации
персональной цифровой образовательной среды студента представлена на рисунке 3.1. Исходя из этой структуры были составлены вопросы для анкеты, которые включали вопросы об образовательном контенте, об организации системы управления и о коммуникативных практиках обучающихся.
•С администрацией
•С преподавателями
•Коммуникативное
пространство
•С
методистами, тьюторам
и
•Со студентами
Система
управления
обучением
•Образовательный
контент
•Организационное
обеспечение
•Методическое
обеспечение
•Техническая поддержка
•Электронные учебники
•Виртуальные лаборатории
•Электронные методические
материалы
•Видео-лекции
•Система оценивания знанеий
Рисунок 3.1 – Структура цифровой образовательной среды обучающегося
Результаты. В ходе анкетирования выявлялись причины выбора дистан-
ционной формы обучения и направления профессиональной подготовки, мотивации и удовлетворенность профессиональным выбором, различными элементами образовательного процесса, субъективные оценки студентов о достоинствах и недостатках дистанционной формы обучения, причины трудностей и отчислений с дистанционных программ.
Выбор программы, осуществляемой с применением дистанционных образовательных технологий, для разных студентов происходит по разным основаниям. Это обусловлено не только профессиональными предпочтениями и интересами, но и другими объективными и субъективными обстоятельствами субъекта (место проживания, семейные обстоятельства, состояние здоровья и др.).
Тем не менее, ключевой причиной для более чем 80% респондентов стал выбор
профессии или сферы деятельности, в которой они хотят работать или уже ра-
80
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
