Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Судебная оратория. Учебное пособие
.pdf
141
«Прогресс, но и себя не лишать того, что полагается каждому
свободному гордому человеку!»
«Право не дают, право в твоих руках, товарищ. И действуй, как
считаешь правильным ... Надо быть не жертвой других, а пусть другие
приносят себя в жертву тебе».
Еще через некоторое время «польза отечеству» упоминается уже в
самом конце перечисления жизненных устоев, а на одном из первых мест
оказываются деньги:
«Радиотехник, офицер, деньги, уважение, удовлетворение и польза
отечеству...».
Нет, любовь к деньгам и презрение к окружающим тогда еще не
настолько развились в Савкине, чтоб процитированными записями можно
было объяснить преступления, за которые мы сейчас его судим.Но не за одну
минуту, не за один день и не за один год человек становится убийцей.
По окончании училища Савкин попадает на службу в одну из воинских
частей, расположенных в Сибири. Ему приходится обслуживать самолеты,
работать на морозе, у него стынут пальцы и появляется хронический
насморк. Все это никак не соответствует его представлению о себе как о
сверхчеловеке. Как раз в это время (время уже не слишком отдаленное от
переезда в Ростов) в его дневнике появляется цитата из «Преступления и
наказания» Достоевского: «Люди делятся на две группы. Первая - люди
обыкновенные, живущие в послушании, не способные сказать новое слово. Их
призвание - рабская покорность. Вторая группа — люди, способные на
протест, на самостоятельность поведения, имеющие дар или талант
сказать новое слово.
...Но если ему надо для своей цели перешагнуть хотя бы и через труп,
через кровь, то он внутри себя, по совести, может дать себе разрешение
перешагнуть через кровь...».
Себя Савкин причисляет, конечно, ко второй группе.
Сплав безудержного честолюбия, презрения к людям, жажды власти
для себя - вот что представляет собой Савкин. Развившаяся таким
142
образом жажда наживы (а деньги никогда на были у Савкина на последнем
88
88
месте) сделала Савкина опасным для общества человеком. Презирая людей,
превыше всего ставя собственную личность, он ни во что не ценит
человеческую жизнь - становится способным «перешагнуть через труп»,
«пойти на кровь» и совершает убийство, пытается совершить второе.
Давно забыты мысли о всеобщем прогрессе и пользе отечеству, давно
уже на первом плане «деньги, удовлетворение собой». Взведенная в молодые
годы пружина распрямилась: «пусть другие приносят себя в жертву тебе» -
вот лозунг, вот руководство к действию, вот вся философия Савкина и весь
он» (Ю.А.К.)
.
Характеризуя подсудимого, прокурор должен быть сдержанным в выборе
слов и выражений. Он не вправе прибегать к резким выпадам, унижающим
подсудимого, оскорбляющим его честь и достоинство. В характеристике важно
показать, является ли преступление закономерным результатом проявления его
личных качеств или совершено под влиянием тех или иных обстоятельств,
вынудивших его к противоправным действиям.
Обоснование квалификации преступления, соображения о мере
наказания и разрешении вопросов, связанных с возмещением причиненного
ущерба. Обосновать квалификацию обвинения — значит доказать
правильность юридической оценки действий, вменяемых подсудимому,
показать наличие в них необходимых признаков состава преступления,
предусмотренного законом.
В обвинительной речи прокурор должен изложить свои соображения
относительно вида наказания, назвать его размеры или срок, а также условия
отбывания. При наличии ущерба, причиненного преступлением, прокурор
также предлагает свое решение вопроса о его возмещении.
«Следующий вопрос, который нужно решить - это вопрос о возмещении
ущерба, а, значит, и о судьбе гражданского иска. Говоря о гражданском иске,
надо вспомнить, что предъявлен он не только к Краюшину, но и к отделу
охраны. Предъявление гражданского иска к отделу охраны вообще ни на каком
Костанов Ю.А. Там же.
143
законе не основано. В силу статьи 29 УПК РСФСР мы в уголовном процессе
89
можем предъявить исковые требования только к лицу, совершившему
преступление, либо к лицам, которые за его действия ответственны.
Какие лица имеются в виду? Ни в коем случае не отдел охраны.
Имеется в виду какая-либо организация, ответственная за своего
работника, или имеются в виду родители, которые обязаны платить за вред,
причиненный их ребенком. Значит этот ответчик - отдел охраны - выпадает
полностью. Вся сумма должна быть взыскана с Краюшина. Мы должны
взыскивать с него 500 000 рублей.
Дальше возникает серьезный вопрос: в чью пользу взыскать эти 500 000
рублей? В пользу музея? - Ведь гражданский иск заявлен музеем.
Ответ может быть только один: Нет, не в пользу музея. Музей
не должен быть вообще гражданским истцом в нашем процессе. Истец
ненадлежащий. Единственным истцом в этом процессе может быть
государство. Похищено было национальное достояние, похищена была часть
всесоюзного музейного фонда. Собственником фаларов было государство, а не
музей. Музей - только хранитель. Музей не имел никаких прав по
оперативному управлению имуществом - он не мог совершить с фаларами
никаких сделок. Поэтому музей ничего не должен получить в возмещение
ущерба. Взыскать 500 000 рублей надо в доход государства».
«В то же время мы обязаны с Вами наказать Краюшина, мы обязаны
правильно квалифицировать его действия. Действия Краюшина
предварительным следствием квалифицированы статьей 931 и частью 1
статьи 88 Уголовного Кодекса Российской Федерации. Хищение золотых
фаларов из музея, поскольку они представляют собой столь большую
ценность и оцениваются не менее чем в 500 000 рублей - правильно
квалифицировано как хищение государственного имущества в особо крупных
размерах статьей 93
1
Уголовного Кодекса» (Ю.А.К.)89.
Анализ причин и условий, способствовавших совершению преступления.
В обвинительной речи прокурор обязан остановиться и на причинах
Костанов Ю.А. Там же.
144
преступления, показать, почему преступное деяние стало возможным. По
мнению специалистов, в речи прокурора должны быть указаны:
1) обстоятельства, вызвавшие формирование у лица антиобщественной
установки (условия нравственного формирования личности);
2) обстоятельства, побудившие лицо к совершению данного
преступления (конкретная жизненная ситуация, которая спровоцировала
преступные действия);
3) обстоятельства, способствовавшие достижению преступного
результата, сокрытию следов преступления;
4) меры, которые необходимо принять для устранения причин и
условий, вызвавших совершение преступления.
«Но наш гнев должен пасть на голову не одного только Краюшина. И не
только Лозинский как помощник Краюшина заслужил этот гнев.
Одним из важнейших обстоятельств, способствовавших краже
фаларов, была слабая охрана выставленного в музее национального
достояния.
Мы знаем, что фалары уникальны. Мы знаем, что их стоимость
чрезвычайно велика. В отличие от Краюшина, люди, которые хранили
фалары, должны были думать об их действительной стоимости задолго до
того, как мы их об этом спросили уже после кражи. И тем не менее охрана
фаларов была на недопустимо низком уровне.
И я от имени государства - как прокурор, от имени всего нашего народа
- как советский гражданин, должен выразить крайнее возмущение по этому
поводу. Это национальное достояние, оно не принадлежит лично директору
музея или хранителю музейных фондов, оно не принадлежит начальнику
отдела вневедомственной охраны, на которых возложена забота о
сохранности имевшихся в музее ценностей.
Как же эти лица и их подчиненные выполняли свой долг? Внешне здесь
все обстоит благополучно. Благополучно - если не вспоминать о том, что
фалары все-таки украдены. Работниками музея и работниками охраны
соблюдены все требования действующих инструкций об охране ценностей,
145
соблюдены требования заключенного между музеем и охраной договора.
Инструкции выполнены, договор соблюден - а ценностей нет!
Может быть, Краюшин действовал столь хитроумно, использовал
столь изощренные методы, что смог преодолеть сложную систему запоров и
решеток? - Но мы знаем, что это не так. Мы знаем: не было решеток, не
было сложных запоров. Не потому, что они не нужны. А потому, что они не
предусмотрены инструкцией! Налицо та самая ситуация, о которой можно
сказать: «Формально - нормально, а по существу - издевательство».
Налицо самое наибюрократическое отношение к порученному делу,
стремление к «бумажному» благополучию и полное отсутствие интереса к
действительному положению. Вы помните, что на предложение поставить
железные решетки на окна, директор музея ответил, что музей не тюрьма и
решетки на музейных окнах не нужны.
Что это, как не издевательство над здравым смыслом?!
Так ретиво возражавший против решеток на окнах товарищ Зимовнов
уже не директор музея. В музее оборудуется специальное помещение для
экспонирования особо ценных экспонатов. Казалось бы, практические выводы
из преподанного Краюшиным урока сделаны. Сделаны, но не все.
И здесь приходится обратиться к инструкциям и договору, которыми
руководствовались музей и отдел охраны. Учет и хранение музейных
ценностей в нашей стране до сих пор производится в соответствии с
инструкцией Министерства финансов СССР № 1319 от 16 сентября 1949
года и инструкцией Министерства культуры СССР от 2 апреля 1968 года.
Обе инструкции требуют, чтобы экспонируемые ценности были
размещены в застекленных, запираемых и опломбированных стендах - и
только. Фалары находились под стеклом в опломбированном стенде. Кроме
того (уже в соответствии с договором между охраной и музеем), стенд был
заблокирован. Что значит: опломбированный стенд? Это значит, что на
стенд навешена пломбочка - бумажная или свинцовая.
146
Что значит: заблокированный стенд? Это значит, что если разбить
91
90
91
стекло или сорвать замок со стенда, то на первом этаже у сторожа
зазвенит звонок. Пломбы сорваны, стекла разбиты, звонок зазвенел.
Что делает сторож? Сторож - пожилая женщина, инвалид - в полном
соответствии с требованиями договора звонит по телефону в милицию.
Если бы она и захотела, то не смогла бы справиться с Краюшиным. Но
ведь от нее и не требовалось вовсе хоть как-то пресекать его действия!!!
Дальнейшее известно. Милиция прибыла к музею с переулка
Халтуринского до проспекта Соколова через 10-15 минут, а Краюшину за это
время нужно было всего лишь сорвать фалары и пройти два метра от стенда
до окна, выскочить в окно и убежать по другой улице. И все - и фаларов в
результате нет. Формально мы не можем предъявить никаких претензий к
музею и охране - они по крайней мере выполнили инструкции.
Но, как мы видели, соблюдение инструкций об охране ценностей и сама
охрана ценностей - далеко не одно и то же. Вот на это, на качество
инструкций об охране музейных ценностей и необходимо обратить внимание
Министерства культуры СССР путем вынесения частного
определения» (Ю.А.К.)90.
Анализ причин и условий совершения преступления, как отмечают
исследователи, к сожалению, не всегда встречается в речи прокурора и это
приводит порой к одностороннему освещению событий преступления и не
позволяет вскрыть его социальные корни.
Заключение. Интересная характеристика заключения дана в работе
А. Левенстима: "Заключение должно быть венцом всего здания; нужно, чтобы
в нем вылилась сущность всей речи, которая длилась несколько часов. Все
затруднение кроется в том, что последний период должен быть ясен и в то же
время краток и силен. Заключительные фразы должны усилить впечатление,
произведенное речью, а не ослабить значение тех видов, которые получены из
анализа улик"
Костанов Ю.А. Там же.
Введенская Л.А., Павлова Л.Г. Риторика для юристов: Учебное пособие — Ростов н/Д.: изд-во
.
147
В заключительной части обвинительной речи ораторы используют также
самые разнообразные приемы:
1) кратко формулируют итоги судебного процесса;
2) указывают на результаты преступной деятельности обвиняемого;
3) рисуют картину преступления, если она не была дана во вступлении;
4) указывают на те уроки, которые должны быть извлечены из данного
дела;
5) подчеркивают значение приговора, общественную опасность
преступления и др.
Важно, чтобы заключение было тесно связано со всеми другими частями
обвинительной речи.
Отказ прокурора от поддержания обвинения.
Прокурору предписывается отказаться от поддержания обвинения и
изложить суду мотивы, если в результате судебного разбирательства он придет
к убеждению, что данные судебного следствия не подтверждают
предъявленного подсудимому обвинения. Отказ прокурора от обвинения
является очень ответственным моментом.
Закон не перечисляет мотивов и причин отказа прокурора от обвинения.
Практика же показывает, что чаще всего ими являются: 1) обнаружение в ходе
судебного следствия новых обстоятельств, которые опровергают
предъявленное подсудимому обвинение; 2) прокурором дается иная оценка
исследованных судом доказательств по сравнению с той, которая дана автором
обвинительного заключения.
Отказ прокурора от обвинения может иметь место только после того, как
полностью будут исследованы все доказательства в ходе судебного следствия.
Поэтому прокурор формулирует и мотивирует свой отказ от обвинения не
иначе как в судебных прениях.
В основе речи прокурора при отказе от обвинения должен лежать
глубокий и всесторонний анализ доказательств, исследованных в ходе
«Феникс»,2002.
148
судебного следствия, ибо закон возлагает на прокурора обязанность
мотивировать свой отказ. Кроме того, обязанность мотивировать отказ от
обвинения повышает ответственность прокурора за принятое решение.
Отказ об обвинения бывает не только тогда, когда прокурор счел вину
подсудимого недоказанной, но и когда он убежден, что инкриминированные
подсудимому действия им совершены, однако не образуют состава
преступления. Тогда надо анализировать правовую сторону.
Речь прокурора при отказе от обвинения по своей структуре отличается
от обвинительной, поскольку главным в такой речи прокурора является анализ
доказательств, опровергающих предъявленное подсудимому обвинение,
Видимо, поэтому ряд ученых считают, что прокурор в таких случаях
произносит защитительную речь. Но вряд ли с этим можно согласиться. Придя
к выводу о необходимости отказа от обвинения, прокурор выполняет
требование закона, заключающееся в том, чтобы доказать суду отсутствие
оснований для вынесения обвинительного приговора, убедить суд в
необходимости оправдать подсудимого, принять все меры к тому, чтобы
невиновный не был подвергнут осуждению и наказанию.
Обоснованный, мотивированный отказ от обвинения убеждает
присутствующих в зале судебного заседания в том, что прокурор
действительно является блюстителем закона. Он обвиняет только
действительно виновных, чья вина нашла свое полное подтверждение в ходе
исследования доказательств, и осуществляет надзор за тем, чтобы ни один
невиновный не был привлечен к уголовной ответственности и осужден. Все
это поднимает авторитет прокуратуры и воспитывает у граждан глубокое
уважение к закону.
Однако практика свидетельствует, что прокуроры редко используют свое
право на отказ от обвинения. Конечно, прокурору бывает психологически
трудно принять решение об отказе от дальнейшего поддержания обвинения,
ибо давит и пресловутая "честь мундира", и бытующие еще представления о
том, что, если прокурор отказался от обвинения, значит он тем самым признал,
что в предшествующей своей работе по надзору за органами предварительного
149
расследования им допущена ошибка. Хотя все это не так, потому что судебное
следствие порой вносит весьма существенные коррективы в
сформулированное ранее обвинение и представленные суду доказательства. В
качестве примера такой речи можно привести речь Ю.А. Костанова по делу
Пилипенко, которая рассматривалась нами в 3 главе.
§ 2. Защитительная речь
Если прокурор выступает, как правило, с обвинительной речью, то
адвокат — только с защитительной, независимо от особенностей дела. Если
прокурор обязан в некоторых случаях отказаться от обвинения, то защитник
не вправе отказаться от принятой на себя защиты.
Прокурор должен доказать наличие всех элементов состава
преступления; адвокату достаточно опровергнуть хотя бы один из элементов
состава преступления. Прокурор должен убедить, адвокату достаточно вызвать
сомнение в доказанности обстоятельств дела. Прокурор должен дать
всестороннюю, полную и объективную оценку доказательств, обстоятельств
дела, личности подсудимого; адвокат защищает и только защищает своего
подзащитного.
Адвокат ставит перед собой совершенно иную задачу, чем прокурор.
Позиция адвоката (а значит, и содержание его речи) запрограммирована
его положением в процессе: от оправдания до смягчения наказания. Последнее
означает, что даже по самым трудным для защиты делам адвокат просит не
приговаривать к максимальной мере наказания, предусмотренной санкцией
данной статьи.
Процессуальная функция защиты законных прав и интересов
подсудимого в процессе требует не обвинять своего подзащитного ни при
каких обстоятельствах. Данное положение означает прежде всего, что адвокат
не вправе доказывать его виновность.
Далее, адвокат не вправе позволять себе ничего, что порочило бы,
осложняло бы, ухудшало бы положение его подзащитного. По делу об
убийстве адвокат с пафосом начинает свою защитительную речь: "Чья
жестокая рука могла совершить такое злодеяние?!" Поскольку из дальнейшего
150
повествования явствовало, что адвокат не оспаривает обвинение, приходится
сделать вывод, что злодеяние совершено рукой его подзащитного.
Рассмотрим теперь вопрос о том, отвечает ли речь адвоката требованиям
полноты, всесторонности и объективности.
Требование всесторонности не предъявляется к речи адвоката потому,
что адвокат, защищая и только защищая подсудимого, не может не быть
односторонним. Предмет его речи — все то, что оправдывает подсудимого или
смягчает его вину; если он касается материала обвинения, то с единственной
целью — показать его недостаточность, противоречивость, сомнительность.
Цель обусловливает и границы использования в речи материалов дела. По
одному делу эти границы могут быть уже, по другому — шире, вплоть до
охвата всего материала. Последнее возможно, если весь обвинительный
материал может быть опровергнут или вызывает сомнение.
Односторонность речи адвоката означает, что к нему не может быть
предъявлено и требование полноты: действуя исключительно в интересах
защиты, адвокат не может использовать в речи все материалы дела.
То, что с бесспорностью свидетельствует против подзащитного и не
может быть освещено в его пользу, остается за пределами речи. Более того,
там, где нет материала для защиты, нет и материала для защитительной речи.
Недопустимы в защитительной речи такие, например, высказывания, даже
имеющие полное основание в материалах дела, которые были отмечены в
речах начинающих адвокатов: "Иванов учинил дерзкие и жестокие
хулиганские действия" или "В это время Сидоров (подзащитный) нанес
потерпевшему очень сильный удар по голове" и т.п. То, что является
достоинством речи прокурора, становится недостатком в речи адвоката.
Но значит ли, что односторонность и неполнота приводят адвоката к
необъективности? Отнюдь нет. Дело в том, что позиция адвоката формируется
на основе всех материалов дела, как обвинительных, так и оправдательных,
как отягчающих, так и смягчающих обстоятельств по делу. Эта позиция,
обусловленная всеми материалами дела, находит, однако, свое выражение во
внешнем использовании в речи лишь части материалов — тех, которые
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]