Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Судебная оратория. Учебное пособие
.pdf
121
прямом смысле: "значит" — когда мы делаем вывод из предшествующих
высказываний; "так сказать" — когда то или иное слово или выражение мы
употребляем в новом смысле и стремимся обратить на это внимание
слушателей. Но и пауза не может продолжаться слишком долго. Тогда все
зависит от того, возникло ли затруднение в начале или в конце предложения.
Если затруднение возникло в начале предложения, то лучше всего
заменить его другим. Чтобы затруднение не было замечено слушателями,
можно, как бы оборвав себя, произнести: "Скажем иначе..." и тут же выразить
мысль иным образом. Если же затруднение возникло в середине или в конце
предложения, то следует прибегнуть к перифразе, т.е. к описательному
определению того, что трудно выразить одним словом.
Другое затруднение связано с тем, что оратор потерял нить
повествования. Причины здесь могут быть самые разнообразные. Иногда чтото неожиданное отвлекло оратора (внезапный уход или приход кого-либо), или
вдруг возникло сомнение в правильности позиции и застало оратора врасплох.
То, что казалось ему убедительным и неотразимым, вдруг предстало в
ином свете как ошибочное и бесперспективное,— и оратор смешался: все то,
что он приготовил, не годится, а новой мысли, новой идеи нет.
Такое положение возможно и вследствие того, что в ходе произнесения
речи у оратора возникла новая мысль, показавшаяся ему важной. Он начинает
ее излагать, отвлекается, естественно, от заранее заготовленного плана речи
или текста речи, а потом никак не может вернуться к основному руслу. Такое
затруднение — результат слабой дисциплины мышления. Оратор подчас сам
сознает, что он говорит не то, но не может найти "мостик" к тому, что следует
оказать. Как же быть?
Если оратор в ходе речи убедился, что его позиция в корне неверна (это,
например, вполне может случиться с адвокатом во время произнесения
защитительной речи), а продумать новую позицию оратор во время
произнесения речи не в состоянии, ему ничего не остается, как, сославшись на
недомогание, попросить суд сделать небольшой перерыв. В спокойной
обстановке, продумав все обстоятельства дела, он скорее взвесит все и выберет
122
новую позицию. Конечно, такое ходатайство может быть встречено с
недоумением и неохотой, но все же лучше пойти на такое временное
поражение и в конечном счете произнести продуманную речь, нежели,
оставаясь в плену ложного стыда, не выполнить своего долга и произнести
нечто сумбурное, что никого не убедит.
Во втором случае спасает текст или тезисы речи. Если оратора "занесло"
и он не знает, как возвратиться к основным положениям своей речи, ясно одно:
чем дольше он будет говорить не то, тем хуже это для дела.
Задача заключается в том, чтобы как можно скорее возвратиться к тому,
от чего оратор неосторожно отвлекся. В этом случае уместно кратко
подытожить результат невольного отступления: "Таким образом, видно, что..."
или "Мы можем сделать вывод, что..." и продолжать речь. Но оратор может не
помнить, с какого места он свернул в сторону. Тогда ему придется, покончив с
неожиданным для себя отступлением, с тем, чтобы ничего не упустить, снова
начать с того места, которое, быть может, уже было освещено в его речи. Но,
разумеется, это надо сделать так, чтобы слушателя не заметили промаха
оратора. Рекомендуется сказать примерно следующее: "А теперь, рискуя
повториться, скажем...". Если оратор повторится, то оговорка покажет, что
оратор вернулся к освещенному им уже вопросу намеренно, если же этот
вопрос еще не был освещен, то на нее просто не обратят внимания. Однако во
всяком случае, попав хоть раз в такое положение, оратор поймет, как важно
готовиться к речи и не полагаться целиком и полностью на себя, на
вдохновение.
Еще одно затруднение связано с тем, что оратор говорит не так, как ему
хотелось бы: без подъема, монотонно. Это может быть результатом самых
различных причин: усталости, плохого отношения слушателей,
незаинтересованности в деле и пр. Главное, что позволит оратору изменить
свое отношение к речи — изменение своего отношения к делу. Надо
сосредоточиться на деле и только на нем, надо зажечься им. А чтобы зажечься,
надо постараться найти личное, например, представить себе, что выступление
имеет особое значение для оратора, что факты дела касаются близкого
123
человека. Не может быть такого дела, которое могло бы оставить человека
равнодушным, — в это правило, не знающее исключений, оратор должен
верить свято. А чтобы не оставить равнодушными других, надо прежде всего
самому не быть равнодушным к делу. Такая установка судебного оратора
является залогом его плодотворных поисков той живинки в деле; того нерва
дела, о котором говорил еще П. Сергеич.
Что же касается чрезмерного волнения, иногда пагубно сказывающегося
на успехе выступления, то его необходимо волевым усилием снимать.
Помимо этих внутренних затруднений, могут быть и внешние трудности:
аудитория не принимает оратора. Оратор видит и чувствует, что он и его речь
оставляют людей равнодушными. У слушателей отсутствующее выражение
лица, а иногда и того хуже: люди зевают, занимаются посторонними делами,
переговариваются.
Как быть в такой ситуации? Следует изменить темп речи, замедлить или
ускорить его, постараться сделать ее выразительнее, попытаться прибегнуть к
паузе. Если же все эти средства не дадут результата, остается сделать вывод,
что суть дела не во внешних недостатках, связанных с произнесением речи, а в
ее содержании. Чтобы вызвать интерес, следует по ходу речи вспомнить, в
каком месте аудитория перестала слушать и постараться ответить себе на
вопрос, чем вызвано безразличие слушателей. Причиной может быть затянутое
выступление или чрезмерно подробное воспроизведение уже известных
обстоятельств дела. Тогда надо энергично и так, чтобы слушатели заметили,
свернуть соответствующий раздел. Например, оратор может сказать:
"Разрешите перейти к следующему важному разделу моей речи — о том, как
следует квалифицировать преступление..." или: "А теперь возникает вопрос о
мере наказания. Как же его решить?" Хороший эффект дают прямые
обращения к слушателям: "А теперь давайте подумаем над тем, что произошло
3 июля". Или: "Товарищи! Представьте себе...".
Учет всех этих обстоятельств позволит начинающему судебному оратору
избежать наиболее часто встречающихся ошибок.
124
Контрольные вопросы и задания
1) Что означает для судебного оратора «изучить предварительное
следствие»?
2) Каковы этапы подготовки судебной речи?
3) В каких отношениях оказывается полезным включение в речь
общих мыслей?
4) Каковы причины, по которым А.Ф. Кони не советует судебному
оратору предварительно писать текст речи? Какие из них относятся к
субъективным, а какие — к объективным?
5) К какому мнению присоединяетесь вы относительно совета писать
или не писать оратору готовый текст речи до начала судебного заседания?
6) Чем подготавливается успех защитительной речи? А
обвинительной?
7) Что стремится извлечь адвокат из перекрѐстных допросов
потерпевших, свидетелей, экспертов?
8) Как необходимо строить допрос? В чѐм может состоять неверная
тактика допроса?
125
Глава V. Виды судебных речей
§ 1. Обвинительная речь
Прокурор поддерживает в процессе государственное обвинение. Он
выступает от имени государства — это значит, что на прокурора возложена
огромная ответственность: и суд, и все, присутствующие в зале судебного
заседания, относятся к нему как к представителю государства. Отсюда и
особая сила воздействия речи прокурора на слушателей. И это же
обстоятельство предъявляет к его речи особые, высокие требования. Укажем
прежде всего на требования содержательного характера. Содержание речи
прокурора обусловлено главной практической задачей — убедить суд вынести
обвинительный приговор. Она может быть решена только в том случае, если
прокурор докажет, что подсудимым совершено преступление, что
преступление следует квалифицировать по соответствующей статье УК, что
подсудимый заслуживает наказания с учетом всех смягчающих и отягчающих
обстоятельств. А для этого прокурор должен использовать и проанализировать
все материалы дела правильно, без односторонности и субъективизма.
Другими словами, речь прокурора должна отвечать требованиям полноты,
всесторонности, объективности.
Согласно требованию полноты должны быть оценены все
доказательства, все юридически значимые обстоятельства дела, личность
каждого из подсудимых. Кроме того, должен быть исключен материал, не
отвечающий правилам относимости доказательств, а также материал, не
прошедший проверки в судебном заседании.
Требование полноты не должно толковаться буквально как требование
оценки решительно всех доказательств. По делу может быть собран
доказательственный материал в избыточном количестве, и прокурор, мысленно
оценив все доказательства, вправе использовать в речи существенные
доказательства, те, которые содержат наибольшую информацию.
Если требование полноты указывает, что должно быть рассмотрено в
речи прокурора, то требование всесторонности имеет несколько иной характер.
126
Это требование аналитического подхода к доказательствам и обстоятельствам
дела, оценки дела во всех юридически значимых связях.
Требование всесторонности оценки доказательств подкрепляется
обязанностью профессионального суда обосновать свое несогласие с теми
доказательствами, которые судом отвергаются. Не подлежит сомнению, что эта
обязанность распространяется и на прокурора. Требование всесторонности
направлено против односторонности прежде всего в оценке доказательств: как
бы ни были убедительны обвинительные доказательства, прокурору следует
дать оценку и оправдательным доказательствам. Более того, требование
всесторонности означает, что анализ должен включать разбор как
отрицательных, так и положительных черт личности подсудимого, как
отягчающих, так и смягчающих обстоятельств по делу.
Требование всесторонности направлено и против истоков
односторонности: поверхностного, неглубокого подхода к исследованию
доказательств, невнимательности, легковерия, неумения или нежелания
анализировать, когда простое и очевидное предпочитается сложному и
сокрытому.
Таким образом, всесторонность возможна лишь при полноте оценки
доказательств. Но, с другой стороны, полнота оценки возможна без
всесторонности: весь необходимый доказательный материал оценивается в
речи поверхностно, односторонне. Требование объективности направлено
против предвзятости и пристрастности. Доказательства и факты должны
оцениваться именно такими, какие они есть в действительности.
Чтобы правильно установить достоверность и силу каждого
доказательства и всех доказательств в совокупности, прокурор не должен быть
в плену предубеждений и не должен руководствоваться никакими
привходящими соображениями. На объективность прокурора могут
воздействовать различные факторы, например, предвзятое или пристрастное
отношение к личности подсудимого, к тому или иному виду доказательств,
которому приписываются особые доказательственные качества (так,
127
чрезмерное значение придается признанию подсудимым своей вины), или
81
ложно понимаемая честь мундира.
Таким образом, только соблюдение требований полноты, всесторонности
и объективности позволит прокурору произнести речь, которая охватит все
стороны рассматриваемого дела, убедит слушателей в его правоте. В тех
случаях, когда прокурор, руководствуясь этими требованиями, приходит к
выводу, что предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения, он
отказывается от обвинения. И при отказе от обвинения прокурор выступает с
речью, в которой аргументирует свою позицию.
А.Ф. Кони сказал, что "прокурор — это говорящий публично судья"81.
Формула А. Ф. Кони означает, что речь прокурора — развернутый проект
будущего приговора, того акта правосудия, о вынесении которого просит
прокурор. Устами прокурора, по мысли А.Ф. Кони, говорит судья, свободный
от обвинительного уклона, стремящийся только к установлению истины и
справедливому разрешению дела.
Обвинительная речь должна быть выражением внутреннего убеждения
прокурора. Внутреннее убеждение охватывает и сферу сознания, и сферу
эмоций, и волевую сферу. Прокурор не просто убежден в правильности своей
позиции; эта позиция является результатом его активного участия в судебном
следствии, напряженных размышлений о достоверности и силе доказательств,
о юридической квалификации дела, о личности подсудимого, короче говоря, о
всех вопросах, по которым прокурор должен высказаться в своей речи.
Предметом убеждения прокурора является прежде всего совокупность
доказательств по делу. Только убеждение в достаточности обвинительных
доказательств позволяет сделать вывод о факте преступления, вменяемого в
вину подсудимому, а затем о квалификации преступления, его причинах и
условиях.
Внутреннее убеждение прокурора означает, что у него нет никаких
сомнений в виновности подсудимого, что он полон решимости просить суд
соответствующим образом квалифицировать действия подсудимого и
Кони А.Ф. Собрание сочинений: В 8 т. Т.1. - М.,1968.
128
назначить соответствующее наказание. Убеждение прокурора охватывает и
выводы о доказательствах, и выводы о фактах, и выводы о квалификации.
Недостаточность обвинительных доказательств — показатель
недоказанности обвинения. И тогда структура убеждения прокурора меняется:
он убежден в недостаточности обвинительных доказательств и в
невозможности восполнить их на предварительном и судебном следствии.
Следовательно, прокурор не убежден в том, что факт преступления (или
совершения его подсудимым) действительно имел место. В этом случае под
сомнение ставятся и выводы о квалификации преступления, и все другие
выводы по делу. С логической точки зрения, они приобретают гипотетический
характер, с психологической, они означают сомнение в их существовании.
Таким образом, психическое состояние прокурора в этом случае
оказывается достаточно сложным: будучи убежденным в недостаточности
обвинительных доказательств, он сомневается в том, что подсудимый
совершил преступление. Поскольку же сомнение в уголовном процессе
толкуется в пользу обвиняемого, у прокурора исчезает психологическая основа
для обвинения подсудимого в совершенном преступлении, для утверждения и
обоснования того тезиса, что преступление совершено подсудимым.
Положение о толковании сомнения в пользу подсудимого имеет
универсальный характер. Например, преступление доказано, но прокурор
сомневается в правильности первоначальной квалификации действий
подсудимого как грабежа. Сомнение в том, что это грабеж, сочетается с
убеждением, что кража во всяком случае налицо. В соответствии со своим
убеждением прокурор и будет просить суд переквалифицировать действия
подсудимого.
Отметим и этическое значение речи прокурора. Судебное заседание во
уголовному делу — нравственный урок для подсудимого и лиц,
присутствующих в зале судебного заседания. Обвинительная речь прокурора
— важная часть этого нравственного урока: поддержание обвинения от имени
государства придает речи прокурора, как уже было отмечено, особую
значимость.
129
Прокурор вскрывает преступный и безнравственный характер
содеянного подсудимым. Поэтому речь прокурора должна быть не только
юридически правильной, логичной, убедительной, но и этически безупречной.
Поведение прокурора на суде должно быть подчинено моральным
требованиям так же, как и правовым. Закон не может предписать, например,
как строить речь, какие выражения использовать в речи, как обращаться к суду,
к участникам процесса и пр. Законодатель полагается на высокие этические
качества прокурора. Каковы же основные этические требования к речи
прокурора?
Первое — справедливость. В соответствии с требованием
справедливости каждый, совершивший преступление, должен быть наказан,
причем наказан только в той мере, которая диктуется тяжестью содеянного, но
ни в коем случае не строже; без этого нет справедливости, а каждый
невиновный — оправдан. А для этого надо установить истину по делу.
Правовое требование установления истины означает тем самым и этическое
требование правдивости. В речи прокурора не может быть передѐргиваний,
умолчаний, искажения полученной в суде информации.
Справедливость требует также, чтобы наказание было соразмерно
содеянному и личности виновного. Следовательно, в речи необходима
правильная квалификация и характеристика общественной опасности
преступления.
Невыполнение этого требования означает несправедливость по
отношению к подсудимому, так как в любом случае оказывается, что
подсудимый должен отвечать не за то преступление, которое он совершил, или
не в том, а в большем или меньшем объеме.
Требование справедливости означает, в частности, что деяние
подсудимого должно быть правильно "измерено" путем применения
соответствующей нормы особенной части УК. В рамках этой квалификации
характеризуется совокупность не только отягчающих, но и смягчающих
обстоятельств по делу.
130
Прокурор показывает также, что у подсудимого в данной ситуации была
возможность нравственного выбора, которой он пренебрег, совершив
преступление. Характеристика нравственной стороны дела, несомненно,
усиливает воспитательное воздействие речи.
Необходимо дать и правильную характеристику личности подсудимого.
От прокурора требуется показать, случайно или закономерно совершил
преступление подсудимый, насколько преступление характеризует его
личность и как он сам относится к содеянному. Несправедливость проявляется
в идеализации и особенно в очернении личности подсудимого, когда
чрезмерно сгущаются отрицательные черты и игнорируются положительные
моменты биографии и личности подсудимого. Характеристика — не только
объективный диагноз, но и прогноз. Необходимо показать не только прошлое и
настоящее подсудимого, но и перспективу его будущего.
Требование справедливой меры наказания подготавливается
предыдущими частями речи прокурора. Прокурор с учетом всех обстоятельств
дела должен требовать такой меры наказания, которая соответствовала бы
содеянному и личности подсудимого. Следует осудить как проявление
несправедливости практику сознательного завышения меры наказания с целью
устрашения подсудимого и присутствующих в зале. Применение закона
должно быть актом справедливости. Несправедливость в случае проявления
обвинительного уклона вызывает ожесточение подсудимого, недоумение
присутствующих и не достигает воспитательной цели.
Таким образом, требование справедливости является чрезвычайно
важным. Отметим при этом, что у присутствующих в зале, не говоря уже о
подсудимом, потерпевшем, разное понимание справедливости, обусловленное
различием их интересов. Прокурор — глашатай справедливости, закона,
свободного от узколичных интересов. Провозглашая и обосновывая ее как
справедливость высшего порядка, прокурор стремится так воздействовать на
слушателей, чтобы они поняли, почувствовали и по возможности усвоили
именно такое понимание справедливости.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]