Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Социально-сетевая цифровая коммуникативная культура молодежи. Коллективная монография
.pdf
Глава IV. Виртуальная инкультурация как процесс
в социальных сетях, в которых «зависали» подростки (на тот момент,
во Вконтакте), либо социальные сети не воспринимались как возможный канал деловой коммуникации – это было пространство молодежного досуга.
Так или иначе, в те годы начала формироваться установка молодых
людей – учителя не могут быть продвинутыми пользователями социальных сетей. А.
Г., 22 года: «Я думаю, что на тот момент мы были
более продвинутыми, учителя только осваивали новые формы связи,
поэтому поучиться было нечему, даже иногда они обращались за помощью»; Д.П., 22 года: «Всегда чувствовала себя более продвинутой в
этом вопросе, чем учителя»; Е.Щ., 23 года: «Учителя не все имели
страницы в
социальных сетях на тот момент, а если и имели, то все
ограничивалось одноклассниками» (сохранена стилистика и орфография респондентов). Учителя «пришли» в сети позже своих учеников,
они не интересовались те ми же платформами, не были их активным
пользователями. Школьники ощущали себя в сетевой культуре «своими», в то время как
учителя (и родители) воспринимались ими как
«мигранты».
Уроки информатики не включали разделов по цифровой грамотности в социальных сетях. Но учителя информатики в редких случаях
касались этой темы. И.Т., 22 года: «Было чему поучиться у моей учительницы по информатике, она показывала какие-то фишки, которые я
не знала. Если
бы у меня был предмет по цифровой грамотности, то я
бы хотела узнать о возможностях, которые дают социальные сети».
Идея уроков цифровой грамотности в школе понравилась многим
участникам фокус-группы. Н.Х, 22 года: «Я считаю, что уроки цифровой грамотности были бы полезны, потому что подрастающей поколение гораздо активнее нас начинает вливаться в эту сферу, и было бы
неплохо их научить, как это сделать более или менее безопасно»; Е.М.
22 года: «на тот момент я бы хотела уз нать, какие «подводные камни»
есть в интернет-пространстве, чего стоит опасаться и что делать не
нужно и что делать в случае, если что-то плохое уже случилось» (сохранена стилистика и орфография респондентов). Таким образом, вопросы безопасности в социальных сетях кажутся важными студентам с
позиций «прожитых лет». Однако респонденты помладше в большинстве своём скептически отнеслись к тому, что в школе на уроках цифровой грамотности может быть что-то интересное или полезное. А.Л.,
18 лет: «Я думаю, что на этом уроке бы я скучала, потому что я сама
101
Социально-сетевая цифровая коммуникативная культура молодежи
находила все что мне нужно было»; М.С., 18 лет: «Мне, скорее всего,
не был бы интересен предмет цифровой грамотности, я бы больше
хотела, чтобы в школе нас обучали пользоваться разными приложениями, например: фотошоп, анимация, создание интересных презентаций» (сохранена стилистика и орфография респондентов). Тем самым
мы видим установку молодежи – в школе на уроках цифровой грамотности могут рассказывать только о вопросах безопасности, в то время
как их больше интересуют возможности социальных сетей.
Такие ожидания идут вразрез с тем, что предпринимают «взрослые»
в плане создания программ по повышению уровня цифровой грамотности конкретно в социальных сетях. В рамках программы «Кадры для
цифровой экономики» создана платформа «Цифровая грамотность.рф»
159
. С 2020 по 2024 г. на платформе должны появиться полно-
ценные образовательные курсы, направленные на развитие цифровых
компетенций. Программы для различных категорий цифровых потребителей – от начинающих до продвинутых – разработают компаниипартнеры. Если же мы посмотрим на материалы, посвященные развитию цифровых навыков использования социальных сетей, то практически все они о вопросах безопасности. В итоге человеку, не погруженному в культуру сетевых коммуникаций, социальные сети могут предстать
как «мир зла». Такой крен на безопасность без демонстрации возможностей социальных сетей вряд ли привлечет внимание подростков к проекту. Ожидания молодежи стоит учитывать и при разработке специальных
программ в рамках общего и высшего образования.
Возможно, это замечание будет уместным и при разработке программ для совсем маленьких детей, а также для уже взрослых пользователей. Как показывает одно из исследований, возраст начала пользования гаджетами и интернетом стремительно снижается, а возраст активного освоения интернета и формирования цифровой компетентности приходится не на среднюю школу, а на младшую и ранее. В этом
же исследовании доказано, что чем больше времени проводит ребенок
или взрослый в интернет, тем выше их цифровая грамотность. При
этом для детей одним из важнейших факторов успешной социализации
становится его позитивная самооценка онлайн-активности
160
. Стоит
159
https://цифроваяграмотность.рф
160
Солдатова Г.У., Рассказова Е.И. Краткая и скрининговая версии индекса цифровой
компетентн ости: верификация и возможности применения // Национальный психологический журнал. 2018. № 3 (31). С. 47–56.
102
Глава IV. Виртуальная инкультурация как процесс
полагать, что активность и позитивная самооценка может формироваться только при созидательной вовлеченности пользователей в сетевую
«культуру участия», т.е. при сформированных навыках не только безопасного, но и творческого освоения пространства социальных сетей.
Возможна ли общая «культура участия»
Как происходило и происходит взаимодействие представителей
первого цифрового поколения с «взрослыми» в популярных социальных сетях и мессенджерах? Каковы перспективы того, что пространство социальных сетей может стать пространством формирования единой для всех поколений «культуры участия
»? В ходе фокус-группы
удалось выяснить возможности и барьеры совместной виртуальной
инкультурации молодежи и людей старшего возраста. Мы дополнили
ответы представителей цифрового поколения мнениями со стороны
«цифровых иммигрантов», для того, чтобы увидеть «точки сближения» и «зоны отчуждения» в процессе виртуальной инкультурации
обоих поколений.
Одним из барьеров на пути к
совместной «культуре участия» является отсутствие потребности доцифрового поколения к активному
использованию социальных сетей. Е.В., 22 года: «Моя мама зарегистрирована, но она не пользуется своей страницей. Ее я зарегистрировала несколько месяцев назад для удобства общения с её студентами,
однако, ей подобная форма общения показалась не очень удобной (она
предпочитает мессенджеры), поэтому она не пользуется созданной
страницей»; И.Т., 22 года: «Когда мама обновляет фотографии, я
лайкаю (но это может происходить раз в несколько лет))» (сохранена
стилистика и орфография респондентов фокус-группы). Из интервью с
мамой студентки-первокурсницы: «Я не могу сказать, что являюсь
активным пользователем соцсетей. Очень активно использую
WhatsApp
для переписки и обменом фотографиями с детьми, с коллегами» (Т.С., 44 года, сохранена стилистика и орфография респондента
интервью).
Известно, что разные социальные группы пользуются разными
платформами социальных сетей. В контексте совместной «культуры
участия» эта платформенная отстройка означает, что культурные пространства поколений практически не пересекаются. А.Г., 22 года:
то так сложилось, что социальные сети для общения сегментиро-
«Как-
103
Социально-сетевая цифровая коммуникативная культура молодежи
вали круг моего общения на разные категории, с которыми коммуникация происходит в разных социальных сетях. Для родственников –
одна сеть, для одногруппников – другая, друзей еще одна, для самых
близких другая. Это связано с удобством. Также позволяет несколько
разграничивать пространство и не смешивать все в одно. Родители в
одноклассниках, а я
никогда даже не создавала там профиля. В то время как я сижу в ВКонтакте и Instagram, а их там нет. Хотя в WhatsApp
есть все члены семьи, где мы и общаемся» (сохранена стилистика и
орфография респондента фокус-группы). Все представители цифрового поколения отметили, что они поддерживают общение со своими
старшими родственниками
в мессенджерах, хотя есть те, кто предпочёл бы отказаться от такого формата общения. Е.Щ., 23 года: «Я не
люблю WhatsApp, ужасная сеть, где родственники меня закидывают
картинками с поздравлениями из одноклассников, странными видосиками и прочим. Если бы мама освоила (наконец) Telegram, то я бы тут
же удалила все» (сохранена стилистика
и орфография респондента
фокус-группы).
Кое-что в поведении родителей в социальных сетях и мессенджерах может казаться представителям цифрового поколения смешным
или наивным. О.К., 22 года: «Немного умиляет их любовь к виртуальным праздничным открыткам: для меня это не очень близко, но они
хотят так подбодрить/ поздравить, и это приятно
»; А.Г., 22 года: «Меня удивляет и раздражает, как они верят почти всему, что написано в
интернете. Ну и бонусом странные “смешные” картинки и видео, которые мне зачем-то отправляют» (сохранена стилистика и орфография
респондентов фокус-группы). С одной стороны, всегда существовали
различия в повседневных досуговых практиках разных поколений,
с
другой стороны, сегодня молодежь воспринимает такую интернетактивность старших как спам и информационный хлам. Отсюда, они
видят в этой практике пересылок открыток и видео непонимание
принципов сетевой экологии.
Угроза безопасности ребенка является одной из самых понятных
причин регистрации родителей в популярных среди молодежи социальных сетях. При разном уровне доверия
могут формироваться различные стратегии мониторинга сетевой активности детей со стороны
родителей. В контексте перспектив формирования совместной «культуры участия» надзорные практики должны сменяться практиками
участия в одних и тех же проектах, поиском схожих интересов и про-
104
Глава IV. Виртуальная инкультурация как процесс
явлением взаимного внимания. Важно проявлять реальный интерес к
своим детям, их занятиям и творческим порывам в культуре социальных сетей. М.С., 18 лет: «Мама зарегистрирована в Instagram, активно
смотрит, лайкает мои фотографии» (сохранена стилистика и орфография респондента фокус-группы). Есть случаи, когда мамы и дочери
состоят в одних и тех
же сообществах по интересам: «С дочерью делимся ссылками, подписаны на несколько сообществ в инстаграме, в
основном из дружеских взаимоотношений «Между нами девочками»:
сумки, гимнастика, тортики и т.д. Часто обсуждаем товары, услуги,
рекомендуем друг другу то или иное сообщество» (Т.С., 44 года, сохранена стилистика и орфография респондента интервью). Тем
самым,
близкие и доверительные отношения в жизни способствуют появлению «точек сближения» разных поколений в сетевой культуре.
Одной из практик межпоколенческого сотрудничества на пути к
формированию единой сетевой культуры можно считать «цифровое
наставничество»: младшие помогают старшим с регистрацией в социальных сетях, с освоением новых удобных сервисов и т.п.
Участники
нашей фокус-группы признаются, что среди их старших родственников практически нет продвинутых пользователей социальных сетей.
И хотя цифровая грамотность предполагает широкий спектр цифровых
компетенций, в том числе за пределами социальных сетей, студенты
оценивают свои цифровые компетенции гораздо выше компетенций
своих родителей, бывших учителей и большинства преподавателей.
Однако, в интервью
с представителями старшего поколения, мы
обнаруживаем дифференцированный подход к оценке уровня цифровой грамотности молодежи. Так, все респонденты отмечают у студентов развитые технологические, инструментальные навыки использования социальных сетей, но указывают на «провисание» коммуникативных компетенций, проявляющихся в игнорировании некоторых правил
общения, ошибках в текстах и пр. Молодежи всё
новое дается легко, и
они не боятся осваивать новое. В то время как высокая планка и ответственность «взрослых» не позволяет им начать активнее заявлять о
себе в социальных сетях. Е.П., 41 год, руководитель: «В этом есть преимущество, причем огромное, пока мы страдаем, как бы сделать получше, и не
делаем, они делают с ошибками, банальное, неглубокое,
но делают, и мелькают в сети, просто становясь «дружками». А дружку и за ерунду грех не поставить лайк, он же дружок» (сохранена стилистика и орфография респондента интервью).
105
Социально-сетевая цифровая коммуникативная культура молодежи
Другим препятствием на пути к активному освоению «взрослыми»
социальных сетей является отсутствие выраженной мотивации к сетевой активности. Из интервью с родителем студента: «Ребенок быстрее
меня находит в соц сетях необходимую ему информацию. Хотела бы
также ориентироваться, но думаю, что эта способность приходит с
опытом. Догнать цифровое поколение не реально,
если не заниматься
профессионально, а я использую сети только изредка и в свое удовольствие...» (Г.Л., 43 года, сохранена стилистика и орфография респондента интервью). Отсутствие стремления развивать свою цифровую
грамотность у людей старшего возраста может быть связано также с
эффектом «цифрового сопротивления».
Что касается молодых людей, то они в силу
возраста стремятся
следить за технологическими новинками и трендами, активно
осваивают новые инструменты, даже если они нужны им лишь для
развлечения. Н.Х., 22 года: «Стараюсь быть в курсе технологических
новостей и новинок, потому что за ними будущее»; Е.М., 22 года:
«Специально не мониторю обновления трендов, но они сами собой
приходят. Недавно интересно было узнать профессиональное мнение
насчёт визуала инстаграма и создания инста-историй, поэтому смотрела вебинары на эту тему» (сохранена стилистика и орфография респондентов фокус-группы).
Если у студентов появляется потребность искать специальные ресурсы для работы или творчества в социальных сетях, то кто или что
может стать для них источником экспертного знания? И.Т., 22 го-
да: «Когда я решила сделать графическое меню для своей группы во
ВКонтакте, я не смогла разобраться в этом
сама и пришлось прибегнуть к помощи YouTube. Бывает, когда хочу сделать что-то новое в
плане контента, я изучаю новые программы и их возможности. Больше
всего пользуюсь YouTube, книгами. Прислушиваюсь к рекомендациям
блогеров, людей, которые делают нечто похожее, что хочу сделать я»;
А.Г., 22 года: «Часто сталкиваюсь с использованием новых программ,
но сейчас это не составляет большого труда, так как много информации представлено в интернете»; А.Л., 18 лет: «Да, я пользуюсь доп.
ресурсами для разнообразия моего контента в сети. Видео на ютьюб,
аккаунты инста-блогеров. Прислушаюсь к личностям, которые живут в
среде связанной с тем, что мне нужно»; Д.П., 22 года
: «Прислушиваюсь к мнению друзей и одногруппников, если они разбираются в теме»; Н.Х., 22 года: «Интернет ресурсы для получения знаний исполь-
106
Глава IV. Виртуальная инкультурация как процесс
зую всевозможные какие только могу найти, при этом ни к кому не
обращаюсь за помощью, стараюсь искать сам»; Е. М. 22 года: «Мне
недавно интересно было узнать профессиональное мнение насчёт визуала инстаграма и создания историй, поэтому смотрела вебинары на
эту тему. Личные рекомендации я могу принять только от тех людей,
которых в данном вопросе действительно виден результат»; С.Л.,
22 года: «Прислушаюсь к личным рекомендациям преподавателей онлайн-курсов, которые я прошла и которые заслужили доверие» (сохранена стилистика и орфография респондентов). Таким образом, в роли
наставников и референтных групп для активных успешно социализировавшихся пользователей социальных сетей могут выступать только другие активные пользователи более «продвинутого
уровня». Таков эффект механизма «культуры участия».
Различия в мотивах, практиках использования социальных медиа и
профилях цифровых компетенций становятся причиной межпоколенческого цифрового разрыва. Эта проблема требует особого исследовательского внимания, поэтому поиску путей ее решения посвящена
отдельная глава в монографии.
В обществах, утративших
механизмы традиционной культуры, молодежь всегда стремилась к созданию своей субкультуры, в которой не
приветствовалось участие взрослых. В этой связи, дети и подростки
формируют «зону коммуникативной автономии», тем более этому
способствует появление всё новых и новых платформ социальных сетей общения. Е.Т., 22 года: «Недели 3 назад зарегистрировалась в тик
Я сделала это, потому что там много крутых инструментов для
токе.
того, чтобы сделать видео более интересным… Также зарегистрировалась в smule – это соц.сеть-приложение для музыкантов»; И.Ж., 22 года: «Забросил FB, и открыл для себя убийцу времени номер один.
TicToc. Первый забросил, потому что там сидят взрослые люди, у них
мир. В TicToc есть креативные авторы» (сохранена стилистика и
свой
орфография респондентов фокус-группы). Таким образом, происходит
постоянная «миграция» молодежи из одной сети в другую: по причине смены «коммуникативной моды», или потому что другая сеть
предлагает новые возможности самореализации, или просто, потому
что хочется иметь свое «пространство свободы» и не пересекаться
взрослыми.
Так в ходе фокус-группы мы выяснили, что использование соци-
альных сетей в учебных целях меняет отношение студентов к этим
у
с
107
Социально-сетевая цифровая коммуникативная культура молодежи
социальным сетям. Д.П., 22 года: «Отношение в связи с учебой немного меняется, соцсеть меньше нравится и приносит удовольствие.
К счастью, это происходит только со Вконтакте. Конечно, переписываться в соцсетях удобнее, но радость от их использования это уменьшает»; И.Т., 22 года: «Отношение меняется в плане того, что хочется
больше отдыхать от социальных сетей. Да, по сути, я во всех соц сетях
отдыхаю – это не напрягает мозг. Я бы хотела именно часть общения
по вопросам учебы куда-то вынести из социальных сетей»; Е.М.,
22 года: «Иногда не хочется заходить в Вконтакт, так как в группе по
учебе будет много
сообщений» (сохранена стилистика и орфография
респондентов фокус-группы).
Образовательный потенциал социальных сетей как коммуникативноинформационных платформ и тренды современного образования обуславливают интерес представителей высшей школы к формированию
цифровой социально-сетевой грамотности молодежи. В контексте нашего исследования важно описать роль преподавателей как агентов виртуальной социализации и инкультурации студентов в
социальных сетях, а
также оценить в этой связи ресурсные возможности университетов.
Роль высшей школы в виртуально-сетевой социализации
Для выявления роли высшего образования в повышении социально-сетевой цифровой грамотности как важного условия виртуальной
социализации и инкультурации молодежи было проведено несколько
исследовательских мероприятий.
Фокус-группа со студентами российских университетов на тему «Как
изменилась моя социально-сетевая грамотность благодаря обучению в
вузе» позволила выяснить, что большинство респондентов имели аккаунты во всех популярных социальных сетях еще до поступления в вуз, однако нескольким студентам пришлось зарегистрироваться в новых для
себя социальных сетях, потому что этого потребовал учебный процесс. М.М., 20 лет: «Зарегистрировалась в Фейсбуке. Пока что использую
его только для учебы
там). Эта соц.сеть не представляет для меня интереса в данный момент,
хотя не исключаю, что буду пользоваться ей в своём профессиональном
будущем» (сохранена стилистика и орфография респондента).
За время обучения, по словам респондентов, они значительно
продвинулись в своих цифровых компетенциях, в том числе,
навыках использования социальных сетей, но не все отмечают роль
(некоторые преподаватели ведут с нами переписку
в
108
Глава IV. Виртуальная инкультурация как процесс
университета в этом процессе, многие видят в этом только свои собственные заслуги.
При этом практически все респонденты фокус-группы отметили,
что вузовские сетевые ресурсы помогают им в решении учебных и
внеучебных задач. А.Ц., 22 года: «На данный момент помогает сайт
библиотеки, на котором есть подписки на нужные нам ресурсы, а также коворкинг-центр университета проводит онлайн курсы и трансляции по маркетингу, предпринимательству и т.д.» (сохранена стилистика и орфография респондента).
В анкетном опросе, в котором приняли участие 314 студентов томских вузов, мы уточнили «Какие вузовские сотрудники, структуры и
ресурсы улучшили ваши социально-сетевые навыки во время учебы в
университете»? Примерно по 40% респондентов отметили «препода-
вателей», «студенческих кураторов и службы (профком)», «университетские паблики в сетях». Около 20% респондентов сообщили,
что никакие ресурсы и сотрудники университетов не повлияли на повышение их цифровой грамотности.
Безусловно, прослеживается взаимосвязь между специально-
стью, программой подготовки в вузе и наличием предметов, развивающих цифровую грамотность студентов: В.К., 22 года: «Мно-
жество пройденных качественных онлайн курсов по 3D моделированию в различных программах, таких как КОМПАС 3D, Solid, apm.
Обучение расчета пространственных конструкций и т.д.»; М.М.,
20 лет: «В университете были дисциплины по этикету в Интернете, по
продвижению в соц. сетях, по интернет-субкультурам» (сохранена
стилистика и орфография респондентов).
На факультетах, где есть специальные предметы, связанные с
развитием цифровых навыков в социальных сетях, студенты чаще
воспринимают преподавателей как наставников по овладению социально-сетевой цифровой грамотностью. Так участники фокусгруппы «Как изменилась моя социально-сетевая грамотность благодаря обучению в вузе» не смогли вспомнить те случаи, когда преподаватель был более продвинутым пользователем социальных сетей и им
было чему у него поучиться. Однако некоторые студенты из
числа респондентов фокус-группы «Эволюция моей сетевой цифровой грамотности – от подростка к взрослому: этапы, наставники, барьеры и трудности» имели такой опыт. Одна из участниц перечислила специальные
предметы, которые у неё ведут преподаватели-практики из сферы про-
109
Социально-сетевая цифровая коммуникативная культура молодежи
движения в социальных медиа. Такие преподаватели вуза, по мнению
респондента, дадут фору любому студенту.
Важным источником новых знаний о сети студенты считают
своих друзей и одногруппников: они «открывают новые сервисы»,
«помогают освоить программы для дизайна», «делятся знаниями о мо-
нетизации в сети Instagram и Youtube» и т.п.
Переход на дистанционный формат
стрессом и для студентов, и для преподавателей университетов. В целом,
вузы оказались готовы к переходу «в онлайн»
преподавателей наиболее остро ощутило нехватку цифровых компетенций. Безусловно, это обстоятельство заметили и студенты
обучения в связи с пандемией стал
161
. Хотя старшее поколение
162
.
Тем не менее, освоение учебно-дидактических возможностей онлайнплатформ, предложенных вузам для организации дистанционного учебного процесса оказалось для большинства преподавателей «делом техники». Также студенты отметили «апгрейд» своих цифровых навыков в связи с переходом на онлайн-обучение. Им пришлось освоить новые платформы проведения видеоконференций, вебинаров (например, Zoom), появились задания связанные с совместной работой в гугл-документах и пр.
В этот период уязвимыми оказались образовательные моменты,
требующие оперативной интерактивной коммуникации: используемые
ранее способы взаимодействия потребовали больших эмоциональных
затрат от всех участников общения; технологически доступные образовательные платформы оказались неудобными для работы в микрогруппах, выполнения заданий на командообразование и
т.п.; объем и
скорость обмена информацией возрос в несколько раз, поэтому стало
не хватать привычных электронных каналов обратной связи. Одним из
способов технологического решения этих педагогических вызовов
явилось использование популярных социальных сетей общения (преимущественно, ВКонтакте) в учебных целях.
Весной 2020 г. мы провели небольшой опрос среди студентов НИ
ТГУ (86
респондентов) и выяснили, что социальные сети использова-
161
Шторм первых недель: как высшее образование шагнуло в реальность пандемии /
А.В. Клягин и др. М. : НИУ ВШЭ, 2020. 112 с. (Современная аналитика образования. № 6
(36)) URL: https://ioe.hse.ru/data/2020/05/26/1551527214/САО%206(36)_электронный.pdf
(дата обращения: 09.11.2020).
162
Бычкова М.Н., Смирнова П.Л. Цифровая грамотность преподавателей и студентов
университета: «открытия пандемии» // Современн ые проблемы науки и образования.
2020. № 4. URL: http://www.science-education.ru/ru/article/view?id=29946 (дата обраще-
ния: 15.12.2020).
110
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]