Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Приключения Оливера Твиста
.pdf
силось, ибо он ерзал и корчился, принимая самые нелепые
позы, и взирал на своего нового друга боязливо и подозрительно.
— А вам еще кое-что скажу, — продолжал Феджин после того, как успокоил девушку дружелюбными кивками и
пробормотал какие-то ободряющие слова, — есть у меня
приятель, который сможет исполнить ваше заветное желание и выведет вас на верную дорогу, а тогда вы изберете
дельце, которое, по вашему мнению, больше всего подходит вам поначалу, и обучитесь всему остальному.
— Вы как будто говорите всерьез! — сказал Ноэ.
— Какая для меня польза говорить иначе? — пожимая
плечами, спросил Феджин. — Знаете, я хочу сказать вам
словечко в другой комнате.
— К чему утруждать себя и вставать? — возразил Ноэ,
постепенно снова вытягивая ноги. — Она пока отнесет вещи наверх… Шарлотт, займись узлами!
Этот приказ, отданный весьма величественно, был исполнен без всяких возражений, и Шарлотт удалилась с поклажей, а Ноэ придержал дверь и посмотрел ей вслед.
— Недурно я ее натаскал, правда? — вернувшись на
свое место, спросил он тоном укротителя, который приручил дикого зверя.
— Очень хорошо! — заявил Феджин, похлопывая его
по плечу. — Вы — гений, мой милый!
— Что ж, пожалуй, не будь я им, не сидел бы я сейчас
здесь, — ответил Ноэ. — Но послушайте, она вернется, если вы будете мешкать.
— Ну, так что ж вы об этом думаете? — спросил Феджин. — Если мой приятель вам понравится, почему бы вам
к нему не пристроиться?
— А дело у него хорошее? Вот что важно, — отвечал
Ноэ, подмигивая одним глазом.
— Самое отменное! Нанимает множество людей. С ним
лучшие люди этой профессии.
— Настоящие горожане? — спросил мистер Клейпол.
ПРИКЛЮЧЕНИЯ ОЛИВЕРА ТВИСТА
391
— Ни одного провинциала. И не думаю, чтобы он вас
принял, даже по моей рекомендации, не нуждайся он как
раз теперь в помощниках.
— Надо ему дать? — спросил Ноэ, похлопав себя по
карману штанов.
— Без этого никак не обойтись, — решительным тоном
ответил Феджин.
— Но двадцать фунтов… это куча денег.
— Нет, если это банкнот, от которого вы не можете отделаться, — возразил Феджин. — Номер и год, полагаю,
записаны? Выплата в банке задержана? Вот видите, он из
этого банкнота тоже не много извлечет. Придется переправить за границу, ему не удастся продать его на рынке по
высокой цене.
— Когда я его увижу? — неуверенно спросил Ноэ.
— Завтра утром.
— Где?
— Здесь.
— Гм… — сказал Ноэ, — какое жалованье?
ЧАРЛЬЗ ДИККЕНС
— Будете жить как джентльмен, стол и квартира, табаку и спиртного вволю, половина вашего заработка и половина заработка молодой женщины — ваши, — ответил
Феджин.
Весьма сомнительно, согласился бы Ноэ Клейпол, алчность которого не знала пределов, даже на такие блестящие условия, будь он совершенно свободен в своих действиях; но так как он припомнил, что в случае отказа новый
знакомый может предать его немедленно в руки правосудия (а случались вещи и более невероятные), то постепенно смягчился и сказал, что, пожалуй, это ему подойдет.
— Но, знаете ли, — заметил Ноэ, — раз она может
справиться с тяжелой работой, то мне бы хотелось взяться
за что-нибудь полегче.
— За какую-нибудь маленькую, приятную работенку? — предложил Феджин.
392
— Вот именно, — ответил Ноэ. — Как вы думаете, что
бы мне теперь подошло? Ну, скажем, дельце, не требующее
больших усилий и, знаете ли, не очень опасное. Что-нибудь
в этом роде.
— Я слыхал, вы говорили о том, чтобы шпионить за другими, мой милый, — сказал Феджин. — Мой приятель нуждается в человеке, который бы с этим справился.
— Да, об этом я упомянул и не прочь иной раз этим заняться, — медленно проговорил Ноэ, — но, знаете ли, эта
работа себя не оправдывает.
— Верно, — заметил еврей, размышляя или притворяясь размышляющим. — Нет, не подходит.
— Так что же вы скажете? — спросил Ноэ, с беспокойством посматривая на него. — Хорошо бы красть под шумок, чтобы дело было надежное, а риска немногим больше,
чем если сидишь у себя дома.
— Что вы думаете о старых леди? — спросил Феджин. — Очень хороший бывает заработок, когда вырываешь у них сумки и пакеты и убегаешь за угол.
— Да ведь они ужасно вопят, а иногда и царапаются, — возразил Ноэ, покачивая головой. — Не думаю, чтобы это мне подошло. Не найдется ли какого-нибудь другого занятия?
— Постойте, — сказал Феджин, положив руку ему на
колено. — Облапошивание птенцов.
— А что это значит? — осведомился мистер Клейпол.
— Птенцы, милый мой, — сказал Феджин, — это маленькие дети, которых матери посылают за покупками, давая им шестипенсовики и шиллинги. А облапошить — значит отобрать у них деньги… они их держат всегда наготове
в руке… потом столкнуть их в водосточную канаву у тротуара и спокойно удалиться, будто ничего особенного не
случилось, кроме того что какой-то ребенок упал и ушибся.
Ха-ха-ха!
— Ха-ха! — загрохотал мистер Клейпол, в восторге
дрыгая ногами. — Ей-богу, это как раз по мне!
ПРИКЛЮЧЕНИЯ ОЛИВЕРА ТВИСТА
393
— Разумеется, — ответил Феджин. — И вы можете наметить себе места в Кемден-Тауне, Бэтл-Бридже и по соседству, куда их всегда посылают за покупками, и в каждый
свой обход в любой час дня будете сбивать с ног столько
птенцов, сколько вам вздумается. Ха-ха-ха!
С этими словами мистер Феджин ткнул мистера Клейпола в бок, и они дружно разразились громким и долго не
смолкавшим смехом.
— Ну, все в порядке, — сказал Ноэ; когда в комнату
вернулась Шарлотт, он уже мог говорить. — В котором часу завтра?
— В десять можете? — спросил Феджин и, когда мистер Клейпол кивнул в знак согласия, добавил: — Как вас
отрекомендовать моему доброму другу?
— Мистер Болтер, — ответил Ноэ, заранее приготовившийся к такому вопросу. — Мистер Морис Болтер. А это
миссис Болтер.
— Я к вашим услугам, миссис Болтер, — сказал Феджин, раскланиваясь с комической учтивостью. — Надеюсь,
в самом непродолжительном времени ближе познакомить-
ЧАРЛЬЗ ДИККЕНС
ся с вами.
— Ты слышишь, что говорит джентльмен, Шарлотт? —
заревел мистер Клейпол.
— Да, дорогой Ноэ, — ответила миссис Болтер, протягивая руку.
— Она называет меня Ноэ, это вроде ласкательного
имени, — сказал Морис Болтер, бывший Клейпол, обращаясь к Феджину. — Понимаете?
— О да, понимаю, прекрасно понимаю, — ответил Феджин, на сей раз говоря правду. — Спокойной ночи!
После длительных прощаний и многозначительных благих пожеланий мистер Феджин отправился своей дорогой.
Ноэ Клейпол, призвав к вниманию свою любезную супругу,
начал рассказывать ей о заключенном им соглашении со
всем высокомерием и сознанием собственного превосходства, какие приличествуют не только представителю более
394
сильного пола, но и джентльмену, который оценил честь
назначения на специальную должность облапошивателя
птенцов в Лондоне и его окрестностях.
Глава XLIII
в которой рассказано,
как Ловкий Плут попал в беду
— Так это вы и были вашим собственным другом? —
спросил мистер Клейпол, иначе Болтер, когда, в силу заключенного им договора, переселился в дом Феджина. —
Ей-богу, мне приходило это в голову еще вчера.
— Каждый человек себе друг, милый мой, — ответил
Феджин с вкрадчивой улыбкой. — И такого хорошего друга ему нигде не найти.
— Бывают исключения, — возразил Морис Болтер с
видом светского человека. — Иной, знаете ли, никому не
враг, а только самому себе.
— Не верьте этому, — сказал Феджин. — Если человек
сам себе враг, то лишь потому, что он уж слишком сам себе
друг, а не потому, что заботится обо всех, кроме себя.
Вздор, вздор! Такого на свете не бывает.
— А если бывает, так не должно быть, — отозвался мистер Болтер.
— Само собой разумеется. Одни заклинатели говорят,
что магическое число — три, а другие — семь. Ни то, ни
другое, мой друг, ни то, ни другое? Это число — один.
— Ха-ха! — захохотал мистер Болтер. — Всегда один.
— В такой маленькой, общине, как наша, мой милый, —
сказал Феджин, считая необходимым пояснить свое суждение, — у нас общее число — один; иначе говоря, вы не
можете почитать себя номером первым, не почитая таковым же и меня, а также всех наших молодых людей.
— Ах, черт! — воскликнул мистер Болтер.
ПРИКЛЮЧЕНИЯ ОЛИВЕРА ТВИСТА
395
— Видите ли, — продолжал Феджин, притворяясь, будто не слышал этого возгласа, — мы все так связаны общими интересами, что иначе и быть не может. Вот, например,
ваша цель — заботиться о номере первом, то есть о самом
себе.
— Конечно, — отозвался мистер Болтер. — В этом вы
правы.
— Отлично. Вы не можете заботиться о себе, номере
первом, не заботясь обо мне, номере первом.
— Номере втором, хотите вы сказать, — заметил мистер Болтер, который был щедро наделен таким качеством,
как эгоизм.
— Нет, не хочу, — возразил Феджин. — Я имею для
вас такое же значение, как и вы сами…
— Послушайте, — перебил мистер Болтер, — вы очень
славный человек и очень мне нравитесь, но не так уж мы с
вами крепко подружились, чтобы дело дошло до этого.
— Вы только подумайте, — сказал Феджин, пожимая
плечами и протягивая руки, — только рассудите. Вы обделали очень хорошенькое дельце, и я вас за это люблю, но
ЧАРЛЬЗ ДИККЕНС
зато вам теперь грозит галстук на шею, который так легко
затянуть и так трудно развязать, — петля, говоря простым
английским языком.
Мистер Болтер поднес руку к своему шейному платку,
как будто почувствовав, что он слишком туго завязан, и пробормотал что-то, выражая согласие тоном, но не словами.
— Виселица, — продолжал Феджин, — виселица, мой
милый, это безобразный, придорожный столб, указывающий путь к очень короткому и очень крутому повороту, который положил конец карьере многих смельчаков на широкой, большой дороге. Не сходить с прямой тропы и держаться от него подальше — вот ваша цель, номер первый.
— Конечно, это верно, — ответил мистер Болтер. — Но
зачем вы толкуете о таких вещах?
— Только для того, чтобы пояснить вам смысл моих
слов, — сказал еврей, пожимая плечами. — Чтобы добить-
396
ся этого, вы полагаетесь на меня. Чтобы мирно заниматься
своим маленьким делом, я полагаюсь на вас. Одно — для
вас номер первый, другое — для меня номер первый. Чем
больше вы цените свой номер первый, тем больше вы заботитесь о моем; вот, наконец, мы и вернулись к тому, что я
вам сказал вначале: внимание к номеру первому связывает
нас всех вместе. Так и должно быть, иначе вся наша компания развалится.
— Это правда, — задумчиво промолвил мистер Бол-
тер. — Ох, и ловкий же вы старый пройдоха!
Мистер Феджин с великой радостью убедился, что эта
похвала его способностям не простой комплимент, но что
он действительно внушил новичку представление о своем
гениальном хитроумии, а укрепить в нем такое представление было делом чрезвычайно важным. Дабы усилить впечатление, столь желательное и полезное, он еще подробнее
ознакомил Ноэ с размахом своих операций, переплетая в
своих целях правду с вымыслом и преподнося то и другое с
таким мастерством, что почтение к нему мистера Болтера
явно возросло и окрасилось неким благодетельным страхом, к чему Феджин и стремился.
— Вот это взаимное доверие, какое мы питаем друг к
другу, и утешает меня в случае тяжелых утрат, — сказал
Феджин. — Вчера утром я лишился своего лучшего помощника.
— Неужели вы хотите сказать, что он умер! — воскликнул мистер Болтер.
— Нет, — ответил Феджин, — дело не так плохо. Не так
уж плохо.
— Тогда, должно быть, его…
— Затребовали, — подсказал Феджин. — Да, его затребовали.
— По очень важному делу? — спросил мистер Болтер.
— Нет, — ответил мистер Феджин, — не очень. Его обвинили в попытке очистить карман и нашли у него серебряную табакерку — его собственную, мой милый, его соб-
ПРИКЛЮЧЕНИЯ ОЛИВЕРА ТВИСТА
397
ственную, потому что он сам очень любит нюхать табак. Его
держали под арестом до сегодняшнего дня, так как полагали, что знают владельца. Ах, он стоил пятидесяти табакерок, и я бы заплатил их стоимость, только бы его вернуть.
Следовало вам знать Плута, мой милый, следовало вам
знать Плута.
— Ну что ж, надеюсь, я с ним познакомлюсь, как вы ду-
маете? — сказал мистер Болтер.
— Сомневаюсь, — со вздохом ответил Феджин. — Если
они не раздобудут каких-нибудь новых улик, то дадут ему
короткий срок, и месяца через полтора он к нам вернется, а
если раздобудут, то дело пахнет укупоркой. Им известно,
какой он умный парень. Он будет пожизненным. Они сделают Плута ни больше ни меньше, как пожизненным.
— Что значит укупорка и пожизненный? — спросил
мистер Болтер. — Что толку объясняться со мной на таком
языке? Почему вы не говорите так, чтобы я мог вас понять?
Феджин хотел было перевести эти таинственные выражения на простой язык, и, получив объяснение, мистер
Болтер узнал бы, что сочетание этих слов означает пожиз-
ЧАРЛЬЗ ДИККЕНС
ненную каторгу, но тут беседа была прервана появлением
юного Бейтса, руки которого были засунуты в карманы, а
лицо перекосилось, выражая полукомическую скорбь.
— Все кончено, Феджин! — сказал Чарли, когда он и
его новый товарищ были представлены друг другу.
— Что это значит?
— Они отыскали джентльмена, которому принадлежит
табакерка. Еще два-три человека явятся опознать его, и
Плуту придется пуститься в плавание, — ответил юный
Бейтс. — Мне, Феджин, нужны траурный костюм и лента на
шляпу, чтобы навестить его перед тем, как он отправится в
путешествие. Подумать только, что Джек Даукинс — молодчага Джек — Плут — Ловкий Плут уезжает в чужие края
из-за простой табакерки, которой цена два с половиной
пенса. Я всегда думал, что если такое с ним случится, то по
меньшей мере из-за золотых часов с цепочкой и печатка-
398
ми. Ох, почему он не отобрал у какого-нибудь старого богача все его драгоценности, чтобы уехать как джентльмен, а
не как простой воришка, без всяких почестей и славы!
Выразив таким образом сочувствие своему злосчастному другу, юный Бейтс с видом грустным и угнетенным опустился на ближайший стул.
— Что это ты там болтаешь? — воскликнул Феджин,
бросив сердитый взгляд на своего ученика. — Разве не
был он на голову выше всех вас? Разве есть среди вас хоть
один, кто бы мог до него дотянуться и в чем-нибудь сравняться с ним?
— Ни одного, — ответил юный Бейтс голосом, охрипшим от огорчения. — Ни одного.
— Так о чем же ты болтаешь? — сердито спросил Феджин. — О чем ты хнычешь?
— О том, что этого не будет в протоколе, — сказал Чарли, которого взбудоражили нахлынувшие сожаления, побудив бросить открытый вызов своему почтенному другу о
том, что это не будет указано в обвинительном акте, о том,
что никто никогда до конца не узнает, кем он был. Какое
место он займет в Ньюгетском справочнике?
1
Может быть,
вовсе не попадет туда. О господи, какой удар!
— Ха-ха! — вскричал Феджин, вытягивая правую руку
к мистеру Болтеру и, словно паралитик, весь сотрясаясь от
собственного хихиканья. — Посмотрите, как они гордятся
своей профессией, мой милый. Не чудесно ли это?
Мистер Болтер кивнул утвердительно, а Феджин, в течение нескольких секунд созерцавший с нескрываемым удовлетворением скорбь Чарли Бейтса, подошел к сему молодому джентльмену и потрепал его по плечу.
— Полно, Чарли, — успокоительно сказал Феджин. —
Это станет известно, непременно станет известно. Все
узнают, каким он был смышленым парнем, он сам это по-
1
Ньюгетский справочник — издание в шести темах, содержащее биографии знаменитых преступников, отбывавших наказание в Ньюгетской тюрьме с конца XVIII века.
ПРИКЛЮЧЕНИЯ ОЛИВЕРА ТВИСТА
399
кажет и не опозорит своих старых приятелей и учителей.
Подумай о том, как он молод. Как почетно, Чарли, получить
укупорку в такие годы!
— Пожалуй, это и в самом деле честь, — сказал Чарли,
немножко утешившись.
— Он получит все, чего пожелает, — продолжал еврей. — Его будут содержать в каменном кувшине, как
джентльмена, Чарли. Как джентльмена. Каждый день пиво
и карманные деньги, чтобы играть в орлянку, если он не
может их истратить.
— Да неужели? — воскликнул Чарли Бейтс.
— Все это он получит, — ответил Феджин. — И у нас
будет большой парик — такой, что лучше всех умеет болтать языком, чтобы его защитить. Плут, если захочет, и сам
может произнести речь, а мы ее всю прочитаем в газетах:
«Ловкий Плут — взрывы смеха, с судьями конвульсии». Ну
как, Чарли, э?
— Ха-ха! — захохотал Чарли. — Вот будет потеха! Верно, Феджин? Плут-то им досадит, верно?
— Верно! — воскликнул Феджин. — Уж он досадит.
ЧАРЛЬЗ ДИККЕНС
— Да что и говорить, досадит, — повторил Чарли, потирая руки.
— Мне кажется, я его перед собой вижу, — сказал еврей, устремив взгляд на своего ученика.
— Я тоже! — крикнул Чарли Бейтс. — Ха-ха-ха! Я тоже. Я все это вижу, ей-богу, вижу, Феджин. Вот потеха! Вот
уж взаправду потеха! Все большие парики стараются напустить на себя важность, а Джек Даукинс обращается к
ним спокойно и задушевно, будто он родной сын судьи и
произносит спич после обеда. Ха-ха-ха!
В самом деле, мистер Феджин столь искусно воздействовал на эксцентрический характер своего молодого
друга, что Бейтс, который сначала был склонен почитать
арестованного Плута жертвой, смотрел на него теперь как
на первого актера на сцене, отличающегося беспримерным
и восхитительным юмором, и с нетерпением ждал часа, ког-
400
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]