Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Правовые позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в сфере залогового права. Комментарий к постановлению Пленума Высшего Арбитражного Суд
.pdf
IV. Обращение взыскания
34. Действующая редакция ст. 349 ГК РФ предусматривает, что
по общему правилу взыскание на предмет залога (вне зависимости
от вида заложенного имущества) обращается судом. Однако стороны
договора о залоге вправе заключить соглашение о порядке обращения
взыскания на заложенное имущество без обращения в суд; но законом
могут быть предусмотрены случаи, когда обращение взыскания на предмет залога может осуществляться исключительно в судебном порядке1. Это случаи, которые предусмотрены, в частности, в п. 6 ст. 349
ГК РФ, п. 2 ст. 55 Закона об ипотеке), п. 1 ст. 181 Федерального закона
«О несостоятельности (банкротстве)», п. 1 ст. 15 Федерального закона
«Об ипотечных ценных бумагах».
Договоренность залогодержателя и залогодателя о внесудебном
порядке обращения взыскания на заложенное имущество может быть
облечена в форму отдельного документа (который законодатель именует соглашением о внесудебном порядке обращения взыскания на предмет
залога); по всей видимости, такое соглашение-документ прежде всего
должно быть востребовано при залоге, возникающем вследствие указания закона (законный залог). Такая договоренность также может
быть включена в текст договора о залоге в качестве самостоятельного
договорного условия (п. 3 ст. 349 ГК РФ, п. 4 комментируемого Постановления)2.
Пленум ВАС РФ в п. 1 комментируемого Постановления оценил
соглашение залогодателя с залогодержателем о внесудебном порядке
обращения взыскания на заложенное имущество, нарушающее действующий в момент его заключения запрет внесудебного обращения
взыскания на предмет залога, как ничтожную сделку на основании
ст. 168 ГК РФ. Такое соглашение не может породить каких-либо правовых последствий, и потому взыскание на предмет залога может быть
обращено исключительно в судебном порядке.
Если же условие о внесудебном порядке обращения взыскания
на заложенное имущество включено в текст договора о залоге, то оно
1
Именно так следует толковать нелепый текст новой редакции п. 2 ст. 349 ГК, в котором законодатель пропустил запятую и тем самым совершенно исказил смысл нормы
(ср. соотношение судебного и внесудебного способов обращения взыскания на предмет залога п. 1 комментируемого Постановления).
2
Далее в тексте я буду именовать соглашением о внесудебном обращении взыскания оба способа формализации описанной договоренности залогодержателя и залогодателя, делая специальные оговорки при необходимости.
51
Правовые позиции ВАС РФ в сфере залогового права
также должно быть квалифицировано как противоречащее положениям закона и не имеющее юридических последствий; взыскание
на имущество, заложенное по такому договору, обращается в судебном
порядке (абз. 4 п. 1 комментируемого Постановления).
Обращает на себя внимание то обстоятельство, что высшая судебная
инстанция, квалифицируя как ничтожное незаконное условие договора
о залоге и определяя последствия ничтожности такого условия, не ссылается при этом на положения ст. 180 ГК РФ («Последствия недействительности части сделки»), видимо, понимая те затруднения, которые могут
возникнуть на практике при применении соответствующих положений1.
Кроме того, правовая позиция ВАС, содержащаяся в абз. 4 п. 1 ком-
ментируемого Постановления, должна быть применена и к случаям,
когда в момент заключения соглашения о внесудебном порядке обращения
взыскания оно не противоречило закону, но к моменту возникновения
оснований для обращения взыскания (например, просрочки должника)
внесудебное обращение взыскания будет противоречить закону.
35. Соглашение о внесудебном порядке обращения взыскания может быть заключено в любое время (п. 3 ст. 349 ГК РФ), т.е. как одновременно с заключением договора о залоге, так и после его заключения
(абз. 1 п. 4 комментируемого Постановления).
Соглашение залогодателя с залогодержателем о внесудебном порядке обращения взыскания на заложенное имущество, содержащееся
в отдельном документе, совершается в той же форме, что и договор
о залоге (абз. 3 п. 4 комментируемого Постановления). То есть если
договор о залоге заключен в нотариальной форме, то и соглашение
к нему (существующее в виде отдельного документа) также должно
быть нотариально удостоверено. Эта правовая позиция ВАС РФ основывается, видимо, на идее о том, что заключаемое отдельно от договора
о залоге соглашение о внесудебном порядке обращения взыскания
на предмет залога должно быть квалифицировано как соглашение
об изменении договора, которое в соответствии с п. 1 ст. 452 ГК РФ
должно быть заключено в той же форме, что и изменяемый договор.
Если договор о залоге подлежит государственной регистрации,
то и соглашение залогодателя с залогодержателем о внесудебном по-
1
В частности, вполне предсказуема позиция залогодателя, который будет утверждать, что никогда не заключил бы договор о залоге, если бы в нем в качестве порядка обращения взыскания на предмет залога был бы указан судебный, а не внесудебный
порядок.
52
IV. Обращение взыскания
рядке обращения взыскания на заложенное имущество также подлежит
государственной регистрации, поскольку является неотъемлемой частью
договора о залоге и изменяет содержание и условия обременения имущества, возникающего на основании договора о залоге (п. 2 ст. 23 Закона
об ипотеке) (абз. 3 п. 4 комментируемого Постановления). Здесь должна
работать та же логика: если договор подлежит регистрации, то и соглашение о его изменении также должно быть зарегистрировано1. Кроме
того, регистрация такого соглашений в ЕГРП полезна как для самих
сторон, так и для оборота, так как «след» важнейшей договоренности
залогодержателя и залогодателя о порядке обращения взыскания и способах продажи заложенного имущества остается в открытом и публично
достоверном реестре, ведь это соглашение в такой ситуации должно
было бы работать и против любого приобретателя предмета залога2.
Конечно, можно было бы помыслить и иную модель действия такого соглашения против третьих лиц: соглашение о внесудебном порядке
(заключенное в виде отдельного документа) не подлежит регистрации,
но оно не имеет силы против третьего лица, приобретшего предмет
залога. Это объясняется тем, что без регистрации такое соглашение
будет иметь строго обязательственное действие (т.е. будет действовать
только между лицами, заключившими такое соглашение). Однако
при обсуждении проекта постановления эта позиция не была поддержана в связи с тем, что она оказалась содержательно сложной и, кроме
того, ослабляла силу залогового права залогодержателя.
При возникновении залога на основании закона залогодатель и залогодержатель также вправе заключить соглашение о внесудебном
обращении взыскания на предмет залога. В этом случае соглашение
о внесудебном обращении взыскания на заложенное имущество
заключается в форме, установленной законом для договора о залоге
соответствующего имущества. При возникновении ипотеки в силу
1
Ср. п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 16 февраля 2001 г.
№ 59 «Обзор практики разрешения споров, связанных с применением Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним»».
2
По всей видимости, после формирования позиции высшей судебной инстанции
относительно государственной регистрации соглашений о внесудебном порядке обращения взыскания на предмет залога следует ожидать от органа исполнительной власти,
ответственного за подзаконное нормотворчество в сфере государственной регистрации
прав на недвижимое имущество, изменения правил предоставления выписок из ЕГРП
в части включения в выписку информации о наличии заключенного соглашения о внесудебном порядке обращения взыскания на предмет залога.
53
Правовые позиции ВАС РФ в сфере залогового права
закона соглашение о внесудебном обращении взыскания на предмет
залога подлежит государственной регистрации по правилам п. 3 ст. 11
Закона об ипотеке (абз. 4 п. 4 комментируемого Постановления).
36. В определенных случаях закон устанавливает, что для того,
чтобы соглашение о внесудебном порядке обращения взыскания на заложенное имущество имело силу, необходимо нотариально удостоверенное согласие залогодателя на заключение такого соглашения.
Таких случаев два: первый предусмотрен п. 4 ст. 349 ГК РФ («Если
залогодателем является физическое лицо, соглашение заключается
при условии наличия нотариально удостоверенного согласия залогодателя на внесудебный порядок обращения взыскания на заложенное
движимое имущество»), второй – предл. 2 п. 1 ст. 55 Закона об ипотеке
(«Соглашение заключается при условии наличия нотариально удостоверенного согласия залогодателя на внесудебный порядок обращения
взыскания на заложенное имущество»). Причем во втором случае законодатель упоминает, что такое согласие дается залогодателем до заключения договора об ипотеке (предл. 3 п. 1 ст. 55 Закона об ипотеке).
Впрочем, Пленум ВАС не согласился с ограничительным толкованием
этого законоположения (видимо, имея в виду «излечение» дефекта
юридического состава последующими действиями сторон сделки или
третьих лиц), указав в комментируемом Постановлении (абз. 2 п. 6),
что как в первом случае, так и во втором согласие может быть дано как
до, так и после заключения договора о залоге.
Что из себя представляет (с точки зрения юридической квалифи-
кации) согласие на внесудебный порядок обращения взыскания?
Теория гражданского права действительно оперирует таким понятием, как «согласие на совершение сделки», причем такое согласие,
как правило, должно рассматриваться как самостоятельная граждан-
ско-правовая сделка. Таковы, например, случаи получения согласия
законного представителя на совершение сделки частично дееспособным; согласие всех товарищей на совершение товариществом сделки;
согласие кредитора на перевод долга. Однако во всех перечисленных
случаях согласие исходит от лица, постороннего совершаемой сделке,
третьего лица. В противном случае получается нелепица – согласие
стороны договора заключить договор и так следует из самого факта
заключения договора, для чего нужно еще и отдельное согласие?
Между тем именно такая ситуация и усматривается из содержания
п. 4 ст. 349 ГК – залогодатель – физическое лицо, являясь стороной
54
IV. Обращение взыскания
договора о залоге, вроде бы должен считаться согласным со всеми его
условиями, в том числе и с условием о внесудебном обращении взыскания. То же и в случае, если имеется самостоятельное соглашение
о внесудебном обращении взыскания (при залоге в силу закона) – залогодатель, подписавший такое соглашение, и без этого согласился с его
условиями. В комментируемом Постановлении на это обстоятельство
обращается внимание в абз. 3 п. 6: если соглашение об обращении
взыскания во внесудебном порядке либо договор залога, содержащий
условие об обращении взыскания на заложенное имущество во внесудебном порядке, заключены в нотариальной форме, нотариальное
удостоверение согласия залогодателя на названный порядок обращения взыскания на предмет залога не требуется.
Так зачем же законодатель требует в двух случаях (залогодатель –
физическое лицо и предмет залога – недвижимость) облечь согласие
на внесудебное обращение в нотариальную форму? Особенную пикант-
ность ситуации добавляет тот факт, что нотариальное удостоверение
части сделки ГК РФ не предусматривает!
По всей видимости, законодатель стремился всячески избежать
нотариальной формы соглашения о внесудебном порядке обращения
взыскания (или тем более – нотариальной формы договора о залоге
или договора, порождающего ипотеку в силу закона!), имея в виду
разницу между стоимостью услуг нотариуса по нотариальному удостоверению сделки и нотариальному удостоверению согласия. Намерение, может быть, и благое, но с точки зрения юридической получился
какой-то совершеннейший абсурд…
Тем не менее высшая судебная инстанция довольно жестко отказалась
применять к пресловутому согласию на внесудебный порядок обращения
взыскания традиционные положения о согласии на совершение сделки.
В частности, согласие на внесудебное обращение взыскания не может быть отозвано залогодателем (абз. 4 п. 6 комментируемого Поста-
новления). Это связано с тем, что такое согласие является условием
договора о залоге, а изменение условий договора подчиняется правилам гл. 29 ГК РФ. Так, условие о внесудебном обращении взыскания
может быть отменено по заявлению залогодателя (а) либо если стороны
договора о залоге предварительно предусмотрели такую возможность
в договоре, (б) либо по решению суда в соответствии со ст. 450 ГК РФ.
По всей видимости, та же логика должна работать и в отношении согласия на внесудебное обращение взыскания при залоге в силу закона:
55
Правовые позиции ВАС РФ в сфере залогового права
последнее является составной частью соглашения о внесудебном обращении взыскания, заключенного залогодателем и залогодержателем.
Согласие на внесудебное обращение взыскания не может оспа-
риваться как недействительная сделка отдельно от оспаривания всего
соглашения о внесудебном обращении (как условия договора о залоге или
как самостоятельного соглашения при залоге в силу закона), потому
что оно просто не является сделкой. Можно лишь говорить о том, что
в соответствии со ст. 180 ГК РФ условие о внесудебном обращении
взыскания на заложенное имущество может подвергнуться оспариванию лишь как часть сделки (договора о залоге), так как в подавляющем
большинстве случаев существование договора о залоге в отсутствие
такого условия можно представить без какого-либо особого труда (тем
более, что законодатель сохранил в качестве общей модели обращения
взыскания именно судебное обращение взыскания). Именно об этом
идет речь в последнем абзаце п. 3 ст. 349 ГК РФ.
Если речь идет о соглашении о внесудебном обращении взыскания
при залоге в силу закона, то и в этом случае согласие на внесудебное обращение взыскания не может быть предметом самостоятельного оспаривания; в данном случае речь должна идти о признании недействительным
самого соглашения (ср. абз. 4 п. 6 комментируемого Постановления).
37. Возникает и такой вопрос: следует ли облекать в нотариальную
форму согласие на внесудебное обращение взыскания на заложенное
имущество в случае, если залогодателем является физическое лицо,
действующее в качестве индивидуального предпринимателя без образования юридического лица (ст. 23 ГК РФ)? В силу п. 3 ст. 23 ГК РФ
к предпринимательской деятельности таких участников гражданских
правоотношений применяются правила ГК, которые регулируют деятельность юридических лиц, являющихся коммерческими организациями, при условии что иное не вытекает из закона, иных правовых актов
или существа правоотношения. Ключевой вопрос состоит в следующем:
является ли передача индивидуальным предпринимателем имущества
в залог его предпринимательской деятельностью (ведь нормы о ком-
мерческих организациях применяются только к предпринимательской
деятельности граждан – индивидуальных предпринимателей)?
Строго говоря, передача имущества в залог не может квалифицироваться как предпринимательская деятельность, определение которой
помещено в ст. 2 ГК РФ. Однако данное обстоятельство не должно препятствовать выявлению тех целей, которые преследовал законодатель,
56
IV. Обращение взыскания
устанавливая нотариальное удостоверение соглашений о внесудебном
обращении взыскания на заложенное имущество.
Очевидно, что в намерение законодателя входило установление такой формы данного соглашения, при которой интересы слабой стороны (которой в подавляющем большинстве случаев являются именно
граждане – потребители банковских кредитных продуктов) были бы
максимально защищены как с точки зрения установления свободы
формирования волеизъявления (соглашение не подписано под принуждением), так и с точки зрения даты заключения подобного соглашения
(соглашение не подписано «задним» числом). Такая забота характерна
прежде всего тогда, когда речь идет об интересах граждан, не осуществляющих предпринимательскую деятельность.
Однако в абз. 1 п. 6 комментируемого Постановления Пленум ВАС
пришел к иному выводу: нотариально удостоверенное согласие требуется
и тогда, когда залогодатель является индивидуальным предпринимателем.
Такой вывод затрагивает прежде всего сферу залога предпринимателями
движимого имущества (по недвижимости, напомню, согласие удостоверяется независимо от субъектного состава соглашения о внесудебном
порядке обращения взыскания). Данная правовая позиция может быть
объяснена, во-первых, общим патерналистским настроем высшей судебной инстанции в отношении граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность, и, во-вторых, теми двумя обстоятельствами,
которые я назвал выше (наличие доказательств свободной воли на внесудебный порядок и борьба с датированием таких сделок «задним» числом).
38. Перейдем к отдельным сложным случаям, когда обращение
взыскания на предмет залога во внесудебном порядке не допускается.
Первый из них указан в подп. 1 п. 6 ст. 349 ГК РФ: такое соглашение
невозможно тогда, когда «для заключения договора о залоге имущества
физического лица требовалось согласие или разрешение другого лица
либо органа».
Несмотря на внешнюю социальную тональность1 этого ограничения
возможности заключения соглашения о внесудебном порядке обращения взыскания, оно сформулировано настолько широко, что под него
1
Первое, что приходит на ум при прочтении нормы, – это согласие органа опеки
и попечительства на залог имущества лиц с неполной дееспособностью или какие-то
иные однопорядковые ситуации, в которых способность лица самостоятельно оценить
перспективы залога или иного распоряжения своим имуществом по разным причинам
ставится законодателем под сомнение.
57
Правовые позиции ВАС РФ в сфере залогового права
формально подпадают и иные многочисленные ситуации. Некоторые
из них названы в п. 2 комментируемого Постановления.
Во-первых, это движимое супружеское имущество (абз. 1 п. 2 комментируемого Постановления). Это объясняется тем, что в соответствии со ст. 253 ГК РФ и ст. 35 Семейного кодекса РФ распоряжение
супружеским имуществом требует обоюдного согласия супругов. В отношении третьих лиц такое согласие предполагается; знание третьего
лица об отсутствии согласия на распоряжение должно быть доказано
заинтересованным супругом, оспаривающим сделку. Однако из данной
презумпции не вытекает, что супружескими вещами каждый из супругов может распоряжаться по своему усмотрению; нормальная модель
поведения супругов при распоряжении общим имуществом – рас-
поряжение по обоюдному согласию. Здесь уместно обратить внимание
на особенность конструкции подп. 1 п. 6 ст. 349 ГК РФ: он не допускает
внесудебного обращения даже в ситуации, когда согласие на залог
требовалось и даже было получено залогодателем. Поэтому сам по себе
факт необходимости получения согласия супруга на распоряжение
общим имуществом совершенно уничтожает всякую возможность
внесудебного обращения взыскания на такое имущество.
Хочу обратить внимание на то, что данная правовая позиция ВАС РФ
распространяется только на залог движимого имущества. Это связано
с тем, что в Законе об ипотеке для внесудебного обращения взыскания
на имущество, находящееся в общей собственности (к числу которой
относится и совместная собственность супругов), установлена иная
модель: такое соглашение допускается, если все участники общей
собственности дали согласие на внесудебный порядок (подп. 4 п. 2
ст. 55 Закона об ипотеке). Кроме того, Пленум ВАС РФ в обсуждаемой
ситуации не сделал исключение для залогодателей – физических лиц,
обладающих статусом индивидуального предпринимателя и закладывающих движимое имущество, находящееся в супружеской собственности (см. предл. 2 абз. 1 п. 2 комментируемого Постановления).
Такое регулирование (как в сфере залога движимости, так и в сфере залога недвижимости) создает серьезнейшие риски для залогодержателей. Это связано с тем, что при сегодняшнем непубличном режиме супружеского имущества1, а также невозможности получения
1
Например, из данных ЕГРП получить информацию о том, является ли имущество
приобретенным в браке, просто невозможно, так как этот правовой режим возникает
в силу закона, а не в силу внесения в Реестр соответствующих записей.
58
IV. Обращение взыскания
достоверной информации о наличии брака залогодержатель просто
лишен возможности оценить перспективы заключаемого с залогодателем соглашения о внесудебном порядке обращения взыскания.
39. Есть еще несколько случаев, в которых для заключения договора
залога требуется согласие или разрешение «другого лица или органа»,
что, в свою очередь, делает совершенно невозможным заключение
соглашения о внесудебном порядке обращения взыскания. Они перечисляются в абз. 2 и 3 п. 2 комментируемого Постановления.
Первый из них – это залог доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью залогодателем – физическим лицом залогодержателю, который не является участником общества, доли в котором закладываются. Такой залог возможен только с согласия общего
собрания участников общества. Однако следует обратить внимание
на терминологическую «сдержанность» правовой позиции – в ней
говорится только о случаях, когда в залог долю отдает «один из участников общества». Это означает, что данным казусом не охватывается
ситуация залога доли единственного участника общества.
Другой пример действия комментируемого ограничения – залог
права аренды незастроенного земельного участка. Это связано с тем,
что в соответствии с п. 2 ст. 615 ГК РФ залог такого права аренды
возможен с согласия арендодателя (абз. 3 п. 2 комментируемого Постановления).
40. Следующее ограничение на заключение соглашения о внесудебном порядке обращения взыскания: не допускается заключение
такого соглашения в случаях, когда предметом залога является имущество, имеющее значительную историческую, художественную или
иную культурную ценность для общества (подп. 2 п. 6 ст. 349 ГК РФ).
К такому имуществу относятся объекты культурного наследия (памятники истории и культуры) народов Российской Федерации (ст. 3
Федерального закона «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации») и культурные ценности (ст. 7 Закона Российской Федерации «О вывозе
и ввозе культурных ценностей»). И если правовой режим объектов
культурного наследия имеет хотя бы какой-то публичный режим
(перечни таких объектов утверждаются нормативными актами),
то правовой режим «вновь выявленного памятника истории и культуры» вообще не распознаваем третьими лицами, в том числе и залогодержателями.
59
Правовые позиции ВАС РФ в сфере залогового права
Кроме того, формулировка, используемая в законе, – «имущество,
имеющее иную культурную ценность для общества», весьма пространная и оставляет достаточно широкое поле для судейского усмотрения.
Например, весьма рискованными с точки зрения заключения соглашений о внесудебном порядке обращения взыскания на предмет залога
являются договоры об ипотеке, предметом которых выступают здания,
имеющие хотя бы минимальную ценность с точки зрения исторической, архитектурной или эстетической.
41. Внесудебный порядок невозможен в случае, если залогодатель
отсутствует и установить его местонахождение невозможно (подп. 3
п. 6 ст. 349 ГК РФ). Это ограничение при его буквальном толковании
вообще способно загнать залогодержателя, от которого скрывается
залогодатель, в «юридический тупик». С одной стороны, закон не допускает внесудебный порядок обращения взыскания на предмет залога
в связи с «отсутствием» залогодателя. С другой стороны, вряд ли перспективы судебного дела об обращении взыскания на предмет залога
в подобной ситуации могут быть радужными, особенно в случае, если
залогодателем является физическое лицо (что связано прежде всего
с традиционной нелюбовью судей рассматривать дело при невозможности известить об этом ответчика).
Некоторый рецепт для решения этой проблемы предложен в п. 3
комментируемого Постановления.
Во-первых, вряд ли законодатель исходит из того, что у залогодержателя есть обязанность осуществлять розыск залогодателя. Следовательно, отсутствие залогодателя – понятие скорее не фактическое,
а юридическое. Однако известно, что существует некоторая категория
лиц, местонахождение которых заносится в специальные открытые
и публично-достоверные реестры – ровно для того, чтобы всякое
третье лицо могло, доверяя данным соответствующего реестра, направлять такому адресату извещения по адресу, указанному в реестре.
Я, разумеется, имею в виду юридические лица и индивидуальных
предпринимателей, которые при государственной регистрации предоставляют информацию о месте нахождения органа юридического
лица или месте жительства предпринимателя регистрирующему органу. В связи с этим в Постановлении был сделан вывод о том, что
указанные лица по сути никогда не могут считаться отсутствующими
залогодателями. Исключение может иметь место лишь в каких-то
совершенно экзотических случаях (например, в случае объявления
60
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]