Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Письма об эстетическом воспитании человека
.pdf
Письма об эстетическом воспитании человека
должно было коснуться лишь грубой природы,
игрубая природа пользуется увеличением силы,
которая была предназначена лишь свободной
личности; поэтому-то во времена развития силы
ипышности действительно великое впредставлении часто встречается в связи с чудовищным
исказочным, а возвышенное в помышлении—
в связи с ужасающими взрывами страсти; напротив того, во времена развития порядка
и формы природа часто будет являться приниженной ипокоренной итак же часто оскорбленной ипревзойденной. Итак как действие смягчающей красоты на душу в сфере физической
иморальной заключается вразрешении, то случается часто, что вместе с силою вожделений
глохнет иэнергия чувства ичто характер испытывает ту потерю силы, которая должна была
коснуться одной только страсти; потому-то
в так называемые утонченные эпохи нежность
часто вырождается в изнеженность, изящество
формы— впошлость, корректность— впустоту, либеральность — в произвольность, легкость— вфривольность, спокойствие— вапатию, ипрезреннейшая карикатура часто встречается рядом спрелестнейшею человечностью.
Смягчающая красота является таким образом
131
Фридрих Шиллер
потребностью для человека, находящегося под
гнетом материи или форм, ибо величие исила
уже давно коснулись его, прежде чем он начал
ощущать грацию игармонию. Энергичная красота является потребностью для человека при
снисходительности вкуса, ибо слишком легко он
вэпоху утонченности пускает на ветер ту силу,
которую перенял из состояния дикости.
Теперь, я полагаю, объяснено и открыто то
противоречие, которое обыкновенно встречается в суждениях людей о влиянии красоты и о
значении эстетической культуры. Это противоречие перестает быть таковым, как только мы
вспомним, что вопыте встречается двоякая красота ичто обе стороны утверждают относительно всего рода то, что может быть доказано лишь
относительно каждого из двух видов. Это противоречие исчезает, как только различена двоякая
потребность человеческой природы, которой соответствует эта двоякая красота. Итак, обе стороны, по всей вероятности, окажутся правыми,
если только они условятся, какой вид красоты
икакую форму человеческой природы они имеют ввиду.
В дальнейшем ходе моих исследований ябуду
держаться того пути, которым сама природа ве-
132
Письма об эстетическом воспитании человека
дет человека, иподымусь от видов красоты кее
родовому понятию. Я исследую воздействие
смягчающей красоты на напряженного человека
и воздействие энергичной красоты на расслабленного, для того чтобы под конец примирить
оба противоположных вида вединстве идеально
прекрасного, подобно тому как эти две противоположные формы человеческой природы сливаются вединстве идеального человека.
ПИСЬМО 17
Пока дело шло лишь отом, чтобы вывести общую идею красоты из понятия человеческой
природы, мы не должны были вспоминать других пределов последней, кроме тех, которые заключены внепосредственной ее сущности инеотделимы от понятия конечного. Не обращая
внимания на случайные ограничения, зависящие
от условий действительного явления, мы почерпали понятие красоты непосредственно из разума, как источника всякой необходимости, ивместе с идеалом человеческого существа нам был
дан иидеал красоты.
Теперь же мы спустимся из области идей на
арену действительности, чтобы встретить человека в некотором определенном состоянии, то
есть при ограничениях, проистекающих не только из отвлеченного его понятия, но ииз внешних обстоятельств ииз случайного пользования
134
Письма об эстетическом воспитании человека
его свободою. Но как бы многообразно ни была
ограничена внем идея его человеческой природы, все жодно лишь содержание ее показывает
нам, что могут быть толькодвапротивополож-
ных вида отклонений от нее. Если совершенство
человека заключается в согласной энергии его
чувственных идуховных сил, то он может утратить это совершенство только путем недостатка
согласия или же недостатка энергии. Даже не
выслушав показаний опыта по этому вопросу,
мы уже наперед, из одного разума, извлекаем
уверенность, что найдем действительного, стало
быть ограниченного, человека или всостоянии
напряжения, или же в состоянии ослабления,
смотря по тому, нарушает ли односторонняя деятельность отдельных сил гармонию его существа или же единство его натуры основывается
на равномерном ослаблении его чувственных
и духовных сил. Теперь мы докажем, что оба
противоположных предела уничтожаются красотою, которая восстановляет в напряженном
человеке гармонию, ав ослабленном— энергию
и таким путем, сообразно природе красоты,
приводит ограниченное состояние к безусловному иделает человека законченным всамом себе целым.
135
Фридрих Шиллер
Итак, красота отнюдь не нарушает вдействительности того понятия, которое мы составили
себе о ней путем умозрения; только она вэтом
случае гораздо менее свободна всвоей деятельности, чем вдругом, вкотором мы могли применить понятие красоты кчистому понятию человечности. Вчеловеке, каким он является вопыте,
красота встречает уже испорченный и противодействующий материал, который отнимает унее
ровно столько ее идеального совершенства,
сколько он примешивает своих индивидуальных
свойств. Поэтому в действительности красота
всегда будет проявляться как отдельный иограниченный вид и никогда — как чистый род.
Внапряженных душах она потеряет часть своей
свободы иразнообразия, вослабленных— часть
своей живительной силы. Нас же теперь, когда
мы ближе познакомились с ее истинным характером, это противоречивое явление не будет более путать. Мы не станем, подобно большинству
оценщиков, выводить ее понятие из отдельных
указаний опыта ине станем делатьееответствен-
ной за недостатки, которые встречаются под ее
влиянием в человеке; мы знаем, наоборот, что
это сам человек переносит на красоту несовершенство своей индивидуальности, вечно благо-
136
Письма об эстетическом воспитании человека
даря субъективной ограниченности препятствует ей стать совершенной и принижает ее абсолютный идеал, обнаруживая его лишь в двух
ограниченных формах явления.
Смягчающая красота,как мы утверждали, соответствует напряженной душе, энергичная —
ослабленной. Напряженным же яназываю человека втом случае, когда он находится под гнетом
ощущений, так ив том, когда он находится под
гнетом понятий. Каждое исключительное господство одного из двух его основных побуждений является для него состоянием угнетения
и насилия; свобода заключается лишь в согласном действии его обеих натур. Таким образом
односторонне подчиненный чувствам или чувственно напряженный человек освобождается
исмягчается формою; односторонне подчиненный законам или духовно напряженный человек
смягчается и освобождается материей. Итак,
смягчаемая красота, дабы удовлетворить этой
двойной задаче, явится вдвух различных образах: она, во-первых,умиротворит спокойствием
формы дикую жизнь ипродолжит путь кпереходу от ощущений к мышлению; во-вторых, как
живой образ, она снабдит отвлеченную форму
чувственной силою, она вновь обратит понятие
137
Фридрих Шиллер
ксозерцанию изакон кчувству. Первую услугу
окажет она человеку природы, вторую— человеку культуры. Но так как она вобоих случаях не
вполне свободно владеет материалом, азависит
от того материала, который доставляется ей или
бесформенной природою, или противоестественной искусственностью, то она в обоих случаях будет еще нести на себе следы своего происхождения ив первом случае более растворится
в материальной жизни, во втором — в чистой
отвлеченной форме.
Чтобы составить себе понятие отом, как красота может стать средством, уничтожающим эту
двойную напряженность, мы должны попытаться исследовать ее источник вчеловеческой душе.
Поэтому решитесь еще на краткую остановку
вобласти умозрения, чтобы потом покинуть ее
навсегда ивступить стем большею уверенностью
на поле опыта.
ПИСЬМО 18
Чувственного человека красота ведет кформе ик
мышлению, духовного человека красота направляет обратно кматерии ивозвращает чувственному миру.
Из этого, кажется, следует, что между материей иформою, между пассивностью идеятельностью должно быть среднее состояние ичто красота приводит нас в это среднее состояние.
И действительно, такое понятие о красоте составляет себе большинство людей, как только
они начинают размышлять оее влиянии, и все
указания опыта приводят кэтому. Но, сдругой
стороны, нет ничего более нелепого иболее противоречивого, чем это понятие, так как расстояние между материей иформою, между пассивностью и деятельностью, между ощущением
имышлением бесконечно ибезусловно ничем не
может быть сглажено. Каким же образом уничто-
139
Фридрих Шиллер
жить это противоречие? Красота соединяет оба
противоположные состояния ощущения имышления, ивсе же между ними безусловно не может
быть ничего среднего: первое удостоверено опытом, второе— разумом.
Вот коренная точка, ккоторой вконце концов сводится весь вопрос окрасоте, иесли нам
удастся удовлетворительно разрешить эту проблему, то вместе с тем мы найдем нить, котораяпроведет нас через весь этот лабиринт эстетики.
Здесь, однако, необходимо обратить внимание на две весьма различных операции, которыепри этом исследовании должны непременно
содействовать друг другу. Во-первых, мы сказали, что красота соединяет два состояния, которые взаимно противоположны ине могут никогда объединиться. Из этого противоположения
мы идолжны исходить: мы должны представить
себе его ипризнать во всей его строгости ичистоте— ипризнать, что оба состояния разделены самым решительным образом; в противном
случае мы будем смешивать, вместо того чтобы
соединять. Во-вторых, мы сказали: красота соединяет эти два противоположных состояния
и таким образом уничтожает противополож-
140
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]