Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Мышление и творчество
.pdf
что современный философ – это человек, критически относящийся
к себе, ко всему, что он делает, к тому, как он мыслит и чувствует, че
ловек постоянно себя воссоздающий, конституирующий себя, анали
зирующий и уясняющий свои границы (критика, замечает Фуко,
в работе «Что такое просвещение?» собственно и есть анализ границ
и рефлексия над ними). Мераб Мамардашвили в своих «Лекциях
о Прусте» трактует эту работу как особый духовный опыт спасения,
в ходе которого человек уясняет и открывает другой мир (миры)
и учится жить в нем.
Однако, спрашивается, почему, разве нельзя просто философство
вать или мыслить, не работая над собой, не меняя себя, не прорываясь
в какието другие реальности? Если речь идет о становлении новой
культуры, то, вероятно, нет, ведь человек, подобно змее, должен сбро
сить с себя старую кожу и нарастить новую. Например, реформа Де
карта заключалась в создании ценностных ориентиров и реальности,
переключавших мыслителя с традиционного средневекового миро
ощущения и схем на новые. Декарт создает такие представления, ко
торые, с одной стороны, позволяют мыслить самостоятельно, неогля
дываясь на Бога и Священное Писание, с другой – рисуют мир,
вполне отвечающий идеалам новой науки. Как пионер, открывающий
новый мир и самого себя в качестве человека Нового времени, Декарт
не мог не быть эзотеричным, поэтому его философия, так же как и фи
лософия Платона или Августина, может быть названа «философией
спасения». Мой анализ показывает, что при смене культур философия
спасения предваряет и готовит, так сказать, нормальную философию.
Другая роль философии спасения – создание схемы и образа нового
человека, способного мыслить в соответствии с реалиями складываю
щейся культуры Нового времени.
Современные исследования все больше подводят нас к понима
нию, что картина, в которой человек и мир разделены, неверна. Се
годня мир – это созданные нами технологии, сети, города, искус
ственная среда, которые, в свою очередь, создают нас самих. Говоря
о работе человека над собой, я имею в виду одновременно и работу,
направленную на изменение нашей деятельности и жизни, что
невозможно без изменения культуры и социума как таковых. Во
прос, как можно помыслить эти изменения, как мы должны при
этом размышлять?
2. Что же такое мышление
Мышление, как я уже отмечал, – это способ построения челове
ком одних знаний на основе других и построения представлений
о действительности (схем, понятий). Будем считать это первой харак
теристикой мышления.
331
Глава шестая. Природа современного мышления и творчества
Вторая характеристика мышления – это одновременно способ по
знания действительности, обеспечивающий становление и функцио
нирование культуры, и необходимое условие реализации личности,
разрешающей в коммуникации несовпадение общепринятых и соб
ственных представлений о мире и о себе.
Третья характеристика: мышление – это такой способ приведения
в движение (смены, изменения) представлений о действительности,
который помимо знаний о действительности и реализации личности
выступает условием согласованного социального поведения.
Четвертая характеристика – мыслительная активность становится
мышлением только в том случае, если эта активность нормирована
(мышление как включающее в себя образцы мышления, правила ло
гики, категории). При этом мышление задает самостоятельную ре
альность, второй, идеальный и конструктивный, мир относительно
обычного. В его рамках перевоссоздаются и основные познаваемые
явления. Нормирование мышления обеспечивает возможность, с од
ной стороны, строить знания без противоречий и других затрудне
ний, с другой– получать знания, которым можно приписать свойство
прагматической адекватности (истинности).
Необходимым условием реализации самого мышления является
приписывание действительности определенного строения (пятая ха
рактеристика). Так рождаются картины мира и представления лично
сти о себе (антропологические представления). В рамках этих картин
и представлений осуществляется познание действительности и само
познание. Особенностью традиционного понимания действительно
сти является неразличение трех функций мышления (в отношении со
циальной и персональной реальности, а также коммуникации)
и примат его социальной роли. Постмодернистская идеология, напро
тив, настаивает на приоритете личности и персональной реальности.
Шестая характеристика: в ситуациях становления новой культуры
или решения социальных задач, а также ситуациях кризиса и станов
ления личности мышление – это новый опыт жизни, конституирова
ние новой реальности, при этом мышление перестраивается. В ситуа
циях функционирования культуры и личности мышление работает
как машина.
Кризис современной жизни (глобальные проблемы, гипертрофи
рованное развитие личности, обособление отдельных сторон самого
мышления и пр.) обусловливает необходимость современного этапа
конституирования мышления. Сюда входит, вопервых, переориен
тация мышления на решение нового социального проекта – сохране%
ние жизни на Земле, безопасное развитие, поддержание природного,
культурного и личностного разнообразия (многообразия) и сотрудниче%
ства, способствование становлению новой цивилизации, в рамках ко%
торой складываются метакультуры, новая нравственность, новые
332
Вадим Розин. Мышление и творчество
формы жизни и мышления. Вовторых, восстановление равновесия
между социальным и личностным планами мышления. В свою оче
редь, это предполагает ограничение своеволия современного челове
ка, принятие им новых уровней ответственности, более решитель
ный поворот к нуждам общества. Втретьих, сюда же относится
работа по созданию новых норм мышления: не только образцов, пра
вил, категорий, но и методологии. Именно методология позволяет,
с одной стороны, направить и конституировать мысль, с другой –
обеспечить ее разнообразие.
Другие типы мышления. В каком смысле можно говорить охудоже
ственном, проектном, эзотерическом, религиозном и других типах
мышления? В целом можно, поскольку начиная с античности мыш
ление участвует в становлении всех указанных областей и сфер дея
тельности. Рассмотрим в связи с этим несколько примеров.
В современном искусстве продуктом выступают произведения,
создаваемые не только путем вдохновения, но и на основе замысла
и других выразительных средств (например, художественных концеп
ций, жанровых и драматургических особенностей). Но замысел и вы
разительные средства не могут существовать вне знаний и объектива
ции. И построение художественной реальности (см. [102]) требует
объективации соответствующих событий, при этом художник не
только конституирует саму реальность, но и следит, какие события
возникают в результате его творчества. Для искусства характерна
именно эта одновременность конституирования (порождения) реаль
ности и ее художественного познания. Все указанные здесь эписте
мические моменты и предпосылки построения замысла, применения
выразительных средств, конституирования художественной реально
сти и можно отнести к художественному мышлению.
И в процессе проектирования мы можем говорить о замышлении
проектируемого объекта, применении проектных образцов и других
средств проектирования (например, проектных концепций, естест
веннонаучных, технических и опытных знаний), конституировании
проектной реальности. Сквозной онтологической процедурой в про
ектировании выступают синтез (конструирование) и анализ, и оба
они опираются на различные знания. Не менее распространены
в проектировании процедуры проектных решений (шагов) и отсле
живание объектных изменений, возникающих в результате подобных
операций. Реализация этих процедур предполагает широкое исполь
зование различных знаний и объектных представлений.
Третий пример из области эзотерики. Эзотерик, как известно, ве
рит в существование подлинной реальности и стремится в нее войти,
переделывая себя. При этом он считает, что познает, открывает под
линную реальность. Однако реконструкция личности эзотерика
и подлинной реальности показывает, что последняя строится эзоте
333
Глава шестая. Природа современного мышления и творчества
риком так, чтобы стала возможной реализация его личности. Для это
го процесса характерна одновременность порождения эзотерическо
го мира и его познания. Последнее включает в себя объективацию
идеалов и ценностей эзотерика, которые истолковываются ипонима
ются как законы и события эзотерического мира, а также отслежива
ние трансформаций данных событий. Чтобы в этом убедиться, рас
смотрим подробнее особенности эзотерического мышления.
Эзотерическое мышление и познание. Представители рационально
го знания (философии, науки, разных областей практики) часто по
нимают эзотеризм как мистику, основания и источники которой не
поддаются рефлексии, поскольку получены мистическим и интуи
тивным путем, без контроля сознания и логики. Для них эзотериче
ское знание и познание – это не наука, а именно мистика или вера.
С их точки зрения, эзотерики в своих учениях излагают не знания
о том, что существует на самом деле, а описывают иллюзорную ре
альность если и существующую, то главным образом в воображении
самих эзотериков.
Однако известно, что многие эзотерики называют свои учения нау
кой и настаивают, что речь в них идет о реальности как таковой, а не
иллюзии. Скорее, говорят они, заблуждаются и грезят именно фило
софы и ученые, гордящиеся (кичащиеся) своим рационализмом. Вот
один совсем свежий пример. Михаэль Лайтман выпустил в свет не
сколько прекрасно изданных книг, где излагается его эзотерическое
учение. В него входит и «Наука Каббала» (2002). В предисловии автор
пишет следующее: «Изучение Каббалы дает человеку ответы на все во
просы. Он изучает все причинноследственные связи этого мира, изу
чает высший мир, из которого все нисходит в наш мир. Раскрытие
высших миров происходит постоянно, постепенно, причем все проис
ходит внутри самого человека. Человек создает внутри себя дополни
тельные органы восприятия, более чувствительные, чем обычные, ко
торые позволяют ощущать дополнительные силы мироздания, ту его
часть, которая скрыта от человека» [56, с. 9]. В другой книге Лайтмана
«Плоды Мудрости» читаем: «Любое духовное постижение состоит из
двух обязательных свойств: 1) оно ни в коем случае не должно быть ни
в коей мере плодом воображения, а являться истинным; 2) не должно
вызывать ни малейшего сомнения, как не вызывает в человеке сомне
ния собственного существования» [57, с. 206].
Из того, что пишет Лайтман, можно понять, что эзотерик познает
высший мир необычным способом (с помощью дополнительных, бо
лее чувствительных органов восприятия и не покидая своего внутрен
него мира), при этом он не сомневается в существовании высшего
мира. Но не совпадает ли тогда высший мир с миром эзотерика? Эти
парадоксы эзотерического осмысления познания обсуждали еще
Платон и Плотин. «Когда же душа, – говорит Платон устами Сокра
334
Вадим Розин. Мышление и творчество
та, – ведет исследование сама по себе, она направляется туда, где все
чисто, вечно, бессмертно и неизменно, и так как она близка и сродни
всему этому, то всегда оказывается вместе с ним, как только остается
наедине с собой ине встречает препятствий. Здесь наступает конец ее
блужданиям, и в непрерывном соприкосновении с постоянным и не
изменным она и сама обнаруживает те же свойства. Это ее состояние
мы и называем разумением, правильно?» [83, с. 35]. Плотин продол
жает мысль Платона, говоря, что при этом душа становится одним
с Благом (Богом). Душа, пишет он, «должна отринуть все остальное
и найти покой в общении с Благом: надо стать им одним, далеко от
бросив все наши покровы» [Цит. по: 4, с. 63]. Заметим, что у Платона
познание и мышление еще не разошлись (платоновское «разуме
ние» – это познание и мышление одновременно), но уже Аристотель
показывает, что мышление является необходимым условием непро
тиворечивого познания действительности.
Веря в безусловное существование подлинной реальности, кото
рую эзотерики познают и о которой рассказывают другим (но сразу
бросается в глаза, что в разных эзотерических учениях подлинная ре
альность разная), они все же вынуждены доказывать, что мир, позна
ваемый ими, существует. При этом их аргументы колеблются от
утверждений – «это очевидно», до – «это очевидно только родствен
ной душе». Более тонко на вопрос о реальности подлинного эзотери
ческого мира отвечает Карлос Кастанеда, автор известной эзотериче
ской эпопеи «Дон Хуан». На вопрос своего ученика Карлоса
Кастанеды, летал ли он как птица, или это ему только казалось в не
обычном состоянии, вызванном приемом «травы дьявола», дон Хуан
отвечал, что, конечно, летал. Тогда Карлос Кастанеда, думая, что его
полет – это физическая реальность, задает вопрос, на который, как
он думает, дон Хуан уже не ответит. Он говорит:
«Давай я скажу это подругому, дон Хуан. Если я привяжу себя
к скале тяжелой цепью, то стану летать точно так же, потому что мое
тело не участвует в моем полете?
Дон Хуан взглянул на меня недоверчиво.
– Если ты привяжешь себя к скале, – сказал он, – то я боюсь, что
тебе придется летать, держа скалу с ее тяжелой цепью» (цит. по: [99,
с. 301]).
Похоже, что для дона Хуана, как и для многих эзотериков, нет де
ления на объективную реальность и субъективные представления,
точнее, последние для него совпадают с объективной реальностью.
В этом случае понятно, почему эзотерики часто пишут, что познание
подлинного мира неотделимо от познания и преобразования себя.
Но посмотрим, как эзотерики характеризуют свои познавательные
процедуры. Пожалуй, наиболее последовательно и ясно это делает
Рудольф Штейнер. В «Очерке Тайноведения» он описывает три ос
335
Глава шестая. Природа современного мышления и творчества
новные стадии эзотерического познания – «имагинативное позна
ние», «инспирацию» и «интуицию». Сходным образом, но, конечно,
в рамках своих учений, описывают познание и другие эзотерики.
Предпосылки эзотеризма лежат в обычной жизни человека. Одна
из таких предпосылок – свободная личность, другая – мировоззрение,
в котором объективная реальность начинает истолковываться как
производная от мышления (познания, активности) этой личности; на
зовем представления, фиксирующие такое мировоззрение, «базовы
ми объяснениями жизни». Например, задолго до того, как Р. Штей
нер стал эзотериком, он вышел к представлениям, согласно которым
мир конституируется познанием и мышлением свободной личности.
«Повышение ценности бытия человеческой личности, – пишет он
в 1891 г. в докторской диссертации по философии (заметим, что
«Очерк Тайноведения» появится почти 20 лет спустя), – это есть цель
всей науки… Результатом этих исследований является, что истина не
представляет, как это обыкновенно принимают, идеального отраже
ния чегото реального, но есть свободное порождение человеческого
духа, порождение, которого вообще не существовало бы нигде, если
бы мы его сами не производили. Задачей познания не является по%
вторение в форме понятий чегото уже имеющегося в другом месте,
но создание совершенно новой области, дающей лишь совместно
с чувственным миром полную действительность… Познание поко
ится, таким образом, на том, что содержание мира дано нам перво
начально в такой форме, которая несовершенна, не всецело его
содержит, но которая кроме того, что она предлагает непосредствен
но, имеет еще вторую существенную сторону. Эта вторая, перво
начально не данная сторона содержания мира открывается через
познание. Таким образом, то, что является нам в мышлении обособ
ленным, это не пустые формы, но сумма определений (категорий),
которые, однако, являются формами для остального содержания ми
ра. Только добытый через познание образ содержания мира,
в котором соединены обе его стороны, может быть назван действи
тельностью» [131, с. 7, 8, 37]. Здесь, как мы видим, познание еще
обычное, научное (философское), но в его рамках происходит отож
дествление действительности и мышления (познания), а также по
знающей личности.
Трансформация мыслящей личности в направлении к эзотеризму
начинается с того момента, когда она, реализуя нащупанные базовые
объяснения жизни, замечает выхождение на свет совершенно новой
реальности, отличной от обычной, но опознаваемой личностью как
подлинная реальность. Например, как это было в случае моего учите
ля, Г.П. Щедровицкого. Будучи своеобразным эзотериком, он верил
в существование двух миров, причем подлинным считал мир мышле
ния; Щедровицкий жил мышлением и в мышлении.
336
Вадим Розин. Мышление и творчество
Как правило, становящаяся новая реальность двояка: новый мир
вне человека (мышление, «которое село на тебя», или духовный мир
Штейнера) и ощущение в себе другого существа (например, видяще
го непосредственно превращения предметов и их сущность). В этой
реальности познание тоже начинает трансформироваться и приобре
тать иное значение – оно превращается винструмент (способ) откры
тия нового подлинного мира. Как можно объяснить выход новой ре
альности? С точки зрения развитого мною «учения о психических
реальностях» [96; 97; 102; 103] – как становление новой психической
реальности, отвечающей, с одной стороны, основным идеалам и цен
ностям личности, с другой – развитым и постоянно используемым
базовым объяснениям жизни. Такая реальность, назовем ее «базо
вой», требует реализации и проживания событий, заданных базовы
ми объяснениями жизни. Одновременно она вступает в конфликт
и борьбу с обычными реальностями личности, что и осознается как
выхождение на свет новой реальности.
Становление базовой реальности имеет два важных следствия для
жизни человека. Вопервых, он начинает переосмысливать все собы
тия, включая прошлый опыт жизни, под углом зрения событий и сю
жетов базовой реальности, критикуя и отвергая те, которые ей не
соответствуют, и приветствуя и культивируя те, которые в нее укла
дываются. Вовторых, человек перестраивает свою жизнь, стремясь
реализовать базовую реальность и подавить все те, которые находятся
с ней в конфликте. С определенного момента сам, но чаще под влия
нием культурных образцов (Платон, Будда и др.), он выходит и на
собственно эзотерические идеи: признания двух миров (подлинного
и неподлинного), ориентации своей жизни на обретение подлинного
мира, установки на кардинальную перестройку личности. Именно
в этот период на основе базовой реальности складывается собственно
«эзотерическая». В ее рамках происходит и переосмысление самого
человека: он опознает себя как эзотерика, например, философа,
«стремящегося блаженно закончить свои дни» (Платон), «благород
ного мужа» (Будда), «внутреннего человека» (Августин), духовное су
щество (Штейнер), гностическое существо (Шри Ауробиндо Гхош),
мага (Кастанеда).
Указанные здесь процессы происходят не сами собой, а предпола
гают напряженную работу личности, стремящейся лучше уяснить
свои идеалы и ценности, реализовать базисные объяснения жизни,
поддержать базовую и эзотерическую реальность в ее борьбе с други
ми, обычными реальностями. По сути (то есть в нашей реконструк
ции), эта работа представляет собой построение эзотерического уче
ния и преобразование себя в направлении эзотерических идеалов;
по форме осознания, доступной эзотерической личности, такая рабо
та понимается как познание подлинной реальности (открытие под
337
Глава шестая. Природа современного мышления и творчества
линного мира). В свою очередь, построение эзотерического учения
связано не только с созданием условий для реализации эзотерической
личности, но и с возможностью осмыслить весь доступный эзотерику
материал культуры. Например, мы видим, что Рудольф Штейнер
осмысляет в своих эзотерических работах происхождение человека,
психические феномены, историю культуры, искусство и многое дру
гое. «Роза Мира» тоже эзотерически толкует все реалии истории
и культуры, известные Даниилу Андрееву.
Стоит обратить внимание, что полное преобразование личности,
идущей по эзотерическому пути, и попадание ее вэзотерический мир –
это всего лишь один, предельный вариант развития событий, характер
ный в основном для «гениев эзотеризма». В обычном же случае речь
идет просто о процессах становления эзотерической личности.
Таким образом, для эзотеризма характерна одновременность по
рождения эзотерического мира и его познания. Это же характерно для
философского мышления. Вспомним высказывания Канта в «Крити
ке чистого разума». «Первый, кто доказал теорему о равнобедренном
треугольнике, – пишет Кант, – понял, что его задача состоит в том,
чтобы создать фигуру посредством того, что он сам а priori, сообразно
понятиям мысленно вложил в нее и показал путем построения» [49,
с. 86]. В некотором отношении Кант уподобляет мыслящую личность
самому Богу, создавшему мир. В этом смысле, когда Кант пишет, что
человек «сам связывает, синтезирует, определяет опыт», что он имеет
«возможность как бы а priori предписывать природе законы идаже де
лать ее возможной» [49, с. 210], он мыслит вполне последовательно.
Другое дело, что разум, по Канту, чтобы не впадать в антиномии, дол
жен ограничивать себя рамками опыта.
Мы, конечно, больше привыкли к выражениям «научное и фило
софское мышление (познание)», меньше – «художественное и про
ектное мышление», совсем странно звучит «эзотерическое или рели
гиозное мышление». Но большой разницы нет. Везде мышление,
с одной стороны, позволяет строить одни знания на основе других
и конституировать представления о действительности, с другой –
обусловлено нормативно, в плане задач и самой сферой деятельно
сти. Скажем, между античным, естественнонаучным и гуманитар
ным мышлением различия не меньшие, чем между мышлением науч
ным и эзотерическим. Различия разных форм и видов познания втом,
какую роль в мышлении играет личность и другие представления,
обусловленные нашим опытом, требованиями коммуникации, взаи
модействием с другими людьми. В философии, эзотерике и гумани
тарных науках роль личности огромная, а в естественных науках
и техническом мышлении – минимальная. Для философии большое
значение имеет философская традиция, требования и вызовы време
ни (современности), а также проблемы, которые философ взялся раз
338
Вадим Розин. Мышление и творчество
решать. Для эзотерика все эти факторы, кроме последнего, несущест
венны. Зато существенны реализация собственной личности и эзоте
рическое осмысление культурного материала.
3. Что такое творчество?
Когда творчество характеризуют через новизну, естественно воз
никает вопрос, как понять, что это такое? Новое для самого «автора
новизны» может не являться новым для других. Наоборот, автор мо
жет считать свою деятельность вполне обычной, но ктото или иду
щее вослед время нередко объявляют ее творчеством. Другой способ
раскрытия творчества – психологистическое описание процессов
и механизмов творчества. Например, Г. Уоллес выделяет следующие
стадии творческого процесса: подготовка, созревание, озарение, про%
верка. В.А. Коваленко анализирует шесть этапов: постановка пробле%
мы, рождение замысла, атака, релаксация, инкубация (созревание)
решения, инсайт (озарение истиной). С его точки зрения, основа твор
чества – психологические механизмы бессознательного и сознания.
«Очень редко, – пишет Коваленко, – атака завершается решением
проблемы. Рано или поздно захлебнувшись, она делает неизбежной
после себя своего рода “релаксацию”, иначе говоря, “отбой”, прекра
щение сознательного наступления на проблему, и последующую “ин
кубацию”, т. е. непроизвольное вызревание в недрах подсознания
подлинного ее решения. Запуск подсознания в работу совершается
еще на стадии атаки. А возможности такой его работы по сравнению
с деятельностью ясного сознания поистине грандиозны... повидимо
му, работа подсознания состоит в переборе вариантов в проблемном
поле с одновременным сокращением их числа... Рано или поздно
подсознание в ходе инкубации находит решение проблемы. И теперь
встает задача осознания найденного решения. Указанное превраще
ние найденного подсознанием решения в факт ясного сознания авто
ра часто носит характер “вспышки” (инсайта) как молниеносного
озарения истиной» [51, с. 28].
Подобных концепций творчества сегодня существует немало.
При всей кажущейся убедительности психологистического анализа
творчества, этот подход не выдерживает серьезной критики. Получа
ется, что творчество было всегда, даже в Древнем мире, хотя извест
но, что установка на творчество и соответствующая практика сложи
лись только в новоевропейской культуре. Поскольку творчество
характеризуется через механизмы бессознательного, интуицию, оза
рение и прочие неясные феномены, анализ творчества, опирающий
ся на такие представления, не менее бессознателен и интуитивен.
Кроме того, нетрудно заметить, что разные исследователи творчества
характеризуют его различно, исходя из разделяемых ими теорий
339
Глава шестая. Природа современного мышления и творчества
и привлекаемого материала. Никому еще не удалось свести воедино
многочисленные характеристики творчества так, чтобы с этим согла
сились остальные.
А на какие особенности творчества мы можем указать, исходя из
нашего анализа? Прежде всего, можно заметить, что творческая лич
ность действует не на пустом месте. Как правило, она продолжает
определенную традицию, глубоко освоила достижения своего време
ни, владеет основными способами мышления и коммуникации.
Не таковы ли Платон и Галилей, Августин и Фуко?
Но творец не был бы творцом, если бы он, действительно, не со
здавал нового, а следовательно, не выступал как новатор, преодоле
вающий традицию и сложившиеся способы мышления. Отсюда пер
вая характеристика творчества – это особое соотношение традиции
и новации.
Не менее важна для характеристики творчества (и это очевидно)
личность творца. Как я старался показать, творчество – это неотъем
лемый аспект жизненного пути и реализации личности творца. Лич
ность, подобная Платону, Августину, Фуко или Щедровицкому, по
нимает свою жизнь именно как творчество, «как вынашивание
духовных плодов». Для такой личности не существует отдельно твор
чества и собственной жизни, это одно и то же. Но творец, даже гений
эзотеризма, реализует в творчестве не только самого себя, а свое вре
мя, он всей своей жизнью с полной ответственностью отвечает на
вызовы современности. То же самое можно сказать иначе: через твор
чество и мышление такой личности реализуются время и современ
ность. Таким образом, мы приходим ко второй характеристике твор
чества. Творчество – это совпадение личности и модернити, то есть
творец – это такая личность, через которую могут реализоваться вре
мя и его вызовы.
Я старался также показать, что новое складывается не само собой,
а в коммуникации, именно там вырабатываются основные критерии
новизны. Вспомним, например, как формировались основные идеи га
лилеевских «Бесед»: преодолевая непонимание слушателей, учитывая
их возможности и представления, разъясняя им исходные идеи нового
понимания любви, Галилей постепенно вышел на идеи своей теории.
То же самое мы видим в творчестве других мыслителей. Следовательно,
третья характеристика творчества звучит так: контекстом творчества вы'
ступает коммуникация, в которой и устанавливаются критерии новиз
ны, парадигмы и ориентированное на творца сообщество.
А как быть с психологическими характеристиками творчества? Их
можно получить, если, основываясь на указанных здесь особенностях
творчества, принять определенную психологическую концепцию.
Например, если мыслить в рамках разработанного нами учения
о «психических реальностях», то можно говорить о формировании
340
Вадим Розин. Мышление и творчество
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]