Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Этноконфессиональные процессы на Юге России в новейший период (1914–2000-е годы). Учебник
.pdf
Тема 3. Религиозная жизнь на Юге России в ХХ столетии
61
претензий на политическую власть, считая, в частности, парламентский путь
изменения отношения государства к религии и верующим на данном этапе
неэффективным и слишком долгим. В этих условиях отдельными наиболее
радикальными исламскими группировками стали практиковаться силовые
методы в достижении политических целей»1.
Также не стоит забывать о ситуации в соседней Чеченской республике,
где вспыхнули сепаратистские идеи еще в конце 1980-х, а позже присоединились идеи ваххабизма. Почуяв эту тенденцию, сюда стали съезжаться
различные представители подобных идей из-за рубежа, притом многие из
них являлись членами международных террористических организаций.
Так, например, в 1996 г. в село Карамахи (Дагестан) несколько раз приезжали религиозные проповедники из Иордании2. Вообще, анклавом ваххабизма в Дагестане становится так называемая Кадарская зона, а именно
села Карамахи и Чабанмахи: сюда стали съезжаться приверженцы этого течения со всей республики. В 1997 г. Шамиль Басаев объявляет о поддержке
Кадара и заявляет о необходимости объединения Дагестана с Чечней с целью создания единого исламского государства на Кавказе3. К августу 1998 г.
ваххабиты объявили о создании «отдельной исламской территории» в Кадарской зоне. А в 1999 г. эта зона фактически вышла из подчинения федеральной власти, с этих событий и началась вторая чеченская кампания
и возвращение мятежной территорий в конституционное и правовое поле
Российской федерации.
Одним из доказательств того, что северокавказский ваххабизм вступает в противоречие с самой религией ислам и поэтому должен быть слабо
ассоциирован с ним, является несоответствие и противоречие деятельности
ваххабитов догмам ислама. Один только факт, что в своей борьбе члены бандитских группировок использовали террористические методы с помощью
смертников, относит эти деяния к числу больших грехов. Это подтверждают
авторитетные ученые Саудовской Аравии, так, Высший совет ученых на
49 сессии, проходившей в Таифе 26 июля 1998 г., заявил: «Что касается
1
Залиханов З. М. Ислам в контексте современных этнополитических процессов в Да-
гестане и Чечне.: Дисс. … канд. ист. наук. Махачкала, 1999.
2
Родина войны // Известия. URL: http://izvestia.ru/news/277209 (дата обращения:
20.01.2021).
3
Басаев об объединении Чечни и Дагестана // Коммерсантъ 1998. 18 авг. № 150
(1553).
Раздел I. Теория вопроса
62
убийств невинных людей, взрывов жилых домов, транспортных средств,
государственных и частных учреждений, имеющих место в некоторых
странах, то эти действия являются преступлением, и Ислам не имеет
с этим ничего общего. Действия таких людей не следует связывать ни
с Исламом, ни с мусульманами, руководствующимися установлениями
Ислама и неуклонно следующими указаниям Корана и Сунны, поскольку
их действия являются проявлением нечестия в чистом виде и преступлениями, отвергаемыми как шариатом, так и самой человеческой природой».
Несколько лет спустя Высший совет ученых заявил: «Тот, кто утверждает,
что различные теракты и убийства (невинных) – это джихад, тот является
невеждой и заблудшим. Все это не имеет ни малейшего отношения к джихаду на пути Аллаха!»1. Непонимание таких простых основ среди кавказских ваххабитов проясняет их сущность, ведь, скорее всего, истинными целями членов бандформирований являлась нажива быстрым противозаконным путем, стремительная карьера и обретение высокого статуса внутри
подобных группировок.
Что же касается отношения населения ко всем этим событиям и явлениям, то следует сказать, что подавляющее большинство заняло резко негативную позицию по отношению к идеологии ваххабизма, так как она была
чужда и непривычна для сложившихся национальных и религиозных традиций региона. Слова местной поэтессы С. Магомедовой выражали мнение
большинства: «… Я дочь – глубоко верующих предков, и сегодня нам никто
не мешает идти по исламскому пути. Как же понимать людей, которые объявили себя истинными ревнителями Ислама? Кто просил их учить меня истинной вере? Мое самое сильное желание посмотреть в глаза тем, кто, прикрываясь зеленым знаменем Ислама, хочет пролить кровь»2.
Далее, весомым фактором в отторжении идей ваххабизма среди дагестанского и населения других соседних республик стали насильственные
действия чеченских бандитов в отношении мирных жителей. В 1996 г. на
территорию Дагестана вторглись чеченские боевики во главе с Салманом
Радуевым и захватили более 2000 человек в больнице и роддоме г. Кизляр,
1
Маджалля аль-бухус аль-исламийя. № 55. С. 357–362. // Официальный сайт Посто-
янного Комитета. URL: www.alifta.net (дата обращения: 20.01.2021).
2
Магомедова С. В своем доме мы сами наведем порядок // Дагестанская правда. 1992.
21 янв. № 152.
Тема 3. Религиозная жизнь на Юге России в ХХ столетии
63
эта трагедия тут же отозвалась в сердцах и умах народа республики, так
«10 января в Махачкале, Буйнакске, Кизилюрте, Дербенте, Хасавюрте,
Южносухокумске, райцентра Кайтагского, Дахадаевского и других районов Дагестана прошли митинги в связи с акцией дудаевских боевиков
Кизляре. Практически все выступившие единодушно осудили их действия, отмечая, что они своим захватом ни в чем не повинных жителей,
больных, детей и беременных женщин оскорбили дагестанский народ,
«нанесли ему пощечину и дискредитировали себя в глазах дагестанцев»1.
Такую же негативную оценку дудаевцам дали лидеры национальных движений. На заседании в штабе исполкома аварского движения «обвинения
были высказаны как в адрес дудаевцев, проявивших жестокость и вероломство, так и в адрес властей, не сумевших вовремя принять меры безопасности»2.
Во время вторжения боевиков на территорию Дагестана в 1999 г. население в очередной раз показало свою нетерпимость, что выразилось в сопротивлении в виде народного ополчения. 9 июня 1999 г. президиум республиканской общественной организации «Маслиат» выступил с обращением к молодежи, в котором говорилось: «Мы призываем вас прислушаться
к голосу разума, биению своих молодых сердец, трезво взглянуть на происходящее и сделать единственно верный выбор – встать на защиту единого, неделимого отчего дома – Дагестана в составе России…»3. 11 июня
1999 г. по инициативе мэра г. Махачкалы Саида Амирова состоялась встреча
с авторитетными религиозными деятелями, которая была посвящена вопросу
внутриконфессиональных отношений, которые обостряются из-за желания
представителей радикальных религиозных течений превратить Дагестан в исламское государство, отделив его от России. Открывая встречу, Саид Амиров призвал присутствующих обсудить сложившуюся ситуацию, выработать меры противодействия экстремистам. Известный ученый-востоковед
Нури Османов заявил, что если какая-либо организация, в том числе религиозная, нарушает конституцию республики, то в этом случае власть должна
применить силу закона. В этом месяце проходили собрания местных жителей в ряде районов республики, так, например в Каякентском районе на
1
Митинги протеста // Новое дело. 1996. 12 янв. № 2.
2
Национальные движения против экстремизма // Новое дело. 1996. 12 янв. № 2.
3
Эмиров Э. Эйфория уже прошла. На злобу дня // Новое дело. 1999. 25 июня. № 26.
Раздел I. Теория вопроса
64
таком собрании, обращаясь к руководству республики, каякентцы просили
принять необходимые меры, чтобы восторжествовали законность и правопорядок1.
Таким образом, возникшие радикальные идеи, во многом благодаря действиям и позиции общественности и власти, не получили распространения
среди населения Северного Кавказа, что позволило побороться с сепаратистской деятельностью и встать на путь стабильности.
1
Эмиров Э. Нужны миротвоцы и патриоты // Новое дело. 1999. 11 июня. № 24.
65
ТЕ М А 4
Эт н ическ ий фа к тор и его роль
в ф ормир овани и меха низмо в вза и м о о тноше ний
меж ду це нтром и ре г иона м и Юга Р о ссии
в п ерво й поло в ине 1 990-х г г.
4.1. Взаимодействие политического центра
и общественных сил на Юге России
По мнению ряда зарубежных исследователей, в 1991–1993 гг. в России
политический центр прилагал усилия по контролю над одними регионами
в большей степени, чем над другими1. Помимо взаимоотношений с региональными органами власти в рамках согласительных структур, политический центр принимал меры по законодательному урегулированию отношений с региональными общественными силами. Действия центра были неразрывно связаны с решением проблем, возникших в результате трансформации
административно-территориального деления и постепенной смены национально-этнической парадигмы. Региональное сообщество ассоциировало
действия официальных региональных органов власти с происходящими
негативными процессами. В связи с этим инициатива в формировании новых
механизмов стабилизации политической ситуации в регионах начинает переходить к оппозиционным общественно-политическим силам. По мнению
Д. Бахри, требования самоопределения, выдвигаемые рядом российских регионов в первой трети 1990-х годов, были в большей степени демонстрацией
перед российским политическим центром, нежели чем усилиями на реальный выход из состава государства2.
Результат административно-территориальной политики, проводимой
в советский период в южных регионах и приведшей к активизации межтерриториальных конфликтов и сращиванию их с межнациональным противостоянием, нагляднее всего прослеживается в докладе заместителя руководителя Федеральной миграционной службы России Н. В. Чулкова,
1
Hanson Ph, Artobolevskiy S., Kouznetsova O. Douglas Sutherland, Federal Government
Responses to Regional Economic Change / P. Hanson, M. Bradshaw, eds., Regional Economic
Change in Russia. Cheltenham: Edward Elgar, 2000. P. 97–132.
2
Bahry D. The New Federalism and the Paradoxes of Regional Sovereignty in Russia //
Comparative Politics. Vol. 37. No. 2 (Jan., 2005). P. 127–146. P. 140.
Раздел I. Теория вопроса
66
который отметил, в частности, что население Чеченской Республики в 1989 г.
(по данным последней переписи населения) насчитывало 1084 тысячи человек. Из них четвертую часть составляли русские – 269,1 тысячи человек (без
учета жителей Ингушетии). Большая часть русскоязычного населения Чечни
проживала в городе Грозном, она составляла почти две трети населения города. Во втором по величине городе Чечни Гудермесе русские составляли
третью часть населения. Кроме того, русские проживали в ряде сельских
районов Чечни: в Наурском, в Шелковском, в Грозненском сельском, в Шалинском и Надтеречном районах. Таким образом, «всего каких-нибудь
пять–шесть лет назад население территории, которая сейчас входит в состав
Чечни, почти на треть состояло из так называемого русскоязычного населения». Большая часть вынужденных мигрантов сосредоточилась в СевероКавказском регионе, а также в Астраханской, Волгоградской, Саратовской,
Белгородской и Воронежской областях. По состоянию на начало 1995 г. более 80 % мигрантов составляли русские1.
В 1990 г. сохраняется такой механизм взаимодействия между центром
и регионами, как письма с мест. Наибольшее количество писем было
направлено на имя Б. Н. Ельцина, с критикой политики союзного руководства и требованиями разрешить возникающие социально-экономические
проблемы «республиканскими силами»2. Их общее содержание также характеризует высказывание рабочего одного из местных заводов: «…Реставрация капитализма не так опасна в России, как междунациональная вражда»3.
1
Чулков Н. В., заместитель руководителя Федеральной миграционной службы Рос-
сии. Стенограмма заседания ГД ФС РФ. 27 октября 1995 г. // URL: http://www.duma.gov.ru
/ Оф. сайт ГД ФС РФ (дата обращения: 21.12.2011).
2
См. подр.: Народным депутатам ССР, членам Верховного Совета СССР и лично
депутату тов. Ельцину Б. Н. Письмо от 105 участников ВОВ, коммунистов Ростов-наДону. 10.02.1990 // ГАРФ. Ф.А-664. Коллекция писем Б.Н. Ельцину. Оп. 1. Ед. хр. 54.
Письма граждан с мнениями, размышлениями о социально-политических последствиях
перестройки. Январь 1990 – апрель 1990 г. на 114 листах. Л. 20. / Ветеран труда и участник войны А. Г. Легенький. Жду ответа через газету или письменно // Там же. Л. 26. /
Народному депутату 2-й сессии Верховного Совета СССР Б. Н. Ельцину от рабочего завода // Там же. Л. 60–62.
3
ГАРФ. Ф.А-664. Коллекция писем Б. Н. Ельцину. Оп. 1. Д. 54. Письма граждан
с мнениями, размышлениями о социально-политических последствиях перестройки. Январь 1990 – апрель 1990. На 114 листах. Л. 60–62.
Тема 4. Этнический фактор и его роли в формировании механизмов…
67
Подписание 12 июня 1990 г. Декларации о государственном суверенитете РСФСР открыло новый этап развития административно-территориальных механизмов, фактически переводя их с советского на внутрироссийский
уровень. На наш взгляд, в данном документе были заложены основные тенденции происходивших в дальнейшем административно-территориальных
изменений и политики центра по их реализации. Впервые было введено
ограничение в возможности территориальных изменений границ региона без
согласования с местными органами власти и волеизъявлением жителей путем референдума1. Впоследствии подобные требования появились практически во всех уставных документах российских регионов, в том числе
Юга России, и сохранили свое значение вплоть до начала 2000-х годов.
В середине ноября 1991 г. III съезд горских народов Кавказа выступил
с «Обращением к народам и парламентам мира», в котором объявил о создании Конфедерации горских народов и избрании в качестве ее президента
Шанибова Юрия Мухамедовича, кандидата философских наук, преподавателя Кабардино-Балкарского университета, возглавлявшего в течение двух
лет координационный совет Ассамблеи горских народов Кавказа (АГНК).
Свое решение съезд подкрепил обращением к опыту Горской республики, созданной 11 мая 1918 г., в которую вошли Дагестан, Чечено-Ингушетия,
Осетия, Кабарда, Карачаево-Балкария, Черкесия и Абхазия2.
Вопрос о суверенитете изначально вызывал интерес как у заинтересованных общественно-политических сил, так и у простых граждан южных регионов. События, касавшиеся определения положения и статуса
административных единиц широко освещались в местной прессе. Так,
в ноябре 1990 г. «Голос Чечено-Ингушетии» опубликовал отчет о решении вопроса о суверенитете республики. 30 ноября 1990 г. было провозглашено создание Карачаево-Черкесской ССР в составе РСФСР3.
1
О государственном суверенитете Российской Советской Федеративной Социали-
стической Республики. Декларация Съезда народных депутатов РСФСР. 12 июня 1990 г.
№ 22-I // Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР.
1990 г. № 2. Ст. 22.6. Ч. 8–9.
2
Обращение к народам и парламентам мира. Третий съезд горских народов Кавказа.
15 ноября 1991 г. // Гъуаз (Вестник). 1991. 16 нояб.
3
Поручения Совета Министров РСФСР по проблемам социально-экономического
развития Карачаево-Черкесской автономной области и документы по их выполнении.
17 января 1991–9 декабря 1991. // Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ).
Ф. 10121. Оп. 1. Ед. хр. 12. Л. 3.
Раздел I. Теория вопроса
68
Принятое решение нарушало административно-территориальное деление и выходило за рамки существовавшей системы соподчинения органов
власти.
Согласно В. Суркову, в рассматриваемый период некоторые регионы
определяли себя как суверенные государства, ассоциированные с Россией1. При этом общей тенденцией процесса суверенизации было обращение радикально-настроенных представителей регионов к досоветскому опыту административно-территориального деления. Характерно,
что из всего многообразия преобразований, происходивших в этой области, регионы выбирали те реформы, которые в наибольшей степени отвечали их интересам в конкретный момент времени и способствовали их
реализации.
На факт политической несостоятельности региональных органов власти
обращает внимание, в частности, Д. Д. Гакаев, отмечая, что «официальный
Грозный… не воспринял Дудаева всерьез»2. Содержание проекта закона РФ
«Об образовании Ингушской Республики и Чеченской Республики в составе
РФ» уже явилось результатом совместной деятельности политического центра и регионов. В проекте предлагалось образовать на территории ЧеченоИнгушской республики Ингушскую республику в составе РФ с центром
в г. Назрань и Чеченскую республику в составе РФ с центром в г. Грозный.
Установить переходный период продолжительностью в три года для разрешения территориальных вопросов, связанных со статусом Пригородного
района Северо-Осетинской республики. При этом важное значение придавалось учету интересов казачества и национальных меньшинств, проживавших на территории образовывающихся новых республик. Документ предусматривал самостоятельность в проведении выборов в верховные органы
власти республик, а также позволял обоим парламентам подготовить и принять собственные Конституции (основные законы) в рамках Конституции РФ. Политический центр оставлял в данном случае за собой право
назначить порядок и сроки проведения выборов в региональные парламенты. Таким образом, проект закона предусматривал за центром определение общей конфигурации власти на местах, а регионам отводил широкую
1
Сурков В. Тексты 97-07. М.: «Европа», 2008. С. 131.
2
Гакаев Д. Д. Очерки политической истории Чечни (XX век): В 2 ч. М.: Изд-во ЧКЦ,
1997. С. 150.
Тема 4. Этнический фактор и его роли в формировании механизмов…
69
самостоятельность в определении содержания и конкретных механизмов
реализации ее полномочий. Новые формы взаимоотношений между центром и казачеством как одной из ведущих общественно-политических сил
Юга России развивались в контексте идей о рассредоточении казачества, невозможности его локального проживания на определенной территории какого-либо региона.
А. Х. Боров справедливо отмечает негативные тенденции, ставшие результатом принятия неверных политических решений1. Формирование переходных форм управленческих механизмов взаимоотношений политического центра и южных регионов в первой трети 1990-х гг. развивалось
в трех преимущественных направлениях: создание согласительных комиссий на различных уровнях власти, независимое наблюдение и анализ региональной ситуации, взаимоотношения с конкретными региональными
общественно-политическими силами и региональными органами власти.
Их появление было обусловлено необходимостью взаимной адаптации
участников политического процесса к новым идеологическим, социальноэкономическим и культурно-историческим условиям развития государства.
Особенностью взаимодействия между политически центром и сообществом Юга России в первой половине 1990-х гг. стала активизация
протестных акций, направленных против региональных и центральных
органов власти. Изучение данного вопроса в российской и зарубежной
историографии в 1990-е гг. отличается некоторой предвзятостью оценок,
вызванной вовлечением экспертного сообщества в происходившие в регионах общественно-политические изменения. По мнению Ф. Садикова, до
1994 г. во взаимоотношениях между центром и периферией в общественном сознании доминировали стереотипы о диктате центра. Данный фактор
усиливал процессы регионализации2. Несколько иной подход к оценке взаимодействия центра и регионального сообщества в первой половине 1990-х гг.
сложился в современной зарубежной историографии. Некоторые исследователи уделяют внимание влиянию на оформление рассматриваемых
1
Боров А. Х. Северный Кавказ в российском цивилизационном процессе. Нальчик:
Кааб-Балк. ун-т, 2007. С. 189.
2
Садиков Ф. Б. «Центр-регион»: проблемы взаимоотношения // Социологические ис-
следования. 1997. № 8. С. 7.
Раздел I. Теория вопроса
70
механизмов таких аспектов, как реализация принципов федерализма, преобладание традиций над правом, коррупция и т. п.1. В целом, изучение конкретных вопросов формирования протестных механизмов у регионального
сообщества в условиях «переходного» этапа центр-регионального взаимодействия находится на стадии наращивания исследовательского объема
и открывает перед исследователем широкие возможности для выводов и обобщений.
4.2. Обострение национальных и территориальных проблем
на Юге России
Выявление особенностей национальных отношений в контексте развития конкретных регионов Юга России находится в поле зрения современных
историков2. Однако содержание национальных проблем с середины 1990 по
1993 гг. включительно не являлось изолированным феноменом, оно формировалось в условиях общегосударственного политического и социально-экономического кризиса.
Взаимоотношения между центром и регионами на рубеже 1980–1990-х гг.
отличались непоследовательностью и противоречивостью как со стороны
центра, так и со стороны регионов. Причиной тому являлось повышение
инициативы региональных общественно-политических сил, вызванное актуализацией фактора национальной идентичности в регионе. Требования организованных движений, групп наряду с ожиданиями регионального сообщества заставляли органы власти как регионального, так и центрального уровней лавировать в стремлении их выполнить.
В первой половине 1990-х гг. основные проблемы территориальной
и государственной целостности были связаны с межрегиональным
1
См. напр.: O’ Donnell G. On the State, democratization and Some Conceptual problems:
A Latin American View with Glances at Some Postcommunist Countries // World Development.
1993. № 21. Р. 1355–1369.
2
См. подр.: Тишков В. А. Феномен диаспоры // Национальные диаспоры в России
и за рубежом в XIX–XX веков. М.: ИРИ РАН, 2001. С. 13–38.; Сабанчиев Х.-М. А. Балкарцы: выселение и возвращение. Нальчик: Эльбрус, 2008.; Современное российское казачество: политический, экономический, социальный портрет; анализ тенденция и прогноз развития государственной службы российского казачества. Сб. мат-лов. В 2 т. Т. 1.
М.: Мин. рег. разв. РФ, 2008. 48 с.; и др.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]