Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Этноконфессиональные процессы на Юге России в новейший период (1914–2000-е годы). Учебник
.pdf
Тема 1. Российское мусульманство на Юге России накануне и в период…
21
горцев, сторонниками Н. Гоцинского в июне 1917 г. стала проводиться в чеченских округах усиленная агитация. Ее организовал один из его сподвижников шейх Узун-Хаджи. На аульных сходах он извещал присутствующих
о том, что на границе Дагестанской области («у озера Эйзен-Ам») Н. Гоцинский объявит себя имамом. Кавказ же, по его утверждению, «переходит во
владение турок»1.
Проводя пропаганду, Узун-Хаджи в этой связи через аульные сходы
призывал мусульманское население «приобретать оружие во что бы то ни
стало». Все приглашались в указанное место, где в подтверждение своей
призванности на имамство богом, Н. Гоцинский «покажет чудо»: совершит
молитву, расстелив «бурку по середине озера»2. В ряде случаев утверждалось, что это сделает Узун-Хаджи. После молитвы по замыслам организаторов должен был быть провозглашен «газават», священная война с неверными3. Призывы Узуна-Хаджи давали результаты. По всему краю стала происходить усиленная скупка оружия, о чем свидетельствуют и возросшие на
него цены4. В свою очередь ЦК Союза объединенных горцев заблаговременно 4 августа 1917 г. объявил о созыве II съезда5. Он должен был по замыслам организаторов в очередной раз продемонстрировать единство мусульман края.
В связи с намечавшимся на 20 августа 1917 г. в селении Анди II съездом «делегатов народов» края активизировалась деятельность и сторонников Н. Гоцинского. Место проведения определялось, судя по всему, под
давлением его сторонников. Инициаторами во внимание принималось
прежде всего то, что аул Анди располагался в нагорном Дагестане у границы с Чечней. Ставка делалась, таким образом, на мусульманское население пространства, входившего когда-то в состав имамата Шамиля. При
подготовке съезда поступали сообщения, что шейх Узун-Хаджи призывал
к насильственному изгнанию всех иноверцев. Наряду с этим велась агитация за избрание Н. Гоцинского, председателя Аварского округа, «имамом
Чечни и Дагестана» и «восстановление шариата». Следует заметить, что
1
Ошаев Х. Указ. соч. С. 14.
2
Там же.
3
Матвеев В. А. Указ. соч. С. 68–80.
4
Ошаев Х. Указ. соч. С. 14–15.
5
Горская жизнь. 1917. 4 авг.
Раздел I. Теория вопроса
22
нормы мусульманского права на восточных окраинах Российской империи
действовали, общим законодательством они заменялись лишь в особых
случаях1.
В 1917 г. ситуация не изменилась. Очевидно, речь шла о полном восстановлении. Вместе с тем предполагалось провозглашение Северо-Кавказского имамата2. Место для проведения в ауле Анди было выбрано, по разъяснениям организаторов, чтобы «вдали от войск и городов» народы края
смогли «свободно высказаться о своих нуждах и обсудить их без давления
со стороны»3. Приглашены были делегаты от всех мусульманских общин,
представители исламского духовенства, интеллигенции, Кавказского фронта,
Закавказского комитета, партийных организаций края, национальных объединений и казачества, комиссары Временного правительства4.
Однако на съезд прибыли вооруженные отряды, собранные при поддержке председателя Аварского округа Н. Гоцинского. Сторонники его
разъезжали по аулам Аварского и Андийского округов, призывая, как сообщалось в донесении «начальнику войск Дагестанской области» из ботлихского гарнизона, «туземное население… к неповиновению поставленной над ними революционной власти»5. На «объявленный съезд» к озеру
Эйзен-Ам прибыло со всего Северного Кавказа, по воспоминаниям Х. Ошаева, до 20 тыс. человек. Среди них оказались «представители всех племен
и народностей»6.
Наиболее последовательные пророссийские позиции в этих условиях занимали члены ЦК Союза объединенных горцев, относившиеся к интеллигенции, получившей образование в различных (гражданских и военных)
учебных заведениях Российской империи7. Именно с ними соотносились
1
Матвеев В. А. Указ. соч. С. 68–80.
2
Союз объединенных горцев Северного Кавказа и Дагестана (1917–1918). Горская
республика (1918–1920): Документы и материалы. Махачкала, 1994. С. 5.
3
Там же.
4
Тахо-Годи А. Революция и контрреволюция в Дагестане. Махачкала Дагест. науч.-
исслед. ин-т, 1927. 24–25.
5
Матвеев В. А. Указ. соч. С. 68–80.
6
Ошаев Х. Указ. соч. С. 14–15.
7
См. подр.: Музаев Т. М. Союз горцев. Русская революция и народы Северного Кавказа, 1917 – март 1918 гг. 2-е изд. испр., доп. Нальчик: Печатный двор, 2012. С. 16–18;
19–20; 21–22; 26.
Тема 1. Российское мусульманство на Юге России накануне и в период…
23
угрозы расправы. Из-за давления съезд в селении Анди, начало работы которого намечалось с 20 августа 1917 г., оказался сорванным1. На следующий
день, после соглашения между противоборствующими сторонами, открытие
ограничилось только приветственными речами, произнесенными на «местных наречиях» народов Северного Кавказа, с которых делались переводы на
аварский, кумыкский, карачаевский, осетинский, черкесский, чеченский
и другие языки, а также арабский2. Это указывает на поверхностный характер «русификации», выполнявшей интегрирующие функции для населения
края, на сохранявшееся состояние цивилизационного разлома.
Собравшиеся сподвижники требовали провозглашения Н. Гоцинского
имамом, угрожая расправой тем, кто выступит против. В мечетях муллами
ежедневно оглашалось воззвание, в котором массам верующих внушалось,
что отказавшиеся «от участия в движении по созданию имамата» утратят
«свое мусульманство»3. Н. Гоцинский в свою очередь подводил теософское
обоснование: «Раз… провозглашена свобода, тот мусульманин гяур, кто не
способствует созданию имамства»4. Агитацию с такой направленностью
совместно с Узуном-Хаджи вели и другие шейхи5. В воззвании содержалось
и такое весьма показательное разъяснение: «Главнейшая цель… имамата –
установить еще теснее взаимоотношения» мусульман Северного Кавказа
с русским народом6.
Н. Гоцинским была также предпринята попытка объединить в пределах
края шиитов и суннитов7. Намерение же его «объявить себя имамом» вызывало серьезную обеспокоенность8. Инициатива не нашла поддержки и у многих северокавказских клерикальных авторитетов (шейхов) и низшего духовенства (мулл). Со своей стороны члены «шариатского блока» убеждали
1
Матвеев В. А. Мусульманское духовенство Северного Кавказа в период революци-
онного кризиса в России 1917–1920 гг. // Народы Кавказа в цивилизационном пространстве России: материалы VI Международного форума историков-кавказоведов. ЮНЦ
РАН. Ростов н/Д: Юж. науч. центр РАН, 2019. С. 189–195.
2
Музаев Т. М. Указ. соч. С. 182.
3
Тахо-Годи А. Указ. соч. С. 24–25, 29.
4
Цит. по: Гаджиев А. Г. Указ. соч. С. 153.
5
Матвеев В. А. Указ. соч. С. 189–195.
6
Тахо-Годи А. Указ. соч. С. 29–30.
7
Там же. С. 30.
8
Матвеев В. А. Указ. соч. С. 189–195.
Раздел I. Теория вопроса
24
Н. Гоцинского «называться не имамом, а муфтием»1. Скопление вооруженных его сторонников, поддерживавших требования «избрания имама и восстановления шариата», породило слухи о возможном нападении на гарнизон
крепости Ботлих. Но отряд чеченцев, прибывший на съезд, Н. Гоцинский
призвал «уважать русского солдата, как борца за свободу всех народностей
России»2.
Впрочем, в искренности таких призывов можно усомниться. Еще до революции на заданный как-то вопрос «существует ли связь между Турцией
и Дагестаном?», Н. Гоцинский ответил: «Мы с нетерпением ждем турок,
все, как один человек, восстанем против царя»3. Идею «горской независимости» проповедовал тогда и шейх Узун-Хаджи4. Заявления же о намерениях претендента на имамство в 1917 г. оказывались нередко противоречивыми. Тем не менее некоторые авторы, изучавшие личность Н. Гоцинского, склонны к его идеализации5. В ряде случаев ему все же не чужда
была и пророссийская риторика, очевидно, в расчете на получение более
широкой поддержки.
После срыва «андийского съезда» Н. Гоцинский обратился с воззванием
«К мусульманам Кавказа», в очередной раз попытавшись убедить массы,
что «избрание его имамом… связано лишь с защитой религии и шариата»6.
В проекте создания «Северо-Кавказского имамата» просматривается одна из
сепаратистских тенденций, так как осуществление проекта способствовало
бы разрушению государства. На это указывает и то, что в пропаганде шейха
Узуна-Хаджи отмечались призывы к изгнанию «всех иноверцев». В местные
же органы власти поступала информация, что сторонников у него «слишком
мало»7. Несмотря на их усилия, на том этапе намерение введения теократического правления обернулось неудачей.
1
Тахо-Годи А. Указ. соч. С. 25.
2
Матвеев В. А. Указ. соч. С. 189–195.
3
Письмо тов. Нариманова к Неджмеддин-Эффенди, духовному вождю Дагестана от
11 сентября 1919 г. // Жизнь национальностей. 1919. 21 сент.
4
Жизнь национальностей. 1920. 29 февр.
5
Доного Х.-М. Нажмутдин Гоцинский: грани личности. Махачкала: ИЦЦ ДГУ, 2002;
Он же. Наш имам Нажмутдин Гоцинский. Махачкала: ДГУ, 2004.
6
Кашкаев Б. О. От Февраля к Октябрю. (Национально-освободительное движение
в Дагестане). М.: Наука, 1972. С. 44–45.
7
Матвеев В. А. Указ. соч. С. 189–195.
Тема 1. Российское мусульманство на Юге России накануне и в период…
25
Между тем в некоторых изданиях по-прежнему отображается точка
зрения, что на «Андийском съезде» горцев Северного Кавказа и Дагестана
«в конце лета 1917 г.» Н. Гоцинский имамом был все же избран. Намерение
же «восстановить… теократическое государство» для мусульман края, по
утверждению Ю. Ю. Карпова, оказалось реализованным1. Однако это не так.
На «Андийском съезде» Н. Гоцинский так и не получил признания в качестве имама2. Вследствие достигнутого компромисса он был объявлен «муфтием всех мусульман Северного Кавказа и Дагестана»3. В постановлении по
этому поводу сообщалось, что «духовные лица и избранные представители
горских народов» провозглашают муфтием («Шейх-уль-ислам») Нажмутдина-Эфенди. При этом возлагались надежды, что «явившись религиозным
главою, он сумеет провести шариат в полном объеме и прекратить грабежи
и разбои»4.
Российская идентичность мусульман Северного Кавказа между тем проявлялась не только в преломлении различных событий 1917 г. Прослеживалась она при распространении революционного кризиса на всех окраинах отечественного Востока. В связи с «мятежом» генерала Л. Г. Корнилова, например, исполнительный комитет Всероссийского мусульманского совета
выразил глубокую обеспокоенность за судьбу отечества. В специально составленном 30 августа 1917 г. воззвании содержалась, в частности, такая тревожная констатация: «Граждане мусульмане! Россия в чрезвычайной опасности!». Возникновение конфликта внутри страны признавалось крайне несвоевременным, так как на фронтах, как особо подчеркнуто в тексте, «наша армия
напрягает все силы, чтобы отбить натиск врагов». Напоминалось вместе с тем
о широком участии в этом единоверцев. Мусульман России авторы обращения призывали «в грозный момент» поддержать государственную власть5.
15 сентября 1917 г. Министерство внутренних дел представило Временному правительству специальную информацию о распространении в среде
1
Карпов Ю. Ю. Национальная политика советского государства на северокавказской
периферии в 20–30-е гг. XX в.: эволюция проблем и решений. СПб.: Петерб. востоковедение, 2017. С. 38.
2
Союз объединенных горцев Северного Кавказа и Дагестана (1917–1918). Горская
республика (1918–1920): Документы и материалы. С. 5.
3
Кашкаев Б. О. Указ. соч. С. 45.
4
Матвеев В. А. Указ. соч. С. 189–195.
5
Заря свободы. 1917. 1 сент.
Раздел I. Теория вопроса
26
российских мусульман настроений на обретение автономии1. Формы ее
какой-либо определенности не имели. Под автономией понималась нередко возможность проведения тех или иных изменений в сфере образования. В предоставленной Временному правительству информации наряду
с этим говорилось о том, что национальные требования сводятся лишь
«к желанию услышать со стороны общегосударственной власти признания
права… на самоопределение за отдельными народами, вошедшими в состав
русского государства в процессе его исторического роста». Но под самоопределением, как разъяснялось далее, понималось отнюдь не отделение.
Это разъяснение подкреплялось подтверждением: «Среди мусульман встречает сочувствие мысль об… автономии»2.
Поступившее известие об «избрании» Н. Гоцинского имамом для II съезда
Союза объединенных горцев, возобновившего работу во Владикавказе
20 сентября 1917 г., оказалось «неожиданностью». По свидетельству очевидцев, присутствовавших на заседаниях, «многие протестуют, но выступить
открыто не решаются»3. Через прессу сообщалось об учреждении муфтиата, который во главе с Н. Гоцинским, по заверению «духовной секции»
II съезда, обеспечит проведение «в жизнь законов шариата»4. В резолюции
определялись и территории, подпадавшие под компетенцию «Кавказского
горского духовного правления». Создание его с резиденцией во Владикавказе предусматривалось «для мусульман Терской, Дагестанской, Кубанской
и Сухумской областей, Ставропольской и Черноморской губернии и Закатальского округа»5.
Состав правления в проекте намечался из «9 духовных лиц»: председатель («он же муфтий»), остальные члены («кадии»)6. Согласие на это
Н. Гоцинским, как говорилось в последовавшем разъяснении, было
дано ради того, чтобы установление имамата не нарушило «мирные отношения между русскими и мусульманами»7. Соответственно, «главнейшей целью» муфтий Н. Гоцинский провозглашал установление тесных
1
Матвеев В. А. Указ. соч. С. 189–195.
2
Там же.
3
Там же.
4
Голос Дагестана. 1917. 22 окт.
5
Матвеев В.А. Указ. соч. С. 189–195.
6
Там же.
7
Музаев Т. М. Указ. соч. С. 182.
Тема 1. Российское мусульманство на Юге России накануне и в период…
27
взаимоотношений мусульман Северного Кавказа с русским народом, устранение межэтнических столкновений и беспорядков1. Настрой в среде верующих на сохранение сложившегося государственного единства, несмотря
на существовавшие сепаратистские отклонения, между тем оказывался
преобладающим.
Сепаратистской радикализации конфессиональной ситуации в мусульманских округах северокавказской окраины не произошло и после съезда
народов в Киеве, организаторы которого надеялись на совершенно иной
результат. На этом форуме делегаты от окраин, в том числе и от мусульманских, высказывались только «за федеративную связь всех народов
и национальных групп» в составе России. Выработанная на основе этого
заявления политическая платформа получила на Кавказе широкую поддержку2.
17 октября 1917 г. Исполнительный комитет Всероссийского мусульманского совета обратился к Временному правительству с просьбой отдать
распоряжение всем государственным учреждениям направлять дела, «касающиеся духовно-религиозных нужд мусульман», непосредственно в него
вместо прежнего Оренбургского духовного собрания3. Вместе с тем Временному правительству от него поступила просьба рассмотреть возможность реализации проекта автономий4. Определяющим при их создании
предусматривался на том этапе конфессиональный критерий.
В данном обращении излагалось также требование «отменить законы,
регулирующие учебно-воспитательное дело» в мусульманских образовательных учреждениях и допустить в преподавании наряду с русским «родной язык»5. Неоднократно подтверждалось, что и на Учредительном собрании избранники от мусульман, в соответствии с пожеланиями верующих своей конфессии, будут отстаивать, как и на предшествующих этапах,
«для окраин федеративное устройство», равно как и идеи автономии, «провозглашенной на всероссийском мусульманском съезде» и реализуемой
1
Музаев Т. М. Указ. соч. С. 182.
2
Матвеев В. А. Указ. соч. С. 189–195.
3
Революционное движение в России накануне Октябрьского вооруженного восста-
ния (1–24 октября 1917 г.) // Документы и материалы. С. 482.
4
Там же.
5
Там же.
Раздел I. Теория вопроса
28
в зависимости от условий в разных формах (национально-культурной и территориальной)1.
Восприятие России в качестве общей родины в среде мусульманского
населения Северного Кавказа сохранялось и в период Гражданской войны.
Настрой на это продолжало формировать и мусульманское духовенство.
Высшими его представителями давалось наставление поддерживать верховного правителя России адмирала А. В. Колчака и главнокомандующего вооруженными силами на европейском юге страны генерала А. И. Деникина.
В заслугу им ставился патриотизм, любовь к отечеству и стремление «установить Государственный строй». Сохранение ее целостности в прежних границах воспринималось, как можно судить по обращению, в качестве непререкаемого политического выбора. Борьба с большевистским режимом мотивировалась и необходимостью восстановления «попранных законов».
В обращении утверждалось, что «труды Добровольческой армии… никогда не изгладятся из памяти благодарного потомства». Участие горцев
в белом движении представителями мусульманского духовенства рассматривалось также с позиций выполнения долга перед общей родиной. Для
«спасения… отечества» по ходу Гражданской войны задействовался ими
и ретроспективный ресурс. Представители мусульманского духовенства Северного Кавказа отмечали в этой связи позитивные результаты происходивших ранее перемен, являвшихся следствием проводимой в имперский период политики. В их обращении, к слову, содержалось такое напоминание:
«Дети наши, наравне с русскими учились в русских школах. Двери российских высших учебных заведений, как и военные, так и гражданские были
открыты. Россия для нас не мачеха, а любящая мать, и… мы должны довериться ей, ибо она поведет нас по правильному пути, как вела… до сих пор»2.
Представители мусульманского духовенства Северного Кавказа отразили срез реальности, существовавшей и в период Гражданской войны.
Проведенный анализ позволяет выделить вместе с тем следующее. Российская
1
Государственное совещание // Архив Октябрьской революции 1917 г. в документах
и материалах. С. 185, 186–187, 361–362.
2
Обращение представителей духовенства к мусульманам Северного Кавказа. Не
позднее 1920 г. Документ № 213 // Союз объединенных горцев Северного Кавказа и
Дагестана (1917–1918). Горская республика (1918–1920): Документы и материалы. Махачкала: Ин-т истории, археологии и этнографии ДНЦ РАН, 1994. С. 359.
Тема 1. Российское мусульманство на Юге России накануне и в период…
29
идентичность мусульманского населения Северного Кавказа оказалась устойчивой и в условиях Гражданской войны. Сепаратистская альтернатива не
воспринималась в его среде, как правило, в качестве приемлемой. На какуюлибо конструктивную программу, отражавшую состояние исторической кодификации, она не опиралась. Объединяющую роль по-прежнему играла
Россия как отечество для всех входивших в ее состав народов. На Северном Кавказе, как и на других окраинах империи, «национально-освободительных движений»1 не наблюдалось и сепаратизм, при отсутствии широкой поддержки, обретал экстремистские вариации.
У значительной части мусульманского населения Северного Кавказа преобладающей в условиях революционного кризиса и Гражданской войны оказывалась российская идентификация. Относительно устойчиво отражалось
в ней и сложившаяся связь с государством. Показателем гражданской общности являлась и происходившая на Северном Кавказе во взаимосвязи с общими процессами в стране политизация исламского фактора. Стремление
сохранить целостность российской государственности существовало у значительной части мусульманского духовенства. Настрой на единство, несмотря
на существовавшие сепаратистские отклонения, оказался преобладающим
в тех условиях и в среде верующих.
1
См. подр.: Матвеев В. А. Российская идентичность мусульман Северного Кавказа…
30
ТЕ М А 2. Этном и граци онные проце с сы н а Юге Р о с сии
в 1 920–19 30-е г г.
Территория современного Юга России традиционно относилась к зоне
повышенной миграционной активности. Историческое продвижение России
на юг – в Степное Предкавказье и на Северный Кавказ в ХVIII–ХIХ веков
обусловливало масштабный приток населения, основную массу которого составляли русские и украинские крестьяне. Организуя переселенческую политику, государство одновременно решало несколько задач, в том числе
колонизации массива плодородных пустующих земель, перенаселения центральных регионов России, замещения нелояльного степного и горского
населения.
К началу ХХ в. социально-экономическая ситуация на Юге России значительно обострилась, в том числе по причине нарастающего дефицита
земли из-за высокой рождаемости населения и непрекращающегося миграционного притока, активизировавшегося после отмены крепостного права
в 1861 г.
На Дону и Кубани это проявлялась в росте социально-политических противоречий между казачьим и крестьянским населением, прежде всего так
называемыми «иногородними»; на Тереке – между терскими казаками и горцами; в горских округах – между представителями различных горских народов. Например, терские казаки, составляя четвертую часть населения Терской губернии, владели 75 % всей земли. Гражданская война обострила
назревшие противоречия, переведя их в фазу открытого противостояния.
Поддержка различными категориями населения двух противоборствующих
политических сил – большевиков и антибольшевистских сил, в том числе
белого движения, определялась их отношением к решению земельного и национального вопроса в интересах той или иной этнической или социальной
(сословной) группы.
Победа большевиков в Гражданской войне привела к формированию новой политической и социально-экономической реальности и ознаменовала
новый этап развития этномиграционных процессов на Юге России. В этот
период шёл процесс активного национально-государственного строительства на Северном Кавказе. Территория практически всего Юго-Востока России представляла собой объединения в рамках Северо-Кавказского края
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]