Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Теоретико-методологические вопросы психологии безопасности. Учебное пособие для студентов по направлению 030300 «Психология» и специальности 030301 «П
.pdf
91
Готовность личности к безопасному поведению. Личностная готовность
как субъективный образ будущего безопасного поведения, сформированный в
сознании, в результате правильной логической (или интуитивной) цепочки решений превращается в реальный результат. В опасной ситуации цепочка решений является проводником личностной готовности, как идеального продукта, в
реальный результат – приятие решения.
Готовность личности – интегральная характеристика личности, определяющая ее возможности эффективного реагирования в ситуации опасности с
благоприятными последствиями для себя.
Готовность личности может быть определена как способность к успешной адаптации и развитию конкурентоспособности в условиях угрозы со стороны обстоятельств; своевременное использование психологических ресурсов,
необходимых для оценивания, интерпретации и последующего ответа на стрессоры [89].
Готовность личности является системным качеством личности, которое
отражает определенные особенности взаимодействия личности с окружающей
средой [65].
Готовностью занимались и разрабатывали идеи, связанные с ней, такие
ученые как: М.И. Дьяченко, Ф.И. Иващенко, Л.А. Кандыбович, Я.Л. Коломенский, А.Т. Короткевич, И.Б. Котова, А.И. Кочетов, В.С. Мерлин, В.Н. Мясищев,
Н.Д. Левитов, А.С. Нерсисян, А.Ц. Пуни, В.Н. Пушкин, К.К. Платонов,
Д.Н. Узнадзе, П.Р. Чамата.
Термин «готовность» описывает тот факт, что организмы лучше приспособлены к ассоциированию определенных сочетаний стимулов и реакций [69].
Анализируя термин можно разъяснить то, что сочетание стимулов и реакций
могут предвещать опасность. Разберем это на примере запаха газа в квартире. В
процессе социализации мы ассоциируем запах газа с опасностью. Итак, газ будет стимулом, а последствиями являются реакции. Имея дело с газом, в процес-
92
се жизни мы приспосабливаемся к определенным ситуациям, проецируя их в
сознании, для того чтобы подготовить себя к определенным действиям [48].
Этот пример рассказал нам о наличии закона готовности. В зарубежной
литературе он существует в комплексе законов научения Торндайка. Торндайк
демонстрировал в исследовании те важнейшие операции в научении, которые
описаны как постепенное усиление некоторых стимульно-реактивных связей,
завязывавшихся поначалу чисто случайным образом, и в итоге обнаруживающихся успешными.
В отечественной психологии термин используется преимущественно для
обозначения осознанных готовностей личности к оценкам ситуации и поведению, обусловленных ее предшествующим опытом. «Диспозиция (предиспозиция) – это готовность, предрасположенность субъекта к поведенческому акту,
действию, поступку или их последовательности» [82].
Предложенная В.А. Ядовым диспозиционная концепция заключается в
характеристике социального поведения личности, в зависимости от состояний
ее готовности к определенному способу действий. Концепция объединяет готовность личности с поведением в данной социальной ситуации и условиями
предшествующей деятельности, в которых формируется стабильная склонность
к осуществлению обусловленных потребностей субъекта в соответственных
условиях [81].
Другим понятием, трактующим готовность, является установка, раскрытая немецким психологом Л. Ланге в 1888 г. Впоследствии она была развита в
экспериментальных исследованиях Д.Н. Узнадзе и названа общепсихологическая теория установки. Установка объясняет психологическое состояние предрасположенности субъекта к определенной активности в определенной ситуации.
Понятие «установка» следует рассматривать не как отношение, позицию
к какому-либо предмету, явлению, человеку, а как диспозицию – готовность к
93
определенному поведению в конкретной ситуации. Это понятие выражает конкретную связь между внутренним и внешним [56].
С позиции деятельностного подхода М. И. Дьяченко, Л.А. Кандыбович в
своих исследованиях характеризуют готовность как психологический настрой
на исполнение деятельности. Теория же строится на основании модифицирования поведения личности, при внутреннем настрое, который будет содействовать ее активности, целенаправленности. Анализируя готовность с такого подхода можно выделить несколько компонентов, показывающих сложное психическое образование. Первым и первичным, как оно и есть, будет познавательный процесс, который отражает основные края деятельности. Следующий компонент – эмоциональные свойства, которые неоднозначно влияют на человека,
активируя его психологическую и физическую активность. Третьим будет волевой компонент, который оказывает содействие совершению затруднительных
действий в процессе достижения цели [20].
Готовность к безопасному поведению раскрывается в отечественной психологии как установка, направленная на выполнение некоего действия. А установку, как было указано выше, следует рассматривать не как отношение, позицию к какому-либо предмету, явлению, человеку, а как диспозицию, то есть готовность к определенному поведению в конкретной ситуации. А диспозицию
как готовность, предрасположенность субъекта к поведенческому акту, действию, поступку или их последовательности.
Согласно динамической концепции безопасности Т.М. Краснянской в ос-
нове самообеспечения безопасности поведения субъекта в экстремальных ситуациях лежат его индивидуально-психологические особенности, которые, в свою
очередь, при взаимодействии с экстремальной ситуацией влияют на формирование субъективной картины мира, обусловливая функционирование различ-
94
ных психологических средств и механизмов самообеспечения им безопасности.
При этом, что данный процесс обладает определенными закономерностями, а
нарушения в формируемой картине мира приводят к различным по форме разрушениям безопасности субъекта.
Под самообеспечением безопасности понимается сложноорганизованный
процесс достижения субъектом экстремальной ситуации психического состояния подконтрольности ему комплекса экзо- и эндогенных параметров, позволяющих поддерживать динамическое равновесие со средой на соматическом,
энергетическом, информационном уровнях и обеспечивать во времени неснижение вероятности достижения им жизненно значимой цели.
Самообеспечение безопасности представляет собой форму деятельностной активности, входящей в поле интересов человека, поэтому может изучаться
в рамках разработанного в отечественной психологии деятельностного подхода
(К.А. Абульханова-Славская, А.Н. Леонтьев, А.В. Петровский, Б.Ф. Ломов и
др.) [37].
Т.М. Краснянская, анализируя взаимосвязь между идентификационными
процессами и достижением субъектом психологической безопасности, приходит к выводу, что феномены психологической безопасности и процессы субъектной идентификации являются взаимообусловленными психическими явлениями.
Под идентификацией автор понимает процесс установления связи между
субъектом и другим человеком (или группой), которая строится на сознательном или бессознательном когнитивном, ценностном и эмоциональном отождествлении с ним (с ними).
Людям свойственно стремление сохранить или восстановить позитивную
идентичность (расовую, этническую, поло-ролевую, профессиональную или
иную), которая дает ощущение психологической безопасности и стабильности
[54]. Еще З. Фрейд рассматривал достижение поло-ролевой идентичности как
95
необходимое условие преодоления агрессивности и страха, разрушающего в
детском возрасте ощущение безопасности и комфорта. Г.М. Андреева отмечает,
что наличие позитивной идентичности способствует восприятию мира как более стабильного, надежного, справедливого. Действительно на фоне множественности идентификаций, которым подвержен человек в разные периоды
своей жизнедеятельности, наиболее значимые для него на данный момент
идентификационные процессы задают вектор актуальной безопасности и комфортности [37].
Психологическая модель безопасности Н.А. Лызь. По мнению Н.А. Лызь
психологическая модель безопасности личности должна отражать свойства
личности как субъекта безопасности, субъекта жизнедеятельности и саморазвития, а значит, обращаться к уровню опыта, психических свойств, личностных
качеств, а также к ценностно-смысловой сфере человека.
Личностно-развивающий подход к обеспечению безопасности предполагает формирование личностных образований, позволяющих человеку быть
устойчивым к негативным, в первую очередь информационно-психологическим
воздействиям. С этих позиций обеспечение безопасности человека включает
поддержку формирования его личностной целостности (наличия собственного
центра, интегрирующего все подструктуры «Я» и позволяющего выполнять
управляющие функции) и субъектности (способности личности регулировать,
организовывать свой жизненный путь в соответствии со своими целями и ценностями). Здесь человек рассматривается не только как субъект безопасности,
но и как субъект жизни. Его безопасность обеспечивается тем, что он как целостная самоопределившаяся личность устойчив к негативным информационно-психологическим воздействиям, как субъект жизни способен превращать
опасности в фактор собственного развития, как внутренне непротиворечивая
96
3. Личностно-
психологический
уровень
4. Духовно-
нравственный
уровень
Субъект безопасности
Субъект жизни и развития
1. Интенциональ-
ный аспект
2. Когнитивно-
инструментальный
аспект
Системная устойчивость
Готовность к обеспечению безопасности
Механизмы смысловой
регуляции жизнедеятельности
Субъективный образ мира
личность, обладающая опытом разрешения жизненных противоречий, минимизирует количество опасностей, создаваемых для самого себя [44].
Модель безопасной личности включает четыре взаимосвязанные подструктуры, соотносящиеся с личностно-психологическим и духовнонравственным уровнями системной устойчивости человека (рис.2):
1) когнитивно-инструментальную;
2) интенциональную, отражающие аспекты готовности к обеспечению
безопасности;
3) смысловую;
4) ценностную.
Рис. 2 Модель безопасной личности
Вместе четыре взаимосвязанные подструктуры отражают личностные образования, позволяющие человеку осуществлять смысловую регуляцию жизнедеятельности на основе образа мира и таких ценностей, как человек, природа,
познание, развитие и созидание, здоровье. Безопасная личность определяется
как субъект, строящий свою жизнь в контексте единства с собственным «сущ-
97
ностным началом», обществом, природой, реализующий свой потенциал, свои
идеалы и стремления с помощью сформированной системы смысловой регуляции жизнедеятельности, а также обладающий готовностью к обеспечению безопасности и способный поддерживать свою системную устойчивость.
Модель безопасной личности синтезирована на основе представлений о
структуре смысловой реальности (Д.А. Леонтьев) и сделанных выше выводов.
Она представлена совокупностью четырех взаимосвязанных подструктур (см.
рис. 2), которые условно разделяются на инвариантное, устойчивое – ситуа-
тивное, относящееся к конкретной деятельности. К первому блоку относятся
подструктуры системной устойчивости, отражающие базовые личностные образования, позволяющие человеку осуществлять смысловую регуляцию жизнедеятельности на основе образа мира и ценностей, ко второму – подструктуры
готовности, взаимосвязанные единством предмета деятельности.
Другое разделение подструктур безопасной личности – по принципу «вы-
хода» на деятельность и принадлежности сознанию. Первая группа включает
интенциональную и личностно-психологическую подструктуры – смысловую
регуляцию отдельной деятельности и всей жизнедеятельности в целом, вторая –
когнитивно-инструментальную и духовно-нравственную подструктуры – представления о конкретных объектах и способах деятельности по самообеспечению безопасности, а также ценности как составляющие образа мира. Первая
группа объединяет динамические характеристики безопасной личности, вто-
рая – содержательные. Очевидно, что такое разделение весьма условно, по-
скольку в процессе жизнедеятельности любые интенции наполняются смысловым содержанием, а те или иные отношения, смыслы, ценности реализуются за
счет сформированной системы регуляции деятельности.
Взаимосвязь представлений о безопасности с устойчивыми личностными
характеристиками и с ценностно-смысловыми структурами мировоззрения специально проверялась нами в процессе эмпирических исследований, подтвер-
98
дивших правомерность представленной модели безопасной личности. На основе эмпирических данных было выделено три группы субъектов, характеризующихся качественно различными уровнями их сформированности как безопасной личности: низким, средним и высоким, что позволило уточнить представления о безопасной личности.
Анализ модели позволил определить безопасную личность как субъекта,
строящего свою жизнь в контексте единства с собственным «сущностным
началом», обществом, природой, реализующего свой потенциал, свои идеалы и
стремления с помощью сформированной системы смысловой регуляции жизнедеятельности, а также обладающего готовностью к обеспечению безопасности
и способного поддерживать свою системную устойчивость на всех уровнях за
счет преобразования внешних опасностей в фактор собственного развития [44].
Ситуативная концепция (принятия решения) опасности-безопасности
(И.Б. Шуванов, В.И. Шаповалов). С позиции системного подхода человек в той
ли иной ситуации принимает решение, часто не зависимое от того, какое состояние имеет ситуация на момент принятие решения – опасное или безопаснее.
Человек может длительнее время (всю жизнь) находиться в состоянии ощущения (представления) опасности (безопасности). При встрече же с этой, наперед
отраженной (представляемой) опасной (безопасной) ситуацией он может принять решение не соответствующее его до этого момента имеющемуся состоянию.
Видимо, в образах, представлениях, переживаниях субъективная опасность (безопасность) может изменяться непомерно. В реальности все оказывается проще. А может быть и наоборот.
Б. Шнайер, выделяя такое состояния человека как феномен, отмечает, что
в большинстве случаев, когда восприятие безопасности не совпадает с реальностью безопасности, это происходит потому, что восприятие риска не совпадает
99
с реальностью риска. Мы больше боимся опасностей, о которых мы больше
знаем, и меньше боимся тех рисков, о которых мы менее осведомлены [101].
Представляется, что механизмы получения знания о мире (и им детерминированные) лишь частично определяют настоящий мир. Справедливо, что
настоящий мир запускает разного рода механизмы получения знания о мире, но
механизмы и знания индивидулизированые («искаженные» сознанием). Поэтому состояния или переживания опасности (безопасности) не полностью соответствуют, а в некоторых случаях вообще не связаны с реальным состоянием
среды.
Видимо, «достучаться» до сознания человека и адекватно определить, как
он воспринимает внешний мир (в т.ч. опасность или безопасность), не может ни
исследователь, а часто, ни сам человек. Но момент перехода от опасности к
безопасности (или наоборот) позволяет определить реакция человека в виде
принятия решения о действии на ту или иную реальную ситуацию. При этом
для исследователя не важно, как человек отражает для себя внешний мир.
Стремление внешнего наблюдателя точно интерпретировать (конкретизировать) отражение и наличное состояние сознания человека (в том числе опасности-безопасности) – это психологическое упрощенчество проблемы.
Внешним наблюдателем только в конкретной ситуации по поведению че-
ловека (по решению, которое принимает психологическая система) выявляется
наличие состояния опасности или безопасности субъекта (как правило, достаточно наглядно; если нет, то с помощью аппаратурных средств).
Другое дело, что по принятию решения, отражающего ситуацию как
опасности (безопасности), и его реализации, можно (с какой-то степенью вероятности) пытаться интерпретировать его предшествующее до ситуации состояние (строить психологические модели). Такие попытки могут быть бесконечными и часто связаны не с реальным состоянием сознания (оно как всегда
скрыто от исследователя), а с фантазиями психолога-аналитика.
100
По Б.Ф. Ломову принятие решения – это конечный акт, выбор, который
переводит одну систему процессов – синтез получаемой информации (где и
осуществляется реальная включенность психологических механизмов в единый
процесс жизни (по А.Н. Кимбергу [30], а также анализ воспринимаемой информации как безопасной или опасной (по О.Ю.Зотовой [26]) – в другую систему: в
программу предстоящих действий [43].
В целом принятие решения – это то звено в цепи управления поведением, от
которого во многом зависит дальнейшая успешная или неуспешная деятельность в ситуации опасности (риска). Так что, если цель является системообра-
зующим фактором поведения [1], то принятие решения – является ее системодвижущим фактором, с наибольшей вероятностью приводящим систему к
намеченной цели.
В любом случае, принятие решения устанавливает ситуативный баланс у
субъекта между восприятием (представлениями) опасности (безопасности) ситуации, отражающей внешний мир, и субъектной готовностью к преодолению
(или принятию) таких воздействий собственными ресурсами или с помощью
защитных социальных и материальных факторов среды с наибольшим, удовлетворяющим личность на данный момент (т. е. ситуативным) успехом. Под
успехом подразумевается широкий спектр возможных исходов: от приоритета
сохранения собственной жизни (благополучия), до приоритета сохранения
жизни (благополучия) других людей за счет снижения собственного приоритета.
При этом надо согласиться с мыслью Б. Шнайера, что абсолютной безопасности не существует, и определенная степень безопасности всегда подразумевает некие компромиссы. Бессмысленно рассматривать безопасность только лишь с точки зрения эффективности. Мы идем на компромиссы в области
безопасности интуитивно. Каждое живое существо идет на компромиссы в области безопасности, в большинстве случаев, как представитель вида – эволю-
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]