Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Социогуманитарные технологии управления. Словарь основных терминов
.pdf
131
СОЦИАЛЬНАЯ ТЕХНОЛОГИЯ. Термин имеет несколько различных
значений:
1) Способ рациональной организации социального процесса,
который обеспечивает эффективное использование людских и других
ресурсов общества.
2) Область профессиональной деятельности специалистов по
управлению социальными процессами в различных сферах
жизнедеятельности общества.
3) Гуманитарная научная дисциплина будущего, которая должна
изучать методологию организации социальных процессов, в том числе,
с использованием средств информатики и информационных
технологий, а также разрабатывать методы оценки их эффективности. В
настоящее время эта дисциплина находится в стадии становления.
Характерным примером социальных технологий являются
политические технологии организации и проведения выборов в органы
власти, которые в настоящее время широко применяются в различных
странах и уже достаточно хорошо отработаны.
Вторым примером могут служить педагогические технологии
проведения учебного процесса в образовательных учреждениях. В
последние годы в них все более широко применяются средства
информатики.
Еще одним примером являются все те организационные
мероприятия, которые осуществляются в военном деле в тех случаях,
когда в них участвуют люди. Известные из всемирной истории фаланги
римских легионов, боевые порядки тевтонских рыцарей и танковых
колонн времен Второй мировой войны – все это социальные
технологии, в широком понимании этого термина.
В настоящее время важнейшим направлением развития
социальных технологий является совершенствование технологий
управления социальными процессами развития общества. Сегодня это
ключевой вопрос для повышения эффективности органов
государственной власти различных стран, а также деятельности
крупных международных организаций и корпораций.
Поэтому развитие социальных технологий и методологии
повышения их эффективности на базе последних достижений в области
информационных и телекоммуникационных систем является крупной
научно-методологической проблемой. Ее решение необходимо не
только для обеспечения социально-экономического развития отдельных
стран, но также и для решения проблемы глобальной безопасности и
противодействия тем новым вызовам и угрозам XXI века, которые
быстро нарастают.
132
В этой связи становится актуальной проблема формирования в
обществе нового вида культуры – организационной культуры
жизнедеятельности. В ее основу должен быть положен накопленный
человечеством опыт организации совместной деятельности людей, а
также результаты новых научных достижений в этой области. Поэтому
перспективным направлением является формирование новой научной
дисциплины – Социальная технология, которая должна изучаться во
всех образовательных учреждениях перспективной системы
образования.
Российская научная школа исследований в области социальных
технологий развивается уже более 40 лет и создала научный задел,
представленный в виде научных монографий, статей и
специализированного словаря основных терминов. В числе этих работ
следует выделить монографии В.Н. Иванова, В.И. Патрушева, а также
монографии, посвященные проблематике социального управления на
основе использования создаваемой в России Системы распределенных
ситуационных центров и цифровых платформ.
Литература:
1. Колин К.К. Информационные проблемы социально-экономического развития
общества. − М.: Изд-во «Союз», 1995. − 72 с.
2. Иванов В.Н., Матвиенко В.Я., Патрушев В.И., Молодых И.В. Технологии
политической власти (зарубежный опыт). − Киев:, 1994. − 263 с.
3. Колин К.К. Социальный потенциал информационных технологий в современной
России // Системы и средства информатики, 2016. Т. 26. № 4. С. 138-149.
4. Социальные технологии. Толковый словарь. − М.: 1995. − 309 с.
5. Иванов В.Н. Социальные технологии в современном мире. − М.: Славянский
диалог, 1996. − 335 с.
5. Патрушев В.И. Введение в теорию социальных технологий. − М.: Икар, 2018. −
228 с.
6. Социогуманитарные аспекты ситуационных центров развития. / Под ред. В.Е.
Лепского и А.Н. Райкова. − М.: Когито-Центр, 2017. − 416 с.
7. Стратегическое целеполагание в ситуационных центрах развития. /Под ред. В.Е.
Лепского и А.Н. Райкова. − М.: Когито-Центр, 2018. − 320 с.
К.К. Колин
СОЦИАЛЬНОЕ НЕРАВЕНСТВО – форма дифференциации
общества, при которой отдельные индивиды, социальные группы,
слои и классы находятся на разных ступенях социальной иерархии
и поэтому обладают неравными возможностями удовлетворения
своих потребностей.
В общем виде, социальное неравенство означает, что люди живут в
условиях, при которых они имеют неравный доступ к ограниченным
ресурсам материального и духовного потребления.
133
В настоящее время различают следующие наиболее значимые виды
социального неравенства: экономическое, информационное, гендерное,
расовое, а также дискриминация по возрасту, сексуальной ориентации и
гендерной идентичности.
По мнению известного французского социолога Эмиля Дюркгейма,
основной причиной социального неравенства является общепринятая
социальная практика поощрения лучших. Во многих странах самыми
уважаемыми людьми ранее считались воины, целители и священники.
В современном обществе наибольшим престижем обладают банкиры,
крупные бизнесмены, и государственные чиновники. По имеющимся
прогнозам, в ближайшем будущем эта ситуация может существенным
образом измениться, и наиболее престижными станут профессии
специалистов в области новых технологий и системных аналитиков.
Главными критериями социального неравенства, по мнению
Макса Вебера, являются материальное богатство, престиж и власть.
Некоторые исследователи считают, что к этим критериям следует
добавить еще два: уровень образованности и клановость, т.е.
принадлежность к определенной этнической или социальной группе.
В последние годы проблема социального неравенства
существенным образом обостряется и становится одной из наиболее
актуальных глобальных проблем развития обществ. Об этом
достаточно убедительно свидетельствуют результаты исследований,
выполненных международной группой аналитиков под руководством
французского экономиста Тома Пикетти.
В 2018 г. эти результаты были опубликованы в виде специального
доклада, в подготовке которого приняли участие более 100 ведущих
специалистов из различных стран. В докладе показано, что с развитые
страны по масштабам социального неравенства своего населения
скатились до уровня 1913 года. Причем, особенно сильно социальное
неравенство выросло за последние 30 лет. В этом докладе также
показано, что в настоящее время верхние слои общества присваивают
себе 37% национального богатства в Европе, 41% – в Китае, 46% – в
России, 55% – в Бразилии и 61% – на Ближнем Востоке.
Такой высокий уровень социального расслоения является очень
опасным, так как может стать причиной крупных социальных
потрясений. Тем более, что он наблюдается уже достаточно длительное
время. Так, например, еще в 2006 г. социологические исследования
показали, что 1% самых богатых людей владел более чем 40% всего
богатства нашей планеты. Именно такой уровень социального
расслоения общества наблюдается сегодня в США, в то время как в
1980 г. этот показатель составлял там только 22%.
134
По мнению авторов этого доклада, основной причиной усиления
социального неравенства является «паразитический характер
современного капитализма», а также опережающий рост процессов
спекулятивного обогащения. Кроме того, поскольку, начиная с 80-х
годов прошлого века, капитал был во многих странах приватизирован,
национальные правительства стали неспособными перераспределять
доходы в обществе. В результате этого повсеместно нарастает
социальная напряженность, аналогично тому, как это было перед
Первой мировой войной.
Еще одним фактором усиления социального неравенства является
развитие процессов глобализации общества, которая привела к
обогащению элит в странах Запада и к появлению среднего класса и
«новых богатых» в странах Азии. Произошло это, главным образом, за
счет сокращения среднего класса в Европе и США, где количество
рабочих мест уменьшилось, и этот процесс сегодня продолжается.
В настоящее время социальные лифты для бедных слоев населения
быстро сокращаются, что не оставляет им надежды когда-либо
преодолеть социальный барьер и воспользоваться благами современной
цивилизации. Новая научно-технологическая революция оказалась
неспособной решить эту проблему и только усиливает социальное
неравенство, даже в экономически развитых странах мира.
Исследования показывают, что уменьшить социальное неравенство
до критически безопасных значений позволяет прогрессивная шкала
налогообложения. Однако в последние годы в США и ряде других
стран, наоборот, налоги для крупных корпораций и богатых людей под
разными предлогами снижались. Именно это и создает сегодня условия
для будущих социальных революций. Так, например, специалист ООН
по правам человека Ф. Астон опубликовал доклад, в котором показал,
что в период президентского правления Дональда Трампа
«американская мечта быстро превращается в американскую иллюзию».
Для оценки уровня социального неравенства в настоящее время
наиболее часто используются следующие два показателя:
− Децильный коэффициент, который вычисляется как отношение
объема национального богатства у 10% наиболее богатых людей
к объему богатства у 10% самого бедного населения;
− Индекс Джини, который определяется как отношение
национального богатства у 10% богатого населения ко всему
объему национального богатства страны.
Оба эти показателя характеризуют уровень экономического
неравенства в данном обществе и являются практически
равнозначными. Однако более наглядным является Децильный
135
коэффициент, для которого экспериментальным путем установлены
следующие критические значения:
− не более 6,0 – социально стабильное общество;
− 6,0 – 16,0 – нарастание социальной напряженности;
− 16,0 – 20,0 – высокая социальная напряженность;
− 20,0 – 40,0 – в обществе происходит социальная революция;
− более 40,0 – в стране начинается гражданская война.
В настоящее время как США, так и Россия находятся в зоне
высокой социальной напряженности, что обусловлено большим
уровнем социального неравенства в этих странах.
Литература:
1. Колин К.К. Инновационное развитие в информационном обществе и качество
образования //Открытое образование, 2009, № 3. С. 63-72.
2. Социальное неравенство в современном мире. Международный доклад. 2018 .
3. Колин К.К. Неоглобализм и культура: новые угрозы для национальной
безопасности //Знание. Понимание. Умение. 2005, № 2. С. 104-111.
4. Зацаринный А.А., Колин К.К. Технология «Измерение и оценка уровня
социальной стабильности в обществе». /В кн. Стратегическое целеполагание в
ситуационных центрах развития. – М.: Когито-Центр, 2018. С. 295- 300.
К.К. Колин
СТРАТЕГИЧЕСКИЙ СУБЪЕКТ – субъект, имеющий
стратегическую определенность поведения.
Стратегический субъект включен в состав какого-либо
метасубъекта (семья, группа, организация, страна и др.),
идентифицирующий себя с этим метасубъектом и регулирующий свою
активность (деятельностную, коммуникативную, рефлексивную) с
учетом ее влияния на метасубъекта. Он может состоять из одного или
множества индивидуумов (коллективный стратегический субъект).
Понятие стратегического субъекта является ключевым для
обеспечения целостности и сборки субъектов в саморазвивающихся
полисубъектных средах.
Для поддержки и ускорения формирования стратегического
субъекта используются соответствующие технологии: социальные,
менеджериальные, компьютерные, интеллектуальные и иные.
Например, это может быть стратегический конгресс. Для ускорения
самоорганизации в сетевых средах могут использоваться специальные
конвергентные и когнитивные технологии.
Литература:
1. Лепский В.Е. Доминирующие этические установки в различных типах научной
рациональности и их отражение в моделях В.А. Лефевра / Научно-техническое
развитие и прикладная этика / Рос.акад.наук, Ин-т философии; Отв.ред.:
В.Г.Горохов, В.М.Розин. − М.: ИФ РАН, 2014. С.181-200.
136
2. Лепский В.Е. Методологический и философский анализ развития проблематики
управления. − М.: Когито-Центр, 2019. − 340 с.
В.Е. Лепский
СТРАТЕГИЯ – согласованная в команде совокупность, как правило,
долговременных, масштабных, амбициозных целей, а также путей
и способов их достижения.
В Новое время это понятие было введено выдающимся военным
теоретиком Карлом фон Клаузевицем при анализе, систематизации и
изложении военного искусства. Последнюю сферу деятельности он
разделил на тактику и стратегию. Первая рассматривает способы,
приёмы и правила, руководствуясь которыми можно выигрывать
отдельные сражения. Вторая относится к методам и рекомендациям,
следование которым обеспечивает успех военной кампании, то есть
приведение государства в послевоенный период в состояние лучшее,
чем было до войны.
Клаузевиц жестко не разделял войну и мир, считая, что
соперничество государств идет постоянно, и предложил чеканную
формулу: «Война есть продолжение политики иными средствами».
Исходя из такой трактовки, стратегия становится обширной областью,
требующей ясных представлений об экономических, демографических,
географических возможностях государства, о социальной стабильности,
оборонном сознании населения и боевом духе армии, которой
предстоит воевать.
Отличие тактики от стратегии понималось и до Клаузевица.
Например, об этом говорит крылатое выражение «пиррова победа»
(победа, завоеванная слишком большой ценой). Английская пословица
говорит о приоритете стратегии перед тактикой: «Наша армия
проигрывает все сражения кроме последнего». То есть важно выиграть
одно, решающее сражение, победа в котором позволяет закончить
войну.
Показательно выражение американского президента, генерала Д.
Эйзенхауэра «Мнение военных не стоит ни гроша даже по военным
вопросам». Последнее выражение подчеркивает, что политический,
экономический, социальный контекст войны часто оказывается гораздо
важнее чисто военных аспектов.
Например, оценивая достижения Наполеона как полководца и
государственного деятеля, можно ясно отделить его тактические и
стратегические достижения и ошибки. Например, очень важным
оказался его курс на стандартизацию и точную оценку оптимальной
численности воинских подразделений: «Бог на стороне больших
батальонов».
137
Стандартизация позволила обеспечить взаимозаменяемость и
помогла полководцам более точно и рационально руководить войсками,
рассматривая подразделения как фигуры заранее известной силы на
большой шахматной доске ведущейся войны. Наполеону принадлежат
следующие афоризмы, относящиеся к тактике: «Чтобы начать войну
мне надо убедить всех маршалов, три четверти генералов и половину
офицеров, а солдат и так погонят», «Чтобы вести войну, надо иметь три
вещи: деньги, деньги и ещё раз деньги».
Выдающимся стратегическим достижением Наполеона стало
обращение к разным кругам французского общества, в результате чего
народ поддержал будущую войну. Наполеоновские войны
превратились в народные, которые вели не император, маршалы и
войска, а весь тридцатимиллионный народ.
Стратегической ошибкой Наполеона был замысел «достать»
Англию через её крупнейшую колонию Индию и трактовка России как
обычной европейской державы. Впрочем, в мемуарах Наполеон
трактовал победу над Россией, «нависающей над Европой» как способ
обезопасить свои европейские владения и облегчить правление своему
наследнику на французском престоле.
Рост масштабов войн, разнообразия и эффективности вооружений
поставил вопрос о преподавании высшим офицерам и генералам
стратегии, необходимости учить командованию армиями и фронтами и
координации действий с представителями других родов войск. Это
привело к созданию академий генерального штаба в ряде стран.
Оказалось, что у полковников и генералов, прошедших эту школу,
солдат в боевых действиях гибнет существенно меньше.
В настоящее время происходит очень важный переход в области
стратегии, связанный с гибридными войнами, концепциями «мягкой
силы», управления хаосом, конструктивного разрушения и т.д.
Клаузевиц считал, что победа достигается только в результате
сражения и уничтожения существенной части солдат и вооружений на
поле боя.
Сейчас, во многом благодаря появлению оружия массового
уничтожения происходит переход от стратегии Клаузевица к стратегии
Сунь-Цзы. Сунь-Цзы – полководец Древнего Китая – считал, что цель
противоборства – разрушение замыслов противника, и истинная победа
достигается, когда удается добиться своих целей, не выводя войска на
поле боя.
Термин «стратегия» в последние десятилетия начал применяться во
множестве случаев, когда задачу не удается решить в лоб и нужны, по
138
выражению военного теоретика Э.Н. Люттвака, «непрямые действия»:
«Обходами находим нужный ход».
В России принят закон «О стратегическом планировании», однако
предусмотренная в нем процедура настолько сложна и включает
множество различных инстанций, что в настоящее время этот закон не
работает. В стране есть сейчас несколько десятков тысяч документов
стратегического планирования, относящихся различным уровням
власти, сферам жизнедеятельности и отраслям промышленности,
которые не согласованы между собой.
Стратегия имеет непосредственное отношение к ситуационным
центрам. Исходно ситуационные центры ориентировались на действия
в чрезвычайных, кризисных ситуациях, на решение тактических задач.
Однако когнитивные центры (включающие систему математических
моделей, описывающих объект управления) могут использоваться для
выработки стратегий, поддержки деловых игр, в ходе которых
выясняется, какие варианты ответов на управляющие воздействия
могут быть реализованы оппонентами и как надо будет действовать в
этом случае.
Выбор стратегий разного уровня может осуществляться в центрах
развития (в следующем поколении ситуационных центров), в которых
может происходить согласование интересов различных субъектов,
решающих возникшие проблемы и определяющих контуры желаемого
будущего.
Центры развития в режиме анализа стратегических задач и
выработки стратегий могут существенно изменить социальноэкономическую, научно-техническую, инновационную среду на
различных уровнях и перейти от «ручного управления», «управления на
уровне здравого смысла» к управлению на основе знания и
фундаментальных закономерностей.
Литература:
1. Клаузевиц К. О войне. М.: Эксмо, 2013, 512 с.
2. Люттвак Э.Н. Стратегия. Логика войны и мира. М.-СПб.: Университет
Дмитрия Пожарского, 2015, 392 с.
3. Малинецкий Г.Г., Маненков С.К., Митин Н.А., Шишов В.В. Когнитивный вызов
и информационные технологии // Вестник Российской академии наук. 2011.
Т.81, №8, с.711-716.
4. Социогуманитарные аспекты ситуационных центров развития. / Под ред. В.Е.
Лепского и А.Н. Райкова. − М.: Когито-Центр, 2017. − 416 с.
Г.Г. Малинецкий
СТРАТЕГИЧЕСКОЕ ПЛАНИРОВАНИЕ – деятельность по
целеполаганию, прогнозированию, планированию и
программированию социально-экономического развития страны. В
139
Российской Федерации эта деятельность осуществляется для
страны в целом, субъектов Российской Федерации, муниципальных
образований, отраслей экономики и сфер государственного и
муниципального управления, предприятий и организаций. Она
направлена на обеспечение национальной безопасности
Российской Федерации, решение задач устойчивого социальноэкономического развития, повышение конкурентоспособности
продукции и услуг, рост качества жизни.
В органах власти в результате стратегического планирования
формируется документ стратегического планирования –
документированная информация, разрабатываемая, рассматриваемая и
утверждаемая (одобряемая) органами государственной власти
Российской Федерации, органами государственной власти субъектов
Российской Федерации, органами местного самоуправления и иными
участниками стратегического планирования.
Целеполагание – определение направлений, целей и приоритетов
социально-экономического развития и обеспечения национальной
безопасности Российской Федерации.
Прогнозирование – деятельность участников стратегического
планирования по разработке научно обоснованных представлений о
рисках социально-экономического развития, об угрозах национальной
безопасности Российской Федерации, о направлениях, результатах и
показателях социально-экономического развития Российской
Федерации, субъектов Российской Федерации и муниципальных
образований.
Программирование – деятельность участников стратегического
планирования по разработке и реализации государственных и
муниципальных программ, направленная на достижение целей и
приоритетов социально-экономического развития и обеспечения
национальной безопасности Российской Федерации, содержащихся в
документах стратегического планирования, разрабатываемых в рамках
целеполагания;
Литература.
Федеральный закон Российской Федерации от 28 июня 2014 г. N 172-ФЗ. "О
стратегическом планировании в Российской Федерации".
А.Н.Райков
СУБЪЕКТ ОБЩЕСТВЕННОГО УЧАСТИЯ – «общественность»,
участвующие в подготовке и проведении соответствующих
действий и мероприятий граждане и их объединения.
140
Литература:
1. Нездюров А.Л. Общественное участие – теоретические и практические аспекты /
Технологии общественного участия и межсекторного социального партнерства.
Методическое пособие / под ред. М.Б. Горного. СПб.: Норма, 2013. С. 13-19.
2. Лепский В.Е. Общественное участие в саморазвивающихся полисубъектных
средах / М.: Когито-Центр, 2019. − 141 с.
В.Е. Лепский
СУБЪЕКТНО – ДЕЯТЕЛЬНОСТНЫЙ ПОДХОД. Возрастание роли
субъекта и субъект-субъектных отношений в контексте
неклассической научной рациональности приводит к
необходимости пересмотра доминирования деятельностного
подхода, фактически возникает поляризация научных школ
(особенно в психологии), ориентированных на деятельностный и
субъектно-деятельностный подходы.
Более адекватным специфике неклассической научной
рациональности, на наш взгляд, оказался субъектно-деятельностный
подход. Автором этого подхода является философ и психолог С.Л.
Рубинштейн, который утверждал: «Субъект в своих деяниях, в актах
своей творческой самодеятельности не только обнаруживается и
проявляется; он в них созидается и определяется».
Предложенный подход определил границу между знаково-речевым
и деятельностным подходом к изучению человека. Высказав
кардинальное положение о включении человека в состав бытия,
Рубинштейн считает субъектность наиглавнейшим механизмом этой
включенности. Принцип субъектности неразрывно связан в концепции
Рубинштейна с деятельностным принципом. Деятельность выступает
как один из типов активности субъекта, как способ его отношения к
действительности.
Субъектно-деятельностный подход Рубинштейна был развит в
работах его учеников К.А. Абульхановой-Славской, А.В.
Брушлинского и др.
Базовая роль парадигмы «субъект – субъект» и становление
активных систем, как базового типа объектов исследования, определила
высокую актуальность совместной работы представителей различных
областей знаний: философии, психологии, социологии, политологии,
биологии, кибернетики второго порядка и др.
Литература:
1. Рубинштейн С. Л. Человек и мир. − М.: Наука, 1997.
2. Лепский В.Е. Методологический и философский анализ развития проблематики
управления. − М.: Когито-Центр, 2019. − 340 с.
В.Е. Лепский.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]