Социализация и воспитание ребенка. Учебное пособие

Остановимся подробнее на характеристике основных теоретиче­ских идей, представленных в таблице концепций социализации лич­ности.

Несмотря на некоторое отличие в представлении проблемы со­циальной детерминированности развития личности и её воспитания у различных школ этого направления (начавшего складываться в за­падной науке к концу первого десятилетия XX века), социализация личности трактовалась ими как приспособление личности к существу­ющему образу жизни, к господствующим в обществе экономическим, идеологическим, нравственным нормам, как подготовка к выполне­нию социальных обязанностей в соответствии с принадлежностью к определённому классу и социальной группе.

Важнейшим понятием в концепции социализации у Дж. Дьюи является категория «опыт». Он для него – и цель, и средство обра­зования. По мнению Дж. Дьюи, опыт включает всё переживаемое человеком: ощущения и мысли, невежество и знание, чувства, при­вычки, потребности, интересы, любовь и ненависть… Опыт он счи­тает единственно реальным миром подлинных ценностей. Поэтому социальное становление личности – это не что иное, как постоянная «реконструкция» её опыта. Но при этом, как утверждает Дж. Дьюи, и в материальной, и в познавательной деятельности человек изменяет мир, «делает» его, то есть всегда выступает как активный субъект, сам реконструируя свой опыт. «Природа опыта своеобразно объединяет активный и пассивный элемент. Активно опыт ставится, пассивно он испытывается. Мы воздействуем на предмет, а потом он воздей­ствует на нас. Ценность опыта зависит от соотношения этих элемен­тов. Когда мы испытываем обратное действие на нас нашего опыта – мы учимся»4.

Но, смешивая различные «взаимодействующие элементы» соци­альной жизни – политику и искусство, воспитание и торговлю, рели­гию и промышленность, Дж. Дьюи отрицает не только определяющее значение какого-либо из этих факторов, но и всякую возможность для конкретного человека ориентироваться на реальные общественные отношения, правила морали, религиозные установки. Вхождение лич­ности в жизнь общества в качестве активного субъекта, по Дж. Дьюи, достигается путём постепенного, осуществляемого с детства, шаг за шагом, решения отдельных частных проблем в рамках существующе­го общества. Ведь опыт – это не плавный, спокойный поток событий, а всегда серия неожиданных ситуаций.

3) поиск, отбор, анализ существующих данных, позволяющих уточнить, прояснить проблему;

4) дальнейшая проработка предварительной гипотезы на основе новых данных;

Важным аспектом концепции Дж. Дьюи является ценностная интерпретация опыта. Как и многие философы начала XX века (а не­редко психологи в это время одновременно работали и как философы, впрочем, с особо яркими учёными это происходит и сейчас, ибо грани­цы в науках о человеке порой очень прозрачны), он отстаивал тот факт, что отношение человека к окружающему миру не является только созерцательно-теоретическим и бесстрастным. Будучи в первую оче­редь практическим, оно всегда эмоционально окрашено, несёт в себе печать субъективного предпочтения, включает некую личную оценку. Дж. Дьюи в этой связи утверждает, что между познавательной и оце­ночной деятельностью нет различия, истина и ценность всегда совпада­ют. То, что позволит успешно решать «проблематическую ситуацию», то и является ценным для личности, войдёт в структуру её опыта и ста­нет ориентиром в дальнейшей жизни. Следовательно, любое действие, устраняющее состояние замешательства субъекта, даже в моральной ситуации (а это тоже – «проблематическая ситуация»), заслуживает, согласно Дж. Дьюи, безоговорочного одобрения.

кой подход лишает социальную жизнь человека ориентации на устой­чивую высшую цель, твёрдые моральные принципы, превыше всего ставит овладение технологией самодетерминированного поведения, self-reliance («опоры на самого себя»).

Понятие «успешной» социализации в духе структурно-функци­онального подхода фактически исключает аспект социальной актив­ности индивида, который, даже в рамках этой концепции, отстаивал Дж. Дьюи. Не случайно в качестве основных понятий при характери­стике этого процесса использовались «адаптация», «приспособление» и большое внимание уделялось «конформности» как конечному про­дукту социализации. Эта черта отчётливо проявилась в книге извест­ного немецкого социолога В. Кукартца «Социализация и воспитание», где он пишет: «Всё образование и воспитание в школе может быть по­нято почти исключительно как адаптация к существующему, данному. Поведение, отклоняющееся от нормы и постулируемое в идеологии как автономия, может быть допустимо только в очень узких границах, иначе оно мешает функционированию. Школа как социальный инсти­тут, пока она существует, всегда будет парализовать инициативу и по­давлять оригинальность»6.

зависимости от которых складываются различные социализирующие институты и агенты.

Влиятельные и широко внедрённые в школьную практику раз­витых государств Запада адаптивные модели социализации стали подвергаться критике и пересмотру в конце 1960-х годов. Главной причиной этому послужил в первую очередь мощный взрыв молодёж­ного движения в экономически развитых странах Европы и в США. Возникла потребность в теории социализации, которая позволила бы значительнее усилить социализирующее влияние государства на молодёжь, но была бы эффективнее жестких методов концепции адаптивной социализации.

«Социализируя, индивидуализировать» – вот своеобразная фор­мула Э. Дюркгейма для школьной педагогики. Она означает, что шко­ла должна не только целенаправленно ориентировать своих воспи­танников на определённые социальные нормы и ценности, но и учить их самостоятельным действиям в рамках социально достижимого и возможного. «В какой мере индивид причастен к обществу, в той же мере он естественно перерастает самого себя и тогда, когда он мыслит, и тогда, когда он действует»7.

Дж. Мид рассматривает социальное поведение человека как се­рию импульсивных актов со стороны I и обратной реакции на этот акт со стороны Me. В результате этого диалога I и Me складывается Self как единый образ собственной личности.

В процессе социализации ребёнок не просто «примеряет» и при­сваивает социальные роли, чтобы стать носителем этих ролей, а ин­терпретирует (термин Дж. Мида) реальную социальную ситуацию, так как, принимая роль другого, он приобретает новое отношение к себе. Таким образом, социализирующийся ребёнок, принимая роли, задаваемые ему обществом, усваивает их сам. Его индивидуальность, сосредоточенная в I, побуждает его выступать в качестве активного субъекта социального взаимодействия. Дж. Мид, по существу, дерзнул разработать в теории социализации сферу субъект-субъектных отно­шений, а механизмы субъект-объектных социальных связей и отноше­ний личности выпали из поля его внимания.

тической концепции социализации активно оперируют понятиями: «самоуправление», «самореализация», «самоутверждение», «само­определение», «духовная самоконцентрация», «сопротивленческий потенциал» и др.

Поэтому для теоретиков критической концепции человек – ак­тивный субъект социализации. На первый план в их работах выступа­ет идея о том, что индивид в процессе социализации (по мере личност­ного развития и взросления) не столько приспосабливается к людям и обстоятельствам, сколько стремится к самореализации и самоутверж­дению. Так, немецкий психолог и педагог В. Хайнц считает социализа­цию процессом, в котором человек вступает во взаимодействие с мате­риальной и общественной средой в ходе познавательной деятельности, то есть глубоко осмысливая эти контакты, соотнося их с имеющимися знаниями и опытом.

утверждает, что социальное поведение человека полностью самоде­терминировано, и каждая личность сама себя творит, сама является своеобразным архитектором своего жизненного опыта, а не создаётся окружающим социумом.

Любопытно, что эмпирическая проверка своей теоретической концепции была организована А. Маслоу как биографическое опи­сание 48 человек, которые, по его мнению, состоялись как самоакту­ализирующиеся личности. Среди них немало выдающихся деятелей американской политики, науки и культуры (Т. Джефферсон, А. Лин­кольн, А. Эйнштейн, Б. Франклин, Д. Вашингтон, У. Уитмен и др.). Но обращение к «жизни замечательных людей» не всегда вселяет уве­ренность в своих силах людям обыкновенным. Кроме того, А. Маслоу признаёт, что «самоактуализированные» люди – в реальной жизни да­леко не «цвет человеческой расы»: они нередко эгоистичны и упрямы, тщеславны и замкнуты, капризны и тревожны. Тем не менее А. Маслоу в своих прогнозах совершенного общества делает ставку на самоак­туализацию личности. Поддавшись соблазну предложить миру оче­редную социальную утопию, он рисует жизнь воображаемого остро­ва, где вне всякого социального и культурного влияния извне будет жить своей самодостаточной жизнью «Эупсихея». Здесь люди будут свободно удовлетворять свои основные потребности, здесь никем не будет контролироваться и направляться поведение не только взрос­лых, но и детей, здесь будет царить свобода и ответственность каждо-