Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Политология. В 2 частях. Ч.1. Власть, системы, режимы. Учебное пособие.pdf

Правящим сословием являются философы, поскольку только им доступно
созерцание идей14. Это касается идей «общего блага» и «государства».
Фактически это значит, что в идеальном государстве Платона установлена
власть аристократии, но аристократии духа, а не аристократии крови.
У философов нет семьи и собственности. Они ведут аскетическую жизнь.
Вместе с тем они не заняты трудом и живут за счет тех благ, которые
производят ремесленники и земледельцы. Вторым сословием является сословие
стражников. У стражников также нет семьи и им также не положено владеть
какой-либо собственностью15. Они живут за счет государства. Жизнь их очень
простая. Постоянные тренировки, служба и совместные трапезы. Здесь четко
проявилось влияние спартанских порядков. Вообще, Спарта виделась Платону
как некое приближение к идеалу государства. И в этом смысле утопия Платона
носит консервативный характер. Третьим сословием являются ремесленники
и земледельцы, обладающие собственностью. Но и тут можно говорить скорее
о личной собственности, чем о частной собственности на средства
производства. Ремесленники и земледельцы обязаны содержать стражников
и философов. Платон выступает против семьи в ее обычном, человеческом,
понимании. Он предлагает обобществить женщин и детей16. Дети, по его
мнению, не должны знать ни отца, ни матери (кормлением грудных детей
должны заниматься кормилицы; новорожденных отнимают у матерей
и перемешивают).
14
Идеи философами созерцаются, но не творятся! Идеи у Платона существуют независимо от сознания
человека. Они вечны и неизменны. Философы от всех прочих людей, считает Платон, отличаются тем, что
могут видеть эти вечные и неизменные идеи. Чтобы лучше это понять, можно представить ситуацию, когда два
человека пришли в галерею, на стенах которой один (философ) видит картины, а другой (стражник или
ремесленник) – нет. Но и тот, кто видит картины, не является их творцом. Платоновский философ в этом
отношении сильно отличается от ученого Нового времени, который САМ постоянно что-то изобретает,
открывает и придумывает.
15
О стражниках Платон пишет следующее: «Затем, ни у кого не должно быть такого жилища или кладовой,
куда не имел бы доступ всякий желающий… Им одним не дозволено в нашем государстве пользоваться
золотом и серебром, даже прикасаться к ним, быть с ними под одной крышей, украшаться ими или пить
из золотых или серебряных сосудов… А чуть только заведется у них собственная земля, дома, деньги, как
сейчас же из стражей станут они хозяевами и земледельцами; из союзников остальных граждан сделаются
враждебными им владыками». – См.: Платон. Государство // Соч.: в 4 т. Т 3. Ч. 1 / под общ. ред. А.Ф. Лосева
и В.Ф. Асмуса. СПб., 2007. С. 222.
16
Там же. С. 275.
21

В существовании семьи Платон видит тоже возможный источник
распрей, споров и конфликтов. Известный русский философ А.Ф. Лосев вполне
справедливо сравнил идеальное государство Платона с конезаводом.
Неудивительно, что попытки Платона убедить тирана Сиракуз провести этот
утопический социальный эксперимент закончились неудачей. В государстве
Платона нет серьезных изменений и нет прогресса (идея прогресса вообще
была чужда Античности). И дело не только в том, что идеальное государство
не нуждается в каких-либо улучшениях, но и в том, что, стремясь устранить все
социальные противоречия, Платон устраняет и источник социального развития
общества. Однако было бы ошибкой воспринимать учение Платона
об идеальном государстве просто как бред далекого от реальной жизни
философа-идеалиста. Здесь впервые предпринимается попытка решить
проблему интеграции общества и бесконфликтного сосуществования его
членов друг с другом за счет достижения имущественного равенства
(ликвидации частной собственности). Эта идея и спустя тысячелетия будет
находить своих приверженцев – от Т. Мора и Т. Кампанеллы до Ж.-Ж. Руссо
и К. Маркса.
Аристотель (384–322 до н.э.), будучи учеником Платона, в вопросе
о лучшем государственном устройстве придерживался более умеренных
взглядов. В частности, он выступал против обобществления имущества. Более
того, Аристотель выступал как его защитник, поскольку стремление
к обладанию вещами, считал он, заложено в человеке самой природой.
Аристотель одним из первых высказал мысль, что обобществление имущества
ведет к падению инициативы, трудолюбия и в итоге – к упадку экономики.
Однако на рабов данный вывод не распространялся, поскольку в рабах
он вообще видел скорее орудие, чем способного мыслить человека. Аристотель
выступал как сторонник «средних слоев», видя в них гарантию стабильности
в обществе. Люди среднего достатка для Аристотеля были еще и основой
армии (гоплиты), а следовательно, и гарантией независимости.
Он высказывался за контроль государства над ходом социального расслоения.
22

Формы правления
Власть одного
Власть немногих
Власть большинства
Правильные
Монархия
Аристократия
Полития
Неправильные
Тирания
Олигархия
Демократия
Так же как и Платон, Аристотель предлагал широко использовать
общественные мероприятия (религиозные праздники с жертвоприношениями
и трапезами) для сглаживания возникающих социальных противоречий.
Но благополучие средних слоев во многом должно было обеспечиваться
рабами, которых он рассматривал лишь как говорящее орудие. Господство
сильнейших Аристотель считает установленным Богом порядком. Рабство,
по его мнению, оправдано тем, что «сама природа сотворила людей неравными
по своим способностям». К тому же, считал греческий философ, рабство
отвечает интересам не только рабовладельцев, но и самих рабов, поскольку они
умственно неполноценные существа17, которые ближе к домашней скотине или
диким животным, чем к людям, и будучи умственно неполноценными, рабы
нуждаются в руководстве со стороны рабовладельцев. Кто же является «рабами
по природе»? Варвары. Удел варваров быть рабами греков. «Варвар и раб, –
писал Аристотель, – по природе своей понятия тождественные»18. Греческий
философ призывал охотиться на варваров как на диких животных с целью
обращения их в рабов19. Войну с целью захвата варваров и превращения
их в рабов Аристотель считал справедливой. Таким образом, в сочинениях
Аристотеля мы находим апологию рабовладельческого строя, в основе которой
лежат откровенно расистские взгляды.
Классификация форм правления по Аристотелю
Классификация форм правления у Аристотеля фактически повторяет
таковую у Платона. При правильных формах правления люди, находящиеся
у власти, думают об общем благе, а при неправильных формах – о личном
благе. Критериями данной классификации стали количество людей,
17
Аристотель пишет, что раб по природе тот, кто принадлежит другому и кто «причастен к рассудку в такой
мере, что способен понимать его приказания, но сам рассудком не обладает». – Аристотель. Политика. С. 383.
18
Там же. С. 377.
19
Там же. С. 389.
23

находящихся у власти, и то, чем руководствуются власть держащие.
Соответственно, там, где власть принадлежит одному человеку, существует
монархия или тирания. Там, где правят немногие, – аристократия или
олигархия. Когда же у власти оказывается большинство, то можно говорить
о существовании либо политии, либо демократии. При правильных формах
правления те, кому принадлежит власть, руководствуются интересами общего
блага, а при неправильных формах – узкими, своекорыстными интересами.
Несмотря на всю свою формальность (в реальной жизни и монархи не правят
в одиночку, и при демократии власть не принадлежит всему народу)
и сомнительную пригодность такого критерия, как интересы, которыми
руководствуются правители20, данная классификация была большим шагом
вперед в процессе теоретического осмысления политической жизни. По сути,
это была первая попытка подойти к анализу форм правления с научных
позиций.
Полития – это, в сущности, демократия лишенная своих недостатков (т.е.
абсентеизма, продажи голосов на выборах, уклонения граждан от выполнения
своих обязанностей, склонности к лести и увещеваниям демагогов и т.д.).
В политии власть принадлежит гражданам – воинам, вооруженным за свой
собственный счет. В идеале, считал Аристотель, государство должно быть
небольшим, чтобы граждане хорошо знали друг друга. Будучи учителем
Александра Македонского, создателя первой эллинистической империи,
Аристотель все еще хранил верность полисным идеалам и расовым
предрассудкам21.
Учение Аристотеля обосновывало власть аристократии при наличии
демократических форм управления. Участие народа в управлении он допускал
со множеством оговорок. Свободные по рождению, но не обладающие
богатством и добродетелями не должны были допускаться к занятию высших
20
Древнегреческие тираны очень часто принимали законы, которые объективно были направлены против
аристократии, но отражали интересы простых граждан полиса.
21
Александр Македонский явно не страдал расистскими предрассудками своего учителя, что существенно
облегчило ему создание своей империи.
24

должностей. Аристотель высказывал сомнения в возможности человека
заниматься политикой и участвовать в управлении, если он занят физическим
трудом (физический труд им презирался как удел рабов). Вместе с тем
Аристотель первым упоминает «естественное право» (право частной
собственности, право на обладание рабами и т.д.), которое он ставил выше всех
законов. Концепция «естественного права» окажется востребованной спустя
две тысячи лет.
В Древнем Риме вопрос о лучшей форме правления был решен Марком
Туллием Цицероном (106–43 гг. до н.э.). В трактате «О государстве» он, следуя
за Аристотелем, перечисляет основные формы правления (монархия,
аристократия и демократия). Ни одну из них он не считает совершенной.
Главным недостатком ему видится то, что взятые в отдельности эти формы
неустойчивы и могут легко вырождаться в соответствующую извращенную
форму. От этого недостатка избавлена лишь некая четвертая форма,
включающая элементы трех основных. То есть как в Древнем Риме. Власть
должна быть организована так, чтобы «в государстве было нечто выдающееся
и царственное, чтобы некая часть власти была уделена и вручена авторитету
первенствующих людей, а некоторые дела были предоставлены суждению
народа». Идеалом ему виделась Римская республика, где наряду с сенатом
и выборными лицами (магистраты) есть очень сильный влиятельный
аристократ-реформатор, человек выдающихся личных достоинств, вроде
Сципиона или Эмилия Павла. Тема «выдающейся личности» у Цицерона
не случайна и является реакцией на современную ему политическую
действительность (диктатура Суллы, триумвират, борьба Цезаря и Помпея).
Политическим идеалом Цицерона была сенатская республика, т.е. формальная
демократия, в которой реальная власть принадлежит аристократам (сенаторы),
среди которых есть яркая личность (таковым можно считать и самого
Цицерона). Реальность Римской империи оказалась очень близка к идеалу
Цицерона, с той существенной разницей, что в империи вся реальная власть
25

оказалась сосредоточена в руках «выдающейся личности» (императора), а сенат
стал играть второстепенную роль.
Политическая мысль европейского Средневековья находилась под
сильным влиянием христианства. Если в Античности главным вопросом был
вопрос о лучшей форме правления, то в Средневековье таковым был
вопрос о соотношении светской и церковной власти в государстве.
Отношения церкви и государства складывались непросто. Попытки
императоров «встроить» церковь в бюрократический аппарат наталкивались
на сопротивление епископов, отстаивающих свою автономию. В христианской
церкви правители видели институт, выполняющий функции социального
контроля и легитимации власти. Церковь привлекала их внимание и как
организация, проповедующая смирение и покорность. С другой стороны,
церковь была заинтересована в союзе с государством в борьбе с язычниками
и еретиками. Не случайно главным вопросом, на который надо было дать ответ,
был вопрос о принципах, на которых должны строиться отношения церкви
со светской властью. Необходимо было также найти оправдание
существующему социальному строю сквозь призму нового вероучения. Почему
существует рабство? Почему церковь не борется с социальным расслоением
на богатых и бедных, если сказано, что «удобнее верблюду пройти сквозь
игольные уши, нежели богатому войти в Царствие Божие»22? Наиболее четкие
ответы на эти волнующие современников социально-политические вопросы дал
один из отцов церкви Аврелий Августин (354–430), прозванный Августином
Блаженным.
Аврелий Августин прямо требовал от рабов повиновения своим господам
и в своих сочинениях подчеркивал, что «церковь должна заботиться не о том,
чтобы сделать рабов свободными, но чтобы сделать их добрыми»23. В отличие
от Аристотеля, считавшего, что некоторые люди (варвары) могут быть рабами
«по природе» (т.е. в силу своей умственной неполноценности), Августин
22
Лука. 18:25.
23
Аврелий Августин. Исповедь // Лабиринты души. Симферополь, 1998. С. 10.
26

полагал, что первой причиной рабства является грех. Он писал, что «грех –
первая причина рабства, и это бывает не иначе как по суду Божьему, у которого
нет неправды»24. Но если в первом случае раб своими талантами и умом еще
мог поставить под сомнение справедливость утверждений философа,
то возразить Августину было нечего, поскольку безгрешных людей
не существует. Схожим образом епископ Гиппонский подходит и к проблеме
социального расслоения на богатых и бедных. Он считал, что Господь сотворил
богатых, чтобы те помогали бедным, а бедных, чтобы те могли испытать
богатых. Таким образом, оправдывалось социальное неравенство
и рабовладельческий строй. Аврелий Августин полагал, что государство может
получить свое оправдание, только основываясь на христианских заповедях.
В сочинении «О граде Божьем» он говорит о существовании двух градов:
земного (государство) и небесного (церковь). Основателем земного града
(Римского государства), по его мнению, был братоубийца Ромул, которому
соответствует библейский Каин. Град земной, считает Августин, держится
на насилии. «При отсутствии справедливости, – писал Августин, – что такое
государство, как не большие разбойничьи шайки, также как и самые
разбойничьи шайки, что такое, как не государства в миниатюре»25.
Следовательно, только церковь может морально оправдать существование
государства. Естественно, что, по мнению Августина, земные правители стоят
ниже священников и должны рассматриваться как их помощники. Августин
был ярым сторонником использования государства в борьбе с язычниками
и еретиками. «Как же могут цари, – писал Августин, – служить Господу
в страхе иначе, как воспрещая и карая в благочестивой строгости то, что
противоречит велениям Господа»26. Вместе с тем необходимо было определить
и границы, в рамках которых государство может рассчитывать на поддержку
церкви. Известно изречение апостола Павла, что «всякая душа да будет покорна
высшим властям, ибо нет власти не от Бога» (Рим. 13:1), вызывало много
вопросов. Естественно, что оно нуждалось в комментариях и разъяснениях.
24
Цит. по: История политических и правовых учений: учебник / под ред. О.Э. Лейста. М., 1997. С. 78.
25
Там же. С. 76.
26
Там же. С. 77.
27

Иоанн Златоуст (345–407) объяснял, что Богом дан лишь общий принцип
власти. Позже Фома Аквинский (1225–1274), используя такие понятия
аристотелевской философии как «сущность» и «форма», разъяснит, что
высказывание апостола Павла надо понимать как указание на то, что от Бога
берет начало лишь сущность власти, тогда как безбожное правление отдельного
государя, превратившегося из монарха в тирана, может быть результатом
сделки с дьяволом. Вопрос о том, является ли данный правитель-тиран Божьей
карой за грехи или же он просто сам отошел от Бога, должен был решаться
церковью. А от ответа на этот вопрос зависела реакция людей. При признании
тирана в качестве Божьей кары его правление надлежало терпеть
с христианским смирением, а в случае признания его богоотступником
подданные имели право и даже были обязаны свергнуть тирана. Но сделать это
они могут не раньше, чем получат благословение церкви. Обращение Фомы
Аквинского к этому вопросу было весьма своевременным, поскольку в то время
на территории Северной Италии, Фландрии, Южной Франции развернулась
борьба городов-коммун против сеньоров, а усиление королевской власти
в некоторых странах (Франция) вызывало сопротивление феодалов.
Светская власть (императоры, короли) в вопросах легитимации
не полагалась только на церковь. Ей необходимо было отстаивать свое право
на полный суверенитет и свободу в вопросах внутренней политики. Ссылаясь
на слова Христа о том, что «Царство Мое не от мира сего» (Иоанн. 18:36)
светские правители отвергали притязания церкви и защищались от властных
амбиций римских пап. Королевская власть мыслилась людьми как власть,
данная Богом. Христианский монарх рассматривался как помазанник Божий.
Несмотря на то, что в конечном счете победа досталась королевской власти
и церкви пришлось не только умерить свои притязания, но и признать право
ряда правителей самим назначать епископов, взаимная заинтересованность
друг в друге была очень сильной, что обеспечивало достаточно прочный союз
между католической церковью и светскими правителями в эпоху
Средневековья.
28

Политическая мысль эпохи Возрождения по большей части была
сконцентрирована на личности правителя. В определенном смысле, это
было развитием общих философских идей данной эпохи, переосмыслявшей
роль и место человека в мире, акцентировавшей внимание на его
творческом начале. В эпоху Возрождения политическая мысль начинает
постепенно освобождаться от влияния церкви. Это привело к тому, что
социально-политические процессы начинают все чаще объясняться
естественными причинами (политическими, экономическими,
психологическими) без ссылок на волю Бога. Самой яркой фигурой среди
гуманистов, писавших политические трактаты, был Никколо Макиавелли (1469–
1527)27. Макиавелли враждебно относился к дворянству, считая это сословие
паразитическим, ведущим праздный образ жизни. Он также враждебно
относится к католической церкви и папской курии. Причины негативного
отношения к церкви заключались в том, что папы, по мнению Макиавелли,
мешают политическому объединению Италии. К тому же флорентийского
секретаря не устраивал христианский идеал человека (смиренный, кроткий,
лишенный честолюбия). С такими людьми, считал Макиавелли, великих дел
не совершишь и Италию не объединишь. Религия виделась ему лишь
необходимым утешением для низов. Церковь, по его мнению, должна быть
подчинена светской власти. Симпатии Макиавелли были на стороне народа
(popolo), под которым он понимал зажиточные городские слои (торговопромышленную верхушку), а вовсе не плебс (plebe). Социальные низы
не вызывали у него симпатии, и он советовал держать их в узде. Макиавелли –
сторонник республиканского строя со смешной формой правления (в духе
Цицерона). Но поскольку он видел невозможность объединения Италии
на республиканских началах, то все надежды возлагал на сильного государя,
27
Писатель, историк, поэт и политик Никколо Макиавелли был родом из семьи флорентийского юриста. После
смерти Савонаролы Макиавелли был секретарем комиссии Десяти (правительства Флорентийской Республики).
Выполнял дипломатические поручения. Главный политический труд Макиавелли, «Государь», впервые был
издан уже после смерти автора и вскоре был внесен в Индекс запрещенных книг (с 1559 г.). Современники
характеризовали Макиавелли как циничного, озлобленного на людей, беспринципного, не имеющего друзей
эгоиста, как человека умного, но презираемого. – См.: Лосев А.Ф. Эстетика Возрождения. Исторический смысл
эстетики Возрождения. М., 1998. С. 574.
29

способного осуществить его мечту. Идею объединения подсказывала сама
политическая реальность той эпохи (объединение Испании при Фердинанде
Арагонском и Изабелле Кастильской; объединение Франции после окончания
Столетней войны). Будущее было явно за объединенными государствами, что
и подтверждали успехи Франции и Испании, для которых Италия в конце XV –
начале XVI в. стала полем битвы за гегемонию в Западной Европе
(Итальянские войны). На роль объединителя Италии, по Макиавелли, мог
претендовать Цезарь Борджиа – сын римского папы Александра VI, герцог
Романьи28. Идеалом государя он видит льва с умом и хитростью лисы. Из этой
лисьей хитрости следует, что «разумный правитель не может и не должен
оставаться верным своему обещанию, если это вредит его интересам»29.
«А благовидный предлог, – продолжает Макиавелли, – всегда найдется»30.
Советы, которые Макиавелли дает государю, вытекают из его видения
человеческой природы. Человек по природе – это эгоист, которым движет
интерес (преимущественно экономический). Государю флорентийский
секретарь советует воздерживаться от посягательств на чужое добро, поскольку
«люди скорее простят смерть отца, чем потерю имущества»31. Он замечает, что
посягательства на частную собственность ведут к восстаниям. Вопросы чести
и достоинства, считает Макиавелли, также часто связанны с заботой
о сохранении имущества и денег. В целом же люди, по Макиавелли,
неблагодарны, непостоянны, лицемерны, лживы, алчны, вечно недовольны,
подозрительны и честолюбивы32. Макиавелли не верил в искреннюю доброту
людей и в возможность их исправления, считая это делом невозможным.
Государь, по его мнению, должен уметь использовать не только человеческие
28
Цезаря Борджиа Макиавелли считал чуть ли не идеальным правителем при том, что в плане аморализма ему
почти не было равных (убил своего родного брата, убил двоюродного брата (кардинала!), убил мужа сестры,
с которой сам жил и от которой имел ребенка; на его счету было множество убитых епископов и кардиналов).
Для Макиавелли же этот человек был велик хотя бы в том, что для достижения своей цели не останавливался
ни перед чем. Собственно в этом и состоит сущность так называемого макиавеллизма (цель оправдывает
средства).
29
Макиавелли Н. Государь. Гл. XVIII // Соч. СПб., 1998.
30
Там же.
31
Там же. Гл. XVII.
32
Там же.
30
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
