Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Обязательственное право. Учебное пособие
.pdf
3.2. Принципы исполнения обязательств
а во втором — нет (ст. 313 ГК РФ), что, в принципе, подпадает под
режим законного представительства.
Возможность переадресации исполнения третьему лицу предусмотрена в ст. 312 ГК РФ. Она имеет место, когда кредитор дает право на принятие исполнения третьему лицу и указывает должнику на это лицо.
Правовое положение в обязательстве лица, которому переадресовано исполнение, как отмечалось, соответствует положению представителя кредитора, а документ, оформляющий переадресовку, должен
содержать все реквизиты доверенности (ст. 185 ГК РФ). При этом
обратим внимание, что в ст. 312 ГК РФ появилась норма (п. 2), которая, с одной стороны, подтверждает наш вывод о природе правового
положения третьего лица при переадресовке, но, с другой стороны,
может значительно осложнить оборот: «Если представитель кредитора дей-
ствует на основании полномочий, содержащихся в документе, который совершен в простой письменной форме, должник вправе не исполнять обязательство
данному представителю до получения подтверждения его полномочий от представляемого, в частности, до предъявления представителем доверенности, удостоверенной нотариально, за исключением случаев, указанных в законе, либо
когда письменное полномочие было представлено кредитором непосредственно должнику (п. 3 ст. 185 ГК РФ) или когда полномочия представителя кредитора
содержатся в договоре между кредитором и должником (п. 4 ст. 185 ГК РФ)».
Отметим непростую судьбу данной нормы: из текста законопроекта
об изменении ГК РФ к первому чтению ее исключили, но она все-таки
появилась. Проблема в ее применении заключается в том, что не ясно
императивная она или диспозитивная, между тем, риск состоит в том,
что должник может требовать от третьего лица, в пользу которого была
переадресовка (например, выдана отгрузочная разнарядка), нотариальной доверенности, в том числе на своих работников, ссылаясь на
специальный характер данной нормы.
В законе предусмотрен ряд договоров, которые предполагают исполнение так называемому третьему лицу, не являющееся переадресовкой. К сожалению, многие из них в литературе необоснованно отнесены к договорам в пользу третьих лиц. Ошибочность такого подхода проявляется при анализе договора как обязательства, а не как сделки. Договор-сделка, не имеющий пороков действительности, породив
обязательство, для дальнейшего его развития значения уже не имеет,
и в этом смысле справедливо полагать, что исполненный договор не
может быть расторгнут. В качестве примера неудачной квалификации
подобных отношений приведем следующее дело, рассмотренное Федеральным арбитражным судом Уральского округа.
51
Глава 3. Исполнение обязательств
Между продавцом и покупателем был заключен договор купли-продажи, по
условиям которого покупатель должен был часть суммы, причитающейся
в оплату за имущество, перечислить продавцу, часть — в городской бюджет.
В связи с несвоевременным исполнением покупателем своих обязательств
по оплате, администрация города обратилась в суд с иском о взыскании с покупателя обусловленной договором неустойки. Отказывая в иске, суд указал,
что в силу ст. ст. 307, 308, п. 1 ст. 420, 430 ГК РФ правоотношения, возникающие из договора, порождают права и обязанности только для сторон этого
договора. Лицо, в пользу которого заключен договор, не становится стороной договора, не приобретает права требования надлежащего исполнения
договора и применения последствий такого исполнения. При этом администрация не является стороной договора купли-продажи, а является лишь получателем денежных средств по нему (постановление ФАС Уральского округа
от 28 февраля 2007 г. № Ф09–982/07-С6).
На самом деле суд подменяет понятие договора как обязательства
понятием договора как сделки. Хотя администрация не участвовала
в заключении договора, это не означает, что она не может быть стороной в обязательстве. Другое дело, что суду следовало выяснить, на
основании какого юридического факта администрация стала участником этого обязательства (было ли соответствующее волеизъявление).
Таким образом, если в пользу так называемого третьего лица должно быть
произведено исполнение и такое исполнение не осуществляется вследствие его переадресовки, данное лицо следует признавать кредитором.
Такое понимание правового положения выгодоприобретателя
вполне соотносится с понятием обязательства, закрепленным в ст. 307
ГК РФ1.
Случаи исполнения обязательства третьим лицом.
1.Возложение должником исполнения обязательства на третье лицо.
Из п. 1 ст. 313 ГК РФ следует , по сути, обязанность кредитора принять
исполнение от третьего лица, возложенное должником, если только обязанность должника лично произвести исполнение прямо не вытекает из
закона, иного правового акта, условий обязательства или его существа.
В литературе указывается на то, что при возложении третье лицо,
исполняющее за должника его обязательство или отдельные составля-
1
Кстати, сам термин «выгодоприобретатель» используется в ГК РФ лишь в от-
ношении договоров страхования и доверительного управления имуществом.
52
3.2. Принципы исполнения обязательств
ющие его обязанности, не может рассматриваться в качестве дополнительного должника. Кредитор не вступает с ним ни в какие правоотношения, и обязанным лицом перед ним остается первоначальный
должник, полностью отвечающий перед кредитором за надлежащее
исполнение всех лежащих на нем обязанностей, в том числе за их неисполнение или ненадлежащее исполнение привлеченными им третьими лицами (ст. 403 ГК РФ)
Возложение — волеизъявление (по сути, сделка) должника на то, что обязательство будет исполнено не им, а другим лицом.
1
.
В принципе, кредитору все равно, кто исполнит ему обязательство,
не носящее личного характера. Между тем, на практике может возникнуть проблема отнесения исполнения, полученного кредитором
от третьего лица, но без указания, за кого оно было произведено. Как
кредитор узнает о том, было ли возложение исполнения? Если в документе (например, платежном получении) такой отметки не будет,
переданное кредитору может быть расценено как неосновательное
обогащение. Кроме того, есть риск того, что некое лицо произвольно
произведет оплату кредитору за должника с соответствующим указанием. Есть ли основания истребования неосновательного обогащения
с добросовестного кредитора? Полагаю, что в данной ситуации можно
применить норму п. 4 ст. 1109 ГК РФ: не подлежат возврату денежные сум-
мы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях
благотворительности. Обязательства между ними не существовало.
Таким образом, полагаю, что должен сохраниться подход, выработанный в практике Высшего Арбитражного Суда РФ, состоявший
в том, что кредитор тут ни при каких случаях «не страдает», если третье
лицо в платежном поручении прямо указало, что платит за должника.
Между тем ст. 313 ГК РФ, регулирующая исполнение обязательства
не должником, а третьим лицом, претерпела значительные изменения,
касающиеся ситуации, когда возложение отсутствовало. Отныне допу-
скается обязанность кредитора принять исполнение, если должник не
возлагал исполнение обязательства на третье лицо, предложенное за
1
Гражданское право: В 4 т. Обязательственное право / Отв. ред. Е.А. Суханов.
М., 2008. Т. 3 // URL: htpp://www.consultant.ru
53
Глава 3. Исполнение обязательств
должника таким третьим лицом, в следующих случаях: 1) должником
допущена просрочка исполнения денежного обязательства; 2) такое
третье лицо подвергается опасности утратить свое право на имущество
должника вследствие обращения взыскания на это имущество.
Если правило, закрепленное во пп. 2 п. 2 ст. 313 ГК РФ, повторяет
прежнюю редакцию, то норма первого подпункта весьма знаменательна. Теперь некому постороннему лицу достаточно дождаться просрочки кредитора или просто-напросто «найти» уже просроченное обязательство, исполнить его, и к этому лицу (условному рейдеру) переходит право требования, причем безо всякого согласия должника.
Как видим, правила регулирования взаимоотношений между третьим лицом, исполнившим обязательство, и должником кардинально изменились. В самом деле, важным представляется вопрос не об
обязанности кредитора принять предложенное третьим лицом исполнение за должника, а о допустимости суброгации. Дело в том, что со-
гласно п. 5 ст. 313 ГК РФ к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству. Если
возложения не было и третье лицо вмешалось в отношения должника и кредитора произвольно, вряд ли можно говорить об оправданности суброгации, из чего и исходила ранее практика Высшего
Арбитражного Суда РФ. Теперь после начала просрочки считается
правомерным погашение долга любым третьим лицом без согласия
кредитора, что влечет переход права требования к должнику. Решать
данную проблему, по-видимому, придется лишь путем обращения
к ст. 10 ГК РФ.
Еще одной новеллой является правило п. 6 ст. 313 ГК РФ, согласно которому если третье лицо исполнило обязанность должника, не
являющуюся денежной, оно несет перед кредитором установленную
для данного обязательства ответственность за недостатки исполнения
вместо должника. Возникает вполне резонный вопрос, не противоречит ли данное правило императивному запрету возлагать обязанности
на лиц, не являющихся сторонами обязательства (п. 3 ст. 308 ГК РФ)?
Полагаю, что ответ на этот вопрос должен быть положительным. Иначе сам факт передачи вещи не должником, а третьим лицом (по сути,
посыльным, выполняющим не юридические, а фактические действия)
превращают его в дополнительного должника (причем, по-видимому,
солидарного, если объектом обязательства является индивидуальноопределенная вещь). Пункт 6 ст. 313 противоречит ст. 403 ГК РФ. Возможно, что применять его можно только на случай исполнения третьим лицом обязательства должника без возложения.
54
3.2. Принципы исполнения обязательств
Наконец, исполнение обязательства третьим лицом без возложе-
ния, когда ему должно быть «компенсировано» исполнение, допускается
нормами гл. 50 ГК РФ (действие в чужом интересе без поручения).
Отличие от норм ст. 313 ГК РФ здесь имеет место не переход права
кредитора, а возмещение заинтересованным лицом (то есть должником) необходимых расходов и иного реального ущерба, понесенные
лицом, действовавшим в чужом интересе (ст. 984 ГК РФ). Условия,
когда допускается такое возмещение весьма жесткие: действия без по-
ручения, иного указания или заранее обещанного согласия заинтересованного
лица в целях предотвращения вреда его личности или имуществу, исполнения
его обязательства или в его иных непротивоправных интересах (действия в чужом интересе) должны совершаться исходя из очевидной выгоды или пользы
и действительных или вероятных намерений заинтересованного лица и с необходимой по обстоятельствам дела заботливостью и осмотрительностью (п. 1
ст. 980 ГК РФ) (постановление Восемнадцатого арбитражного апел-
ляционного суда от 28 октября 2013 г. № 18АП-9805/2013 по делу №
А34–872/2013 ).
Итак, следует заметить, что, по сути, как и третье лицо, получающее исполнение вследствие переадресовки, третье лицо, на которое
возложено исполнение обязательства, выступает в качестве представителя должника. Однако в первом случае в силу правила ст. 312 ГК
РФ полномочия должны быть оформлены, а при «возложении» (ст. 313
ГК РФ) никакого оформления не требует.
Положение лица, на которое возложено исполнение обязательства, по
отношению к кредитору соответствует правовому положению законного
представительства.
Предмет исполнения обязательства. Обязательство ценно тогда,
когда исполнение удовлетворяет соответствующую потребность кредитора. Это следует из содержания п. 1 ст. 307 ГК РФ, в котором установлена обязанность должника произвести соответствующее действие
именно в пользу кредитора.
Предмет обязательства при этом должен соответствовать определенным количественным и качественным характеристикам. Количество товара может быть определено путем подсчета экземпляров, веса,
длины и т.п. Вряд ли категория количества применима к таким объектам как работы и услуги. Более актуальна проблема определения надлежащего качества, которая является общей для всех договоров.
55
Глава 3. Исполнение обязательств
Качество — отражает внутренние свойства объекта. Применительно к сложным объектам обязательства можно говорить, что количество
становится качественной характеристикой. Так, например, несколько
взаимосвязанных медицинских вмешательств становятся единой медицинской услугой, системная совокупность вещей образует имущественный комплекс.
С точки зрения права качество следует понимать не только как совокупность свойств, но и как их меру. В ГК РФ имеется ряд специальных статей о качестве:
ст. 469 предусмотрена обязанность продавца передать покупателю товар,
соответствующий либо обычному назначению, либо конкретным
целям покупателя, либо образцу (описанию), либо обязательным
требованиям.
ст. 542 указано на необходимость соответствия качества подаваемой
энергии обязательным требованиям, установленным в соответствии с законодательством или предусмотренным договором энергоснабжения.
ст. 721 устанавливаются требования к качеству работы и ее результату.
Требования к качеству предмета договора купли-продажи и результату подрядных работ практически идентичны, так как и тот, и другой
представляют собой вещь. Сводятся эти правила к следующему: результат должен соответствовать договору, в том числе в случае повышения
критериев по сравнению с обычными (и, наверное, обязательными);
обязательным нормативным требованиям; при их отсутствии правовым
обычаям (причем независимо от предпринимательского их характера).
Специальные нормы о качестве товара содержат: Закон РФ от 7 февраля 1992 г. № 2300–1 «О защите прав потребителей» (ст. 4), Федеральный закон от 30 декабря 2008 г. № 307-ФЗ «Об аудиторской деятельности» (ст. 10) . Так, в Федеральном законе от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ
«Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» упоминается о качестве медицинской помощи (ст. 10)., в Федеральном законе от 2 января 2000 г. № 29-ФЗ «О качестве и безопасности пищевых
продуктов» дано определение понятия «качество пищевых продуктов».
Л.В. Андреева, разграничивая понятия качества и безопасности,
верно отмечает, что «именно договор является основным регулятором
качества производимых товаров»1. Требования к безопасности товаров,
1
Андреева Л.В. Правовые средства обеспечения качества и безопасности това-
ров // Коммерческое право. 2010. № 1. С. 6–12.
56
3.2. Принципы исполнения обязательств
работ и услуг устанавливает Федеральный закон «О техническом регулировании» 1. На публично-правовом уровне устанавливаются и меры ответственности за нарушение требований к безопасности. Соответственно, качество остается на уровне договорного регулирования и обычаев.
Качество пищевых продуктов — совокупность характеристик пищевых
продуктов, способных удовлетворять потребности человека в пище при
обычных условиях их использования ( ст. 1 ФЗ «О качестве и безопасности пищевых продуктов»).
Статья 128 ГК РФ предусматривает разные виды объектов гражданских
прав, которые соответственно могут быть объектами обязательства. Системный анализ норм ГК РФ и соответствующих доктринальных положений позволяет судить, что категория «качество» относится только к таким
объектам гражданских прав, как вещи, работы и услуги. Сразу оговоримся,
несмотря на то, что последней редакции ст. 128 ГК РФ такие объекты, как
работы и услуги, «переименованы» в «результат работ» и «оказание услуг»,
принципиально ничего не изменилось. Работы и услуги как полезная деятельность, отличающиеся наличием отделяемого от этой деятельности
овеществленного результата, безусловно, остались таковыми объектами.
Требования о качестве распространяются на объекты гражданских прав
только в том случае, если они имеют форму товара.
Именно поэтому категория «качество» в гражданском праве проявляется только в договорных обязательственных правоотношениях. Это
договоры о передаче имущества в собственность, временное владение
и пользование, выполнение работ и оказание услуг.
Следует различать требования к овеществленным и неовеществлен-
ным объектам обязательства.
Существенный недостаток овеществленного объекта обязательства — недостаток, который полностью лишает кредитора возможности пользоваться
таким объектом по назначению.
1
На смену ГОСТам, ОСТам, СНиПам, СанПиНам и т.д., зачастую устаревшим
и противоречащим друг другу, действующему законодательству, пришла двухуровневая система технических регламентов, обязательных для исполнения, и национальных стандартов, для которых предусмотрено добровольное исполнение.
57
Глава 3. Исполнение обязательств
Признаки таких недостатков названы в ст. 475 ГК РФ, которая применима и к иным договорам, в которых в качестве объектов выступают
вещи: аренды, ссуды, дарения, ренты, займа.
Если предметом исполнения является вещь, важным является
проверить надлежащее качество при ее приемке. Стороны обязаны
проверять качество товара только в случае, когда такая обязанность
предусмотрена законом, иными правовыми актами, государственными стандартами или договором. Ранее в отношении договора поставки
действовали специальные подзаконные акты: Инструкция о порядке
приемки продукции производственно-технического назначения и товаров народного потребления по качеству, утвержденная постановлением № П-7 Госарбитража СССР от 25 апреля 1966 г., которая согласно
п. 15 постановления Пленума ВАС РФ от 22 октября 1997 г. № 18 «О
некоторых вопросах, связанных с применением положений Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре поставки» применяется, если это предусмотрено в договоре, и, по сути, выступает в роли
делового обыкновения.
Качество товаров (работ, услуг) в установленных случаях должно
подтверждаться соответствующими сертификатами или декларациями соответствия под страхом административной ответственности
(ст. 14.44, 14.45 КоАП РФ).
Нематериальные объекты гражданских прав — работы и услуги, а также
имущественные права и результаты интеллектуальной деятельности.
Распространяются ли требования о качестве на данные объекты?
Говорить о требовании к качеству объектов интеллектуальной собственности нет оснований. Согласно п. 1 ст. 1259 ГК РФ объектами
авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства
независимо от достоинств и назначения. Хотя стороны договора авторского заказа (ст. 1288 ГК РФ) могут закрепить параметры создаваемого произведения, которые в первую очередь будут касаться его формы
и стилистики, но не всех нюансов содержания. Риск того, что исключительное право на произведение не даст положительного экономического результата, лежит на заказчике. Ю.А. Кузнецова обосновывает возможность предъявления приобретателем экземпляра таких результатов
творческой деятельности, как программы для ЭВМ или базы данных,
соответствующих требований к качеству этого экземпляра, поскольку
соответствующий договор подлежит квалификации как смешанный,
58
3.2. Принципы исполнения обязательств
включающий элементы не только договора по распоряжению исключительным правом на данные результаты творческой деятельности, но
и договора купли-продажи материального носителя информации1.
Как известно, законодатель предусматривает возможность отчуждения по договору и имущественных прав (например, п. 4 ст. 454 ГК РФ).
Согласно ст. 128 ГК РФ они признаются объектами гражданских прав,
хотя ни в законе, ни в гражданско-правовой литературе четких критериев отнесения субъективных прав именно к имущественным не выделено. Следует оговориться, что имущественными правами являются:
• субъективные права, которые дают возможность владеть, поль-
зоваться или распоряжаться вещью (вещные права);
• права, которые позволяют несобственнику присвоить у опреде-
ленного лица вещь или пользоваться ею (права требования);
• исключительные права.
Очевидно, что только два последних могут выступать в качестве то-
вара, первые — по договору цессии
2
, вторые — по договору уступки
исключительного права или лицензионному договору. Ответ на вопрос, возможно ли применение к ним требований о качестве, должен
быть отрицательным. Согласно ст. 390 ГК РФ кредитор отвечает лишь
за действительность, но не за исполнимость уступаемого требования.
Исключительное право связано с объектом интеллектуальной собственности, достоинства которого не имеют значения.
Говоря о договорах подрядного типа, укажем, что законодатель различает требования к самой работе и ее результату: в первом предложении п. 1 ст. 721 ГК РФ говорится о качестве выполненной подрядчиком работы, а во втором предложении — о свойствах ее результата.
Определение качества работы и услуги как деятельности («услуга» в широком смысле, п. 2 ст. 1 ГК РФ). Дальнейшее их разделение
в ст. 128 ГК РФ не принципиально, так как нормы о подряде субсидиарно применяются к возмездному оказанию услуг (п. 2 ст. 779 ГК РФ)3.
1
Кузнецова Ю.А. Условие о качестве в гражданско-правовых договорах: Дис….
канд.юрид.наук. М., 2015. С. 9.
2
Как отмечает Ю.А. Кузнецова, в ст. 1031, 1032, 1034 ГК РФ неоднократно упоминается об обеспечении пользователем качества именно товаров (работ, услуг),
производимых (выполняемых, оказываемых) на основании договора коммерческой концессии. Очевидно, что здесь речь идет о договорах купли-продажи, мены,
подряда, возмездного оказания услуг (Кузнецова Ю.А. Указ. соч. С. 23–24). К договорам возмездного оказания услуг субсидиарно применяются нормы о подряде,
в том числе и относительно качества (п. 2 ст. 779 ГК РФ).
3
Заметим, что в ГК РФ применительно к такому договору на оказание услуг,
как хранение, качество упоминается. Так, в соответствии с п. 3 ст. 902 ГК РФ уста-
59
Глава 3. Исполнение обязательств
Ю.А. Кузнецова видит целесообразным распространение требований о качестве работ именно как деятельности на проектно-изыскательские, научные, опытно-конструкторские и технологические
работы (§ 4 гл. 37 и гл. 38 ГК РФ), ответственность за ненадлежащее
исполнение которых установлена в ст. 761, 777 ГК РФ. Действительно,
убытки могут быть весьма значительными, если строительство будет
осуществлено по некачественному проекту или результату изысканий, но не следует требования о качестве таких работ связывать только
с их результатом. Несмотря на то, что техническая или подобная документация как результат соответствующих работ не является вещью,
она содержит информацию, значение которой проявляется лишь при
исполнении другого договора — договора строительного подряда, то
есть сама по себе экономической ценности вне него не имеет. Данный
вывод применим и к результатам НИОКР, которые тоже, как правило,
представляют собой информацию, закрепленную в соответствующей
документации, и которая будет использована заказчиком в своей хозяйственной деятельности и также может принести ему убытки вследствие ненадлежащего качества
1
.
Критерии качества проектной и изыскательской работы, а также научно-исследовательских, опытно-конструкторских и технологических работ следует
связывать в первую очередь с самой работой, а не ее результатом.
В этом смысле подходы к определению критериев любых работ
должны быть примерно одинаковы с критериями качества услуг.
Говоря о критериях качества услуги как неовеществленного объекта
обязательства, можно называть следующие факторы, которые будут
способствовать надлежащему исполнению обязательства по оказанию
услуг:
• установление требований к исполнителю (лицензирование, ак-
кредитация, страхование ответственности и др.);
новлено, что в случае, когда в результате повреждения, за которое хранитель отвечает, качество вещи изменилось настолько, что она не может быть использована по
первоначальному назначению, поклажедатель вправе от нее отказаться и потребовать от хранителя возмещения стоимости этой вещи, а также других убытков, если
иное не предусмотрено законом или договором хранения. Однако, как видим, как
и в купле-продаже, требование о качестве здесь отнесено к вещи, но не к услуге
хранителя.
1
Кузнецова Ю.А. Указ. соч. С. 25.
60
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]