Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Обязательственное право. Учебное пособие
.pdf
2.3. Объект обязательства
ученый сделал вывод, с которым трудно не согласиться и который
вполне соотносится с нашими представлениями об экономической
сущности обязательства. В.А. Белов пишет: «Понятие объекта в праве
и правоотношении (правового объекта) — не онтологическое и даже
не гносеологическое, но чисто функциональное… Невозможно игнорировать тот факт, что содержание всех без исключения прав и обязанностей предопределяется свойствами предметов внешнего мира».
Выводы В.А. Белова соотносятся с мнением Г.Ф. Шершеневича, что
«объектом права называется все то, что может служить средством осуществления интереса».
1
В своем учебнике В.А. Белов определяет объект гражданского права как всякую материальную или нематериальную субстанцию (благо), иммаментные свойства которой определяют природу, содержание
и динамику соответствующего субъективного права, а также создают
возможность удовлетворения законных интересов лица — носителя
данного субъективного гражданского права.2
Представляется, что если иметь в виду, что правоотношения являются отражением фактических отношений, то их объекты (а это блага)
и должны быть объектами правоотношений. Поэтому в качестве объ-
ектов следует считать материальные и нематериальные блага. В связи
с этим справедливыми представляются рассуждения А.П. Сергеева.
В определении объекта гражданского права ученый не называет ни деятельность, ни процесс. По его мнению, объектами гражданских прав
являются материальные и духовные блага, по поводу которых субъекты вступают между собой в различные правоотношения.3. Однако, как
отмечалось, если вести речь именно об обязательстве, то объект (материальное благо) должен обладать такой правой характеристикой, как
оборотоспособность.
Договор является одним из важнейших оснований возникновения
обязательства. Его существенным условием, определяющим направленность соответствующего обязательства, является предмет. Точное
определение предмета позволяет правоприменителю, верно квалифицировав конкретный договор, применить нужную норму и соответственно правильно определить состав прав и обязанностей его сторон4.
1
Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права. М., 1995. С. 95.
2
Белов В.А. Гражданское право. Общая и Особенная части. М., 2003. С. 123.
3
Гражданское право: Учеб.: В 3 т. Т.1 / Отв. ред. А.П. Сергеев, Ю.К. Толстой.
М., 2003. С. 254.
4
Особенно ярко проблема определения содержания понятия «предмет дого-
вора» проявляется в отношении так называемых нетипичных договоров (т.е. сме-
31
Глава 2. Состав и структура обязательственного правоотношения
При этом важно установить соотношение предмета договора и объекта
соответствующего обязательства.
В доктрине существует несколько подходов к определению предмета договора. Значительная часть ученых предмет договора связывает
с объектом правоотношения, которое из него возникнет. Другие считают предметом договора действия, которые должны быть совершены по данному договору. Основания для дискуссии дает закон. В ряде
норм ГК РФ предмет договора отождествляется именно с определенным объектом. Так, в качестве предмета договора финансовой аренды
называются любые непотребляемые вещи, используемые для предпринимательской деятельности, кроме земельных участков и других
природных объектов (ст. 666 ГК РФ). В ст. 726 ГК РФ устанавливается
обязанность подрядчика передать заказчику вместе с результатом работы информацию, касающуюся эксплуатации или иного использования предмета договора подряда, т.е. опять же вещи. В статье 741 ГК
РФ прямо указывае тся, что объект строительства составляет предмет
договора строительного подряда. В пункте 2 с т. 807 ГК РФ предметом
договора займа называются иностранная ва люта и валютные ценности. В подпункте 1 п. 6 ст. 1235 ГК РФ предмет лицензионного договора определен как результат интеллектуальной деятельности или как
средство индивидуализации.
Кроме того, законодатель наряду со словосочетанием «предмет
договора» использует выражения «объект договора» (ст. 673 ГК РФ):
«объект договора найма жилого помещения»), «объект аренды» (ст. 607
ГК РФ), «объект строительства» (ст. 742 ГК РФ), «объект страхования»
(ст. 942 ГК РФ) и т.п.
Вместе с тем, будет неверным сводить предмет договора только
к предмету исполнения обязательства, поскольку законом предусмо-
шанных и непоименованных). Их квалификация весьма затруднительна в силу
отсутствия специального регулирования. Возможность заключения нетипичных
договоров вытекает из нормы, закрепленной в п. 2 ст. 421 ГК РФ, допускающей
возможность заключить договор как предусмотренный, так и не предусмотренный
законом или иными нормативными правовыми актами. Если смешанные договоры предполагают включение элементов известных договоров, что облегчает их
квалификацию, то в отношении непоименованных договоров такой вывод сделать
трудно. Если предположить самостоятельность непоименованных договоров, тогда
сторонам, а при наличии спора — суду следует в первую очередь задаться вопросом,
а каков предмет данного на первый взгляд самостоятельного договора? Поскольку,
как отмечалось, в силу ст. 432 ГК РФ, если между сторонами не будет достигнуто
соглашение по существенным условиям, в первую очередь по предмету, договор не
будет считаться заключенным.
32
2.3. Объект обязательства
трены договоры, которые порождают отношения, не имеющие признаков обязательства. Примером тому являются договор простого товарищества и учредительный договор, в которых нет свойственного
для обязательства субъектного состава, представляющего противоположные стороны. Наоборот, здесь речь идет о лицах, не противостоящих друг другу, а объединенных общими интересами. Подобным договором является и корпоративное соглашение.
На наш взгляд, обсуждая проблему соотношения «объект договора — предмет договора», следует иметь в виду разное понимание договора — как сделку или как обязательство. В ст. 432 ГК РФ речь идет
о договоре как о сделке. Конечно, определив в юридическом факте
(сделке) то, по поводу чего возникает в дальнейшем обязательство,
тем самым мы устанавливаем объект этого обязательства.
1
По этому
поводу А.В. Егоров утверждает, что «предмет как существенное условие договора-сделки является одновременно и объектом договорного
обязательства (договора-правоотношения)».2 Однако следует иметь
в виду, что по поводу одинаковых объектов могут возникать разные
обязательства (купля-продажа здания, аренда здания и т.п.). Это предполагает включение в предмет договора и действий, как утверждает
В.В. Витрянский3.
В предмет договора как сделки необходимо, помимо указания на объект
будущего правоотношения, например, обязательства, включать и минимум
необходимых действий по поводу этого объекта.
Эти два момента определяют вид договора, его место в системе договоров. Собственно так сформулированы нормы ГК РФ, в котором,
кроме упомянутой ст. 673, термин «объект» употребляется применительно к определенному действию — объект аренды, объект строительства, объект страхования, объект доверительного управления. Так
1
Как отмечает Л.В. Чилингарян, объект правоотношения, так же как и объект
обязательства, сделки, договора, представляет собой теоретическую категорию, во
всяком случае, в той части, в которой указанная категория не имеет правового толкования в законе. См.: Чилингарян Л.В. Проблемы соотношения категорий «пред-
мет» и «объект» в крупных сделках и сделках с заинтересованностью // Юридический мир. 2007. № 3. С. 55–59.
2
Егоров А.В. Предмет договора комиссии // Актуальные проблемы граждан-
ского права. Вып. 5 / Под ред. В.В. Витрянского. М.: Статут, 2002. С. 87–146.
3
Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Книга вторая: Договоры о передаче имущества. М.: Статут, 2004. С. 208.
33
Глава 2. Состав и структура обязательственного правоотношения
направленность обязательства находит отражение в его содержании:
передать здание в собственность или во временное владение. Оценивать объект и содержание обязательства в отрыве друг от друга не представляется целесообразным.
2.4. Содержание обязательства
Содержание обязательственного правоотношения (юридическое)1 — субъ-
ективные права и соответствующие им юридические обязанности.
Субъективные права и обязанности как субстанции неосязаемые
связывают между собой субстанции осязаемые — субъектов с материальными благами как потребителей с потребляемым.
Сразу следует отметить, что субъективное право без юридической обязанности немыслимо, поскольку они являются парной категорией. Как
пишет В.А. Белов, от каких бы философских начал ни отталкиваться,
невозможно, признавая существование субъективного права как меры
возможного, в то же время отрицать надобность в его обеспечении,
в первую очередь — мерой должного2. На это указывают практически все
ученые3.
Следует отметить, что понятие юридической обязанности в отечественном правоведении можно назвать единообразным.
Юридическая обязанность — это мера должного поведения субъекта, то
есть мера поведения, требуемого от лица в целях обеспечения реализации принадлежащего другому субъекту субъективного права.
1
Как отмечается в общетеоретической юридической литературе, правовое отношение имеет материальное, волевое и юридическое содержание. Материальное,
или фактическое, составляют те общественные отношения, которые опосредуются правом; волевое — государственная воля, воплощенная в правовой норме и в
возникшем на ее основе правоотношении, а также волевые акты его участников;
юридическое содержание образуют субъективные права и обязанности сторон
(субъектов) правоотношения. См.: Теория государства и права: Учебник / Под ред.
Н.И. Матузова и А.В. Малько. М., 2004. С. 375–382.
2
Белов В.А. Учение о гражданском правоотношении // Гражданское право:
проблемы теории и практики. М., 2007. С. 215.
3
Александров Н.Г. Юридическая норма и правоотношение. М., 1947. С. 19;
Иоффе О.С., Шаргородский М.Д. Вопросы теории права. М., 1961. С. 227 и др.
34
2.4. Содержание обязательства
В этом смысле понятие юридической обязанности в структуре обязательственного правоотношения не должно отличаться от общего понятия юридической обязанности. Что касается ее структуры, то если она
представляет собой зеркальное отображение субъективного права, то
и структура ее должна соответствовать структуре последнего. При нормальной динамике обязательственного правоотношения в конце с получением управомоченным лицом определенного блага происходит
«аннигиляция» права и корреспондирующей обязанности.
В связи с тем, что в обязательстве заинтересованной в получении
материального блага стороной выступает кредитор, большее внимание
логичнее уделить характеристике субъективного права.
Приведем наиболее распространенные взгляды на определение
субъективного гражданского права. Во-первых, субъективное пра-
во понимают как меру возможного поведения субъекта или, как писал
Д.И. Мейер, «меру свободы лица, живущего в обществе».
1
Во-вторых, его
можно представить как возможность требовать определенных действий
(бездействия) обязанного субъекта. В-третьих, как часто бывает в науке, имеется и точка зрения, объединяющая первые две. Под субъективным правом понимают и меру возможного поведения, и возможность
требовать2. В теории права субъективное право часто определяется как
предусмотренная нормами позитивного права и предоставленная индивидуализированному субъекту юридическая возможность действовать,
требовать, притязать, что-то иметь, чем-то распоряжаться, претендовать
на известное поведение других субъектов, выступающих по отношению
к управомоченному лицу в качестве обязанной стороны. В германской
и дореволюционной русской юриспруденции была распространена трактовка субъективного права как власти в смысле, во-первых, господства
лица над объектом его права (вещами, действиями), во-вторых, власти
лица в рамках правовых отношений между ними и другими людьми по
поводу данного объекта3.
1
Мейер Д.И. Русское гражданское право. Ч. 1. М., 1997. С. 222. Р. фон Иеринг
определял право через категорию «интерес».
2
Следует заметить, что употребление «мера» в определение субъективного
права критиковал С.Ф. Кечекьян, указывая, что мера — понятие количественное,
предполагающее соизмеримость различных величин. Кечекьян С.Ф. Правоотношения в социалистическом обществе. М., 1958. С. 56. Однако эта критика не была
поддержана в науке, хотя иногда субъективное право определяют так: «вид и мера
возможного или дозволенного поведения лица». См.: Теория государства и права:
Учебник / Под ред. Н.И. Матузова и А.В. Малько. М., 2004. С. 392–396.
3
См.: Варламова Н.В. и др. Право и политика современной России. М.: Бы-
лина, 1996. С. 7. Во всяком случае В.И. Даль именно так объяснял значение этого
35
Глава 2. Состав и структура обязательственного правоотношения
Принято считать, что субъективное право составляют дробные части, элементы, называемые правомочиями. Они являются поведенческими возможностями и делятся на два вида: на возможность собственных действий и на требование чужих действий.
1
В каждом субъективном праве конкретных правомочий может быть разное число, скажем, в праве собственности — три2. В литературе высказывалась точка
зрения, что правомочие на защиту включается в любое субъективное
право3, однако всеобщего признания она не получила. А.В. Власова по
этому поводу указала, что притязание является не составным элементом охраняемого им субъективного права, а самостоятельным охранительным субъективным гражданским правом, которое состоит из тех
же правомочий, что и регулятивное субъективное гражданское право4.
Если вернуться к структуре субъективного права, следует поднять
проблему соотношения права и правомочия. Не всегда понятно, идет
ли речь о самостоятельном праве или о правомочии, входящем в содержание права.
Сущностные отличия субъективного абсолютного права от права требования проявляются в их структуре. Субъективное право —
определенная правовая возможность, но эта возможность многоплановая, как отмечается в известном учебнике теории государства
и права, она включает в себя как минимум четыре элемента: 1) возможность положительного поведения самого управомоченного, т.е.
право на собственные действия; 2) возможность требовать соответствующего поведения от правообязанного лица, т.е. право на чужие
слова: «Право — данная кем-либо или признанная обычаем власть, сила, свобода
действия, власть и воля в условных пределах» (Даль В.И. Толковый словарь живого
великорусского языка: В 4 т. М., 1999. Т. 3. С. 377).
1
В.А. Белов при этом уточняет, что речь идет не о правомочиях «действия»
и «требования», а именно о видах правомочий. См.: Белов В.А. Учение о гражданском правоотношении // Гражданское право: актуальные проблемы теории и практики. М., 2007. С. 233.
2
Правда В.А. Белов утверждает, что все-таки в право входят всегда лишь два
правомочия: возможность совершения собственных действий и возможность требования чужих действий. (См.: Белов В.А. Гражданское право: Общая и особенная
части: Учебник. М., 2003. П. 1082). Он же ставит вопрос, почему не назвать правомочия владения, пользования и распоряжения самостоятельными субъективными
правами?
3
Александров Н.Г. Законность и правоотношения в советском обществе. М.,
1955; Вильнянский С.И. Лекции по советскому гражданскому праву. Харьков, 1958.
С. 79; Явич Л.С. Общая теория права. Л., 1976. С. 176.
4
Власова А.В. Структура субъективного гражданского права. Ярославль, 1998.
С. 29.
36
2.4. Содержание обязательства
действия; 3) возможность прибегнуть к государственному принуждению в случае неисполнения противостоящей стороной своей обязанности (притязание); 4) возможность пользоваться на основе данного
права определенным социальным благом. Иными словами, субъективное право может выступать как право-поведение, право-требование, право-притязание и право-пользование.
1
В связи с тем, что
именно с помощью субъективного права достигается цель позитивного регулирования: лицо получает гарантированную и защищаемую
возможность достижения искомого блага, виды возможностей, объединяемых в категории субъективного права, соответствуют формам
реализации права2.
Итак, исходя из приведенной классификации правомочий, получается, что право-поведение соответствует субъективным правам
из абсолютных правоотношений, так как управомоченный получает право на собственные действия, причем действия исключительно
фактического порядка. Право-требование (или как традиционно его
именуют в цивилистике «право требования») соответствует правам из
обязательственных правоотношений. Судя по логике авторов цитируемого учебника теории государства и права, и те, и другие права могут
быть дополнены в случае их нарушения дополнительными правами —
прибегнуть к защите государства (право-притязание). При этом может
возникнуть вопрос, а не будет ли возможность прибегнуть к защите
лишь правомочием, а не самостоятельным видом права?
С учетом того, что абсолютные права реализуются посредством
совершения фактических действий, перечислить число правомочий
довольно трудно, поэтому в содержание права собственности иностранные ученые включают в отличие от отечественной «триады» много больше правомочий. Права требования как права активного типа
в основном и состоят из одного правомочия — требовать от должника
совершения определенных действий.
1
Теория государства и права: Учебник / Под ред. Н.И. Матузова и А.В. Маль-
ко. М., 2004. С. 392–396.
2
Следует отметить, что некоторые авторы предлагают более уточненный перечень форм реализации: «Субъективные права и юридические свободы используются, юридические обязанности исполняются, полномочия осуществляются. Причем неиспользование субъективного права является также формой правомерного
поведения, если оно не сочетается с неисполнением обязанности. Помимо того,
применительно к запрещающим и ограничительным нормам нередко выделяют
еще одну форму — соблюдение, хотя логически здесь можно говорить об исполнении вытекающих из этих норм обязанностей». См.: Фаткуллин Ф.Н. Основы теории государства и права. Казань, 1995. С. 164.
37
Глава 2. Состав и структура обязательственного правоотношения
Таким образом, любое относительное субъективное гражданское
право имеет в качестве обязательных элементов своей структуры правомочие на совершение положительных действий самим правообладателем и правомочие требования.
Содержание обязательственного правоотношения — это право требования
от должника совершения определенных активных действий.
В науке выделяются так называемые пассивные или иначе -отри-
цательные обязательства, суть которых заключается в обязанности
должника воздержаться от совершения определенных действий. Возможность таких обязательств предусмотрена ст. 307 ГК РФ, однако
возникает вопрос в их направленности: какое имущественное благо
передается должником кредитору?
О.С. Иоффе не одобрял воплощение в научном понятии обязательства альтернативы: совершение действия или воздержание от него. Он
считал ее неточной, ибо должник, по его мнению, всегда обязывается либо только к активным действиям, либо также к воздержанию от
определенных действий, но непременно сопутствующему активной
деятельности, а не заменяющему ее1. В.С. Толстой, определяя обязательство, писал, что в его содержание заключаются одна или несколько обязанностей с правомочиями совершить соответствующие положительные действия2. М.М. Агарков не исключал возможности существования «отрицательных» обязательств, хотя и отмечал, что обязательства с положительным содержанием имеют по сравнению с обязательствами с отрицательным содержанием гораздо большее значение3.
Представляется, что к столь широкому толкованию содержания
объекта обязательства подталкивает некоторых авторов неопределенность самого понятия «имущество». Так, Н.Д. Егоров полагает, что
и воздержание от совершения действий может иметь такую потребительскую стоимость, за которую кредитор готов платить деньги. При
этом в качестве примера приводятся имеющие место в США соглашения между участниками судебного спора и адвокатскими фирмами, согласно которым последние за вознаграждение обязуются не защищать
в суде другую сторону. По его словам, такие соглашения применяются
1
Иоффе О.С. Обязательственное право. М., 1975. С. 6.
2
Толстой В.С. Исполнение обязательств. М., 1973. С. 11.
3
Агарков М.М. Указ. соч. С. 26–27.
38
2.4. Содержание обязательства
и в нашей стране1. Однако, во-первых, по нашему законодательству
подобного рода соглашения следует квалифицировать как ничтожные
сделки в соответствии со ст. 22, п. 3 ст. 49 ГК РФ; во-вторых, трудно
представить оборот воздержания от совершения каких-либо действий.
Однако в ст. 307 ГК РФ по традиции воспроизведено определение,
которое допускает в виде обязанности должника «воздержание» от совершения действий. Исходя из этого, многими авторами допускается
факт существования таких обязательств.
Представляется, что, хотя ст. 307 ГК РФ и указывает на возможность
включения в содержание обязательства обязанности воздерживаться
от совершения действий, воздержание не является самостоятельной
обязанностью должника, оно лишь дополняет обязанности по совершению положительных действий. В качестве примера можно привести
изложенную в ст. 857 ГК РФ обязанность кредитной организации не
разглашать сведения, составляющие банковскую тайну.
В.А. Белов добавил в поддержку противников исключительно отрицательных обязательств весомый аргумент: невозможно достичь определенности в описании действия, являющегося предметом воздержания (запрета). Он указывает, что единственный способ достигнуть определенности —
предъявить требование о прекращении совершения конкретного действия, длящегося в определенный момент времени, но это уже не требование
о воздержании.
2
На самом деле, устанавливая договором запрет, можно
и ограничить правоспособность должника-гражданина, что согласно норме ст. 22 ГК РФ влечет ничтожность такого соглашения. Представляется,
что возможно существование относительных правовых отношений, где
будет воздержание от совершения действий обязанным субъектом, но они
не будут являться обязательственными. Соответственно, нормы обязательственного права к ним применяться не должны.
Невозможно существование обязательств исключительно с обязанностями пассивного типа, однако как осложнение обязательства в нем
возможно воздержание от совершения каких-либо действий. Например,
в крупные сделки может включаться условие о неразглашении их условий (конфиденциальности); перевозчик и хранитель не вправе использовать переданное им имущество; деятельность представителя
может быть ограничена определенными территориальными рамками
1
Егоров Н.Д. К вопросу о понятии обязательства // Сборник статей к 55-летию
Евгения Алексеевича Крашенинникова. Ярославль, 2006. С. 47–48.
2
Белов В.А. Проблемы общего учения об обязательстве // Гражданское пра-
во: актуальные проблемы теории и практики / Под ред. В.А. Белова. М., 2007.
С. 675–676.
39
Глава 2. Состав и структура обязательственного правоотношения
и т.д. Но это в любом случае такие пассивные обязанности направлены на
реализацию обязанностей основных.
Соответственно обязанности пассивного типа лишь осложняют
структуру обязательства, имея вспомогательный к основным, активным обязанностям характер. Например, обязанность страховщика не
разглашать полученные им в результате своей профессиональной деятельности сведения о контрагентах, их состоянии здоровья, имущественном положении (ст. 946 ГК РФ)
1
, запрет распространения банковской тайны (ст. 857 ГК РФ), обязанность правообладателя в лицензионном договоре воздерживаться от передачи исключительных прав
другим лицам, кроме пользователя (ст. 1235 ГК РФ).
Говоря о возможности существования неимущественных обяза-
тельств, отметим, что дискуссия на это тему продолжается не первое
столетие2. Отметим лишь, что, если в структуре относительного правоотношения нет никакого имущества в качестве объекта, а в качестве
такового выступает только нематериальное благо или несколько таких
благ, назвать это отношение обязательственным нельзя. По этому поводу уместно вспомнить слова Е.А. Суханова, который пишет, что обязательства, как и сам товарообмен, в отдельных случаях могут носить
неэквивалентный или вообще безвозмездный характер, что не изменяет их имущественную природу. Обязательство может быть направлено и на удовлетворение неимущественного интереса управомоченного
лица или иметь предметом совершение обязанным лицом действий
неимущественного характера, если при этом не теряется связь с имущественным обменом (например, в виде получения за совершение таких действий денежного или иного имущественного эквивалента), чем
сохраняется имущественная природа обязательства3.
В связи с этим отметим, что слишком широко трактуемая концепция встречного предоставления в англо-американском праве (consid-
eration) на протяжении ряда лет подвергается жесткой критике как
архаичная и не соответствующая потребностям коммерческого оборота. Лорд Гофф в решении по делу «White v. Jones» (1995 г.) заметил,
что английское договорное право зачастую видится несовершенным,
1
См. подробнее: Тимофеев В.В. Исполнение обязательств по имущественному
страхованию. М., 2003. С. 5.
2
См. об этом подробнее: Кулаков В.В. Обязательство и осложнения его структуры в гражданском праве России. М., 2010. См. также: Филиппова С.Ю. Неимущественные обязательства: к дискуссии о существовании и содержании // Российский судья. 2007. № 11.
3
Гражданское право. В 4-х т. Т. 3. / Отв. ред. Е.А. Суханов. М., 2008. С. 11.
40
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]