Язык общественно-политической коммуникации. Учебное пособие для магистратуры по специальности «Реклама и связи с общественностью»

роса предвещает погожий день), взаимоотношения людей (жен­ щины эмоциональны, мужчины непостоянны, дети непослушны,

стещей и свекровью нормальной жизни не будет), представлений об обществе (нам нужна сильная рука, политика — грязное дело

ит.п.). Стереотипы могут опровергаться как в сознании одного человека, так и в рамках сообщества. Это происходит, если обра­ тить внимание на какой-то стереотип, осознать противоречащие ему факты, оценить их важность. Для сообщества такая работа должна быть проделана авторитетными для него людьми, нередко

сиспользованием СМИ. Однако отказ от одного или нескольких стереотипов не означает, что ваше мышление избавилось от лю­ бых стереотипов. Возможно, и неплохо, иметь свое мнение по лю­ бому поводу, но в большинстве случаев у вас на это не хватит сил

ивремени. И вы будете разделять стереотипные представления, например, о княгине Ольге, о климате Южной Америки, о рабо­ те пожарных — если эти вопросы не являются для вас важными настолько, что вы попытаетесь узнать побольше и составить соб­ ственное мнение. Стереотипное представление, в основном, прав­ диво отражает действительность, но очень огрублено. Поэтому их столкновение с реальностью быстро выявляет несоответствие.

Именно на стереотипы опирается говорящий, который пыта­ ется оценить возможное восприятие сообщения, те выводы, кото­ рые адресат из него сделает.

5.2.2.Сообщение как изменение картины мира

Вобщих чертах можно представить себе процедуру принятия адресатом информации, содержащейся в сообщении, как включе­ ние в картину мира фрагмента, соответствующего этой информа­ ции. Однако использовать такую процедуру для описания резуль­ татов речевого воздействия крайне неудобно: нельзя составить полную картину мира кого-либо, по крайней мере, в обозримый отрезок времени. Поэтому более реалистично идти с другой сто­ роны: составить описание того фрагмента информации, который должен заменить какой-либо фрагмент в картине мира адресата.

71

Например, для описания воздействия призыва «Все на вы­ боры» достаточно описать смысл призыва («говорящий считает, что все граждане должны участвовать в выборах, и призывает адресатов пойти голосовать»). Если в картине мира адресата есть представление «ходить на выборы не надо», сообщение (после прохождения барьера, о котором мы говорили выше) должно его изменить. Причем, возможно, заменить полностью, а возможно, только зародить подозрение («возможно, в данном случае имеет смысл сходить проголосовать»).

Если в картине мира вообще отсутствовало какое-либо пред­ ставление о выборах, оно может появиться, внедриться в созна­ ние (опять же, с разной степенью прочности). Наконец, если оно там было, ничего нового обращение не несет. Однако то пред­ ставление может изменить свой статус: внедриться в сознание прочнее. Или ,наоборот, при возникновении ситуации проверки (прохождения барьера) могут возникнуть подозрения: не слиш­ ком ли заинтересован в этом говорящий, не окажется это нужным ему, а не вам?

5.2.3. Из чего состоит смысл сообщения

Теперь мы можем описывать воздействие на адресата как из­ менение его картины мира. Мы ограничиваемся описанием фраг­ мента информации (смысла) сообщения, который призван изме­ нить, дополнить или усилить часть картины мира адресата. Эта задача-описание смысла сообщения — уже неоднократно встава­ ла перед языковедами и специалистами по коммуникации.

Описание смысла высказывания (предложения в тексте)

обычно сводится к выявлению значений составляющих его эле­ ментов: в первую очередь слов, но учитываются и синтаксиче­ ские конструкции (например, значение вопроса, причинные отно­ шения и т.п.), интонация. Грамматические значения: количество. Передаваемое числом существительного. Время действия, пере­ даваемое грамматическим временем глагола. Эти значения долж­ ны быть описаны определенным образом и соединены в общее представление.

72

Задачи автоматизации работы со смыслом сообщений потре­ бовали создания специального языка описания смысла и проце­ дур, позволяющих автоматически выявлять смысл сообщения. Такие попытки предпринимались в рамках порождающих грам­ матик, в лингвистических моделях (модель «смысл – текст», ра­ боты А. Вежбицкой), в группах по созданию машинного перевода

иавтоматического поиска информации.

Вцелом создание единого языка описания смысла так и не состоялось. Однако в рамках отдельных практических систем (группы машинного перевода ЭТАП, ЯРАП, ФРАП) создавались инструменты описания смысла высказывания в большей или меньшей степени его отражавшие.

Впоследние годы к таким описаниям стали добавлять све­ дения о коммуникативной организации высказывания (темарематическое членение, эмфаза) и референциальные и межфра­ зовые связи.

Если мы попробуем описать таким образом смысл призыва «Все на выборы!», то в наше описание придется включить не только значение слов все, на, выборы, но и значение синтакси­ ческой конструкции (кто-то — куда-то призывает, например Ребята, вперед!), значение интонации (для письменного текста — восклицательного знака).

Врезультате описание будет не коротким, но зато в нем будут проявлены все возможные нюансы смысла, которые иначе могут оказаться не учтенными:

«Говорящий обращается к неопределенному количеству лю­ дей (все) с призывом (значение конструкции), подкрепленном эмоциями (значение восклицательного знака) обязательно пойти

ипринять участие в выборах».

Описание смысла, как мы уже отмечали, не исчерпывается явно(эксплицитно)выраженнойинформацией.Мыдолжнывклю­ читьимплицитнуюинформациюидругиесведения,получаемые адресатом, но не сводимые к значениям языковых единиц.

Как мы уже отмечали, адресат воспринимает не только то, что было сказано, но и то, что он выводит из сказанного сам. И им­

73

плицитная часть сообщения тоже меняет картину мира адресата (причем еще эффективнее, так как это его собственный вывод, а не «навязанное»). Поэтому эту часть информации тоже надо учитывать и описывать. Однако простое добавление здесь мо­ жет слишком огрубить картину. Адресатом может быть не сделан нужный вывод.

Представьте автора заметки, написавшего: «Ум, честь и со-

весть эпохи» продолжает продвигать «вечно живое учение».

Если читатель достаточно хорошо знает лозунги и изречения со­ ветского времени, он сделает вывод: «говорящий имеет в виду коммунистическую партию», т.к. так ее называли в советское вре­ мя,учениемарксизм-ленинизм,ккоторомуавторприменяеттоже название, и он отрицательно относится к этим явлениям и счита­ ет, что они стали анахронизмом, поэтому и назвал их по-старому. Но для основного скрытого вывода об отрицательном отношении автора к своим объектам необходимо их идентифицировать, по­ нять, почему автор выбрал именно такие наименования. А для этого надо знать наименования советской эпохи, хорошо знако­ мые каждому человеку, выросшему в Советском Союзе, но мало известные молодежи.

Таким образом, при описании имплицитной информации надо замечать, на какие фрагменты картины мира адресата опи­ рается говорящий. Тогда станет понятно, кто сможет правильно восстановить имплицитную информацию.

Поскольку вероятность того или иного вывода не является стопроцентной, следовало бы учитывать и различия в степени вероятности восстановления имплицитной информации. Непо­ нятно, как этот показатель определить точно. Но приблизитель­ но, с точностью до четверти (т.е. около 100 %, 75 %, 50 %, 25 %) ее можно различить. Например, из сообщения Автозавод под-

вегнется реструктуризации, число рабочих будет составлять

20 тысяч а не 100, как сегодня можно сделать следующие вы­ воды: а) большинство рабочих будут уволены (75 % — остается шанс, что они будут переучены или переведены на другое пред­ приятие), б) жители города, где автозавод — ведущее предприя­

74

тие, будут недовольны (вероятность приближается к 100 %), в) на заводе будет современное оборудование и высокая зарплата для оставшихся (верояность 25 % — такое бывает не всегда). Если будут сделаны выводы а и б (или хотя бы один из них), возможен еще один вывод г) увольняемые будут протестовать (вероятность 75 % — протесты у нас непопулярны). Вероятность выводов а, б и г достаточно велика. Автор заметки их должен принимать во внимание. Поэтому следующая фраза Городские власти заранее принимают меры для смягчения последствий этого шага пред­ ставляется вполне логичной и связанной с предыдущим текстом (а без учета выводов она нарушала бы связность повествования). Впрочем, и из той фразы возможны несколько выводов: а) власти готовятся к борьбе с недовольством (75 %) и принимаются меры по трудоустройству, организации системы льгот и т.п. (50 %, что так подумают читатели, знающие реалии).

Из этой же фразы могут быть сделаны и другие выводы, веро­ ятность которых невелика, например, д) надо захватить завод и не допустить увольнений или е) надо добиться отставки правитель­ ства,допускающегобезработицуит.п.Номаловероятныевыводы нельзяиспользоватьдляпостроениясообщения.Например,после первой фразы нельзя поставить однако отставка правительства еще не состоялась. Это будет нарушением связности — вероят­ ность мысли об отставке недостаточна, чтобы рассчитывать на ее появления у большинства читателей.

Вопросы:

1.Из чего состоит смысл высказывания?

2.Какие процедуры предлагались лингвистами для определения смысла высказывания?

3.Попытайтесь описать смысл слогана Гадиш — и пятен как не бывало, выявляя все оттенки смысла, которые могут передаваться дан­ ными словами и конструкциями.

75

5.3. Свойства языка, обеспечивающие воздействие на адресата

5.3.1. Разные взгляды на одну реальность

Теперь, когда стал понятен механизм изменения картины мира адресата, отметим те особенности языковых единиц, кото­ рые обеспечивают и оптимизируют такое изменение. Заметим, что возможность повлиять на представления человека, кроются уже в самом подборе слов — единиц для называния реальности.

Об одном и том же событии очень часто говорят по-разному. Самый известный пример несовпадения взглядов: «Бутылка на­ половину пуста» и «Бутылка наполовину полна». Вроде, одна и та же бутылка, а как по-разному воспринимают ситуацию авторы этих высказываний.

Различия в подборе слов для описания фрагмента действи­ тельности — неизбежны, даже если взгляды говорящих не раз­ личаются. Даже один и тот же человек, рассказывая о чем-либо во второй раз, использует несколько иные слова. Это объясняется тем, что никакие слова не могут отразить реальность, преломлен­ ную в мозгу говорящего, абсолютно точно. Происходящие собы­ тия представляют собой континуум, не знающий четких границ. А слова предполагают отграничение одного явления от другого. Потому они всегда огрубляют тонкие взаимосвязи явлений.

Например, человек далеко не всегда может разобраться в охвативших его чувствах. Однако если он намерен рассказать о них, он вынужден выбирать между, к примеру, люблю, увлечен,

влюблен или возмущен, недоволен, сердит, зол. И восприятие си­ туации адресатом определяется тем, какими словами сообщил об этом говорящий.

Таким образом, речевое воздействие начинается уже на ста­ дии выбора слов. И получается, что любое общение обязательно содержит в себе элемент воздействия.

Помимо слов, в отражении реальности участвуют и грамма­ тические средства, в первую очередь, те, которые несут в себе информацию о реальности, или иначе говоря, имеют номинатив­

76

ное значение. Это категории числа существительного, времени и вида глагола в русском языке, определенность в западных языках. Одно и то же событие на русском может быть выражено насто­ ящим временем: Он работает над книгой или прошедшим: До последнего времени он работал над книгой. Играют роль и так называемые транспозиции: использование одной граммемы вме­ сто другой, например, Прихожу вчера домой, берусь за газету, а

тут как раз входит… Здесь использование граммемы настояще­ го времени вместо прошедшего не заставляет слушателя считать, что все происходит в момент речи. Однако это меняет точку зре­ ния участников общения, представляя ситуации «как если бы она происходила сейчас». Иными словами, мы имеем дело с грамма­ тической метафорой.

5.3.2. Выражение оценки

Очень часто несовпадения взглядов сводится к различиям в оценке события или объекта. Если в одной газете событие на­ звано «бесчинства хулиганствующих молодчиков», а в другой — «самоотверженное выступление протестующей молодежи», то вполне очевидно, как оценивают описываемые действия два ор­ гана печати.

Оценка может входить в содержание слова, а может быть его дополнительной характеристикой. В первом случае мы говорим, что оценка входит в сигнификативный компонент значения слова, т.е. в отражаемое понятие. Если слово употреблено с частицей не, отрицание может относиться и к оценке: он не негодяй значит «он не такой плохой». Во втором случае оценка составляет коннота­ тивный компонент значения, является дополнительной характе­ ристикой слова, например, слово промазать — означает «не по­ пасть по цели». Его сигнификат не содержит отрицательной оцен­ ки. Но слово в целом передает неодобрение, это дополнительный (коннотативный) оттенок значения: Эх, промазал!

Непосредственно в содержание слов негодяй, предатель, мерзкий входит смысл негативной оценки называемого. Негодяй — это очень плохой человек, предатель — человек, пере­

77

шедший на сторону противника, и это плохо. Мерзкий — очень неприятный. Во всех случаях оценка осуществляется говорящим

иможет не совпадать с мнением других.

Взначение слов также входит и положительная оценка: вос-

хитительный, успех, умница, прославиться.

Различной может быть степень оценки: мерзавец хуже, чем

паршивец, а бесчинствовать — чем хулиганить. Кроме того,

оценка способна соединяться с эмоциями и экспрессией. Так что

витоге говорящие способны выдать много различных оценок одного и того же явления.

Более тонкими оказываются случаи, когда оценка составляет дополнительную окраску слова. Такова положительная оценка у слова победа, любознательный, стараться и т.п. Отрицательная оценка входит в коннотацию слов прослушать, невнятный, промах (в прямом значении). В значения слов не входит компонент «хороший» или «плохой», оценка навязывается как дополнитель­ ноепредставление,котороеможетбытьизачеркнутодругимисло­ вами, например победа противника, не в меру любознательный.

Использование слов с неявным выражением оценки позволя­ ет более тонко осуществлять воздействие на адресата. Например, адресат сразу же отвергнет наименование человека предателем, если он с этим не согласен. Но можно употреблять слово шпион о егосоюзнике,иадресатможетсогласитьсянаиспользованиеэтого слова (вместо нейтрального разведчик). Однако шпион имеет от­ рицательную коннотацию, и согласившись на его употребление, адресат вопреки своей воле начинает отрицательно оценивать это­ го человека, перенося на него все неприятные ассоциации, связан­ ные с этим словом.

Оценочная лексика несет существенную часть смысловой на­ грузкивтекстахмассовойигрупповойкоммуникации.Чащевсего употребляемые слова понимаются вполне определенно, и если у автора есть сомнения в том, что его оценка понятна собеседнику, он употребит экспрессивную лексему (коммуняка, дерьмократ, совок). Однако немало слов воспринимается в некотором сообще­ стве с достаточно определенной окраской, а читатель, этому со­

78

обществу не принадлежащий, может не понять автора или даже понять в прямо противоположном смысле. В частности, в нашем российском обществе сейчас неопределенно по знаку оценоч­ ности слово старый. Если относительно недавно (10–20 лет на­ зад, в том числе и в советский период) это слово в общественнополитических употреблениях носило отрицательны знак в проти­ вовес новому, передовому, прогрессивному, то в наши дни вполне отчетливо проявляются тенденции использования этого слова для положительной оценки «по старым рецептам», «старые про­ веренные методы». На примере этого слова хорошо видны два ис­ точника оценочной характеристики лексемы. С одной стороны, характеристика отражает устоявшуюся в языке оценку, которую нельзя понять иначе. Это касается аффиксов (-як, -онк- и т.п.) и самих корней (например, погром, обман).

Однако языковая оценка способна меняться под влиянием общественной оценки явления. В наши дни появилось безоце­ ночное (и даже положительное) использование таких однозначно отрицательных (по словарям) слов, как эгоист, хулиган, шалун.

Если же общество оказывается расколото относительно оцен­ ки какого-либо общественного явления, вполне могут сосуще­ ствовать противоположные оценочные характеристики того или иного слова.

Вопросы:

1.Как можно изменить картину мира человека при помощи речи?

2.Как влияет значения употребленных слов на понимание ситуа­

ции?

3.Как меняется оценочный потенциал лексики?

Задания:

1.Проанализируйте фрагмент из приложения с точки зрения оце­ ночных характеристик слов.

2.Предложите тот же фрагмент человеку другой возрастной группы. Совпадают ли ваши представления об оценочном потенциале слов?

79

5.3.3. Ассоциации в речи

Ассоциации, которые вызывают слова, тоже влияют на вос­ приятие сообщения и могут оказывать на адресата практически такое же воздействие, как и значения слов. Их эффективность даже больше за счет неявности, скрытости для самого адресата. Человек не может противостоять каким-то идеям или призывам, если они не выражены явно, а подспудно передаются в виде ас­ социаций.

Психологи считают, что ассоциации являются личным до­ стоянием каждого, т.е. у всех нас собственный набор ассоциаций на те или иные стимулы (слова, образы, знаки — даже на запа­ хи и вкус). Это связано с уникальностью личного опыта любого человека. Однако относительно многих стимулов у людей одной культуры воздаются сходные или даже просто идентичные ассо­ циации. У всех русских одной из важнейших ассоциаций слова

ёлка будет Новый год, новогодний праздник.

На основании общих языковых ассоциаций составляются ас­ социативные словари, в которых отражаются наиболее распро­ страненные для всех, говорящих на одном языке, ассоциации на слова этого языка.

Ассоциации определяются звуковым сходством, связями в лексической системе (часто всплывают синонимы или антонимы слова, его родовое или, напротив, видовое наименование, напри­ мер, на слово мебель часта ассоциация стол (видовое понятие), а на слово стол иногда возникает родовое наименование мебель). Нередко всплывают слова, часто встречающиеся вместе, напри­ мер, в одном фразеологизме: вилы – вода («Вилами по воде писа­ но») или в цитате (вот откуда ассоциация дядя – правило!).

Всплывая в памяти при восприятии сообщения, ассоциации способны корректировать отношение к сказанному. А иногда мо­ гут влиять и на понимание. Известна реклама, где предлагалось выбирать между тундрой и диваном. Авторы (реклама представ­ ляла собой адаптацию американской) предполагали, что тундра будет ассоциироваться с приключением, а диван — со скучной жизнью. Для русских слово тундра имеет другие, более распро­

80