Трансграничный брак международно-правовой аспект

3. Полномочия представителя, указанного в пункте 2 настоящей статьи, подлежат оформлению по правилам статей 182–189 Гражданского кодекса Российской Федерации». Автор полагает, что данным положениям необходимо придать статус альтернативной коллизионной нормы, которая вступала бы в силу в случае, когда одна из сторон не может лично присутствовать при заключении брака, а, следовательно, императив части 1 пункта 1 статьи 11 Семейного кодекса Российской Федерации не может быть реализован».

Целью включения в действующее российское законодательство приведенных положений статей автор видит защиту прав лиц с ограниченными физическими возможностями и лиц, находящихся на длительном лечении в лечебных учреждениях, санаториях, пансионатах, интернатах, в домашних условиях, а также длительно отсутствующих в командировках, пребывающих в местах военных действий, на территории иностранных государств, экспедициях, плавании и др., на вступление в брак

исоздание семьи. Данные изменения не только положительно отразятся на здоровье таких граждан, но и их психологии, социальном и имущественном положении, работоспособности и ответственности, а также помогут различным уровням бюджетов Российской Федерации существенно сократить расходы на социальные выплаты неполным семьям и направить освобожденные финансовые средства на другие, социально важные, сферы.

Исполнение контрольных функций за деятельностью представителей на заключение брака автор настоящей работы считает необходимым возложить на специальный отдел, созданный при органах записи актов гражданского состояния, в обязанности которых следует включить рассмотрение заявлений на регистрацию брака

ипринятие, анализ, систематизацию, хранение информации о лицах, браки которых зарегистрированы с участием представителей, а также принятие решений в отношении подаваемых заявлений.

Обозначенным образом существующий пробел российского права в части отсутствия законодательного регулирования института представительства при вступлении в брак будет нивелирован, и круг лиц, которые по настоящее время в силу определенных уважительных причин не могут реализовать свое право на вступление в брак и создание семьи, будет реализовано.

тельству, которым является состояние в зарегистрированном браке на момент вступления в последующий, автор предлагает следующее решение.

Для граждан Российской Федерации, в соответствии с традициями, обычаями и культурой которых, а также по их религиозным убеждениям допускается состояние в полигамном браке, в том числе лиц, проживающих в отдельных республиках Российской Федерации, фактически имеющих несколько семей, в которых супруг участвует в качестве главы семьи, имеющего доход, позволяющий ему в равной степени содержать и заботиться о всех членах своей полигамной семьи, установить законодательную возможность урегулирования подобных форм отношений и придать им статус полигамной семьи путем осуществления государственной регистрации. Внести изменения и дополнения в действующее гражданское, наследственное, семейное и трудовое законодательство с учетом вышеизложенных положений.

Представляется, что рассмотренные правовые коллизии, их проведенный анализ, а также изложенные предложения по перспективам развития современного законодательства и рекомендации по его совершенствованию и унификации позволят в дальнейшем отечественному государству разрешить ряд вопросов не только правового, но и политического характера. В настоящее время участие Российской Федерации в ряде международных соглашений, рецепция и гармонизация отечественного права требует незамедлительного внесения изменений в ряд норм федерального законодательства по отдельным правовым отраслям, что впоследствии также позволит существенно сократить как материальные, так и временные затраты при регистрации международных браков, порядок заключения которых автором рассмотрен в следующем параграфе настоящей главы.

§2.2. Системность и структурированность этапов заключения интернационального брака

Говоря о браке как о союзе мужчины и женщины, российское законодательство исходит из давних традиций, сложившихся сотни лет назад. Однако, независимо от культуры, обычаев и за- 70 фиксированных в законодательстве различных государств правил поведения, жизнь общества меняется. На сегодняшний день

существует ограниченное число государств, признающих незарегистрированные браки1. Россия к ним не принадлежит.

В соответствии с действующим российским законодательством брак, не заключенный в органах ЗАГСа, не имеет законной силы (ст. 1 п. 2 СК РФ). Известно, что содержанием семейных отношений в Российской Федерации выступают чувства взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечение беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности защиты своих прав (ст. 1 п. 1 ч. 2 СК РФ), а также брачного союза мужчины и женщины, равенства прав супругов в семье, разрешения внутрисемейных вопросов по взаимному согласию (ст. 1 п. 3 СК РФ).

Изучив каждое из вышеперечисленных положений и объединив их под единым обязательным условием заключения брака, можно сделать вывод, что отношения, не зарегистрированные надлежащим образом, указанным в ст. 1 п. 2 СК РФ, фактически являются брачно-семейными. Безусловно, несоблюдение установленной формы заключения брака в соответствии с действующим законодательством не признается моментом заключения брака. Однако возникает вопрос о несоответствии действующего российского семейного законодательства фактическим отношениям в современном обществе. Современное российское право призвано регулировать отношения между людьми, но не создавать последним препятствий, не тормозить развитие новой стадии человеческих отношений. Признавая условия возникновения и внутреннее содержание рассматриваемого института, которые являются важными для брачно-семейных отношений в целом и брака как отдельной их единицы в частности, невозможно не признавать самих, уже сложившихся и существующих гендерных отношений. Нельзя добровольный, «добросовестный», фактически существующий, длящийся союз мужчины и женщины, соблюдающий все условия, указанные в законе, и отвечающий требованиям, предъявляемым к его содержанию, не признавать браком исключительно по причине несоблюдения формы заключения брака. Так, сделка купли-продажи между-

1 Австрия, Бельгия, Германия, Дания, Исландия, Испания, Нидерланды, Норвегия, Португа- 71 лия, Франция, Швейцария, Швеция и др. (Алексеев Н.А. Гей-брак: Семейный статус однополых пар в международном, национальном и местном праве. М.: Изд. БЕК, 2002. С. 9–14).

народного характера при выполнении всех обязательств с обеих сторон в определенный срок признается действительной при несоблюдении письменной формы. Примером в данном случае может служить ст. 11 Венской Конвенции ООН о международной купле-продаже товаров 1980 года, не требующая, чтобы договор купли-продажи заключался или подтверждался в письменной форме или подчинялся иному требованию в отношении формы. Он может доказываться любыми средствами, включая свидетельские показания.

Принимая во внимание приведенное утверждение, можно спроецировать его на брачно-семейные отношения применительно к вопросу заключения брака. Различия между двумя формулами, выражающими данное положение, становятся очевидными и неизбежно вызывают трудности определенного толка, если предположить, что для проведения аналогии между браком и гражданско-правовым договором важно признать, что брак, по существу, является сделкой.

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Рассматривая брак с данной позиции, становится очевидным, что положения ст. 153 ГК РФ вполне подходят и для определения брака. Основополагающим признаком сделки является правомерность, под которой, прежде всего, понимается соответствие условий, на которых совершается сделка, требованиям закона и иных нормативных актов. Поскольку, как было рассмотрено выше, условия, необходимые для признания союза двух лиц противоположного пола браком, соблюдены, это обстоятельство вторично свидетельствует о том, что брак может быть признан сделкой.

Продолжая перечень аргументов в пользу признания брака гражданско-правовой сделкой, можно указать на еще один ее признак, который представляет собой действие, направленное на достижение определенного результата. В отношении брачного союза результатом являются отношения между супругами, их права и обязанности, вытекающие из этих отношений.

Сделки могут быть как письменными, так и устными. В письменной форме брак заключается в органах ЗАГС, о чем выда- 72 ется свидетельство. Возникает вопрос: если в соответствии с действующим российским законодательством допускается за-

ключение сделок в устной форме, по каким причинам совершение брака в устной форме не допускается? Не признавая фактические длящиеся брачно-семейные отношения мужчины

иженщины, российский законодатель, таким образом, тормозит процесс развития института брака, который в иностранных государствах на сегодняшний день уже получил широкое развитие и представлен различными видами1. Институт сожительства, пакт гражданской солидарности, социально-экономи- ческое партнерство, пожизненное партнерство, гражданский союз – лишь некоторые примеры существующих в настоящее время в иностранных государствах видов брака2. Все приведенные формулировки, принятые в праве иностранных государств для незарегистрированных брачно-семейных отношений между собственными и иностранными гражданами, имеют общее содержание, выраженное в том, что права сожительствующих партнеров распространяются только на тех лиц, которые состоят в отношениях, схожих с браком, и которые могли бы заключить брак в соответствии с действующим законодательством, если бы желали этого. В большинстве европейских государств (Австрия, Бельгия, Германия, Дания, Исландия, Испания, Нидерланды, Норвегия, Португалия, Франция, Швейцария, Швеция и др.) социально-экономическое партнерство приобрело большую популярность, поскольку последствия такого союза аналогичны последствиям брака, однако форма его заключения может быть устной, а содержание практически совпадает с содержанием гражданско-правового договора.

Таким образом, опираясь на опыт иностранных государств

ииспользуя нормы российского законодательства, брак может быть признан сделкой, причем заключаемой как в устной, так

ив письменной форме. В свете международного частного права брак можно рассматривать как сделку международного характера, не имеющую предпринимательского характера и не ставящую целью извлечение прибыли.

Еще в римском частном праве термин contractus означал договор – добровольное соглашение двух сторон, по которому или обе стороны взаимно, или одна относительно другой, обязыва-

В гражданском праве критерий равномерности распределения прав и обязанностей между сторонами положен в основу деления договоров на синаллагматические и односторонние. Синаллагматическим, т.е. двусторонним, является такой договор, стороны которого несут друг перед другом определенные обязанности и имеют соответствующие этим обязанностям права (ст. 1102 ФГК; гл. II ГГУ; ст. 261 книги 6 ГКН)1. Поскольку признать брак односторонним договором невозможно, а, исходя из семейного законодательства иностранных государств и, в частности, российского семейного права (ст. 1, 5, 7 СК РФ), лицам, вступающим в брак, предоставляются равные права и обязанности и возможности для их реализации и защиты, следует вывод о том, что брак является двусторонним договором.

В качестве следующей характеристики брака как договора можно указать на то, что брак является консенсуальным договором, поскольку права и обязанности сторон (лиц, вступающих в брак) возникают в момент достижения соглашения в требуемой законом форме. Такая форма может быть как устной, так и письменной на основании ст. 158 ГК РФ.

Критерий наличия обмена эквивалентными ценностями положен в основу деления договоров на договоры возмездные и безвозмездные. По возмездному договору стороны предоставляют или обязаны предоставить эквивалентные ценности, соизмеримые в деньгах или иным способом. Поскольку по безвозмездному договору одна сторона предоставляет другой стороне какую-либо ценность, выгоду без получения взамен эквивалента, а в случае заключения брака права и обязанности возникают для обеих сторон, которые следует рассматривать в качестве взаимной выгоды, то настоящий договор следует рассматривать как возмездный.

Среди возмездных договоров выделяют рисковые (алеаторные) и меновые. По условиям алеаторного договора в момент его заключения невозможно точно исчислить выгоды либо возможные убытки в случае исполнения (неисполнения) договора, поскольку, согласно условиям договора, они зависят от неизвестного события. При вступлении в брак стороны не могут предвидеть последствия отношений, которые они регистрируют, поскольку отношения между супругами так же, как и исполнение договора,

75

1 Васильев Е.А., Комаров А.С. Указ. соч. С. 497–499.

могут зависеть от различных событий, не подконтрольных лицам, вступающим в брак. Брак следует считать алеаторным договором постольку, поскольку критерием классификации договора как менового является возможность на момент заключения договора количественного исчисления размеров обязательства или права требования, которые будут существовать к моменту его исполнения; то есть стороны, заключая договор, могут оценить ту выгоду, которую они смогут получить, если договор будет исполнен. По условиям менового договора размен взаимных предоставлений сторон не зависит от какого-либо неизвестного события. Однако основной целью брака является создание семьи, и получение выгоды от вступления в брак мужчина и женщина зачастую не оценивают.

В зависимости от предусмотренной договором длительности исполнения доктрина различает договоры с единовременным и длящимся исполнением. К договорам с единовременным исполнением относят такие, исполнение которых осуществляется одномоментно или в течение краткого промежутка времени. Брак может быть признан фиктивным в случае, если лица состояли в нем непродолжительное время. Однако действующее российское законодательство не устанавливает временной период, по истечении которого брак бы признавался действительным1. Статьи 27–28 СК РФ, указывающие на признание брака недействительным, а также на лиц, имеющих право требовать признания недействительности брака, не содержит таких сроков. Однако в случае расторжения брака в судебном порядке будет установлено, что в процессе брака супругами были совершены крупные сделки, после исполнения которых брак по инициативе стороны, в пользу которой были совершены такие сделки, расторгается, суд может принять решение на основании заявления другой стороны о признании такого брака недействительным, если будет доказано, что указанные сделки были совершены в иных целях, нежели создание семьи. Договоры с длящимся исполнением предусматривают их исполнение в течение более или

1См.: Федосеева Г.Ю. Признание браков, заключаемых гражданами РФ за пределами Российской Федерации // Современное право. 2002. № 7; Реформирование правового регулирования трансграничных брачно-семейных отношений в Российской Федерации //

менее длительного периода времени. На договоры с длящимся исполнением могут оказывать влияние факторы экономического и социального характера, которые существенным образом могут повлиять на права и обязанности сторон. Поскольку на брак также могут существенно повлиять различные факторы современной жизни, а при вступлении в брак лица, его заключающие, предполагают создание семьи, что требует достаточно длительного промежутка времени, то следует считать брак договором с длящимся исполнением.

Договоры индивидуальные и коллективные отличает друг от друга круг лиц, на который распространяется действие такого договора. Индивидуальный договор действует в отношении лиц, его заключивших, то есть супругов. Понятие коллективного договора к брачно-семейным отношениям и, в частности, к браку, применено быть не может в силу оговорки о публичном порядке1, действующей в международном частном праве Российской Федерации.

Доктриной в самостоятельную группу договоров, исходя из критерия возможности самостоятельного существования такого договора независимо от других правоотношений, выделяются договоры главные и придаточные. К главным договорам относится большинство договоров гражданско-правового оборота. К таким договорам и относится брак. Придаточные договоры — это те договоры, возникновение и существование которых предполагает наличие другого договора, с которым такой придаточный договор юридически связан. К придаточным договорам в гражданском праве доктрина относит договор поручительства, залога. В семейном праве придаточным договором к браку может служить брачный договор, регулирующий имущественные отношения между супругами2, поскольку без брака брачный договор силы не имеет.

В международном частном праве виды международных сделок различаются по своему содержанию. В связи с этим невозможно дать общее определение для всех международных сделок, включающее и их содержательную сторону.

2См.: Международное частное право и нотариальная деятельность / И.Г. Медведев. 2-е изд. М.: Волтерс Клувер, 2005. С. 184–185.

Вместестемвсевидымеждународныхсделокнезависимоотих содержания объединяются в одну группу наличием у каждого из нихобщегоклассификационногокритерия–«международности»1. Следовательно, определение понятия международной сделки, в конечном счете, сводится к ответу на вопрос, при наличии каких обстоятельств гражданско-правовая сделка приобретает международный характер. Иначе говоря, для признания брака международным требуется наличие иностранного элемента2.

Поскольку критерием международности в вопросах заключения брака выступает наличие субъекта3, принадлежащего по своему личному закону к иностранному государству, доктрина использует устоявшуюся в юридической литературе формулу, о которой было сказано выше, – «брак с иностранным элементом»4. В данном случае под «иностранным элементом» понимается любое физическое лицо, вступающее в брак, личным законом которого выступает право иностранного государства.

Втечение последних десятилетий не только в зарубежной, но

ив отечественной научной и учебной литературе по международному частному праву весьма активно обозначилось понятие «международное семейное право»5.

Втрудах некоторых ученых, указывающих на существование международного семейного права6, используется это словосочетание без оговорок об условности его применения. В большинстве случаев отмечается, что о международном семейном праве следует вести речь как об отдельной отрасли права. Однако, углубившись в суть данной формулировки, становится очевидной невозможность выделения предмета и метода международного семейного права. Это связано с тем, что предметом семейного права большинства государств являются такие

1 Канашевский В.А. Нормы международного права и гражданское законодательство России. М.: Международные отношения, 2004. С. 124–131.