Трансграничный брак международно-правовой аспект

шариате, на том основании, что оно ассоциируется с исламомрелигией, а не с правом в собственном смысле, правовой культурой ислама1.

Специфика мусульманского права, не имеющего выражения

взаконодательстве, состоит в том, что существуя лишь в доктрине и являясь центральным элементом правового сознания мусульманского населения, оно выполняет важную регулятивную функцию. В результате сильного влияния ислама, взаимопроникновения и взаимосвязи религиозных, юридических и моральных норм в отдельных сферах общественных отношений многие положения мусульманского права действуют самостоятельно, без участия государственного регулирования, поскольку случаи их нарушения исключительно редки. Важную роль

вэтом играет категория ответственности как один из основных элементов исламской системы социально-нормативного регулирования2.

Таким образом, для единообразного, унифицированного регулирования различных сфер правоотношений диаметрально противоположными системами и школами, которыми выступают российское и мусульманское право, необходимо объединение, наложение норм этих систем друг на друга. Безусловно, сферы общественных отношений, не имеющие законодательного выражения в праве обоих государств, останутся в области регулирования культуры, религии и традиций каждого из государств. Российскому брачно-семейному законодательству необходимо воспринять нормы шариата и включить их в свои нормативноправовые акты, а также привлекать внимание граждан к аналогичным положениям христианских религиозных источников с целью повышения ответственности как одного из основных элементов системы социально-нормативного регулирования.

Рассматривая соотношение коллизионного регулирования и оговорки о публичном порядке, можно увидеть, что первое обеспечивает ее взаимодействие с другими национально-правовыми системами, а публичный порядок служит сохранению устойчивости внутригосударственных отношений при таком взаимодействии системообразующих элементов и их свойств, на сохране-

2Бизюков С.Н. Вопросы ответственности в мусульманской правовой теории // Правоведение. 1989. № 6.

ние которых направлена совокупность (целостность) связей и отношений системы. Коллизионное право дает толкование международных частных отношений не прямо, а косвенно – через правоотношения с иностранным элементом, поиск правовой системы, с которой эти отношения наиболее тесно связаны1.

Данный подход закреплен действующим законодательством, устанавливающим, что в случае исключения применения иностранного права в результате действия оговорки о публичном порядке соответствующая норма российского права применяется только при необходимости (ст. 1193 ГК РФ).

Коллизионные нормы, содержащие условия вступления в брак, унифицированы двусторонними договорами и многосторонними конвенциями. Наибольшую известность приобрели уже отмеченная выше Гаагская конвенция об урегулировании коллизий законов в области заключения брака 1902 г., Договор о международном гражданском праве 1940 г., Конвенция о заключении брака и признании его действительным 1978 г., Кодекс Бустаманте 1928 г.2

В Российской Федерации разрешение коллизионных вопросов по проблемам брака основано на нормах Семейного кодекса.

Заключаемые в Российской Федерации международные браки в отношении формы и материальных условий подчинены законодательству России. Это означает, что при совершении брака иностранцами в Российской Федерации должны быть соблюдены общие условия регистрации брака, предусмотренные российским законом, и не известные российскому праву запреты к вступлению в брак, предусмотренные личным законом иностранца, не учитываются российскими регистрационными органами.

Во избежание такого «одностороннего», «хромающего» регулирования, вопросы надлежащего оформления браков с целью признания их действительными предусматриваются международными договорами. В настоящее время в Российской Федерации действуют международные договоры о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам, заключенные

СССР с иностранными государствами. В отношениях с респу-

1 Кудашкин В.В. Государственное регулирование торговли продукцией военного назначения 130 с иностранными государствами. Монография. СПб.: Изд. «Юридический центр Пресс»,

2003. http://www.pravo.vuzlib.net (дата обращения: 16.04.2013).

2 Международное частное право: Сборник документов. М.: Изд. БЕК, 1997. С. 659–737.

бликами СССР действует Соглашение о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам, принятое 22 января 1993 г.1

Российская Федерация признает действительными браки, заключенные российскими гражданами за пределами Российской Федерации не только в консульствах и посольствах, но и в соответствующих органах иностранных государств. Также браки, заключенные с соблюдением формы, установленной законом места его совершения, признаются действительными в Российской Федерации, если соблюдены требования российского законодательства о материальных условиях вступления в брак.

К недействительным бракам, заключенным между российскими и иностранными гражданами, применяются правила российского законодательства. Однако при рассмотрении соотношения мусульманского и российского права в сфере брач- но-семейных отношений следует помнить, что в большинстве исламских государств существует своя правовая и традицион- но-культурная специфика, отличающаяся от общих шариатских догматов.

Такой спецификой обладает Королевство Марокко в вопросах признания законности смешанных браков. Брачно-семейные отношения в Марокко регулируются рядом нормативных актов, в совокупности именуемых «Законами личного статуса». Личный статус каждого гражданина Марокко зависит от его вероисповедания. Семейные отношения марокканцев-мусульман регулируются на основе «рит макелит» – отрасли мусульманского права, впервые кодифицированного в 1957 г. и объединенного в «Кодекс о личном статусе марокканцев-мусульман», состоящем из 6 книг2.

Ранее административная практика Марокко признавала смешанные браки (в первую очередь, мароккано-французские), если они заключались в этом государстве. В 1959 г. Королевский кассационный суд усмотрел в подобной практике нарушение прав марокканских подданных и наложил запрет на регистрацию смешанных браков только в светской форме.

2Борминская Д. Новые тенденции в развитии мусульманского семейного права на примере Семейного кодекса Королевства Марокко 2004 г. // Семейное и жилищное право. 2009. № 3.

Позднее, в 1960 г. было разрешено заключение светского брака между марокканцем и гражданкой иностранного государства (гражданкой Марокко и иностранным гражданином), поскольку это не нарушало личностный статус марокканского подданного (ст. 1). Также бракосочетание в светской форме подлежало предварительному признанию (освящению) этого союза на основе и в форме, соответствующим личностному статусу марокканского подданного. К наиболее важным условиям вступления в брак относятся следующие:

1)брачный возраст (18 лет для мужчины, 15 лет для женщи-

ны);

2)наличие соответствующего документа из консульского учреждения страны одного из супругов, подтверждающего отсутствие причин для отказа в регистрации брака;

3)обязательный свободный обмен согласием на вступление в брак обоих будущих супругов, осуществляемый в письменной форме в присутствии двух свидетелей;

4)определение размера приданого в брачном свидетельстве;

5)отсутствие мешающих браку запретов на вступление в брак

сродственниками (в том числе по линии другого супруга), а также для марокканца – вступление в брак более, чем с четвертой женщиной при отсутствии расторжения предыдущих браков.

В Марокко заключение и расторжение международных браков с участием местных граждан в настоящее время регулируется следующими законодательными актами: дахиром от 1913 г. о гражданском состоянии иностранцев в Марокко; дахиром 1925 г. о гражданском состоянии; дахиром 1957 г. о личном статусе и дахиром 1960 г. о смешанных браках1.

Марокканец-мусульманин может вступить в брак с христианкой или иудейкой. Женщине в Марокко запрещен брак с представителем немусульманской религии. В последующем в случае принятия супругом ислама брак может быть признан действительным.

Гражданка России, состоящая в смешанном браке с марокканцем и зарегистрировавшая брак в соответствии с утвержденным порядком, получает семейные и социальные права наравне

смарокканской женщиной, сохраняя одновременно российское гражданство. Заключение брака по правилам и обычаям своего

132

1Крылова Н. Африканские семейно-брачные законодательства и иностранка // Права женщин в России. 1999. № 8.

государства создает для гражданки иностранного государства условия для получения марокканского гражданства в связи со вступлением в брак, а ее семье предоставляет все права в соответствии с Кодексом личного статуса марокканского подданного. Следует отметить, что местные власти Марокко признают полностью законным лишь брак, заключенный с соблюдением канонов шариата, т.е. совершенный с соблюдением всего ритуала мусульманского бракосочетания или оформленный через министерство хаббусов (по делам религии) без всяких ритуалов после уплаты «брачного взноса».

Согласно Гаагской конвенции об урегулировании коллизий законов в области заключения брака 1902 г. брак признается действительным в отношении формы, если при его заключении соблюден закон государства места совершения брака. Одновременно Конвенция допускает некоторые отступления от этого правила в пользу общего национального закона супругов. Так, не признаются действительными светские браки иностранных граждан, заключенные на территории других государств по действующим там законам, если законодательство первых требует совершения религиозного обряда брака. Если национальный закон требует публикации о бракосочетании, то несоблюдение этого условия делает брак недействительным в том государстве, закон которого был нарушен, но он будет признаваться в государствах, где публикации не требуется. Брак, ничтожный по форме в государстве его совершения, может быть признан действительным в других государствах, если форма, предписанная национальным законом каждого из супругов, была соблюдена1.

Представляется, что подчинение праву совместного жительства супругов их личных отношений является наиболее правильным решением данной коллизионной проблемы. Однако, в случае несовпадения места жительства супругов на момент рассмотрения спора, право их первого совместного домицилия может содержать существенные отличия от рассматриваемых отношений. Так, например, гражданин России и гражданка Египта в течение года после регистрации брака постоянно проживали на территории Египта, после чего супругом было изменено место

низма, запущенного в сознании субъекта, носящего социальнонравственный характер. С помощью понимания отечественным гражданином нормы права, с учетом внутренней мотивации лица о соблюдении законодательных предписаний и существования уважения, основанного на страхе несоблюдения таких норм в сфере брачно-семейных отношений, постепенно приведет к сокращению правонарушений в данной области, а также поднимет престиж и приоритет отечественных законов среди российских граждан. Следствием будет сокращение количества правонарушений и случаев обхода законов при заключении и расторжении международных баков, что, в свою очередь, уменьшит количество судебных споров по вопросам выбора применимого права.

В настоящее время наиболее многочисленны коллизии законов, регулирующие брачно-семейные отношения. Это обусловлено тем, что материальные нормы семейного права отдельных государств различаются, а случаи, в которых ставится вопрос о применении иностранных норм семейного права или о признании иностранных судебных решений по делам о расторжении брака или признании международного брака недействительным, встречаются очень часто. Такие случаи становятся возможными, когда граждане одного государства вступают в брак на территории другого, при заключении брака между гражданами различных государств и др. Данные ситуации являются примером правоотношений, содержащих с позиции международного частного права «иностранный элемент» и придающих частноправовым отношениям международный характер, в силу которого возникает потребность выборе применимого права.

Заключение браков с иностранными гражданами на территории России осуществляется так же, как браки между гражданами Российской Федерации. Однако сторона, имеющая гражданство иностранного государства, обязана при подаче заявления о вступлении в брак помимо основного пакета документов предоставить регистрирующим брак органам документ, подтверждающий право данного лица на вступление в брак. Данный документ в зависимости от формы, установленной каждым иностранным государством, может быть различным, однако содержание их должно сводиться к указанию на то, что лицо, представляющее данный документ, не состоит в другом зареги-

стрированном браке в государстве своего гражданства и по lex 135 personalis вправе вступать в брак. Такой документ может быть

Справкой о правоспособности лица на заключение брака (Украина, Белоруссия), Консульская справка (Германия, Литва), Нотариальный акт (Китай), Свидетельство о семейном положении (Конго), а также Удостоверение статуса лица как живого и его гражданского состояния (Барселона). Для наличия юридической силы данного акта он скрепляется апостилем, под которым понимается специальный штамп по форме, предусмотренный Гаагской конвенцией 1961, проставляемый на официальных документах, выдаваемых в государствах-участниках, и тем самым освобождающий документы от необходимости дипломатической или консульской легализации. Апостиль проставляется на самом документе или на отдельном листе, скрепляемом с документом, и заверяется уполномоченными на то лицами. Так, удостоверяющими органами могут быть Отдел магистрата (Австрия), посольства (Иордания, Конго, Китай), консульства (Литва, Афганистан), органы ЗАГС (Барселона, Узбекистан).

Апостиль удостоверяет подлинность подписи, качество, в котором выступило лицо, подписавшее документ, а также в случае необходимости – подлинность печати или штампа государствучастников. В Российской Федерации апостиль проставляется Министерством юстиции, Министерством Внутренних Дел, Прокуратурой и архивным ведомством.

Российское законодательство не предусматривает выдачу справок о не состоянии в другом зарегистрированном браке. В связи с этим у российских граждан при вступлении в брак за границей, а также в случае, когда брак заключается лицами, одно из которых является российским гражданином, а другое – иностранным на территории иностранного государства, возникает множество проблем. Разрешение таких трудностей является задачей исключительно российских граждан, вынужденных из-за пробелов в брачно-семейном законодательстве искать пути обхода российских законов и составления зачастую нелегитимных справок произвольной формы.

Для решения таких вопросов автором настоящего монографического исследования предлагается, учитывая опыт иностранных государств, эффективно сочетать в рамках действующего законодательства как традиции, так и требования современной действительности. Примером такого сочетания выступает му-

136 сульманское право, которое для достижения эффективности современного семейного законодательства в исламских государ-

ления в пользу общего национального закона супругов, то по Конвенции 1978 г. это допускается по закону национальности или постоянного местожительства одного из супругов или когда личный закон обоих будущих супругов предъявляет требования, содержащиеся в коллизионных нормах государства места заключения брака. Конвенция содержит перечень браков, к которым она не применяется. Это – браки, заключенные военными властями, либо на борту самолета или судна; браки, заключенные по доверенности, посмертные браки и фактические неформальные браки.

Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам 1993 г. устанавливает коллизионные принципы определения условий заключения (закон гражданства; для лиц без гражданства – закон постоянного местожительства) и коллизионные принципы определения препятствий к заключению брака (закон места заключения брака и личный закон брачующихся)1.

В Российской Федерации иностранные граждане при соблюдении определенных условий могут заключать браки в консульских и дипломатических представительствах своих государств, поскольку в соответствии с Венской конвенцией о консульских сношениях 1963 г. исполнение консулом обязанностей регистратора актов гражданского состояния, в частности брак, является одной из консульских функций. Браки, заключенные перед должностными лицами в их официальной резиденции в иностранном государстве, называются дипломатическими, или консульскими. При их оформлении соблюдаются требования, установленные законом представляемого государства, и по своей силе они приравниваются к бракам, заключенным на территории этого государства. Для признания консульских действий по регистрации актов гражданского состояния необходимо соблюдение национального закона или положений договора, заключенного с соответствующим государством.

Полномочия официальных лиц, совершающих бракосочетание, закрепляются в специальном национальном законодательном акте, а формальности, обязательно выполняемые пе-

138

1Федосеева Г.Ю. Брачно-семейные отношения международного характера // Второй паспорт. 2003. № 2 (12). С. 41–42.