Теоретические и практические аспекты развития современной цивилистической науки. Выпуск 3. Сборник научных трудов

3.Гонгало Б.М., Крашенинников П.В. Брачный договор. Коммента-

рий семейного и гражданского законодательства. М., 2006. С. 128.

4.Максимович Л.Б. Брачный договор в российском праве. М., 2006.

С.339.

5.Чефранова Е.А. Имущественные отношения в российской семье: Практ. пособие. М., 2006. С. 168.

6.Функ Я.И. Брачный договор. Имущественные отношения супругов,

их участие в хозяйственных обществах и товариществах. М., 2007.

С.160.

Волкова Е.А.

СУРРОГАТНОЕ МАТЕРИНСТВО: НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ ПРАКТИКИ

Пару лет назад институт суррогатного материнства только начинал свое робкое становление. Родители, не могущие иметь детей, искали способы таковыми обзавестись. Чаще это становились не легальные эмигрантки из стран ближнего зарубежья. Не было ясно каким образом составить договор, как оформить свои отношения с суррогатной матерью. Теперь все эти вопросы остались в прошлом, в 2012 году официально на законодательном уровне было разрешено использовать программы суррогатного материнства.

Если посмотреть на всемирное отношение к проблеме вынашивания ребенка третьим лицом, то мы также увидим не однозначность подходов к этому вопросу. Законодательство одних стран «держится в стороне» от регулирования вопросов суррогатного материнства (Греция, Бельгия и др.); другие страны приветствуют только не коммерческое вынашивание, то есть без выплат вознаграждения суррогатной матери (например, Великобритания); третьи не приемлют и даже запрещают поиск суррогатной матери для вынашивания ребенка (Австрия и др.); в Германии за это наступает уголовная ответственность.

Законодательство России очень лояльно подошло к этому вопросу. Обратившись к нормам закона, мы увидим, что суррогатная мать может

оставить себе ребенка, так как права генетических родителей признаются только после отказа от новорожденного суррогатной матери. Закон допускает изменение решения суррогатной матери как в пользу отказа, так и в пользу решения этого вопроса в обратную сторону. Передумать могут и генетические родители. Беременность в таком случае прерывается или же суррогатная мать рожает этого ребенка для себя.

41

Интересен тот факт, что статистика привлечения суррогатной мате-

ри в России отсутствует.

Необходимо отметить, что поиски суррогатной матери законом не прописаны, то есть процедура, которой должны следовать генетические родители в нормативной базе отсутствует. Практикой сложилось, что «база» потенциальных суррогатных матерей есть как в частных меди-

цинских клиниках, занимающихся репродуктивными технологиями,

так и в компаниях-посредниках, которые прекращают свое «кураторство» над этим вопросов сразу после заключения договора между генетическими родителями и женщиной, пожелавшей выносить ребенка.

Давайте перечислим те законы, в которых мы можем в той или иной

степени найти нормы о суррогатном материнстве: Семейный Кодекс

РФ; Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»; Закон «Об актах гражданского состояния» от 15.11.97. № 143-ФЗ; Приказ Минздрава России от 30.08.2012 № 107н «О порядке использования вспомогательных репро-

дуктивных технологий, противопоказаниях и ограничениях к их при-

менению» пришедший на смену Приказу Минздрава РФ от 26.02.03. № 67 «О применении вспомогательных репродуктивных технологий (ВРТ) в терапии женского и мужского бесплодия».

Обратимся также и к судебной практике в отношении вопроса о

применения программы суррогатного материнства к одиноким (не со-

стоящих в браке людям). Самым ярким прецедентом является решение по делу Натальи Горской, которое вынес Калининский районный суд С.-Петербурга. Он указал, что, в соответствии со ст. 35 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан, одинокая женщина имеет равные с женщинами, состоящими в браке, права на реализацию функции материнства.

Судом было установлено, что в иных нормах, касающихся здравоохранения и планирования семьи, отсутствуют какие-либо запреты или

ограничения относительно возможности для женщины, не состоящей в браке, реализовать себя как мать.

Суд указал, что пункт 4 ст. 51 Семейного кодекса РФ предусматри-

вает только частный, один из нескольких возможных случаев – случай регистрации рождения ребёнка, родившегося в результате реализации

программы суррогатного материнства для лиц, состоящих в браке, от-

метив, что органы ЗАГС ошибочно применяют данную частную норму (п. 4 ст. 51 СК РФ) как общую, делая из неё вывод о невозможности уча-

стия в программе суррогатного материнства для женщины, не состоя-

щей в зарегистрированном браке. Суд отметил, что такое истолкование законодательства нарушает права граждан, установленные ст. 38, 45, 55 действующей Конституции Российской Федерации.

42

Суд указал на то, что заявление суррогатной матери лишь подтверждает, что она сама не претендует на то, чтобы быть зарегистрированной

матерью ребёнка, рождённого в результате программы суррогатного материнства. К гарантии прав суррогатной матери и сводится абзац 2 п. 4 ст. 51 Семейного кодекса.

Суд посчитал отказ органов ЗАГС в регистрации рождения ребёнка у заявителя в результате применения суррогатного материнства по правилам, установленным для регистрации рождения детей у одиноких матерей, не соответствующим приведённым выше нормам закона и подлежащим отмене. Горская стала первой российской женщиной, отстоявшей своё право на материнство через суд.

Вноябре 2009 года аналогичное решение по идентичному делу вынес в Москве Кунцевский районный суд. Московский суд вслед за петербургским указал, что «одинокая женщина имеет равные с женщинами, состоящими в браке, права на реализацию функции материнства».

После публикации в средствах массовой информации этих прецедентных судебных решений, российские ЗАГСы начали регистрировать детей одиноких женщин, не дожидаясь судебных решений. Так, 13 января 2010 года отдел ЗАГС Великого Новгорода в день обращения зарегистрировал «суррогатного» ребёнка, родившегося у не состоящей в браке жительницы Новгородской области.

Однако сложности при регистрации «суррогатных» детей у одиноких женщин по-прежнему сохраняются. Если речь идёт о необычных репродуктивных программах (посмертная репродукция, сочетание суррогатного материнства с донорскими программами и пр.), трудности увеличиваются в геометрической прогрессии.

Всвоём решении по делу Натальи Климовой, которая стала «суррогатной» мамой-бабушкой ребёнка, зачатого после смерти своего сына, Смольнинский районный суд С.-Петербурга установил, что «действующее законодательство не содержит запрета на регистрацию рождения ребёнка, рождённого в результате имплантации эмбриона другой женщине в целях его вынашивания, одинокой матерью данного ребёнка» и признал, что отказ не основан на законе и нарушает права и законные интересы не только истицы, но и новорожденного. Суд признал отказ

врегистрации незаконным и обязал орган ЗАГС произвести государственную регистрацию рождения ребёнка с указанием в качестве матери Натальи Климовой, сведений об отце – по её указанию, обратив решение к немедленному исполнению.

Бабушкинский районный суд г. Москвы в августе 2010 года вынес

первое – прецедентное для России – решение об обязании районного

ЗАГСа зарегистрировать ребёнка, родившегося по программе гестационного суррогатного материнства с донорскими ооцитами для одинокого мужчины. В результате было получено первое в стране свиде-

43

тельство о рождении «суррогатного» ребёнка у «одинокого» мужчины с прочерком в графе «мать».

В этом своём ставшем знаковым для всей страны решении суд установил, что в российском законодательстве «отсутствуют какие-либо запреты или ограничения относительно возможности для женщины или для мужчины, не состоящих в браке, реализовать себя как мать или отец с применением методов искусственной репродукции».

Впоследствии российскими судами были приняты ещё несколько фактически идентичных решений по аналогичным делам с участием «одиноких» родителей, как женщин, так и мужчин, например, решение Смольнинского районного суда г. С.-Петербурга по иску одинокого петербуржца, которому ЗАГС отказал в регистрации его «суррогатной» двойни.

Основанием для отказа также послужило семейное положение заявителя, а именно то, что он не состоял и не состоит в зарегистрированном браке. Ссылаясь на ч. 3 ст. 19 Конституции РФ, суд указал, что «действующее законодательство исходит из равенства прав женщин и мужчин. Не является исключением и право одиноких мужчин на рождение детей, создание семьи, в которую будут входить только дети и их отец». Суд однозначно установил, что «действующее законодательство не содержит запрета на регистрацию рождения ребёнка, рождённого в результате имплантации эмбриона другой женщине в целях его вынашивания, одинокой матерью или отцом данного ребёнка». Суд констатировал, что отказ в регистрации рождения ребёнка не основан на законе и нарушает права и законные интересы не только истца, но и его новорожденных детей.

Учитывая, что «действующее законодательство не регулирует вопрос установления отцовства и регистрации рождения детей, не имеющих матери, а имеющих только отца», суд счёл необходимым «использовать нормы действующего семейного законодательства по аналогии», особо указав на то, что, как сказано в решении суда, «отсутствие правовых норм не может являться основанием для умаления и нарушения прав и законных интересов детей и их отца». Отказ Отдела регистрации актов гражданского состояния в регистрации рождения первой в С.- Петербурге «суррогатной» двойни, родившейся у одинокого отца, был признан судом незаконным

Российский закон не оговаривает ситуацию, которая может возник-

нуть в случае развода или смерти биологических родителей до рождения ребёнка.

Родители в любом случае должны быть вписаны в свидетельство о рождении своего «суррогатного» ребёнка. Вопрос о том, кто из родителей будет его воспитывать, должен решаться предусмотренным п. 2 ст. 66 Семейного Кодекса РФ соглашением об осуществлении родитель-

44

ских прав родителем, проживающим отдельно от ребёнка, или же в судебном порядке с участием органов опеки и попечительства.

Несмотря на то, что по Семейному Кодексу РФ (п. 4 ст. 51) заказчики могут быть записаны родителями ребёнка лишь с согласия женщины, его родившей, случаев отказа суррогатной матерью подписать такое согласие не было. Отозвать своё согласие после регистрации ребёнка суррогатная мать уже не вправе.

Список используемой литературы

1.Семейный кодекс Российской Федерации от 29.12.1995 № 223-ФЗ (ред. от 02.07.2013)// СПС Консультант Плюс.

2.Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21.11.2011 № 323-ФЗ (ред. от 27.09.2013) // СПС Консультант Плюс.

3.Закон «Об актах гражданского состояния» от 15.11.97. № 143-ФЗ (ред. от 07.05.2013) // СПС Консультант Плюс.

4.Приказ Минздрава России от 30.08.2012 № 107н «О порядке использования вспомогательных репродуктивных технологий, противопоказаниях и ограничениях к их применению» // Российская газета, спецвыпуск, № 78/1, 11.04.2013.

Джамалова Л.А.

Актуальные проблемы реализации права застройки земельного участка

Рост объемов жилищного строительства приводит к возникновению повышенного спроса на земельные участки. В значительной степени они находятся в собственности муниципальных образований или государства. Поскольку земля является важнейшим активом, важнейшим источником пополнения бюджетов администраций, местные и региональные власти заинтересованы в том, чтобы за предоставленные

под застройку участки получить как можно большую компенсацию или в денежном выражении, или в натуральном эквиваленте – в виде построенных квартир.

Таким образом, инвестор-застройщик имеет дело с крупным монополистом. Сохранение городской земли в собственности муниципали-

45

тета становится препятствием на пути создания конкуренции в этом

секторе экономики, развития городов, порождает неразвитость рынка жилья и негативно сказывается на ценах на жилье. Жилищный пакет предусматривает решение проблемы через восстановление частной собственности на землю: только тогда, когда собственность на строения и земельный участок окажутся в одних руках, станут возможны нормаль-

ное положение строителя и надежный ипотечный кредит, обеспечен-

ный залогом единого объекта недвижимости. Введение свободного оборота земельных участков будет способствовать разрушению монополии на владение землей, поскольку аукционная продажа, при правильной ее организации, сделает процедуры гласными, открытыми для всех.

Вместе с тем не секрет, что отсутствие земельного рынка таит в себе

угрозу повышения цен на жилищное строительство, так как муниципа- литет-монополист может устанавливать стартовые цены на продаваемые земельные участки. Когда земельный рынок станет реальностью, то основным фактором, определяющим цену на землю, будет механизм

«спрос-предложение», однако в переходный период рыночные меха-

низмы не могут быть задействованы в полном объеме. Полагаю, что именно поэтому строители и другие участники рынка недвижимости осторожно реагируют на вводимые новшества.

С другой стороны, существующая практика предоставления участ-

ков на условиях краткосрочной аренды на время проектирования и

строительства является крайне рискованной для арендатора, застройщика и инвестора. Он неохотно идет на реализацию долгосрочных строительных проектов, опасаясь, что условия арендного договора могут измениться в худшую для него сторону. Многие инвесторы вообще отказываются от нового строительства, стремясь уменьшить свои риски. Высокие риски при аренде земли не позволяют рассчитывать и на по-

лучение серьезных кредитов, необходимых для нового строительства. Именно поэтому, как правило, банки не выступают в качестве кредито-

ров жилищного строительства, в лучшем случае – в качестве инвестора. Это является одним из самых больших тормозов на пути увеличения объемов жилищного строительства.

Одним из действенных механизмов может стать право застройки как технико-юридический инструмент, применявшийся в дореволюци-

онной России и России в период НЭПа и используемый в других стра-

нах с многоукладной экономикой по сей день.

Несмотря на свое название, право застройки не имеет ничего обще-

го ни с правовыми отношениями, регулирующими застройку города,

ни с обязательными строительными и иными нормами, ни с планами застройки в их европейском понимании, ни с генеральными планами развития городов советского периода. Право застройки возникло спе-

46

циально для решения проблем при строительстве объектов на чужой

земле.

Появилась настоятельная необходимость создания ряда механизмов, призванных дать ход массовому жилищному строительству и развитию городов, одним из которых является право застройки. Особенно широкое распространение строительства, основанного на праве застройки, характерно для Германии, где для решения социальных проблем широко использовались государственные и муниципальные земли.

На рынке должен появиться механизм, который, с одной стороны, является менее рискованным по сравнению с краткосрочной арендой земельных участков и, в то же время, более дешевым по сравнению с аукционной продажей земельных участков в собственность. Не следует также забывать о том, что потребителей жилых помещений в многоквартирных домах, как правило, не интересует, на чьей земле находится их квартира. Этот вопрос может интересовать только тех покупателей, которые используют свои квартиры в целях бизнеса. Мы не редко путаем покупателей квартир, решающих свои жилищные проблемы, с инвесторами жилищного строительства, которые вкладывают средства для извлечения прибыли. Потребителей жилья интересует только цена, которая должна быть максимально доступна для них.

Именно заботой о гражданах, обладающих сравнительно невысокими доходами, с целью снижения социальной напряженности в 1912 г. в России был принят закон «О праве застройки»[1]. Проект закона, внесенный в Государственную Думу Петром Столыпиным, ставил своей целью поддержку мелких домовладельцев, лишенных возможности приобретать землю для жилищного строительства в городах и вынуж-

денных строиться на чужой земле.

В гражданских кодексах Германии, Швейцарии и еще некоторых стран право застройки определяется как особый вид вещного права, наряду с правом собственности. В законодательстве других стран правовой режим права застройки реализуется иначе, путем установления обязательных условий специального вида договоров. Практика и дореволюционной России, и других стран с многоукладной экономикой и частной собственностью на землю показывает, что собственность на строения и земельный участок не всегда совпадают.

Вещный характер права застройки принципиально отличает его от аренды.

Право застройки может быть предметом оборота или залога (ипотеки). При этом выдача кредита под залог права застройки требует более точных оценок стоимости права, контроля со стороны кредиторов за поддержанием строений в порядке для того, чтобы предотвратить право застройки от обесценивания.

47

Список используемой литературы

1.Программа реформ П.А.Столыпина. Документы и материалы. В 2-х томах. М.,: «Российская политическая энциклопедия», 2002.

Емельянов С.Г.

Обычное право как источник древнерусского права

Процесс возникновения права так же сложен, как и процесс возникновения государства. И протекают оба этих процесса одновременно. Если отталкиваться от положения, что реализация права обеспечивает-

ся государством, то приходится признать, что право не может возник-

нуть раньше государства.

Естественно, и в догосударственный период имелись нормы, регулировавшие отношения в обществе: нормы морали, религиозные нормы, нормы обычаев. Они соблюдались, прежде всего, благодаря авторитету

традиций, общественного мнения и религиозных верований. Эта сила

была, пожалуй, сильнее угрозы наказания со стороны государства.

По мнению Т.В. Кашаниной и С. Салтыковой, отношение государ-

ства к обычаям племенного строя и периода военной демократии было

неодинаково. Одни обычаи регулировали отношения, в которые государство не считало источник права – обычное право. Итак, нормы догосударственного периода как бы плавно врастают в право. Примеча-

тельно, что право у славян обозначалось общим термином «правда»[1]. Древние обычаи, воспринятые государством в качестве правовых

и ставшие древнейшим источником права, хотя и не были записаны, достаточно хорошо сохранились в памяти народа. Подобно обычаям племенного строя, нормы обычного права были облечены в форму по-

говорок, пословиц, песен, сказаний, как отмечают С.А. Чибиряева, В.П. Портнов и другие исследователи.

И.Д. Беляев и Зуев М.Н. считают, что в сфере уголовного права нор-

мы обычного права действовали достаточно долго. В начале XI века Ярослав законодательным путем закрепил правовой обычай кровной мести, внеся в него свои изменения и дополнения. Регулирование иму-

щественных отношений нормами обычного права осуществлялось тоже

в течение достаточно длительного времени, поскольку государство не спешило вмешиваться в сферу частных отношений.

48

Купцы были связаны единством профессиональных интересов. Внутри их сообщества складывались свои нормы поведения, основанные

на солидарности интересов, взаимном доверии. В ряде случаев купцы не пользовались сугубо формальными способами заключения договоров. Так складывались обычаи торгового оборота. Значение купечества в жизни государства заставляло законодателя учитывать эти обычаи, а суды опираться на них при разрешении споров. В результате из норм обычаев, действовавших в среде купечества, создавалось торговое обычное право. В ряде случаев государство издает специальные норма- тивно-правовые акты, включающие нормы торговых обычаев. Из обычаев торгового оборота, нормативно-правовых актов, принятых на их основе, постепенно начинает складываться торговое право, являющееся подотраслью гражданского [2].

На взгляд многих исследователей (С.Н. Соловьева, С.В. Юшкова, Н.И. Костомарова и других), семейно-брачные отношения до Крещения Руси регулировались исключительно обычным правом. Христианство с его серьезным отношением к браку и семье вступило в непримиримую борьбу с семейно-брачными обычаями дохристианского общества. Однако вытесненные из права обычаи времен язычества еще долго (если не до наших дней) соседствовали с нормами церковного права, регулировавшими семейно-брачные отношения в христианской Руси. Совершенно особой сферой действия норм обычного права было регулирование внутри– и межобщинных отношений [3]. Здесь правовой обычай сохранялся длительное время в неизменном виде.

Нормы обычного права складывались очень длительный период, при этом параллельно в обществе стали формироваться новые отношения, которые потребовали иного подхода к их урегулированию. Вот тогда и появился новый источник права – нормативно-правовой акт.

Список используемой литературы

1.Бердников И.С. Краткий курс церковного права Православной Церкви. Вып. 1. Изд. 2-е. Казань, 1903. С.74.

2.Древнерусское государство и право: Учеб. Пособие / Под ред. Г.В. Швеков. М., 1998. С.178.

3.Покровский С.А. Общественный строй Древнерусского государ-

ства. – В кн.: Труды ВЮЗИ М.,1970, Том XIV. С.112.

49

Каланджян Р.П.

АБСОЛЮТНОСТЬ И ОТНОСИТЕЛЬНОСТЬ ИСТИНЫ В ГРАЖДАНСКОМ ПРОЦЕССЕ: ПРОБЛЕМА РАЗГРАНИЧЕНИЯ

Что есть истина? Такой вопрос звучит на протяжении веков. О сущности понятия «истина» размышляли представители многих научных школ (философы, социологи, правоведы). Особенно важно установить истину, когда речь идет о судебном деле, когда каждая из сторон уверена в своей «правоте» относительно обстоятельств спора. Ведь и категория «истина» сама по себе является весьма многогранным понятием. Обратившись к словарям современности, мы найдем различные толкования слова «истина».

Так, в словаре синонимов «истина» стоит на одной «ступени» со словами «правда», «аксиома» [7, 211]. В Толковом словаре Ефремовой понятие истины изложено как

«1) а) Идеал познания, заключающийся в совпадении мыслимого с действительностью, в правильном понимании и знании объективной действительности. б) Адекватное отражение предметов и явлений действительности познающим субъектом, воспроизводящее их так, как они существуют вне и независимо от сознания (в философии).

2)То, что есть в действительности, соответствует ей; правда.

3)Утверждение, суждение, положение, основанные на житейском опыте» [2, 435].

А Большой энциклопедический словарь называет истину как «…соответствие знания действительности; объективное содержание эмпирического опыта и теоретического познания. В истории философии истина понималась как соответствие знания вещам (Аристотель), как вечное и неизменное абсолютное свойство идеальных объектов (Платон, Августин), как соответствие мышления ощущениям субъекта (Д. Юм), как согласие мышления с самим собой, с его априорными формами (И. Кант). В современной логике и методологии науки классическая трактовка истины как соответствия знания действительности дополняется понятием правдоподобности – степени истинности и соответственно ложности гипотез и теорий» [1, 853].

Эти понятия носят «обыденный» не специфический характер, нас же в большей степени интересует то, как же все-таки законодательно установлены критерии определения истины в суде.

Законодатель позаботился об установлении пределов истины в процессе, закрепив соответствующий принцип – принцип объективной истины в гражданском судопроизводстве.

50