Теоретические и практические аспекты развития современной цивилистической науки. Выпуск 3. Сборник научных трудов

оказанию содействия потоку инвестиций в развивающиеся страны-чле- ны и между ними;

–использование других дополнительных полномочий, которые могут потребоваться для достижения этой цели.

Особо необходимо отметить, что Агентство проводит деятельность по оказанию содействия потоку инвестиций только в развивающиеся страны-члены и между ними. Так, на основании ст. 14 Сеульской конвенции, «капиталовложения гарантируются по настоящей главе только

вслучае, если они будут производиться на территории развивающейся страны-члена».

Своеобразием отличается предусматриваемый Договором 1994 г. к Европейской энергетической хартии порядок рассмотрения споров между инвесторами и государствами-участниками Договора. После осуществления иностранной инвестиции в соответствии с национальным законодательством страны, Договор призван обеспечивать надежное и стабильное взаимодействие между этой инвестицией и принимающим правительством. Договор защищает иностранных инвесторов от таких некоммерческих рисков, как дискриминационный режим, прямая или косвенная экспроприация или нарушение отдельных инвестиционных контрактов. Обязательные нормы, содержащиеся в Договоре предоставляют инвесторам возможность защищать свои права, подавая иски против правительств принимающих сторон в международный арбитраж.

На региональных уровнях также принимаются нормативные акты, устанавливающие механизмы защиты инвестиционных вложений иностранных субъектов. Например, существуют следующие соглашения:

–странами бывшего СНГ заключено многостороннее Соглашение о сотрудничестве в области инвестиционной деятельности от 24 декабря 1993 г. Стороны сотрудничают в разработке и осуществлении инвестиционной политики в отношении своих хозяйствующих субъектов, а также хозяйствующих субъектов государств, не являющихся участниками Соглашения, и международных организаций с целью обеспечения взаимной защиты интересов сторон в инвестиционной области.

–Российская Федерация и страны Европейского союза заключили

в1994 г. Соглашение о партнерстве и сотрудничестве. Согласно его положениям, в отношении взаимных внешнеэкономических сделок (в том числе инвестиционных проектов), стороны обязуются предоставлять

друг другу общий режим наиболее благоприятствуемой нации, соответствующий правилам ГАТТ / ВТО.

Огромную роль на международной арене играют многочисленные двусторонние акты в сфере инвестирования. В конце 1990-х годов в мире насчитывалось 1160 двусторонних межправительственных соглашений о поощрении и взаимной защите инвестиций, основная часть

101

которых были заключены в 1990х годах, в начале 2000 г. уже 1856 согла-

шений. В подавляющем большинстве случаев их участниками являются, с одной стороны, развитые страны – главные экспортеры капитала, и с другой – развивающиеся страны и страны с переходной экономикой, привлекающие иностранные инвестиции.

Двусторонние межправительственные соглашения о поощрении и

взаимной защите инвестиций – соглашения между двумя государства-

ми, направленные на разрешение всех вопросов, возникающих перед сторонами в ходе инвестиционного процесса. Предусматривается, что каждая договаривающаяся сторона разрешает осуществлять инвестиции гражданам и компаниям другой договаривающейся стороны толь-

ко в соответствии с национальным законодательством. Установление

на двусторонней основе ясных, простых и реализуемых норм и правил, улучшающих инвестиционный климат и тем самым укрепляющих доверие между государствами, способствует сокращению некоммерческих рисков. Необходимость внимания к международно-правовой стороне

регулирования иностранных инвестиций это соответствие 4 ст. 15 Кон-

ституции РФ, утверждающей приоритет международных договоров. Так, например, типовой проект Правительства Российской Феде-

рации о заключении двусторонних соглашений о поощрении и защите зарубежных капиталовложений 2002 г. устанавливает, что каждая до-

говаривающаяся сторона будет допускать иностранные инвестиции «в

соответствии со своим законодательством». Подобная формулировка присутствует в большинстве международных договоров, заключенных Россией с другими государствами. Так, Соглашение между Россией и Казахстаном утверждает: «Каждая Договаривающаяся Сторона оставляет за собой право определять отрасли и сферы деятельности, в которых исключается или ограничивается деятельность иностранных ин-

весторов». Двустороннее соглашение между Австралией и Индонезией предполагает, что инвестиция должна быть сделана «в соответствии с

законом, правилами и инвестиционной политикой, применяемой в то или иное время» (ст. 1 Соглашения).

В ходе многолетней международной практики выработаны различ-

ные формы и методы недопущения или хотя бы уменьшения рисков, связанных с инвестиционной деятельностью. В последние десятилетия

иностранные инвесторы и национальные предприниматели, которые стремятся привлечь иностранный капитал, пытаются создать систему дополнительных гарантий, защищающих инвесторов от некоммерческих рисков. Одним из средств такой системы дополнительных га-

рантий является механизм страхования некоммерческих рисков. В некоторых странах страхование некоммерческих рисков осуществляют различные организации, частные, государственные или межгосударственные. Например, к последней группе относится Европейское агентство по гарантиям инвестиций, созданное в 1993 г.

102

Таким образом, в двусторонних инвестиционных договорах закрепляется важная международно-правовая норма,предпологающий что

если государственный орган одного государства дает гарантию против политических рисков для инвестиций, осуществляемых на территории другого государства, и вынужден произвести платеж по указанной гарантии, то другое государство обязано признавать права первого государства на соответствующую компенсацию (суброгации). Данная норма позволяет усилить защиту иностранных инвестиций от политических рисков.

Необходимо отметить, что перенесение проблем защиты иностранных инвестиций путем суброгации на уровень международных отношений само по себе не снимает проблему, а изменяет ее сущность с правовой стороны, которая заключается в создании правовых условий и гарантий инвесторам, а также в определении соответствующих орга- низационно-правовых форм инвестирования одновременно публичноправовом и частноправовом уровнях.

Список используемой литературы

1.Вашингтонская Конвенция 1965 года о порядке разрешения инвестиционных споров между государствами и иностранными лицами [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://docs.cntd.ru/ document/1902243.

2.Болгатырев С.В. Международное инвестиционное право теория и практика применения. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.pravo.vuzlib.org/book_z1905_page_7.html.

3.Энергетическая хартия [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.encharter.org/index.php?id=6&L=1.

Сельчанко А.В.

ПРОБЛЕМЫ ПРИМЕНЕНИЯ ЗАКОНА РФ ОТ 17 НОЯБРЯ 1992 ГОДА № 4015-1 «ОБ ОРГАНИЗАЦИИ СТРАХОВАГО ДЕЛА В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» НА ПРАКТИКЕ

Закон РФ от 17 ноября 1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской федерации» начал действовать с 1 сентября 2013 года в новой редакции (за исключением тех положений, которые

103

вступят в силу по истечении 180 дней после дня официально опублико-

вания) с изменениями, внесенными Федеральным законом от 23 июля 2013 года №234-ФЗ. Однако найти нормы, к которым нет нареканий с точки зрения права и экономической сути регулируемых этим законом отношений, достаточно сложно.

Для начала необходимо определить круг лиц, которым адресован За-

кон об организации страхового дела. Попадают ли отношения между

любыми лицами, осуществляющими деятельность в сфере страхового дела под его действие?

Ответ на этот вопрос дан в Статье 4.1 ФЗ №4015-1 «Об организации страхового дела в Российской федерации»:

1. Участниками отношений, регулируемых настоящим Законом, яв-

ляются:

1)страхователи, застрахованные лица, выгодоприобретатели;

2)страховые организации;

3)общества взаимного страхования;

4)страховые агенты;

5)страховые брокеры;

6)страховые актуарии;

7)Банк России, осуществляющий функции по регулированию, контролю и надзору в сфере страховой деятельности (страхового дела) (да-

лее – орган страхового надзора);

8)объединения субъектов страхового дела, в том числе саморегулируемые организации [2].

При этом в соответствии с Федеральным законом от 23.07.2013 № 234-ФЗ с 1 января 2015 года в подпункте 6 пункта 1 статьи 4.1 слово «страховые» будет исключено. И в соответствии с Федеральным законом от 23.07.2013 № 234-ФЗ с 1 января 2015 года в абзаце первом пункта

2 статьи 4.1 слова «страховые брокеры и страховые актуарии» будут заменены словами «и страховые брокеры»[3].

При этом страхователи, застрахованные лица, выгодоприобретатели в большинстве не являются лицами, которые осуществляют деятельность в сфере страхового дела, но, однако они относятся к тому кругу

лиц, на которых распространяется действие Закона.

Следует отметить, что страховое законодательство своими нормами

регулирует отношения между страхователями, застрахованными лица-

ми, выгодоприобретателями, страховыми организациями, обществами взаимного страхования, страховыми агентами, страховыми брокерами,

страховыми актуариями.

Основную часть страхового законодательства составляет гражданское право, регулирующее в свою очередь своими нормами имущественные и неимущественные отношения, связанные с ними по страхо-

104

ванию. Также помимо гражданского права, страхование регулируется

нормами публичных отраслей права:

–административного;

–налогового;

–финансового и др.

Таким образом, можно сделать вывод, что страховое законодательство должно регулировать отношения по страхованию, а также устанавливать правовые основы страхового дела, страховой деятельности, правовое положение лиц, осуществляющих страховую деятельность.

И при этом:

–под страхованием следует понимать защиту имущественных интересов физических и юридических лиц, а также Российской Федерации, субъектов Российской федерации и муниципальных образований при наступлении страховых случаев, осуществляемую на основании договоров личного и имущественного страхования, заключаемых страховщиками со страхователями;

–под страховой деятельностью следует понимать оказание страховщиками услуг по страхованию, перестрахованию и взаимному страхованию, а под деятельностью, связанной со страховой деятельностью– деятельность страховых агентов, страховых брокеров и страховых актуариев;

–под страховым делом следует понимать совокупность отношений, возникающих при страховании, в том числе при осуществлении страховой деятельности, а также при осуществлении государственного страхового надзора [4].

В пунктах 2 и 3 статьи 1 Закона № 4015-1 указаны источники страхо-

вого законодательства:

–1. Настоящий Закон регулирует отношения между лицами, осуществляющими виды деятельности в сфере страхового дела, или с их участием, отношения по осуществлению надзора за деятельностью субъектов страхового дела, а также иные отношения, связанные с организацией страхового дела.

–2. Отношения, указанные в пункте 1 настоящей статьи, регулируются также федеральными законами и нормативными актами Центрального банка Российской Федерации (далее – Банк России), а в случаях, предусмотренных федеральными законами, принимаемыми

всоответствии с ними нормативными правовыми актами Российской

Федерации (далее – нормативные правовые акты).

Если попытаться растолковать данные статьи, то становится понятно, что страховое законодательство является комплексной подотраслью права. Из этого следует, что при определении иерархии законов и подзаконных актов следует руководствоваться правилами соответствующей отрасли права, то есть, например, в соответствии со статьей 3 Граждан-

105

ского кодекса Российской Федерации гражданской законодательство состоит из ГК РФ и принятых в соответствии с ним других федеральных

законов, при этом нормы, которые в них содержаться должны соответствовать ГК РФ [1].

Однако из Статьи № 3 ФЗ № 4051-1«Об организации страхового дела

вРоссийской федерации»: «Для целей настоящего Закона федеральные законы, иные нормативные правовые акты и нормативные акты Банка России, предусмотренные пунктами 1 и 2 настоящей статьи, являются составной частью страхового законодательства», не понятно какие еще нормативные акты могут входить в страховое законодательство.

Кром того, рассматривая Статью 4 ФЗ № 4051-1«Об организации страхового дела в Российской федерации»: «4. Действие настоящего Закона распространяется на отношения по обязательному страхованию

вчасти установления правовых основ регулирования указанных отношений.», непонятно про какое конкретно обязательное страхование говорится в Законе. Здесь необходимо обратить внимание на то, что обязательное страхование может возникать из гражданско-правовых отношений и соответственно регулироваться нормами гражданского законодательства, а может возникать из публично-правовых отношений (обязательное социальное страхование) и регулироваться нормами специального законодательства. И такие описанные выше недочеты создают непонимание и беспорядок в действующем страховом законодательстве.

Список используемой литературы

1.Гражданский Кодекс Российской Федерации часть первая от 30 ноября 1994 г. № 51-ФЗ.

2.Закон РФ от 27 ноября 1992 года № 4015-I «Об организации страхового дела в Российской Федерации», «Российская газета», № 6, 12.01.1993.

3.Федеральный закон от 23 июля 2013 № 234-ФЗ «О внесении изменений в Закон РФ «Об организации страхового дела в РФ», «Российская газета», № 163, 26.07.2013.

4.Юридическая и правовая работа в страховании. В.В. Филиппков.// Методологический журнал №1/2006(1).

106

Султанова В.О., Тавитова В.Б.

ОСНОВАНИЯ ВОЗНИКНОВЕНИЯ ВЕЩНЫХ ПРАВ НА ЖИЛЫЕ ПОМЕЩЕНИЯ

Право собственности на жилое помещение (жилой дом) возникает при его создании в качестве недвижимой вещи в момент государственной регистрации (ст. 219 ГК РФ) у граждан, юридических лиц, муниципальных образований, субъектов Российской Федерации и самой Российской Федерации. В этот момент никакие другие субъективные права на созданные жилые помещения не могут быть реализованы, а, следовательно, и не существуют. Далее у государства, муниципальных образований могут возникнуть обязанности передать созданные и зарегистрированные недвижимые вещи, именуемые жилыми помещениями, во владение и пользование граждан. Этой обязанности и корреспондирует рассматриваемое «право на жилище». С 1 марта 2013 года вступили в силу изменения в ГК РФ, по которым (п.2 ст. 8.1 ГК) права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом5.

Возникновение права собственности на жилые помещения, как правило, не отличается большой спецификой правового регулирования. Вместе с тем, не действующий ныне Закон «Об основах федеральной жилищной политики» содержал в ст. 19 специальную норму, которая указывала на то, что граждане имеют право на приобретение жилья в

частную собственность без ограничения его количества, размеров и стоимости путем:

–приватизации в установленном порядке занимаемых жилых помещений в домах государственного и муниципального жилищных фондов, в том числе находящихся в полном хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственном жилищном фонде);

–жилищного строительства, в том числе жилищного строительства товариществами индивидуальных застройщиков;

–участия в жилищных и жилищно-строительных кооператива, кондоминиумах;

–купли-продажи жилья, в том числе через биржи, аукционы;

–приобретения в порядке наследования и по другим законным основаниям.

5 Федеральный закон от 30 декабря 2012 г. № 302-ФЗ «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» // СЗ РФ от 31 декабря 2012 г. № 53 (часть I) ст. 7627.

107

Всвязи с изложенным, в Гражданский кодекс РФ была включена глава XVIII, посвященная регулированию вопросов о праве собственности

иоб иных вещных правах на жилые помещения. Анализ норм данной главы позволяет сделать вывод о том, что законодатель перенес правовые конструкции, регулирующие отношения социального найма, на отношения собственности. Так, статьей 292 ГК РФ в гражданский оборот введен такой субъект гражданских прав как член семьи собственника жилого помещения.

Вотношениях, складывающихся при осуществлении гражданами правомочий владения, пользования и распоряжения жилыми помещениями, наряду с собственниками жилья в целом ряде случаев выступают лица, имеющие самостоятельное право на данное жилище. В соответствии со ст. 292 ГК РФ и ст. 31 ЖК РФ члены семьи собственника, проживающие в принадлежащем ему жилом помещении, имеют право пользования этим помещением на условиях, предусмотренных жилищным законодательством. ГК РФ, закрепив уже сложившиеся отношения, имевшие некоторое законодательное отражение в ч. 2 ст. 127 Жилищного кодекса РСФСР 1983 г.6, предусмотрел норму, которая, по всей видимости, будет длительное время оставаться предметом острой дискуссии. Речь идет о норме, согласно которой, переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу не являлся основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника.

Развивая данное положение, ГК РФ в п. 3 ст. 292 указывал, что в случае возникновения препятствий при осуществлении данного права со стороны третьих лиц, либо собственника жилого помещения, пользова-

тели могут требовать устранения нарушений их прав7.

С введением в действие нового ЖК РФ вопрос о правах бывших членов семьи собственника жилого помещения получил некое новое решение. В соответствии с ч. 4 ст. 31 ЖК РФ бывшие члены семьи собственника, как правило, не сохраняют права пользования жилым помещением. Вместе с тем, если у бывшего члена семьи собственника жилого помещения отсутствуют основания приобретения или осущест-

6 Представляется более удачной аналогичная норма, сформулированная в Модели части первой Гражданского кодекса Содружества Независимых Государств (п. 2 ст. 295), где добавлена фраза: «Если иное не установлено жилищным законодательством» (см. приложение к «Информационному бюллетеню» Межпарламентской Ассамблеи государств – участников Содружества Независимых Государств. – 1995. – № 6).

7 По мнению С.А. Хохлова, для членов семьи право пользования жилым помещением в какой-то мере производно от прав собственника, оно достаточно стабильно и не утрачивается даже в том случае, если жилое помещение переходит к другому лицу. Иными словами, законодатель уравнял в правах членов семьи собственника с членами семьи ответственного квартиросъемщика. А для последних всегда существовала норма, гласившая, что переход права собственности на жилое помещение не влечет сам по себе прекращение договора найма (см.: Право на собственность // Строительная газета. – 1995. – 26 мая).

108

вления права пользования иным жилым помещением, а также, если имущественное положение бывшего члена семьи собственника жилого

помещения и другие «заслуживающие внимания обстоятельства», по мнению законодателя, не позволяют ему обеспечить себя иным жилым помещением, право пользования жилым помещением, принадлежащим указанному собственнику, может быть сохранено за бывшим членом его семьи на определенный срок на основании решения суда. При этом суд вправе обязать собственника жилого помещения обеспечить иным жилым помещением бывшего супруга и других членов его семьи, в пользу которых собственник исполняет алиментные обязательства, по их требованию. По истечении срока пользования жилым помещением, установленного решением суда, соответствующее право пользования жилым помещением бывшего члена семьи собственника прекращается (ч. 5 ст. 31 ЖК РФ), если иное не установлено соглашением между собственником и данным бывшим членом его семьи. Следует признать, что формулировка ст. 31 ЖК РФ неудачна в принципе.

Во-первых, она не позволяет собственнику реально осуществить полное хозяйственное господство над объектом недвижимости после прекращения семейных отношений с пользователями, причем суд, рассматривая вопрос о сохранении права пользования жилым помещением за бывшим членом семьи собственника волен учитывать любые обстоятельства. В литературе уже неоднократно отмечалось, что размытые, каучуковые нормы права – прямой путь к злоупотреблениям правоприменителей. Достаточно сослаться на авторитетнейшее мнение И.А. Покровского8, утверждавшего, что требование определенности правовых норм является одним из первых и самых существенных требований к праву.

Во-вторых, законодатель породил новое, ранее неизвестное ГК РФ, ограниченное вещное право пользования объектом недвижимости, возникающее по решению суда, причем не у каждого бывшего члена семьи собственника, а только у малообеспеченных (не способных приобрести жилое помещение) и тех, в отношении которых суд найдет «заслуживающие внимания обстоятельства».

Новейшая судебная практика, складывающаяся в районных судах после введения в действие ЖК РФ, свидетельствует о том, что споры о прекращении права пользования жилыми помещениями бывшими членами семьи собственников разрешаются, как правило, в пользу соб-

ственников.

С изменением отношений собственности в жилищной сфере появились не урегулированные правом отношения между гражданином

– собственником жилого помещения и проживающими с ним гражданами не на основе договора, а на основе личных, но не родственных,

8 Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. – М.: Статут, 2001. – С. 89.

109

отношений. Такое проживание в подавляющем большинстве случаев не влечет за собой никаких особых правовых проблем, однако при разрыве

либо «порче» личных отношений отсутствие правового регулирования может вызвать весьма отрицательные последствия. Причем в рассматриваемом случае последствия могут привести к потере единственного жилища.

Момент возникновения права собственности на жилое помещение независимо от вида основания его возникновения является по закону единым – это момент регистрации права собственности на жилое помещение (п. 2 ст. 8, п. 1 ст. 131, абз. 1 п. 2 ст. 223, ст. 551 ГК РФ). В силу п. 1 ст. 2 Федерального закона от 21 июля 1997 г. № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним»9, государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. В практике возложение на собственника жилого помещения или даже на лицо, еще не ставшее собственником, обязанности по оплате расходов на содержание жилого помещения и общего имущества многоквартирного дома происходит по-разному.

Так, при приобретении жилого помещения в порядке участия в долевом строительстве многоквартирного дома жилое помещение – объект долевого строительства – зачастую передается управомоченному участнику долевого строительства – дольщику – еще до того, как происходит госрегистрация его права собственности на приобретенное жилое помещение. Акт приема-передачи жилого помещения является одним из оснований для госрегистрации права собственности на жилое помещение (см.: ст. 8 и 16 ФЗ от 30 декабря 2004 г. № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации»)10. Обязательства по оплате жилищнокоммунальных услуг возникают у дольщика с момента передачи ему квартиры, т.е. с момента подписания акта приема-передачи, несмотря на то, что дольщик еще не стал собственником данного жилого помещения.

Если право собственности на жилое помещение возникает у приобретателя по договору, то жилое помещение может быть передано приобретателю ранее регистрации перехода права собственности; соответственно, обязанности по содержанию приобретенного жилья воз-

никнут у приобретателя со дня передачи ему жилого помещения. Поскольку назначение правил ч. 2 ст. 153 ЖК РФ состоит в установ-

лении момента возникновения обязанности по оплате жилого помещения и коммунальных услуг, постольку в этих нормах не раскрывается

9 СЗ РФ. 1997. № 30. Ст. 3594; с послед. изм. и доп. 10 СЗ РФ. 2005. № 1 (ч. I). Ст. 40.

110