Судебная защита в механизме гарантирования прав и свобод. Конституционно-правовой аспект. Монография

муниципальных образований (постановление от 2 апреля 2002 г. ¹ 7-П) и права муниципальной собственности (постановление от 22 ноября 2000 г. ¹ 14-П).

Из анализа судебной практики следует вывод о том, что при отсутствии законодательного закрепления права на судебную защиту юридических лиц в интересах защиты субъективных прав их учредителей или членов коллектива судебная практика идет по пути наделения юридических лиц публичного права основными правами. Это возможно по основаниям принятия ими на себя публичных задач.

Это следует из правовых позиций Конституционного Суда РФ. В постановлении от 1 апреля 2003 г. ¹ 4-П судом восприятие публичных задач не рассматривается как основание для отказа юридическому лицу в защите его конституционных прав, а лишь влечет модификацию конституционных критериев допустимости и соразмерности ограничения прав и свобод юридиче- ского лица.

Представляется обоснованной выработанная в судебной практике всеобщность судебной защиты прав свобод человека и гражданина, в том числе через реализацию права на обращение за ее осуществлением юридических лиц.

Юридические лица могут быть признаны обладателями права на судебную защиту в порядке конституционного судопроизводства в интересах защиты субъективных прав их учредителей или членов коллектива по основаниям принятия ими на себя публичных задач. Необходимо законодательное установление оснований и условий обращения за судебной конституционной защитой основных прав юридических лиц, являющихся носителями публичного права, путем внесения дополнений в Федеральный конституционный закон «О Конституционном Суде Российской Федерации».

2.2.Судебная защита прав

исвобод в уголовном судопроизводстве

Исходя из анализа уголовно-процессуального законодательства, есть основания констатировать, что в уголовном процессе судебная защита реализуется во всех его стадиях.

Во-первых, она включает в себя защиту прав граждан, нарушенных преступлениями. Предусмотренное в ст. 8 Всеобщей декларации прав человека эффективное восстановление каждого

111

человека в правах компетентными национальными судами в случае их нарушения и осуществляется независимо от характера нарушения и степени тяжести его последствий. В этом смысле судебная защита реализуется в уголовном процессе так же, как и в процессе гражданском, теми же способами и в тех же процедурных формах. Суд своим обвинительным приговором признает права потерпевшего, присуждает виновного в причинении вреда к возмещению убытков, компенсации морального вреда, восстанавливает, если это возможно, положение, существовавшее до нарушения права (возвращает похищенное), устраняет угрозу нарушения права (ст. 12 ГК РФ).

Во-вторых, судебная защита гарантирует право каждого быть свободным от необоснованного обвинения (подозрения) в совершении преступления. «Каждый обвиняемый в совершении преступления имеет право считаться невиновным до тех пор, пока его виновность не будет установлена законным порядком путем гласного судебного разбирательства, при котором ему обеспечиваются все возможности для защиты. Никто не может быть осужден за преступление на основании совершения како- го-либо деяния или за бездействие, которые во время их совершения не составляли преступление по национальным законам или по международному праву. Не может также налагаться наказание более тяжкое, нежели то, которое могло быть применено в то время, когда преступление было совершено» (ст. II Всеобщей декларации прав человека). Реализуя свои властные полномочия, суд устанавливает отсутствие преступления в деянии обвиняемого, отсутствие доказательств обвинения и, постановляя оправдательный приговор, обеспечивает защиту прав человека. Точно так же суд защищает права обвиняемого, устанавливая меньшую, чем утверждают органы уголовного преследовании, степень его виновности, применяя закон о менее тяжком преступлении и назначая справедливое, т.е. соразмерное, наказание.

В-третьих, судебной защите подлежат права и свободы, необоснованно ограниченные самой судебной властью: «Если ка- кое-либо лицо окончательным решением было осуждено за уголовное преступление и если вынесенный ему приговор был впоследствии отменен или ему было даровано помилование на том основании, что какое-либо новое или вновь обнаруженное обстоятельство неоспоримо доказывает наличие судебной ошибки, то это лицо, понесшее наказание в результате такого осуждения, получает компенсацию согласно закону, если не будет доказано, что указанное неизвестное обстоятельство не было в свое время

112

обнаружено исключительно или отчасти по его вине» (п. 6 ст. 14 Пакта о гражданских и политических правах). Независимость судебной власти исключает не только какое-либо вмешательство в деятельность ее органов, но и возможность отмены принятых ими актов. Ошибка судебной власти может быть исправлена только самой судебной властью. Исправление судебных ошибок гарантируется наличием в уголовном процессе специальных контрольных стадий: кассационной, надзорной и пересмотра дел по вновь открывшимся обстоятельствам.

В-четвертых, судебной защите подлежат права и свободы, нарушенные или необоснованно ограниченные при производстве предварительного расследования, поскольку в соответствии со ст. 9 Всеобщей декларации человека «никто не может подвергаться произвольному аресту, задержанию или изгнанию», а каждый, кто стал жертвой незаконного ареста или задержания, имеет право на компенсацию (ч. 5 ст. 5 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод). Статья 17 Пакта о гражданских и политических правах устанавливает, что «никто не может подвергаться произвольному или незаконному вмешательству в его личную и семейную жизнь, произвольным или незаконным посягательствам на неприкосновенность его жилища или тайну его корреспонденции или незаконным посягательствам на его честь и репутацию. Каждый человек имеет право на защиту закона от такого вмешательства или таких посягательств».

В Российской Федерации исторически сформировался порядок осуществления правосудия, при котором инициатива по осуществлению уголовного преследования и защите потерпевшего принадлежит исключительно государственным органам, а активность самого пострадавшего минимизирована1. Лицо, заинтересованное в защите (потерпевший), является инициатором только начала работы механизма правосудия, однако дальнейшее его функционирование поддерживают и контролируют органы, ответственные за производство по уголовному делу. В.А. Лазарева не без основания пишет, что судебная защита потерпевшего заключается лишь в праве на рассмотрение его жалобы2. Правоприменительная практика свидетельствует о незащищенности процессуальной фигуры потерпевшего, причем его процессуальная пас-

1 Коленцова В.В. Реализация принципа обеспечения законных интересов личности в досудебном производстве. М., 2002. С. 19.

2 Лазарева В.А. Судебная власть и ее реализация в уголовном процессе. Самара, 1999. С. 34.

113

сивность является основным блокирующим фактором функционирования механизма судебной защиты. Поэтому процессуальную активность потерпевшего необходимо расширить путем:

•обеспечения потерпевшему знания и понимания своих процессуальных прав посредством не только оглашения ему их под расписку, но и путем подробного разъяснения следователем (дознавателем) механизма их использования;

•расширения круга дел частного обвинения, где потерпевший, преследуя частный интерес, имеет возможность наиболее полно реализовать его, обладая правами частного обвинителя в полном объеме;

•создания института посредничества для примирения сторон по делам частного обвинения до поступления дела в суд, используя при его создании позитивный опыт ФРГ,

Австрии, Великобритании3.

Вместе с тем расширение активности процессуальной фигуры потерпевшего разрешит лишь материально-правовой аспект проблемы судебной защиты, поскольку закрепление в законодательстве дополнительных возможностей потерпевшего по уча- стию в процессе защиты еще не гарантирует успешную реализацию его субъективного интереса в процессе производства по уголовному делу. Без создания реально действующего механизма применения права на судебную защиту нельзя говорить об эффективности этого института.

Механизм реализации права потерпевшего на судебную защиту заключается в создании условий для потерпевшего и предоставлении ему специальных средств, используя которые он получит реальную возможность осуществлять свое право на судебную защиту. Теоретический смысл такого механизма состоит в создании определенного вида правоотношений между потерпевшим, с одной стороны, и дознавателем, следователем, прокурором и судом — с другой. В этих отношениях потерпевший представлял и отстаивал бы свой субъективный интерес, а государственные органы и должностные лица кроме реализации своих публичных интересов обеспечивали бы эффективность деятельности потерпевшего по защите его прав. Задачи функционирования механизма судебной защиты таковы:

•предупреждение нарушения прав потерпевшего;

•восстановление нарушенных прав лица;

3 Бойков А.Д. Защита прав потерпевшего в уголовном процессе. М., 1993. С. 44.

114

•возмещение причиненного нарушением вреда заинтересованному лицу;

•привлечение к ответственности правонарушителей. Успешное выполнение этих задач, на наш взгляд, напрямую

зависит от обеспечения условий для наиболее быстрого, глубокого и квалифицированного рассмотрения обращения потерпевшего за судебной защитой, повышения ответственности лиц, виновных в нарушении его прав.

Для оптимизации непосредственно деятельности дознавателей, следователей, прокуроров и судей и правильности принимаемых ими решений предлагалось1 ввести институт федеральных судей с функцией контроля. Это предложение представляется верным, поскольку судебный контроль за действиями должностных лиц при производстве по жалобе существенно улучшит положение заявителя, обеспечит своевременность и объективность рассмотрения жалобы. На первый взгляд, происходит дублирование судом функции прокурорского надзора, но при внимательном рассмотрении это выглядит иначе. Так, например, М. Шалумов считает, что судебные органы и прокуратура смогут успешно взаимодействовать и реализовать принцип законности наиболее полно по причине отличия назначения и цели деятельности этих правоохранительных органов2. Будучи инициативным органом, прокурор имеет право обращения в суд с представлениями о нарушениях, дополняя тем самым надзорную работу суда по осуществлению режима законности. В связи с этим считаем, что образование специализированных судебных органов, функцией которых станет судебный контроль, разумное взаимодействие их с органами прокуратуры будет способствовать оптимизации и дифференциации всего процесса соблюдения режима законности, что повысит эффективность функционирования механизма судебной защиты потерпевшего3.

На настоящий момент судебный контроль предстает как комплексный институт судебной защиты прав и свобод граждан. Судебная защита прав и свобод человека и гражданина, в свою очередь, выступает как институт конституционного права, по-

1 Кашепов В.П. Институт судебной защиты прав и свобод граждан и средства ее реализации // Государство и право. 1998. ¹ 2.

2 Шалумов М. Судебный контроль и прокурорский надзор: не междоусобица, а взаимодействие // Российская юстиция. 2001. ¹ 4.

3 Кукель В.В. Механизм судебной защиты прав потерпевшего в уголовном судопроизводстве РФ: проблемы функционирования // Журнал российского права. 2005. ¹ 8.

115

скольку представляет юридический механизм, с помощью которого государство обязано обеспечить соблюдение прав и свобод человека и гражданина, закрепленных в Конституции РФ. Стало быть, механизм защиты прав и свобод человека призван укреплять правовую защищенность граждан, отвечая международным стандартам. Поэтому развитие и становление судебного контроля как формы судебной защиты прав и свобод граждан выступает необходимым и надежным механизмом. Не случайно законодатель уделил внимание не постатейному делению уголовного процесса, а делению на две части: досудебное и судебное производство. Выделив досудебное производство в самостоятельную часть процесса, особо сосредоточил внимание на судебном контроле в этой части судопроизводства, чтобы обеспечивать законный доступ к правосудию.

Направленность деятельности субъектов — участников судопроизводства теперь определяется сущностью и содержанием уголовно-процессуальных функций. Функция разрешения дела в уголовном судопроизводстве предопределяет необходимость взглянуть на судебный контроль иначе — с позиции конституционной функции судебной защиты.

Основная функция суда как органа судебной власти — правоохранительная, в широком значении этого понятия, когда объектом охраны являются права и свободы, закон и Конституция РФ как самостоятельные социальные ценности. Способом реализации судебной власти является правосудие. Следовательно, судебная власть реализует себя в уголовном процессе в форме правосудия в обычном понимании и в форме судебного контроля за соблюдением прав участников уголовного процесса в досудебном производстве.

Едва ли можно согласиться с В.А. Лазаревой, считающей, что единственной формой реализации судебной власти выступает правосудие, поскольку судебная власть определена как исклю- чительное властное полномочие разрешать возникшие в обществе конфликты правового характера1. Судебная власть наряду с правосудием осуществляет функцию государственного судебного контроля. Особенно ярко такое функциональное назначение судебной власти проявляется на стадии обжалования действий и актов органов дознания и предварительного следствия на досудебных стадиях производства по уголовным делам

1 Лазарева В.А. Судебная власть, судебная защита. Судебный контроль: понятие и разрешения (лекции). Самара, 1999. С. 20—21

116

Н.Г. Муратова обоснованно отмечает, что УПК РФ достаточно четко определил предмет и формы судебного контроля в досудебном производстве и раскрывает три ключевых направления защиты прав человека посредством судебной власти.

Во-первых, дан перечень следственных и процессуальных действий, осуществляемых при наличии судебного решения (сообщение суду о производстве в необходимых случаях некоторых следственных действий при отсутствии решения суда об этом).

Во-вторых, определен предмет жалоб и ходатайств участников уголовного процесса.

В-третьих, определен процессуальный механизм рассмотрения жалоб и ходатайств, а также получения разрешения на производство следственного действия2.

При судебном рассмотрении жалоб деятельность суда по рассмотрению и разрешению дела по существу связана с разрешением спора о праве, а разрешение спора сторон о праве на ограни- чение конституционных прав граждан есть спор о наличии фактических и правовых отношений. Их оценка и проверка — конституционная обязанность суда. Результатом такого контроля выступает вынесение общеобязательного, обеспеченного принудительной силой государства судебного акта (решения) по разрешению конкретного правового спора (конфликта).

1)это вид государственной деятельности, осуществляемый исключительно судом, органом государственной — судебной — власти;

2)назначение его — защита конституционных прав и свобод человека, гражданина, осуществляемая посредством уголовного судопроизводства, регламентированного уголовно-процессуаль- ным законом;

3)завершается данный вид деятельности принятием решения — актом правосудия1.

При рассмотрении проблемы ответственности виновных лиц за нарушение прав и ущемление интересов потерпевшего можно выделить две группы лиц, чьи действия (бездействие) послужили основанием для обращения за защитой в суд:

а) собственно подозреваемые (обвиняемые); б) представители правоохранительных органов, ответственные

за производство по уголовному делу (дознаватель, следователь, прокурор, суд).

2 Муратова Н.Г. Система судебного контроля в уголовном судопроизводстве: Учебное пособие. Казань: Изд-во Казан. ун-та. 2004. С. 11.

1 Гуськова А.П. К вопросу о судебной защите прав и свобод человека, гражданина в российском уголовном судопроизводстве // Российский судья. 2005. ¹ 6.

117

Если в первом случае интерес уголовного преследования и функционирование механизма защиты потерпевшего поддерживают и потерпевший, и государственные органы, и должностные лица, поскольку частный и публичный интересы здесь по смыслу самого уголовного преследования максимально совпадают, то при рассмотрении второго варианта, где права и интересы потерпевшего ущемлены должностным лицом (например, при производстве следственного действия), мы сталкиваемся с противоречием между частным интересом потерпевшего и нежеланием дознавателей, следователей, прокуроров и судей признавать свою вину в ущемлении прав потерпевшего. Должностное лицо, с одной стороны, обязано гарантировать потерпевшему полную реализацию его прав, с другой стороны, привлечь к ответственности виновное лицо, которым в ряде случаев является оно само. Вышестоящие органы и лица, ответственные за контроль над законностью при производстве по уголовному делу и способные привлечь к ответственности нарушителя в подобной ситуации, как показывает практика, делают это не слишком активно, назначая символическое наказание другому должностному лицу.

Практика свидетельствует: наиболее часто встречающимися нарушениями со стороны должностных лиц являются: нарушение дознавателем, следователем, прокурором срока по принятию и проверке сообщения о совершенном или готовящемся преступлении; нарушение судьей срока рассмотрения жалоб на законность, обоснованность действий (бездействия) дознавателя, следователя и прокурора; нарушение дознавателем или следователем срока направления копии постановления об отказе в возбуждении уголовного дела; неуказание в повестке о вызове потерпевшего места, времени, качества вызываемого лица и др. Чаще всего такие нарушения служат поводом для обжалования потерпевшим действий (бездействия) и решений должностных лиц.

Привлечение дознавателей, следователей и других должностных лиц к «символической» ответственности не удерживает этих лиц от совершения новых нарушений. Поэтому о предупреждении подобных правонарушений не может быть и речи. Необходимо ужесточить ответственность должностных лиц путем введения в УК РФ состава преступления «Грубое нарушение прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства должностным лицом, ответственным за производство по уголовному делу». Кроме того, следует внести изменения в ст. 20 УПК РФ, отнеся этот состав преступления к делам частно-публичного обвинения, поскольку, нарушая права отдельного участника

118

судопроизводства, виновное лицо ущемляет не только частный интерес конкретного лица, но и приносит вред другим участникам правоотношений путем снижения темпа и эффективности осуществления правосудия1.

При осуществлении судебной защиты прав и свобод граждан и контрольной деятельности на ранних стадиях производства по уголовным делам судебные органы не решают вопросы целесообразности совершения тех или иных процессуальных действий. Суд рассматривает их исключительно с позиции права и соответствия их закону.

Следует отметить отсутствие единых подходов в оценке деятельности суда при осуществлении судебной защиты на ранних стадиях судопроизводства. Ряд авторов эти действия суда оценивают как одну из форм осуществления правосудия. Так, З.Т. Чеджимов применительно к праву на обжалование в досудебном производстве отмечает: «...судебный контроль стал составной частью процессуальной процедуры расследования и особой формой осуществления правосудия». Что касается дачи судом разрешений на производство отдельных процессуальных действий, то они «осуществляются в форме, содержащей элементы правосудия»1.

Такой же точки зрения придерживается В.А. Лазарева: «…расследование уголовного дела по существу в стадии судебного разбирательства, повторное рассмотрение его в суде второй инстанции или надзорной инстанции, действия суда при назначении судебного заседания и осуществления судебного контроля за актами предварительного расследования являются выражением сущности правосудия, т.е. формами (способами) его осуществления»2.

Вряд ли целесообразно отождествлять характер действия судебных органов при рассмотрении дела по существу на разных стадиях судопроизводства по уголовным делам, где судом действительно осуществляются правосудие и судебный контроль за актами предварительного расследования. Характерно, что сторонники такого подхода признают осуществление судами наряду с правосудием и судебного контроля, оценивая его как форму или способ осуществления правосудия. Едва ли это обоснованно,

1Кукель В.В. Механизм судебной защиты прав потерпевшего в уголовном судопроизводстве РФ: проблемы функционирования // Журнал российского права. 2005. ¹ 8; СПС «Консультант Плюс».

1Чеджимов З.Т. Роль суда в обеспечении прав и свобод граждан на досудебном производстве по УПК РФ: Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. М., 2003. С. 22—23. 2 Лазарева В.А. Указ. соч. С. 50.

119

поскольку судебный контроль — не форма осуществления правосудия, а самостоятельная организационно-правовая форма осуществления судебной власти в целом.

Аргументированным представляется мнение Н.М. Чепурновой, которая рассматривает полномочия судов по судебному контролю за актами предварительного расследования как самостоятельную организационно-правовую форму осуществления судебной власти — судебного контроля1. Такой подход находит поддержку и со стороны других ученых и практиков. В литературе неоднократно отмечалось, что судебная власть реализуется не только после окончания расследования, но и в досудебных стадиях в форме судебного контроля2.

Такого подхода придерживаются также В.А. Азаров и И.Ю. Таричко. Они считают, что более оправданно вычленение, наряду с функцией осуществления правосудия, самостоятельной уго- ловно-процессуальной функцит судебного контроля за деятельностью органов уголовного преследования, который имеет свои предмет и цель и осуществляется исключительно в досудебных

1 Чепурнова Н.М. Судебный контроль в Российской Федерации: проблемы методологии, теории и государственно-правовой практики. Ростов-на-Дону. Из-во СКНЦВШ, 1999. С. 116—117.

2 Марченко М.Н. Разделение властей в государственном механизме / Теория государства и права: Учебник. Изд. 2-е, перераб. и доп. М., 2004. С. 362—364; Мурадьян Э.М. Истина как проблема судебного права. М., 2004. С. 26—27; Воскобитова Л.А. Сущностные характеристики судебной власти. Монография. Ставрополь, 2003. С. 30—32; Гуськова А.П. Процессуально-правовые и организационные вопросы стадии подготовки к судебному заседанию по УПК РФ. Монография. Оренбург, 2002. С. 30—35; Михайленко А.Р. Расследование преступлений // Законность и обеспечение прав граждан. Киев, 1999. С. 252—255; Муратова Н.Г. Система судебного контроля в уголовном судопроизводстве: вопросы теории, законодательного регулирования и практики. Казань, 2004. С. 62—64; Хисматуллин Р.С. Конституционные основы судебной деятельности. Уфа, 2003. С. 15—17; Колоколов Н.А. Судебный контроль в стадии предварительного расследования. М., 2004. С. 10—14; Химичева О.В. Концептуальные основы процессуального контроля и надзора на досудебных стадиях уголовного судопроизводства. М., 2004. С. 200—214; Устимов М.А. Судебный контроль на стадии предварительного расследования: Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. Саранск, 1999; Кашепов В.П. Институт судебной защиты прав и свобод граждан и средства ее реализации // Государство и право. 1998. N 2; Питулько К.В. Судебный контроль за применением заключения под стражу и реализация права обвиняемого (подозреваемого) на защиту в уголовном процессе РФ. СПб., 2000; Солодилов А.В. Судебный контроль в системе уголовного процесса России. Томск, 2000; Ковтун Н.Н. Судебный контроль в уголовном судопроизводстве России. Н. Новгород, 2002; Муратова Н.Г. Судебная власть и проблемы законности процессуальных действий и решений следователя // Новый УПК РФ и практика его применения. Оренбург, 2002. С. 144—149.

120