Пока любит душа…

Пока любит душа

Есть ли род такого лика, чтоб его я не носил1?

Яи юноша и отрок, взрослый я и мальчик я,

Ягимназия цветком был, я елея быль красой2;

65.У меня в дверях толпились, мой порог

не остывал, Был цветочными венками мой всегда

разубран дом, Как с восходом солнца должен был покинуть ложе я.

Я ль теперь Цибелы жрицей и служанкой быть должна?

Я ль мэнадой, я ли частью лишь себя — как тщетный муж?

70. Я ль на верх зеленой Иды в снег застывший убегу?

Я ли стану на фригийских жить нагорных высотах,

Где олень, жилец полесья, где кабан лесной жилец?

Жаль мне, жаль, что я так сделал, больно, больно мне терпеть».

Но лишь только звук поспешный с губок розовых слетел

1 Genus fi gurae мы решились перевести: род лика, избегая иностранной фигуры, в сущности ничего более не говорящей, чем лик.

2 Елея — палестры.

131

Катулл

75.И богине в оба уха с вестью новою дошел,

То Цибела, разрешая львов запряженных

ярмы1, Так, дразня врага скотины, стала левого учить2: «Ну, свирепый, в путь, и сделай, чтобы

в ярость тот вступил, Сделай, чтоб в порыве яром тот опять ушел

в леса, 80. Кто свободен больно, власти избежать моей

дерзнул. Бей хвостом себя, свою же спину бей своим

бичом3. Пусть разносится повсюду гром от рева твоего, Крепкой шеей встряхни ты гриву рыжую

свою». Так рекла Цибеба в гневе и ярмо сняла рукой.

85. Зверь свирепый раздражает сам свой дух на быстрый бег,

Он идет, ревет и топчет под ногой своей кусты.

Но лишь влажных месть достигнул, где белели берега4,

1 О львах Цибелы сличи 2, 11–13.

2 Враг скотины — лев.

3 Как это делают и рассвирепевшие быки.

4 Белели — в противоположность лесной сени (3), берега и море, освещенные солнцем, а быть может, и убеленные пеной морской.

132

Пока любит душа

То у мраморного моря Аттис нужную узрел1,

Вдруг он кинулся. Та в дебри обезумевши ушла: 90. Там на целую осталась жизнь прислужницей

она. О великая Цибеба, ты Диндима божество, Пусть навек мой дом не знает страшной

ярости твоей: Возбуждай уже других ты и других быстрей

гони.

64.

Свадьба Пелея и Фетиды2

На вершине Пелейской рожденные некогда

1 Море часто носит эпитет мраморное (Илиад. 14, 273). ᾶλα μαρμαρέην у Гнедича: «Светлого моря»; у Энния аннал. 377: «mare marmore flavo».

2 Эпиллон в александрийском роде; действительное заглавие неизвестно, так как на одном из списков относилась бы лишь к первым стихам, а на другом относится лишь к 323 ст. Не вдаваясь в сомнительные догадки насчет того, в подражание кому именно написано это стихотворение, замечательное тем, что вставка своим эпизодом как бы вытесняет главное, скажем только, что мастерская отделка и тут свидетельствует о том изяществе, которым дышат все произведения классической древности. Что же касается до самого Катулла, как поэтического характера, то настояний эпиллион, время сочинения которого определить невозможно, мало способствует к его выяснению.

Содержание: 1) На пути аргонавтов люди и нимфы увидали друг друга (1—16), и Пелей получил от Юпитера —

133

Катулл

сосны1 Плыли, как говорит, по взволнованной влаге Нептуна,

КФазиса устьям самим и до границ Эетейских2,

осчастливые времена героев! — нимфу Фетиду в супружество (—30). 2) К свадьбе прибыла в Фарсал вся Фессалея (—42), дом великолепно был украшен (—46), особенно пурпурное покрывало брачной постели (—49).

3)На нем была изображена Ариадна, смотрящая вослед бежавшему Тезею (—70), которого она, когда он из-за Минотавра прибыл в Крит (—85), полюбила по великой силе Амура (—104). Он убил Минотавра (—111), покинул лабиринт (—115), отправился с Ариадной в Дию и, покинув ее там, бежал (—123). Она смотрела ему вослед (—129) и разразилась сетованиями и проклятиями (—201). Проклятие сбылось (—206): Тезей забыл (—211), хотя отец его о том умолял (—237), поднять белые паруса (—240) и поэтому должен был оплакивать смерть своего отца (—248). Следовательно Ариадна смотрела вослед Тезею на одной стороне покрывала (—250); на другой же стороне покрывала изображено было вакхическое шествие Дионисия к Ариадне (—264).

4)Этим кончается вставка о покрывале (—266). Гости оставляют Фарсал (—277), и являются со свадебными подарками полубоги (—297) и боги (—302), и во время трапезы заняли Парки (—322) Пелею и Фетиде эпиталаму (—380).

5)Ибо тогда еще боги удостаивали людей своих посещений (—395); но когда последние становились все хуже, то боги от них удалились (—407).

1 Сосны с фессалийского Пеллиона плыли, очевидно, уж в виде корабля.

2 Эетейских — царя Эета в Колхиде с рекой Фазисом, давшим имя кавказским фазанам.

134

Пока любит душа

Как тех юношей цвет, ядро молодежи

Аргивской,

5.Из Колхиды увезть пожелавши руно золотое, Быстрой дерзнула кормой побежать

по соленой пучине Разгребая еловыми веслами синее море.

Им богиня сама, городских владычица башен1, Легким дыханьем своим придала летучести

в беге, 10. Остов сосновый связав сначала с изогнутым

килем2. Он-то первый побегом нарушил покой

Амфитриты, Только что нос корабля разрезал бурливую

влагу, И завиваясь волна под веслом забелела от пены Из белеющей бездны самой приподняли лица

15.Нереиды морские, подобному чуду дивяся. В этот счастливый день впервые увидели очи Смертных, как нимфы свои нагие тела

выставляли, Из белеющих волн воздымаясь по самые груди. Тут, говорят, и Пелей воспылал любовью

к Фетиде,

1 Паллада Афина, почитаемая на городских акрополях.

2 Паллада принимала личное участие в построении корабля Арго.

135

Катулл

20. Тут и Фетида сама людским не побрезгала

браком, Тут порешил и отец сочетать Пелея с Фетидой1. О, порожденные вы в такое блаженное время. Вам мой, герои, привет, отродье богов,

о потомки

23.b.От матерей благородных, привет вам снова...2 Часто вас песнью моей, призывать я часто вас

стану,

25.Да и тебя высоко озаренного факелом брачным, Ты оплот Фессалии, Пелей, кому сам Юпитер3, Сам родитель богов любовью своей

поступился4. Избран не ты ли Фетидой прекраснейшею

Нереидой? Не тебе ль свою внучку увезть разрешила

Тефиса5

30. И Океан, что объемлет всю землю морскою волною?

1 Отец Юпитер, а не Нерей.

2 Стих этот сохранился только в отрывке.

3 Пелей, царь Фарсала и Фессалии, также и Фтии (Иллиад. 9, 252) есть оплот Фессалии.

4 Заметя склонность Юпитера к Фетиде, дочери Нерея и Дориды, вторая жена Зевеса Фемида предсказала Юпитеру, что если Фетида родит сына, то последний будет более своего отца.

5 Тефиса, мать Дориды, от брата своего Океана, дочь Урана и Геи, родоначальница и главная богиня моря.

136

Пока любит душа

Как окончился срок и желанные дни наступили,

То собирается в дом столпившася вся Фессалия,

И наполняется весь дворец веселящимся людом,

Все приносят дары, выражая веселье на лицах. Весь опустел Киерон1, Фтиотийские

брошены Темпы И Краннона дома и высокие стены Лариссы2

Все поспешают в Фарсал и к фарсальскому дому стремятся3.

Поле не пашет никто, у волов размягчаются шеи4,

Низких не чистят уже виноградников грабли кривые,

40. Плугом понуристым вол не ворочает более глыбу,

Не убавляет серпом обрезальщик на дереве тени,

Ржавчиной тусклой плуги покрываться забытые стали.

Ав жилище самом повсюду, куда распростерся

1 По Страбону Киерон — древняя столица Фессалиотиса. Темпейская долина при устьях Пенея.

2 Краннон и Ларисса — города на Пенее.

3 Фарсал — столица Пелея в Фессалии.

4 Размягчаются роговидные мозоли, образующиеся от ярма.

137

Катулл

Царский дворец, все блестит серебром и золотом ярким,

45. Троны из кости слоновой, столы

бокалами блещут,

Весь чертог выставляет богатую царскую утварь.

Но в середине дворца богинино брачное ложе, Зубом индийским блестя, стоит и его

покрывает

Полог пурпурный, окрашенный раковин

розовым соком.

50. Этот покров, испещренный рисунками

древнего люда,

Изображаете с великим искусством деянья героев.

Ибо там с берега Дии, звучащего громким прибоем,

Смотрит Тезею вослед, на судах уходящему

быстрых, Ариадна, в душе неудержные страсти питая, И не верит себе, что действительно видит,

что видит,

Так как, только проснувшись от сна

и обманных видений, Видит бедняжка себя на пустынном песке

позабытой.

А беспамятный юноша в бегстве бьет веслами волны,

И обещанья пустые он буйному ветру бросает.

138

Пока любит душа

А из травы вдалеке Миноида тоскующим

взором Смотрит вослед, как вакхический образ

из камня, Эвоэ1! Смотрит она и забот предается великим

волненьям, На голове белокурой уж нет и прекрасной

повязки, Не прикрывает уже одежда ей легкая шеи, Не сожимает грудей ей пышных и пояс

плетеный, Все, что с тела у ней со всего по частям

соскользнуло,

Орошают у ног ее тут же соленые волны,

Но позабыв и повязки уже и летучей одежды Положенье, всем сердцем своим, Тезей,

за тобою 70. Всею душою, всею мыслью она, потерявшись, стремится.

Обедняжка! которую Эрицина в ту пору2

1 Замечательнейший стих по мастерской смелости. Ариадна в страстном волнении стоит, оцепеневшая, подобно вакхической статуе, при виде которой так и хочется крикнуть: эвоэ!

2 Эрицина — название Венеры по древнему ее финикийскому святилищу на горе Эрикс в западной Сицилии. Этот стих, сосредоточивая внимание читателя на внутренней жизни скорбной Ариадны, заставляет его переноситься ко времени предшествовавшему зародившейся в ней

139

Катулл

Истомила рыданьем, колючих забот ей посеяв

В грудь, в то самое время, когда Тезей беспощадный,

От берегов удалившись уже искривленных Пирея,

75. До гортинских жилищ1 царя нечестивца добрался.

Ибо, как говорят, удрученный жестокой чумою Некогда, чтоб искупить Андрогея убийство,

был должен2

страсти к Тезею. Во избежание сугубой сложности образа мы уклонились от текста Ризе A misera от бедняжки и придержались текста Гейзе — Ah misera — о бедняжке.

1 Гортин — город на острове Крите; здесь гортинских — критских. У Гомера главным городом Крита является Гнос (Илиад. II. 645):

Критяне же Идоменей предводил, знаменитый копейщик, В Гнос живущих мужей, в укрепленной стенами Гортин.

Критский царь Минос, будущий беспристрастный судья в царстве усопших, здесь назван нечестивым за жестокую кару аттических юношей и дев.

2 Андрогей — сын Миноса и Пазифаи, у которых кроме его было много детей, в том числе Ариадна и бык — Минотавр — (Ваал Молох), рожденный Пазифаею от быка, высланного Нептуном из моря. Андрогей, оставшись победителем на играх, был в Афинах убит Эгеем, отцом Тезея. В наказание за это Юпитер наслал на Афины чуму, и оракул приказал афинянам исполнить все требования Миноса, состоявшие в том, чтобы из Афин высылались в Крит ежегодно или каждые девять лет по семи юношей.

140