Катарсис как категория и феномен современной жизни. Монография

УДК 1:18:008 ББК 87:87.8:71

Бугарчева Е.А.

Катарсис как категория и феномен современной жизни: монография / Е.А. Бугарчева; М-во образ. и науки РФ, Казан. гос. технол. ун-т. – Казань: КГТУ, 2011. – 121 с.

ISBN 978-5-7882-1111-4

Данная монография посвящена категории и феномену катарсиса, который рассмотрен не только как эстетический, но и как социально-философский объект рефлексии. Такой подход позволяет расширить видение катарсиса, представить его в виде события внутренней жизни человека, а также раскрыть его актуальность в современной культурной ситуации.

Подготовлена на кафедре гуманитарных дисциплин КГТУ. Издание рекомендуется для бакалавров специальностей «Дизайн», «Социальная работа», «Конфликтология» и преподавателей курсов «Культурология», «История культуры»,

«Эстетика».

Печатается по решению редакционно-издательского совета Казанского государственного технологического университета

Ответственный за выпуск: д-р филос. наук,

доц. КФУ Шатунова Т.М.

Рецензенты: канд. филос. наук, асс. КФУ

Ю.Г. Хаерова

канд. филос. наук, асс. КГУКИ

Р.Р. Ахметзянова

ПРЕДИСЛОВИЕ

Феномен катарсиса – редкое, но яркое событие в жизни человека. Его связывают прежде всего с эстетическими переживаниями человека. Кто из нас не испытывал момент яркого переживания, когда мы плачем над страстями оперы, радуемся за героя романа или испытываем душевный подъем от интеллектуального открытия? Называясь по разному, все эти состояния в пределе ведут к тому, что еще древние греки назвали словом «катарсис», что значит «очищение».

Как категория, катарсис часто обсуждался «на полях» философии, но в нем аккумулировались знания об антропологии, эстетике, онтологии. Как феномен, так и категория, катарсис всегда выступал как некая точка сбора человека, складывание мозаичных событий его внутренней жизни в одну целостную картину. В философии эту категорию часто обходили стороной, заменяли более близкими духу времени категориями, но тем не менее она не исчезла из европейского дискурса, получая новое содержание в культуре XX-XXI веков. Иногда, оставаясь незамеченным в философии, катарсис продолжает жить в самых важных эстетических феноменах общества.

Современное исследование феномена катарсиса становиться актуальным в виду изменения как философского дискурса, так и социального бытия, в котором реализуются феномен катарсиса. В современной культуре наблюдается заметное взаимное влияние социальных и эстетических начал. Социальная значимость эстетических феноменов в настоящее время возрастает, обнаруживаются их черты, необходимые для гармонизации процессов становления современного человека. Событие катарсиса

вэтих процессах играет не последнюю роль. Традиционно толковавшийся в классической теории как чисто эстетический феномен сегодня катарсис обретает социальные характеристики.

Наряду с этим современный человек испытывает сложность

впоиске новых форм своей субъектности в обстоятельствах сужения возможности быть активным субъектом познания и преобразования социальной реальности. Опыт искусства позволяет строить свою художественно-эстетическую картину мира. В то же время способность воспринимать мир в эстетических категориях,

3

говоря словами Ф. Ницше, спасает человека для жизни. В данной ситуации сама способность испытывать высшие эстетические чувства уже несет в себе глубокий социальный смысл. Этот смысл углубляется еще и за счет того, что катарсис как высший тип эстетической реакции осуществляет деконструкцию внутреннего мира человека, обеспечивая его сложность и динамичность. Катарсическое переживание вызывает определенную внутреннюю работу в человеке, побуждает его подняться над собой и, возможно, отказаться от привычных способов понимания и действия.

Вто же время в современном искусстве существуют целые направления, не ставящие перед собой задачу вызвать катарсический эффект, поскольку зрителя, читателя или слушателя художественное произведение нередко выталкивает в «дегуманизированную» (Х. Ортега-и-Гассет) реальность, потерявшую человеческую соразмерность. Художественные произведения в таком случае вызывают негативные чувства отвращения, неудовлетворенности, которые заставляют человека искать выход, напряженно размышлять, что-то отвергать в себе и на что-то решаться. Возникает вопрос о возможности и уместности катарсиса в данной ситуации.

Кроме того, теоретики «негативной эстетики» усматривают

вкатарсической реакции опасность прекращения душевной работы человека над собой и, как следствия, самоуспокоения. По этой причине современная эстетика нередко отказывается от категории «катарсис». Следовательно, в какой-то мере можно говорить о сужении художественной сферы действия катарсического механизма. Катарсис в настоящее время далеко не всегда служит эстетическому наслаждению, но в гораздо большей степени – активизации определенных социальных характеристик человека. В этой связи исследуемый феномен, обретающий сегодня социальные характеристики, существенно расширяет практические возможности своего участия в жизни человека.

Вопределенном смысле можно сказать, что катарсис становится социальным феноменом, проникает из эстетической в социальную реальность, превращается в способ социальной адаптации человека к особым культурным реалиям «индивидуализированного общества» (З. Бауман).

4

Первое упоминание о катарсисе можно найти еще у досократиков, например, пифагорейцев. Наиболее известной трактовкой катарсиса в Античности является аристотелевская. Тем не менее, у самого Аристотеля катарсису не уделено столько внимания, чтобы можно было сказать, что для него это категория центральная или одна из центральных. В Средневековье категория «катарсис» вовсе уходит на второй план и практически никем не осмысливается. Действительный интерес к ней заново возникает в эпоху Возрождения. Теоретические концепции катарсиса появляются лишь у мыслителей Нового времени – Г.Э. Лессинга и П. Корнеля.

В литературе часто указывается, что на сегодня существует целый пласт работ, посвященных катарсису. Например, об этом пишет В.П. Шестаков1. Однако стоит заметить, что вся эта литература – иностранная. На русском языке нам известна лишь одна монография, посвященная проблеме катарсиса, – сборник статей ученых Российского института культурологии «Катарсис: метаморфозы трагического сознания»2. Данную работу можно назвать энциклопедией теорий и интерпретаций феномена катарсиса в современном мире. Однако, как и указано в названии работы, речь в ней идет лишь о судьбе трагического катарсиса. Социальные эффекты катарсиса комического, а также катарсиса прекрасного практически не освещаются в данной монографии. Эта работа будто подводит итог развития уходящей культуры XX века и, несмотря на обилие отсылок к теме социальных возможностей катарсиса, понимает его прежде всего как феномен, привязанный к художественному произведению.

Обычно в монографиях и учебных пособиях катарсису посвящены лишь отдельные параграфы или разделы (В.П. Шестаков, А.Ф. Лосев «История эстетических категорий»3, В.В. Бычков «Эстетика» (учебник)4, «История эстетической

1 Шестаков В.П. Катарсис: от Аристотеля до хард-рока // Катарсис: метаморфозы трагического сознания. – СПб.: Алетейя, 2007. – С. 8-27.

2Катарсис: метаморфозы трагического сознания. – СПб.: Алетейя, 2007. – 384 с.

3Лосев А.Ф., Шестаков В.П. История эстетических категорий. – М.:

Искусство, 1965. – 374 с.

4Бычков В.В. Эстетика. – М.: Гардарики, 2004. – 556 с.

5

работы отечественных авторов, рассматривавших различные социальные аспекты катарсиса. Вяч. Иванов говорит о возникновении катарсиса из дионисических мистерий, А.Ф. Лосев связывает аристотелево понимание катарсиса со спецификой функционирования греческого театра как маленькой модели античного космоса и как важнейшей компоненты жизни полиса. Л.С. Выготский анализирует катарсис с позиций эстетики как науки и его выводы согласуются с результатами исследований Вяч. Иванова и А.Ф. Лосева и существенно дополняют их. В.В. Бычков пишет о катарсисе в учебнике «Эстетика», а также более подробно – в двухтомной монографии «2000 лет христианской культуры sub specie aesthetica», анализируя в том числе специфику катарсиса как религиозного феномена, получившего свое развитие на византийско-православной почве. Автор отмечает, что христианство переводит категорию красоты из внешнего мира во внутренний, и катарсис происходит тогда в результате созерцания души человека и Бога, а не от общения с произведением искусства.

Из западных мыслителей непосредственно о катарсисе пишут Д. Лукач, Ю. Кристева. Д. Лукач в рамках марксистской методологии рассматривает катарсис прежде всего как явление самой жизни, а потом уже – как феномен искусства, имеющий внутри себя механизмы нравственного воздействия на человека. Ю. Кристева видит катарсис с позиции постмодернистской философии, а именно как своего рода телесную реакцию, воплощающую способность человека исторгать из себя все худшее, что накопилось как в душе, так и в теле.

Нередко в литературе встречается описание катарсического эффекта, который называется как-то иначе, другими словами.

Например, Ф. Ницше негативно относится ко всем традиционным эстетическим категориям, в том числе и к катарсису, но, говоря о действительно глубоком эстетическом переживании, фактически описывает именно катарсис, хотя и не использует этот термин1.

Социальные аспекты проблемы катарсиса вызвали необходимость обращаться к широкому кругу авторов, говорящих о возникновении социального пространства (А.Ю. Согомонов, П.Ю. Уваров2), его становлении (Р. Гвардини3, Ю. Хабермас4), а также о вариациях отношений эстетического и социального пространств (Ж. Рансьер5, Ж. Бодрийяр6, Э.В. Ильенков7, К. Маркс8, И. Бродский9).

Особую роль в нашем исследовании сыграли своеобразные авторские пары, в которых художественные произведения анализируются философами. Во-первых, это произведения Э. Хемингуэя и их осмысление Э.Ю. Соловьевым. Во-вторых,

1См.: Ницше Ф. Рождение трагедии из духа музыки. – СПб.: Азбука-классика, 2005. – 208 с.

2Согомонов А.Ю., Уваров П.Ю. Парадоксы вывихнутого времени, или как возникло социальное // Конструирование социального. Европа. V-

5Рансьер Ж. Эстетическое бессознательное. – СПб.; М.: Machina, 2004. – 128 с.

6Бодрийяр Ж. В тени молчаливого большинства, или Конец социального. – Екатеринбург: Издательство Уральского университета, 2000. – 95 с.

7Ильенков Э.В. О «специфике» искусства // Ильенков Э.В. Искусство и коммунистический идеал. – М.: Искусство, 1984. – С. 213-

224.Ильенков Э.В. Что же такое личность // Ильенков Э.В. Философия и

культура. – М.: Политиздат, 1991. – С. 387-414.

8См.: Маркс, Энгельс об искусстве. В 2-х т. – М.: Искусство, 1957.

9Бродский И. Нобелевская лекция // Бродский И. Сочинения Иосифа Бродского: в 7 т.– СПб.: Пушкинский фонд, 1997. – Том 1. – С. 5- 16.

7

Анализ данных работ помог выявить особенности катарсиса как события внутренней жизни современного человека.

Об упомянутой монографии «Катарсис: метаморфозы трагического сознания» под редакцией В.П. Шестакова (СПб., 2007), стоит сказать отдельно. В отличие от написанной В.П. Шестаковым в 1965 году в соавторстве с А.Ф. Лосевым работы «История эстетических категорий», где катарсис упоминался всего лишь как одна из эстетических категорий, в «Катарсисе: метаморфозы трагического сознания» раскрывается совершенно новый трагический контекст переживания катарсиса современным человеком. Некоторые статьи монографии оказываются номинально причастными к проблеме катарсиса, поскольку содержат лишь упоминание о ней (А. Вислова, например). На статьи других авторов мы основательно опираемся в данном исследовании. В частности, нами были использованы статьи В. Шестакова, О. Румянцева, Г. Варакиной, А. Якимовича, Л. Брусиловской. Представляется, что появление работы, в центре которой оказался феномен катарсиса, весьма симптоматично. Это попытка устранить пробел в литературе, осветив вопрос, касающийся социальных и антропологических возможностей катарсиса и, в то же время, – свидетельство актуальности категории «катарсис» для современной философии.

Категория «катарсис» достаточно редко используется в современных социально-философских исследованиях. Возможно, что такая ситуация обусловлена сложностью, таинственностью и сакральностью катарсического события, а также неизученностью социальных аспектов и эффектов этого феномена, традиционно считавшегося эстетическим.

Цель данной работы – раскрыть потенциал катарсиса как феномена и категории современного социального бытия и осветить на фоне катарсических переживаний социально-эстетический облик современного человека.

8

Глава I. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И СОЦИАЛЬНО-КУЛЬТУРНЫЕ ПРЕДПОСЫЛКИ СОЦИАЛЬНО-ФИЛОСОФСКОГО АНАЛИЗА КАТАРСИСА

"Стало общепринятым утверждать, что из всего того, что имеет отношение к искусству, ничто – ни в нем самом, ни в его отношении к миру со всем, что его составляет, ни даже само право искусства на существование – уже не является ни самоочевидным, ни само собой разумеющимся" - пишет Т. Адорно в начале своей работы «Эстетическая теория»1. Проблематичность искусства в современной социально-культурной ситуации, естественно, распространяется и на катарсис. В современной социально- культурной ситуации сомнения возникают уже по поводу «эстетичности» (эстетической природы) катарсиса. Дело в том, что вполне эстетическим феномен катарсиса стал, по нашему предположению, лишь в Новое время, поскольку именно в нововременной культуре и само искусство представляет собой самодостаточный феномен, существующий автономно наряду с другими формами культуры (наукой, религией, философией). В традиционном обществе искусство неотделимо от мифа, культа, театральных античных и карнавальных средневековых практик. Уже в этом обнаруживается социальное содержание искусства, что побуждает осмыслить и возможное социальное содержание катарсиса.

Катарсис изначально несет в себе заряд социальности, но ни древний грек, ни средневековый европеец не подвергают этот факт рефлексии. Когда же катарсис становится феноменом жизни отдельного человека, он начинает выполнять новые социальные функции: теперь катарсис собирает не общество, а индивидуальность, личность, субъекта (что, конечно, не одно и то же). Личность получает возможность рефлексировать свои состояния: моральные, религиозные, эстетические, а значит, и катарсические. Недаром и романтики, и классицисты считают необходимым и призывают читателя научиться рассказывать о своих эстетических эмоциях. Однако вместе с обнаружением

1 Адорно Т.В. Эстетическая теория. – М.: Республика», 2001. – 527

с.

9

предельности классических форм существования искусства и философии «классический» катарсис постепенно также исчерпывает себя, о чем свидетельствует и Т. Адорно в приведенной выше цитате.

В социально-культурной ситуации постмодерна необходимость и возможность катарсической реакции ставятся под вопрос. Однако там, где катарсису находится место в жизни, он, не утрачивая своих эстетических характеристик, полностью раскрывает себя как социальный феномен. Как немецкая классическая философия в свое время дала пространство развития эстетическим категориям трагедии, комедии, драмы, выражающим механизмы формирования субъекта исторического действия, так теперь неклассическая и постнеклассическая социальная философия дает пространство для развития социального содержания категории «катарсис», которая схватывает формы становления драматической «разорванной» социальности, где обнаруживает себя современный человек.

§ 1. Феномен и понятие катарсиса в истории философской мысли.

Традиция теоретического осмысления катарсиса берет свое начало в учениях досократиков. Например, известно учение пифагорейцев, видевших в катарсисе возможность оздоровления души путем ее «очищения» правильной музыкой1. Однако эти учения не оказали заметного влияния на развитие всей последующей эстетической мысли. Возможно, причина этого кроется в их мистическом характере, в то время как, начиная с Сократа, философия становится дискурсивной, рациональной, обращающейся к каждому, кто любит мудрость. Недаром Сократ в качестве метода использовал диалектику в ее античном понимании: как умение вести спор, диалог с тем, кто, возможно, еще только должен обнаружить в себе сознательное философское начало.

Самым авторитетным и влиятельным философом Античности, размышлявшим о катарсисе, по праву считается Аристотель. Его знаменитое определение катарсиса, данное в «Поэтике», вызвало к жизни множество комментариев, оценок и

1 Лосев А.Ф., Шестаков В.П. История эстетических категорий. – М.:

Искусство, 1965. – С. 85.

10