История уголовной ответственности за преступления против здоровья населения и общественной нравственности в России. Учебное пособие

по лечению людей. Проф. Н. Д. Дурманов считал, что виновный должен получать от такого врачевания материальную выгоду1. Вместе с тем, буквальное толкование ст. 180 УК РСФСР 1926 г. не позволяет поддержать такую точку зрения.

Во-вторых, незаконное врачевание должно осуществляться либо лицом, не имеющим медицинского образования, либо лицом с медицинским образованием, но занимающимся такой медицинской практикой, на которую не имеет права, т.е. не охватывающейся его образованием (например, окулист занимается лечением зубов).

Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда РСФСР Евсюков был признан виновным и привлечен к ответственности по ст. 180 УК РСФСР 1926 г. за то, что он, не имея медицинского образования, работая грузчиком, занимался зубопротезированием (изготавливал кустарным способом зубные металлические коронки и устанавливал их обращавшимся людям)2.

Случаи, когда незаконное врачевание за денежное вознаграждение осуществлялось лицом без медицинского образования, выдававшего себя за врача, образовывали мошенничество.

Состав был сконструирован как формальный и не требовал причинения вреда как обязательного последствия от незаконного врачевания. Однако суды в своих решениях обращали внимания на возможность наступления таких последствий. Так, по вышеприведенному делу Евсюкова суд, со ссылкой на заключение судебно-медицинских экспертов, отметил, что надевание кустарно изготовленных металлических коронок могло вызвать тяжкие заболевания. В научной литературе отмечалось, что реально наступивший вред от незаконного врачевания требовал дополнительной квалификации по преступлениям против жизни и здоровья3.

Субъективная сторона — прямой умысел. Субъект — лицо, не имеющее медицинского образования, либо лицо, имеющее медицинское образование иного профиля.

Наказание за незаконное врачевание УК РСФСР 1926 года предусматривал в виде исправительно-трудовых работ на срок до шести месяцев или штрафа до пятисот рублей.

ма и определений Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР 1957– 1959 гг. / Под ред. А. Т. Рубичева. М., 1960. С. 262–263.

3 Советское уголовное право. Особенная часть. С. 341; Советское уголовное право. Учебное пособие для правовых школ / Ред. А. А. Герцензон, А. Н. Иодковский. М., 1938. С. 167.

Нарушение правил о борьбе с эпидемиями (ст. 181).

УК РСФСР 1926 г. в отличие от УК РСФСР 1922 года сформулировал общую норму бланкетного характера, в соответствии с которой преступлением считалось нарушение правил по охране народного здравия, специально изданных в целях борьбы с эпидемиями.

Среди специальных правил, упоминавшихся в диспозиции ст. 181 УК РСФСР 1926 г., можно назвать следующие.

Постановление СНК РСФСР от 19 ноября 1939 г. № 655 «Об обязательном оспопрививании»1. Согласно ему граждане, живущие на территории РСФСР, подлежат обязательному оспопрививанию в течение первого года жизни (вакцинация) и повторной прививке против оспы (ревакцинация) в возрасте 4–5 лет, 10–11 лет и 18–20 лет. Ответственность за своевременную первичную прививку против оспы (вакцинацию) детям до одного года, а также за повторную прививку (ревакцинацию) детям

ввозрасте 4–5 и 10–11 лет возлагается на родителей или лиц, их заменяющих. Пункт 12 данного постановления прямо указывал, что виновные

вуклонении от обязательных прививок против оспы привлекаются к ответственности по ст. 181 УК РСФСР.

Постановление СНК РСФСР от 29 апреля 1940 г. № 303 «О предохранительных прививках против дифтерии» ввело на территории РСФСР обязательные прививки против дифтерии для детей в возрасте от 1 года до 8 лет включительно, с последующей ревакцинацией через 6–12 месяцев после первой прививки2. Пункт 5 этого постановления предусматривал за уклонение от прививок против дифтерии детям привлекать родителей или лиц, их заменяющих, к ответственности по ст. 181 УК РСФСР.

Ссубъективной стороны деяние могло быть совершено как умышленно, так и по неосторожности.

Субъектом являлось лицо, обязанное выполнять противоэпидемические правила, и в первую очередь ими были родители несовершеннолетних детей.

Незаконный оборот наркотических средств (ст. 104).

Данная норма была по своему содержанию, за исключением санкции и несущественного редакционного изменения, идентичной ст. 140-д УК РСФСР 1922 г.

Предметом преступления являлись одурманивающие вещества, среди которых в диспозиции статьи назывались кокаин, опий, морфий, эфир. Однако в части терминологии ст. 104 УК РСФСР 1926 г. не совсем точно соответствовала иным нормативным актам. В первую очередь постановлению ЦИК СССР, СНК СССР от 23 мая 1928 г. «О мерах регулирова-

74История уголовной ответственности за преступления против здоровья...

В1935 году УК РСФСР 1926 г. был дополнен еще двумя преступлениями, которые можно отнести к группе преступлений против общественной нравственности:

1)понуждение несовершеннолетних к занятию проституцией (ст. 732), которое было отнесено к иным преступлениям против порядка управления (гл. 2);

2)деяния, связанные с порнографией (ст. 1821), которые были отнесены к нарушениям правил, охраняющих народное здравие, общественную безопасность и порядок (гл. 8).

Следовательно, можно говорить о том, что УК РСФСР 1926 года знал четыре следующих преступления против общественной нравственности:

1)понуждение несовершеннолетних к занятию проституцией (ст. 732);

2)деяния, связанные с проституцией (ст. 155);

3)деяния, связанные с порнографией (ст. 1821);

4)сокрытие коллекций и памятников старины и искусства (ст. 188). Обратимся к анализу данных преступлений.

Понуждение несовершеннолетних к занятию проституцией (ст. 732). Ответственность за понуждение несовершеннолетних к занятию про-

ституцией содержалось среди таких противоправных действий в отношении несовершеннолетних, как подстрекательство или привлечение к участию в различных преступлениях, принуждение к занятию спекуляцией и нищенством.

Данная норма была внесена в уголовный закон постановлением ЦИК и СНК РСФСР от 25 ноября 1935 года в соответствии с постановлением ЦИК и СНК СССР от 7 апреля 1935 года и была направлена на усиление борьбы с преступностью несовершеннолетних1.

Статья 732 УК РСФСР 1926 г. была специальной по отношению к ст. 155 УК РСФСР 1926 г., которая предусматривала ответственность за принуждение к занятию проституцией совершеннолетних женщин.

Несмотря на то, что «проституция в настоящее время ликвидирована в связи с общим ростом материального и культурного уровня масс и уничтожением безработицы»2, уголовная ответственность за такие деяния не была исключена и в дальнейшем из уголовного закона.

Отличительная особенность преступления, предусмотренного ст. 732 УК РСФСР 1926 г., заключалась в особом потерпевшем. Им могло быть только лицо женского пола, не достигшее к моменту совершения деяния совершеннолетнего возраста (18 лет).

1 Сборник документов по истории уголовного законодательства РСФСР и СССР

1917–1952 гг. С. 381–382, 398–399.

2Уголовное право. Особенная часть / Под ред. А. А. Герцензона, А. А. Пионтковского.

С.232.

Объективная сторона преступления, предусмотренного ст. 732, выражалась в понуждении к занятию проституцией. В ст. 155 УК РСФСР 1926 г.

вдиспозиции статьи использовался термин «принуждение». Представляется, что данные понятия являлись синонимичными.

Субъективная сторона выражалась в прямом умысле. Проф. Н. Д. Дурманов отмечал, что чаще всего такие преступления совершаются в корыстных целях1.

Данное преступление строго наказывалось — лишением свободы на срок не ниже пяти лет, т.е. от пяти до десяти лет лишения свободы.

Деяния, связанные с проституцией (ст. 155).

Статья 155 УК РСФСР 1926 г. в своей диспозиции объединила ст. 170, 171 УК РСФСР 1922 г.

Внаучной литературе под проституцией понималось вступление

вполовые сношения за вознаграждение2. К этому необходимо добавить, что, исходя из буквального толкования закона, под половым сношением при проституции должно было пониматься только сношение между мужчиной и женщиной, где женщина оказывала такие сексуальные услуги мужчинам.

Объективная сторона анализируемого преступления могла быть выполнена одним из следующих альтернативных действий:

1)принуждение к занятию проституцией, под которым понимались как насильственное принуждение, так и создание условий, толкающих потерпевшую «на путь порока»3;

2)сводничество, под которым предлагалось понимать различные посреднические действия: в склонении разнообразными способами к половому сношению, предоставление помещения и т.д.4 Однако судебная практика полагала обязательным для сводничества наличие корысти со стороны виновного5. Так, Верховным Судом РСФСР было признано правильным осуждение Стрельцова за сводничество, который, содержа в городе Моршанске чайную-столо- вую, вызывал в столовую для посетителей проституток, извлекая из этого материальную выгоду6;

1 Советское уголовное право. Особенная часть. С. 173.

2Уголовное право. Особенная часть / Под ред. А. А. Герцензона, А. А. Пионтковского.

С.230.

3 Советское уголовное право. Особенная часть. С. 361.

4Уголовное право. Особенная часть / Под ред. А. А. Герцензона, А. А. Пионтковского.

С.232.

за 1925 г. Вып. II. М., 1926. С. 118.

По сравнению с действующим УК РСФСР 1926 г. Проект 1939 г. предложил новую ответственность за убой скота без разрешения органов ветеринарного надзора с целью его сбыта или сбыт.

Авторы рассматриваемого проекта отнесли к преступлениям против здоровья населения незаконное пользование эмблемами Красного Креста и Красного Полумесяца. Данная ответственность не была новой и содержалась в ст. 94 УК РСФСР 1926 г. среди иных преступлений против порядка управления.

Система преступлений против общественной нравственности в Проекте 1939 г. содержала следующие деяния:

1)устройство и содержание притонов для азартных игр или для употребления наркотических средств (ст. 290);

2)сводничество и содержание притонов разврата (ст. 291);

3)распространение порнографических изданий и изделий (ст. 292). Статья 290 Проекта 1939 г. объединила в одной статье, но в разных ча-

стях, ответственность за устройство и содержание притонов для азартных игр и для употребления наркотических средств. По сравнению со ст. 104 УК РСФСР 1926 г. была расширена объективная сторона деяния, за счет включения такого действия, как «устройство».

Проект 1939 г. разделил на самостоятельные статьи ответственность за сводничество, содержание притонов и вербовку женщин для проституции (ст. 291) и принуждение женщины к занятию проституцией (ст. 134), которая в УК РСФСР 1926 г. была объединена в ст. 155. Проект 1939 г. предусматривал повышенную в два раза ответственность за понуждение к занятию проституцией несовершеннолетнего (ст. 146)1. При этом ответственность за принуждение женщин к занятию проституцией Проектом 1939 г. была отнесена к половым преступлениям, а понуждение к занятию проституцией несовершеннолетнего — к подгруппе преступлений «оставление в опасности».

Проект 1939 г. выделил в качестве самостоятельного преступления против порядка управления (расположил в отдельной главе Особенной части) ответственность за сокрытие коллекций и памятников старины, не изменив ее содержание по сравнению с УК РСФСР 1926 г.

Анализ норм Проекта 1939 г. показывает, что были произведены минимальные изменения, по сравнению с действующим УК РСФСР 1926 г., содержания диспозиций анализируемых преступлений. Достоинством данного проекта следует признать выделение в самостоятельные группы преступлений против здоровья населения и нравственности, а также введение в оборот понятия «общественная нравственность».

1По ст. 134 предусматривалось наказание в виде лишения свободы на срок до 5 лет,

апо ст. 146 — лишения свободы на срок от 5 до 10 лет.

пищевой промышленности или общественного питания, наличия у него заболевания, предусмотренного перечнем, устанавливаемым Министерством здравоохранения СССР.

Статья 313 предусматривала ответственность за загрязнение или порчу питьевой воды в колодцах или иных водоемах трупами животных, нечистотами или веществами, вредными для здоровья. Предметом данного преступления выступала только вода, используемая для употребления людьми. Данная норма была возвратом к ст. 111 Устава о наказаниях, налагаемых мировыми судьями, предусматривавшей ответственность за порчу воды. Кроме ст. 313 Проект 1947 г. среди преступлений в области сельского хозяйства содержал ответственность за загрязнение умышленно или по неосторожности воды в каналах или водоснабжающих источниках, а также за нарушение иных правил водопользования, если это причинило существенный ущерб.

Статьи 314–316 Проекта 1947 г. практически в неизменном виде были позаимствованы из УК РСФСР 1926 г. (ст. 104, 179, 179-а).

Проект 1947 г. не относил к преступлениям против здоровья нарушение правил борьбы с эпидемиями. Вместе с тем, в группе преступлений против сельского хозяйства были нормы о нарушении правил по карантину растений (ст. 205) и нарушение ветеринарных правил (ст. 208).

К преступлениям против общественной нравственности Проект 1947 г. отнес:

1)содержание притонов (ст. 317);

2)сводничество (ст. 318);

3)порнографию (ст. 319);

4)мужеложство (ст. 320);

5)надругательство над могилами (ст. 321).

Вст. 317 Проект 1947 г. предлагал единую норму об ответственности за содержание притонов разврата, притонов для потребления наркотиков, а равно для азартных игр. Данное преступление являлось самым тяжким в анализируемой группе и наказывалось лишением свободы на срок от пяти до десяти лет с конфискацией и ссылкой в то время, как насильственное мужеложство предусматривало максимум наказания в восемь лет тюремного заключения.

Проект 1947 г. в отличие от УК РСФСР 1926 г. предлагал криминализировать надругательство над могилами, под которым понималось разрытие могил, надругательство над трупом, похищение находившихся в могиле предметов. Данная норма была возвратом к дореволюционному законодательству. Вместе с тем, Проект 1947 г. в данной норме не относил

кпредмету преступления памятники и другие надмогильные сооружения.

Вгруппе преступлений, которую Проект 1947 г. поименовал как «Нарушение специальных законов и правил, относящихся к порядку управ-