История российского предпринимательства. Конспект лекций. Учебное пособие

ложения купечества, которому приходилось тратить большие средства на закупку товаров для последующей продажи. Монастырская торговля опиралась на разветвленную инфраструктуру – ярмарки у стен обителей (Макарьевская, Свенская, Тихвинская и др.), собственный транспорт, городские дворы с амбарами, перевозы.

Как видим, участвуя в рыночной сфере, духовнокорпоративные собственники обладали немалыми преимуществами. Но купечество, в свою очередь, было свободно от забот о содержании значительной массы людей – в монастырях же насчитывалось от 10 до 100 иноков. Денежные и натуральные затраты монастыря, получавшего торговую прибыль, в десятки, а то и в сотни раз превышали затраты светского купца-предпринимателя. И монастырские рыночные доходы, если их разделить на число людей, находившихся на содержании обители, выглядят не такими уж большими. Особенностью монастырского предпринимательства было то, что участие в рыночных сделках в большинстве случаев не являлось для монастырей самоцелью. Монастыри вступали в отношения купли-продажи для обеспечения братии, а не для получения прибыли ради расширения дела: сбывали излишки соли, чтобы закупать хлеб либо наоборот. Баланс закупаемых и продаваемых товаров был приблизительно равен (в денежном выражении). После совершения рыночных операций у монастырей оставались незначительные денежные средства, переходившие в бюджет следующего года: от нескольких десятков до 300–500 руб.

В конце XVI в. монастыри столкнулись с определенными экономическими трудностями, связанными с отменой в 1584 г. тарханных грамот, увеличением сборов в казну

иограничениями в приобретении вотчин. Однако этот возникший недостаток денежных средств вовсе не затормозил, а подстегнул развитие монастырского предпринимательства. Так, например, если в 70–80-е гг. XVI в. сбыт хлеба, овощей

искота Иосифо-Волоколамским монастырем носил случай-

41

ный характер и велся незначительными партиями, то в 90-е гг. рыночные операции монастыря приобрели более широкий размах в сфере сбыта сельскохозяйственной продукции. Он стал регулярно продавать рожь, овес, сено, солому. Однако по-прежнему после совершения рыночных операций у монастырей оставались не очень большие средства, переходившие в бюджет следующего года.

2. В эпоху Средневековья заниматься в одиночку торговлей, особенно дальней, было невозможно. Трудности заморских поездок, опасность быть ограбленными заставляли купцов объединяться. Первые торговые товарищества стали возникать в Англии и Скандинавии с IX–X вв., чаще всего, на время одной поездки. Входившие в них компаньоны, например шведские воины-купцы, предварительно договаривались об условиях приобретения корабля, товаров и порядке распределения будущей прибыли.

Позднее, в XI–XII вв., в странах Западной Европы формировались постоянные купеческие гильдии. В них объединялись купцы, ездившие постоянно в одну и ту же страну или торговавшие одним и тем же специфическим набором товаров. Признание ими договорных обязательств облегчало их передвижение с товарами в составе караванов или флотилий. Ведь далеко не каждый из них был в состоянии в одиночку купить корабль, нанять матросов и охрану. Члены гильдий объединяли иногда свои капиталы для закупки огромных партий товаров за границей, а затем с выгодой продавали их на монопольных условиях в родной стране. Сообща они добивались и от властей различных таможенных и правовых льгот, а получив со временем значительные привилегии, стали ограничивать прием в свою корпорацию новых членов со стороны. Так возник союз итальянских купцов, посещавших ярмарки Шампани и Франции. Во Фландрии сформировалась Лондонская ганза – гильдия торговцев, ездивших в Англию. Членов купеческой корпорации из баварского Регенсбурга, торговавших с Русью, называли в XII в.

42

русариями. Более крупное и сильное объединение представляла немецкая Ганза – союз 73 торговых городов, расположенных у Балтийского и Северного морей.

Подобные процессы происходили и в древнерусской купеческой среде. Выделилась группа гостей-гречников, ездивших регулярно в Византию. Им приходилось объединять усилия и денежные средства для закупки или найма людей, матросов, для защиты своих корпоративных интересов. Среди них в XII в. выделяется еще одна группа – купцовзалозников, совершавших торговые поездки по так называемому залозному пути в Крым и на Северный Кавказ.

Купцы определенной специализации, объединившись

вкорпорацию, «сто» (сотня), приобретали святого покровителя. Кроме того, храмы, построенные корпорацией и посвященные такому святому, служили удобным и надежным местом хранения денег и товаров гостей.

ВКиеве это была Церковь Успения Богородицы Пиро-

гощи.

Несколько православных купеческих храмов существовало в Великом Новгороде. В XII в. на купеческие средства были возведены церкви святой Параскевы Пятницы – покровительницы торговли, Троицкая церковь. Последняя была возведена на средства «щетинцев» – корпорации новгородских торговцев, ездивших в город Щецин – крупный порт

вустье р. Одер. Новгородские торговцы мясом – прасолы объединились в XIII в. вокруг церкви Бориса и Глеба в Старой Руссе. Зажиточные новгородские купцы-вощники, торговавшие воском и другими товарами со странами Западной и Северной Европы, объединялись вокруг церкви св. Иоанна Предтечи на Опоках в Новгороде. Именно поэтому новгородские вощинники называли себя «иваново сто».

С XIV в. в корпорации гостей стали объединяться и наиболее влиятельные группы торговцев в Москве, Твери, Нижнем Новгороде. Среди московского купечества в данный период появились корпорации сурожан и суконников.

43

Сурожане – группа московского купечества XIV–XV вв., члены которой торговали с Крымом и Византией. Их наименование происходит от древнерусского названия г. Судак (Сурож) в Крыму. По примеру новгородских «вощиников» они построили церковь Иоанна Златоуста, где хранилась их казна, товары и пр. О роли гостей-сурожан говорит тот факт, что Дмитрий Донской взял с собой на Куликово поле десять их представителей. В летописи сохранились их имена: Константин Болк, Тимофей Весяков, Сидор Елеуферьев, Василий Капица, Козьма Ковырь, Семен Онторов, Дмитрий и Михаил Соларевы, Дмитрий Черный, Иван Ших.

Некоторые греческие и итальянские купцы, чтобы приблизиться к русскому рынку, перебрались на постоянное место жительства в Москву и впоследствии обрусели. Таково происхождение известных купеческих династий Соларевых, Шиховых и Ховриных.

Суконники – группа московского купечества XIV – первой половины XVI в., представители которой занимались преимущественно закупками западноевропейского сукна в Новгороде Великом, Пскове, Литве, Польше.

О внутренней организации древнерусских купеческих корпораций, объединявшихся вокруг патрональных храмов, дает представление Устав «Иванова ста», церкви св. Иоанна Предтечи на Опоках в Новгороде. Полноправный член Иванского купеческого товарищества назывался «пошлым» купцом. Каждый вступающий в него должен был сделать денежный взнос – 50 гривен серебра – в храмовую казну, т.е. в фонд корпорации, а также преподнести новгородскому тысяцкому рулон дорогого сукна, привозившегося из Фландрии. Звание «пошлого» купца было наследственным и давало право занять место купеческого старосты. Ценные товары хранились не в самой церкви, а в подцерковных палатах (устав церкви запрещал хранить товары). Церковь хранила эталоны различных гирь и весов. Во дворе церкви осуществлялось контрольное взвешивание воска и других товаров.

44

Это делалось не бесплатно, но по разной цене для новгородских и пришлых купцов. Торговые люди из других городов платили большую плату. Ни посадник, ни другие новгородские купцы не имели права вмешиваться во внутреннюю жизнь Иванского товарищества.

Среди купцов существовало складничество. Число куп- цов-складников обычно не превышало 4–5 человек, торговавших одинаковыми товарами. О таком складничестве говорится в некоторых берестяных грамотах XII–XIV вв. В одной из них, найденной на месте бывшей усадьбы новгородского купца, безымянный автор сообщает своему компаньону Спироке (который, очевидно, и был владельцем усадьбы) о том, что «уже распродал олово, свинец и клепание все» (т.е. товары, поступавшие в Новгород из Западной Европы) и закупил три круга воска, поэтому ему уже нет необходимости ехать в Суздаль. Здесь же упомянуты имена еще двух складников – Матейки и Пруса.

В Северо-Восточной Руси, как и в Новгороде, в купеческой среде этого времени получило распространение складничество для закупки оптовых партий заморского товара и подмены друг друга во время поездок, например, в Крым. Оставшийся в Москве член складничества мог заниматься, например, приобретением пушнины и других ввозимых туда товаров.

3. Для русского купечества была характерна сильная имущественная дифференциация. Если средние купцы закупали товары максимум на несколько десятков рублей, то оборотный капитал представителей именитого купечества достигал нескольких сотен рублей.

В экономическом отношении купечество к XII в. стало представлять собой серьезную силу, с мнением которой властям приходилось считаться.

Что касается условий накопления капиталов, то они были тяжелее, чем в Западной Европе. Так, если в странах Западной и Южной Европы XIV–XV вв. ознаменовались

45

расцветом дальней морской торговли, сопровождавшимся освоением новых океанских маршрутов, поисками путей в Индию, то Русь, не имея морских портов и флота, попрежнему ограничивалась в основном сухопутным обменом с ближайшими соседями, используя для приобретения иноземных товаров посредников. Даже Новгород в условиях монопольного положения Ганзы не мог развернуть активную деятельность на Балтике. Использование посреднических услуг иностранных купцов, необходимость преодоления больших расстояний, чтобы приблизиться к зарубежным рынкам, замедляли скорость торговых оборотов, увеличивая путевые издержки и снижая прибыль гостей.

Также русские купцы XIV–XV вв., в отличие от своих западноевропейских коллег, еще не могли пользоваться ни бумажными векселями, ни услугами банковских контор. Вместо этого с целью получения кредита им приходилось обращаться к ростовщикам, бравшим огромный процент

(в конце XI – начале XII в. – до 50%, в XVI – до 20%).

4. Отношение общества к предпринимательству характеризовалось уважением к торговому делу. В Древней Руси христианская этика воспринималась крайне медленно, она активно сливалась с языческими представлениями, где богатство не было греховным. Общественное мнение осуждало только предоставление денег под проценты. Например, во время восстания 1113 г. в Киеве после разгрома двора тысяцкого Путяты были разгромлены и дома ростовщиков. Статус торговца в обществе был высок. Занятие торговым промыслом считалось почетным не только из-за богатства – он был в те времена опасным и рискованным занятием. Для торга и дальних поездок необходимы были те же личные качества, что и в военном деле: отвага, смекалка, бесстрашие, самообладание, энергия. В былинах и сказаниях воспевались не только ратные подвиги князей и богатырей-дружинников, но и удалые и удачливые купцы. Самым ярким примером является былина о Садко Сатиныче.

46

Согласно Судебникам 1550 и 1689 гг. купцы стояли на значительной высоте в социальном плане: сумма «бесчестья»

вих пользу составляла 50 руб., в то время как рядовой посадский мог претендовать всего на один рубль.

Виюне 1566 г. представители российского купечества впервые были приглашены на Земский собор, на котором они участвовали в обсуждении вопроса о продолжении Ливонской войны. Торгово-ремесленная верхушка посада была представлена и на Земском соборе 1598 г., избравшем на царский престол Бориса Годунова.

Вто же время правовое положение купечества СевероВосточной Руси отличалось от западноевропейского, где торгово-ремесленное население пользовалось городскими вольностями и магдебургским правом, освобождавшим жителей ряда городов от феодальной зависимости и позволявшим им избирать органы самоуправления – магистраты. Лишь купечество Новгорода и Пскова находилось с точки зрения правового статуса в более выигрышном положении, участвуя в вечевых собраниях и выбирая своих старост. Данное положение отсутствовало в Москве и других городах Се- веро-Восточной Руси. Представители купечества, подобно другим формировавшимся сословиям, рассматривались московскими властями как государевы слуги, обязанные выполнять любые поручения и беспрекословно подчиняться великокняжеским указам.

Что касается XVI в., то в правовом отношении купечество находилось совершенно в беззащитном состоянии. Купеческая собственность абсолютно не была защищена от произвола властей, включая самого царя. Иностранец Джером Гарсей писал, что царь «обирает своих купцов и обменивает взятые у них товары у иностранцев на одежду, шитую золотом, талеры, жемчуг, драгоценные камни и пр.»

При Иване IV и Борисе Годунове продолжалась политика принудительного переселения купцов из других городов

вМоскву. Это, в свою очередь, ослабляло посады уездных

47

городов, нарушало преемственность местных купеческих капиталов, отрывало купцов от привычного рынка, нарушало сложившиеся деловые связи с партнерами.

При Иване Грозном в связи с получением английскими купцами права беспошлинного и свободного торга в пределах России русские купцы стали все настойчивее оттесняться от рыночных операций своими британскими коллегами.

5. Купцы были в большинстве случаев грамотными людьми; они умели читать, писать и бегло вести счет; они владели иностранными языками, поэтому часто их знания использовали в области дипломатии и разведки. Под видом торговцев они проникали в стан врага в качестве лазутчиков и собирали важную информацию.

Купцы представляли собой личностей, нацеленных на познание нового, неизведанного; не случайно именно из купечества вышли все знаменитые землепроходцы, первооткрыватели Сибири, Дальнего Востока, Камчатки, Аляски. Многим хорошо знакомо имя тверского купца Афанасия Никитина, совершившего путешествие в Индию в 1468–1474 гг. по Волге, через Каспий, Закавказье и Персию. Менее известен другой русский купец, также оставивший свои путевые заметки 1465–1466 гг., известные под названием «Хождения гостя Василия». Их автор подробно описал Каир, Антиохию, Дамаск, Иерусалим и другие города Ближнего Востока и Малой Азии, приведя сведения об их укреплениях, водоснабжении, торговле, составе населения. Таким образом, купечество выполняло функцию важнейшего информационного источника, поставщика сведений о социальных процессах в стране и далеко за ее пределами.

Возвращения купцов из дальних стран ждали с нетерпением не только из-за желания заполучить от них новые товары, но и утолить «информационный голод». Вспомним «Сказку о царе Салтане», в которой царь Салтан каждый раз зовет купцов в гости и с напряженным вниманием выслушивает их сообщения. В условиях отсутствия организованной

48

почтовой службы с надежными торговцами передавали письменные послания. Сами купцы служили средством для распространения желаемой властям информации.

Этика предпринимательства Древней Руси мало чем отличалась от распространенной тогда в Западной Европе и на Востоке. Добродетелью признавалось милосердие, но не честность, хотя данное слово старались не нарушать. Обман, фальсификация товара широко применялись торговыми людьми Средневековья. Русский фольклор того времени смеется над обманутым, одобряя ловкость и смекалку героев сказок, притч, пословиц. При этом не допускается обман товарищей по «братчине» – торговой корпорации. Письменный договор также не должен был нарушаться.

По свидетельству иностранных представителей, обман, подделка и подмен товаров процветали. Такого рода ловкость воспринимались даже как дар Божий, без которого не следует приниматься за торговлю, и как образец для подражания. Описан случай, когда голландский купец, самым грубым образом обманувший всех московских торговых людей, приобрел между ними такое уважение за искусство, что они, нисколько не обижаясь, просили его принять себя в товарищи, надеясь научиться его «мастерству».

Ближе к XV в. система моральных представлений предпринимателей несколько поменялась: купечество еще не стеснялось стяжательства, но уже стало задумываться о спасении своей души, что возможно было совершить через милостыню. Купцы, даже состоятельные, мало что оставляли детям. Так что купеческие дети должны были начинать дело практически заново. Их отцы, как правило, отдавали или завещали свои богатства монастырям. Широко было распространено строительство церквей. Причем здесь свое воздействие оказывала и языческое сознание – обычно церковь возводилась в знак благодарности божественным силам за чудесное спасение, удачную поездку и т.д. Важным признавалось милосердие к малоимущим. В то время купцы не созда-

49

вали богаделен и приютов, но отдавали часть прибыли непосредственно нуждающимся. Это также свидетельствует о месте купечества в древнерусском обществе, так как подача милостыни считалась привилегией «сильных мира сего».

К XVI в. окончательно укоренилась православная христианская религия и соответственно представление о нестяжании как о высшей добродетели. Но ограниченное стяжание, направленное на обеспечение определенного достатка, вполне соответствовало духовному миру человека раннего нового времени. Правозвестником новых идей одухотворения экономики стал священник Сильвестр, автор знаменитого «Домостроя» – сборника поучительных текстов. Этот учебник нравственного хозяйствования описывал достоинства «праведного стяжания» и обещал, что за такое предпринимательство Бог «и от грехов освободит, и жизнь вечную дарует». Богатство оправдывалось, если его основой являлся труд, и отвергалось, если оно было создано насилием или неправдой.

Однако эти этические основы ведения дела, хотя и стали известны широким предпринимательским слоям и получили свое восприятие на уровне осознания обществом, войти в практику русских предпринимателей в XVI в. не успели. Несправедливость и насилие общественно уже осуждались, но их применение было распространено так же широко, как и раньше.

Характерным является пример Строгановых. По свидетельству исторических документов, развивая свое дело, Строгановы творили «многие несправедливости», а расширение их империи сопровождалось разорением жилищ, многочисленными жертвами среди населения Сибири, Прикамья и Поволжья.

Австрийский посол Сигизмунд Герберштейн оставил следующие воспоминания о русских купцах XVI в.: «Торгу-

50