История российского предпринимательства. Конспект лекций. Учебное пособие

двор, обширную церковную организацию, большие армии и флоты… Эти элементы, поскольку они сами ничего не производят, содержатся за счет продукта труда других людей». Больше же надо тратить на поддержание производительных работников. При этом он не идеализировал самого производителя. О нем Смит написал, что это эгоистичное существо, преследующее лишь свою собственную выгоду, а не процветание общества. Но в конечном счете, сам не осознавая этого, он действует в интересах общества.

Руководители Александровского правительства способствовали распространению идей Адама Смита путем публикации его главного произведения и преподавания его идей. Министром коммерции был назначен граф Н.П. Румянцев, его страстный поклонник. Однако в конце своего царствования Александр I отказался от своих либеральных начинаний. Николай I (1825–1855 гг.) продолжил консервативную политику своего брата. По своему характеру Николай был чужд всяких либеральных взглядов, демократию он отождествлял с анархией и предпринимательство тоже воспринимал как элемент, нарушающий государственный порядок. При Николае еще более усилились опека и контроль со стороны правительства над промышленностью и торговлей. Следовательно, усилился произвол чиновников, которые активно паразитировали на купечестве.

2. В первой половине XIX в. государственная кредитная система состояла из одного банка с восемью отделениями в провинции, что показывало, что при Александре I и Николае I государственный кредит в России развивался слабо. Занимавший с 1823 г. по 1844 г. пост министра финансов граф Е.Ф. Канкрин вообще отрицал необходимость государственного кредита, исповедуя принцип: «Торгуй за наличные!». Что касается частной, т.е. предпринимательской кредитной деятельности, то она не только не поощрялась Какнкриным, но и решительно пресекалась. В сохранившихся

92

конспектах его лекций по русским финансам, которые министр читал царевичу Александру (будущему царюреформатору), содержатся наставления о том, что частные банки чрезвычайно «опасны», ибо «контроль за ними труден или неудобовозможен», поэтому «банки сего рода вовсе не должны быть допустимы и только те терпимы, кои состоят в ближайшей связи с правительством под точным контролем оного».

Такая позиция руководителя финансового ведомства не способствовала развитию предпринимательства в кредитнобанковской сфере. Вопреки данной политике в 30-е гг. XIX в. стали заметны серьезные позитивные изменения в вопросе частного банковского предпринимательства. В 1836 г. в Сибири был создан частный коммерческий банк в поселке Верхняя Тура – крупном центре торговли между Европейской Россией и Сибирью. Его учредителем стал Сергей Иванович Попов – представитель крупнейшей в Сибири династии купцов, обосновавшихся здесь еще в первой половине XVIII в. Более столетия династия Поповых контролировала винные и соляные откупа, хлебные поставки, чайную торговлю и др. В дальнейшем капиталы Поповых были направлены в золотодобычу. Именно в это время был учрежден коммерческий банк в Верхотурье. В 1843 г. С.И. Попов учредил еще один банк – в Томске. Инициатива этого предпринимателя запустила процесс учреждения банков в Сибири. В последующие годы открытие частных банков приобрело свою устойчивую положительную динамику по всей России:

в1844 г. частные коммерческие банки открылись в столице чайной торговли – Кяхте, в 1845 г. – в Александрове, Туле, Иркутске, в 1846 г. – в Великом Устюге; в 1847 г. – в Либаве, Зарайске, Ростове Великом (Ярославская губ.), Коломне, Архангельске; в 1849 г. – в Ирбите. При этом везде, где открывались частные кредитные учреждения, отмечалось заметное оживление торговых оборотов, увеличивались инвестиции

впромышленное производство. Процесс учреждения част-

93

ных банков был бы еще активней, поскольку поступило значительное число заявок на их открытие, однако большинство из них было отклонено.

Новым явлением хозяйственной жизни XIX в. стало акционерное дело. Акционерные компании – организационноправовая форма объединения вкладчиков с целью мобилизации денежных средств и создания значительного капитала. Первые акционерные компании были созданы под влиянием голландских, датских и шведских образцов. Еще при царе Алексее Михайловиче возникла мысль об организации крупного компанейского предприятия для производства китоловного промысла и добычи сала. Эта идея, однако, не была реализована. Петр I в 1799 г., после возвращения из-за границы, опубликовал указ о торговле по примеру «сторонних чужих земель», но, несмотря на все старания, акционерную компанию наподобие Ост-Индской и Вест-Индской для русской торговли организовать в первой половине XVIII в. не удалось. Даже во второй половине столетия русские компании не имели большого значения. Лишь деятельность учрежденной в 1799 г. для освоения русских земель в Северной Америке Российско-Американской компании, находившейся под покровительством правительства, имела широкие масштабы.

С 1799 по 1836 г. было учреждено не менее 58 акционерных компаний. При этом необходимо отметить, что правительство в начале XIX в. с большой неохотой «помогало» акционированию. 6 декабря 1836 г. оно приняло первое положение об акционерных обществах, выражавшее двойственность отношения к ним: с одной стороны, оно предоставляло промышленности «сколь более свободы в ее движении и развитии», а с другой – стремилось «оградить ее от последствий легкомыслия и необдуманной предприимчивости». Решать эти задачи власти пытались с помощью строгого контроля за организацией и деятельностью обществ. Активное вмешательство государства в акционерную деятельность

94

объяснялось боязнью развития инициативы, которая могла выйти из-под опеки правительства.

3. Внутренняя торговля. Развитие внутренней торговли сдерживалось примитивным состоянием транспорта. Основными его видами были речной (сплавом или бурлаками вверх по реке) и гужевой. По рекам товары можно было переправлять только летом, а сухим путем зимой. Причиной тому было то, что летом грунтовые дороги становились непроезжими и также потому, что крестьяне, занимавшиеся извозным промыслом, летом были заняты на полевых работах. Скорость передвижения грузов была очень мала. Чтобы довести баржу с низовья Волги до Петербурга, требовалось две навигации. За первое лето суда доходили только до Рыбинска и там зимовали. Поэтому и оборот капитала был замедленным. Товары при перевозке резко дорожали.

С появлением пароходов и железных дорог внутренняя торговля чрезвычайно оживилась. Торговые связи между отдельными районами стали более стабильными. Это создало предпосылки для перехода купечества к оседлой магазинной торговле. Одновременно упала роль ярмарок. В середине столетия через ярмарки проходило меньше 10% внутреннего товарооборота страны. С появлением железных дорог у купцов появилась возможность покупать товары на месте производства и доставлять потребителям, минуя ярмарку. Правда, крупнейшие ярмарки – Нижегородская и Ирбитская – по прежнему наращивали свои обороты. Но теперь это были места, где заключались предварительные торговые сделки без товара. К концу правления Николая I из-за Крымской войны расстроилась денежная система, что привело к росту цен. Россию настигло перепроизводство товаров, но товары не продавались не из-за того, что они были лишними, а из-за нищеты населения.

Внешняя торговля. В 1803 г. был установлен пониженный тариф для привозных товаров, что было выгодно купцам, связанным с заграничной торговлей. Румянцева не

95

испугало понижение доходов от пониженного тарифа, для него главным были интересы потребителя. Поддерживая политику министра коммерции Н.П. Румянцева, Александр I между тем был против заключения договоров с другими странами, невыгодных для России. В результате за годы его правления было подписано очень мало иностранных торговых договоров. Однако с 1805 г. Россия вступила в водоворот наполеоновских войн в Европе и правительство отказывается от либеральных реформ, вновь возвращаясь к протекционизму и запретительной системе. В 1807 г. произошло присоединение к континентальной блокаде Англии. Это негативно отразилось на российской внутренней и внешней торговле. Мать Александра I, Мария Федоровна, осуждала действия своего сына, так же как и все общество. В своем письме к нему она писала, что в стране цены на предметы первой необходимости возросли столь чрезмерно, что для бедных это равнозначно голоду, государственный же бюджет совершенно расстроился. Отрицательные изменения произошли и в структуре российского экспорта. Еще в конце XVIII в. большое место в русском экспорте занимали готовые изделия из льна, пеньки (40%) и русское железо. Но в начале XIX в. в связи с машинизацией в Англии полотняного производства и появлением пароходов, для которых не нужны были канаты, вывоз пеньки и льна упал до 10%

ивскоре сократился до минимума. Сокращался и вывоз железа в связи с началом промышленного переворота в Англии

ибыстрым развитием там металлургической промышленности. Экспорт российского железа упал с 3 млн пудов в 80-х гг. XVIII в. до 1 млн пудов в 20-х гг. XIX в. А именно Англия имела наибольший оборот в торговле с Россией в это время. В период правления Николая I в международной торговле за Россией, ввиду ее технической отсталости, все больше и больше закреплялась роль поставщика сырых сельскохозяйственных продуктов. В Западную Европу в основном ввозили сало, лен, пеньку, кожи, меха, лес. С 1840-х гг. возрастает

96

экспорт хлеба. В импорте возросло значение промышленного сырья, особенно хлопка и красителей, а также машин. Для России это было печальным положением, но купечество попрежнему получало высокие прибыли, и это способствовало первоначальному накоплению ее капиталов, которые потом стали использоваться в развитии отечественной промышленности во второй половине XIX в.

4. В первой половине XIX в. продолжался процесс первоначального капитала, завершившийся во второй половине столетия. Купечество стало вкладывать активно накопленные средства в промышленность. Уже в середине века свыше 90% купцов первой гильдии владели промышленными предприятиями. Значительным стимулом для развития промышленного предпринимательства в России стало присоединение государства к континентальной блокаде Англии. В связи с этим в Россию перестали поступать промышленные английские товары, в первую очередь ткани. Но это как раз стало толчком к началу развития промышленности, ориентированной на народный, а не правительственный спрос. В России произошел бурный рост заводов и фабрик, призванный возместить русскими товарами все то, что перестало поступать из Англии. Так, если в 1804 г. в России насчитывалось 2 тыс. 423 фабрики (95 202 рабочих), то в 1814 г. их насчитывалось 3 тыс. 731 (169 530 рабочих). Причем наиболее значительный рост отмечен в текстильной промышленности, где число фабрик увеличилось со 199 до 423. Частнособственнический сектор опережал в своем развитии государственный. После 1812 г. появляется идея, связанная с патриотизмом. Развитие российской промышленности было объявлено патриотическим делом. Эти настроения настолько глубоко охватили российскую общественность, что для многих делом национальной чести стала покупка только русских товаров, только в русских лавках. Российский промышленный предприниматель постепенно становился символом национальной гордости. Правительство Николая I также было озабоче-

97

но изысканием средств для увеличения числа предпринимателей и роста их профессионализма. С этой целью был проведен ряд мер. Так, во второй четверти XIX в. были открыты университеты и специальные учебные заведения для подготовки специалистов в области промышленного производства,

втом числе готовивший инженеров Технологический институт в Петербурге. С 1825 г. стал издаваться «Журнал мануфактур и торговли». С 1829 г. начинают проводиться всероссийские промышленные выставки и поощряется участие русских фабрикантов в выставках за границей. Стимулирующим фактором роста производства стало появление железных дорог. Московско-Петербургская железная дорога ускорила доставку товара с 12 дней до 2, что позволило значительно ускорить сроки доставки продукции на места и не могло не стимулировать рост производства.

Помещичьи мануфактуры. Если конец XVIII в. счита-

ется взлетом помещичьего промышленного предпринимательства, то начало XIX в. ознаменовало начало его угасания. Если

вконце предыдущего столетия дворянские фабрики составляли 20% от общего числа всех предприятий, то в 1832 г. – 15%, а к концу 40-х гг. – 5%. Уже в 30-е гг. для дворянской промышленности наступили трудные времена. Основная причина кризиса состояла в низкой производительности труда. Это обстоятельство предопределяло их проигрыш в конкурентной борьбе с набиравшими силу капиталистическими предприятиями, принадлежавшими купечеству. Процесс разорения вотчинных предприятий очень ярко показал Б. Греков на материалах хозяйства декабриста Лунина. Суконная фабрика в его тамбовском имении еще в 1820–1821 гг. приноси-

ла 18,5% от прежней прибыли. В 1823–1824 гг. – 13,9%,

а в 1824–1825 гг. – 2,1%. Продавалось сукно с большим трудом. Причина – кризис перепроизводства толстого сукна.

Шерстяная промышленность была помещичьей отраслью, с преобладанием крепостного труда, причем производила только армейское сукно, обслуживая казенные потреб-

98

ности. Внутренний рынок также предъявлял спрос на шерстяные ткани, только легкие и дешевые. Но помещичьи мануфактуры этих новых тканей не производили. Для тонкого сукна нужна была мериносовая шерсть. Мериносовое овцеводство было развито на юге страны, а не в помещичьих хозяйствах средней полосы. Ее заготовка была более доступна купцам, а не помещикам, и новые виды продукции стали выпускать купеческие предприятия в городах.

Бумажная промышленность также была преимущественной помещичьей отраслью. Наладить бумажное производство можно было только на реке, которую можно было запрудить. Подходящие места в центральных губерниях, как правило, находились в собственности помещиков. Но, с другой стороны, сырьем здесь служило тряпье, организовать закупку которого для помещика было трудно. Скупать тряпье у населения гораздо проще было купцу, у которого действовали лавки в разных городах. Поэтому купец и помещик здесь чаще всего действовали в союзе: купец или арендовал землю для мануфактуры у помещика, или чаще арендовал уже готовое предприятие с крепостными рабочими. С 1830-х гг. темпы роста бумажного производства резко повысились. Причиной такого ускорения стало резкое увеличение спроса на бумагу. Если прежде потребителями были казенные канцелярии и дворянство, то теперь к ним добавились разночинцы и значительная часть горожан. Росло число типографий, появилось много журналов, газет, издательств. Наблюдался расцвет литературы.

Помещики, однако, не могли в полной мере воспользоваться этой благоприятной конъюнктурой. Крепостной труд не позволял увеличивать масштабы производства: численность крепостных рабочих была ограниченной. Поэтому благоприятной конъюнктурой воспользовались не дворяне, а купцы. Расширяя производство, они вводили новую технику – в отрасли начался промышленный переворот. В 1850 г. из 158 предприятий «механическими» (замена ручного вы-

99

черпывания бумажной массы механической ленты и мельничного колеса паровым двигателем) были только 29, но они производили уже половину всей бумаги. Помещичьи предприятия продолжали действовать, но увеличение производства в последние десятилетия перед ликвидацией крепостного права происходило за счет новых купеческих предприятий. Накануне ликвидации крепостного права из крупнейших бумажных предприятий только четверть принадлежала помещикам, причем самые крупные были купеческими.

Льнопеньковая промышленность также переживала кризис. Для него большое значение имел внешний рынок. К началу XIX в. около 1/3 всей продукции полотняных мануфактур предназначалось к вывозу. Однако с течением времени техника льняного прядения и качества на Западе все более совершенствовалась, в то время как в России она оставалась на прежнем уровне и была ручной. Попытка перейти на машинное производство большого успеха не имела. Российская продукция все более теряла свою конкурентоспособность, а внутренний рынок не мог поглотить произведенный товар полностью. Крупным потребителем была казна: ткани нужны были для парусов, для обмундирования солдат и матросов, которое готовили только из льняных тканей. Но и она не нуждалась в том большом количестве товаров, которое вдруг возникло в России. Часть помещичьих мануфактур производили тонкое полотно, скатерти, салфетки, однако на рынок эта продукция не шла. Сокращение экспорта полотняных изделий, узкий внутренний рынок в конечном счете повлекли закрытие крупных фабрик. С 1804 по 1861 г. число таких предприятий снизилось с 285 до 100. Особенно сильно падение экспорта ударило по парусно-ткацкому производству Калужской губернии и Серпуховского уезда Московской губернии. В Калужской губернии численность таких предприятий уменьшилась с 17 в 1832 г. до 4 в 1849 г.

Крестьянская текстильная промышленность. В от-

личие от помещичьих предприятий крестьянские переживали

100