История и методология юридической науки. Часть I. История отечественной юридической науки. Учебное пособие

издаваемый в Петербурге в 1890–1892 гг. под редакцией профессо­ ра Н. Д. Сергеевского. В нем были представлены законодательная и судебная хроника, научно-литературный отдел, библиография.

Пореформенный период в истории отечественной юридиче­ ской науки характеризуется формированием нового вида юри­ дического печатного издания – юридической библиографии, вы­ ходящей в журнальном варианте и в форме отдельных книжных изданий. Эти издания способствовали популяризации научного творчества отечественных и зарубежных юристов, помогали юри­ дическому сообществу и всем интересующимся правом сориен­ тироваться в современном юридическом книгопечатании. Среди библиографических изданий особой популярностью пользовались «Библиографические известия вновь выходящих книг в Москве, С.-Петербурге и других городах», справочное издание книгопро­ давца Н. К. Улитина, выходившее в Москве с 1846 г. отдельными выпусками. Всего вышло 5 выпусков. Значимыми в ряду библи­ ографических изданий были «Юридическая библиография», при­ ложение к Протоколам заседаний Совета Императорского СанктПетербургского университета.

Среди библиографических справочников особое место занима­ ет книга «Наука истории русского права. Ея вспомогательные зна­ ния, источники и литература». Справочник составлен ординарным профессором Императорского Казанского университета Никола­ ем Павловичем Загоскиным. Появление книги было обусловлено крайней необходимостью обобщить научный опыт отечественных историков права (во второй половине XIX столетия история рус­ ского права сформировалась в самостоятельное научное направ­ ление) и адаптировать его к учебному процессу на юридических факультетах российских вузов.

Таким образом, развитие юридических журналов и книгопеча­ тания в России с конца XVIII в. связано с эволюцией отечествен­ нойюридическойнауки.Первоначальнорассматриваемыеиздания появились как научно-практические сборники, а затем постепенно трансформировались и усложнялись в соответствии с потребно­ стями науки, приближая научные знания к массовому читателю, расширяя круг знатоков права и укрепляя тем самым позиции от­ ечественной научной юриспруденции как социального института.

101

ГЛАВА 8. ОСНОВНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ ЮРИДИЧЕСКОЙ НАУКИ В СОВЕТСКИЙ И ПОСТСОВЕТСКИЙ ПЕРИОДЫ

Доктрина пролетарского (социалистического) права. Ок­ тябрь 1917 г. считается началом советского периода Российского государства. Однако политические преобразования и развитие права, тем более юридической науки, как взаимосвязанные про­ цессы в своих хронологических рамках не совпадают. На протяже­ нии некоторого времени сохраняется инерция прежнего правово­ го режима, основных тенденций научных изысканий. Глубинные преобразования начинаются лишь тогда, когда пришедшая власть утверждается в своих позициях и юридически закрепляет свои за­ воевания. Таким рубежом следует считать принятие первой рос­ сийской Конституции 10 июля 1918 г., которая закрепила основные принципы социалистического государства и форму политическо­ го режима – диктатуру пролетариата. Этот факт и предопределил основные направления развития советской юридической науки. Среди них можно выделить следующие: разработка концепции пролетарского (социалистического) права, определение основных подходов к пониманию права и закона, законотворчество. Каждое из направлений тесно связано с борьбой с буржуазным мировоз­ зрением, буржуазной идеологией и буржуазной наукой.

В процессе политических и научных дискуссий в рамках марк­ систского подхода к праву стали складываться различные позиции понимания права. Одна из них – концепция нового­ , революцион­ ного, пролетарского права как средства осуществления­ диктатуры пролетариата принадлежит Дмитрию Ивановичу Курскому (1874– 1932), наркому юстиции РСФСР в 1918–1928 гг. Право в условиях диктатуры пролетариата, согласно Д. И. Курскому, есть выражение

102

интересов пролетариата1. Он считал, что «революционные народ­ ные суды» – новый источник правотворчества, который абсолютно свободен и руководствуется­ прежде всего своим правосознанием2. Новое право – это «пролетарское­ коммунистическое право». Со­ ветская власть, пояснял он, разрушила «все три основы института буржуазного права: старое государство, крепостную семью и част­ ную собственность­ ... Старое государство заменили Советами; на смену крепостной­ и кабальной семье приходит семья свободная и насаждается­ общественное воспитание детей; частная собствен­ ность заменена собственностью пролетарского государства на все орудия производства».

Положения о праве как орудии диктатуры­ пролетариата были характерны и для представителей других направлений советской теории права.

Заметную роль в процессе зарождения и становления советской теории права сыграл Петр Иванович Стучка (1865–1932). Основ­ ными началами революционно-марксистского­ правопонимания он считал классовый характер всякого права, революционно-диалек­ тический метод, материальные общественные­ отношения как ба­ зисдляобъясненияипониманияправовойнадстройки.«Советское право», по его мнению, есть «пролетарское право». П. И. Стучка писал об этом: «Когда перед нами, в коллегии Наркомюста... пред­ стала необходимость­ формулировать свое, так сказать, «советское понимание­ права», мы остановились на следующей формуле: «Право – это система (или порядок) общественных отношений, соответствующая­ интересам господствующего класса и охраняе­ мая организованной­ силой его (т. е. этого класса)»3.

По-иномуклассовыйподходкправубылинтерпретированЕвге­ ниемБрониславовичем­ Пашуканисом(1891–1937)вкниге«Общая теория права и марксизм. Опыт критики основных юридических­ понятий» (1924)4. Для Е. Б. Пашуканиса буржуазное право – это

1  Курский Д. И. Избранные статьи и речи. М., 1948. С. 38.

2  Там же. С. 42.

3  Стучка П. И. Избранные произведения по марксистско-ленинской теории­ права. Рига, 1964. С. 58.

4  Пашуканис Е. Б. Избранные произведения по общей теории права и госу­ дарства. М., 1980. С. 32–181.

103

исторически наиболее развитый, последний тип права, после ко­ торого невозможен какой-либо новый тип права, какое-то новое, послебуржуазное право. С этих позиций он отвергал возможность «пролетарского права», так как буржуазное право отмирало с пере­ ходом к коммунизму. Сближая форму права и форму товара, он ге­ нетически выводил право из меновых отношений товаровладель­ цев. В этой связи его теория права получила название меновой.

Он различал право как объективное социальное явление­ (право­ вое отношение) и право как совокупность норм, считал, что всякое юридическое отношение­ есть отношение между субъектами. Разви­ тие в обществе товарно-денежных отношений создает необходимые условиядляутвержденияправовойформыкаквчастных,такивпуб­ личных отношениях. Но постепенно Е. Б. Пашуканис делал шаги в сторону признания нового послереволюционного ипослебуржуаз­ ного «советского права» с «особой, специфической природой».

Представления о классовом праве, пролетарском праве с пози­ ций психологической теории развивал Михаил Андреевич Рейс­ нер (1868–1928). Согласно М. А. Рейснеру, «право как идеоло­ гическая форма, построенная при помощи борьбы за равенство и свя­занную с ним справедливость, заключает в себе два основных момента,аименно,во-первых,волевуюсторонуилиодностороннее­ «субъективное право» и, во-вторых, нахождение общей­ правовой почвы и создание при помощи соглашения двустороннего­ «объек­ тивного права». Лишь там возможна правовая­ борьба, где имеется возможность нахождения такой почвы»1. Используя такой подход к праву, он характеризовал общее право (общий правопорядок) как при капитализме, так и после победы пролетарской революции как компромисс и объединение в данном обществе субъективных классовых прав.

Право как форму общественного сознания определял Исаак Пет­ рович Разумовский (1893–?). Право, по мнению И. П. Разумовского, это форма общественного сознания. «Порядок общественных от­ ношений, в конечном счете отношений между классами, поскольку он отображается­ в общественном сознании, исторически неизбеж­ но абстрагируется, дифференцируется для этого сознания от своих

1  Рейснер М. Л. Право. Наше право. Чужое право. Общее­ право. Л., 1925.

104

материальных­ условий и, объективируясь для него, получает даль­ нейшее сложное идеологическое развитие в системах­ «норм»1.

В целом дискуссионность вопроса понимания советского права сохранялась вплоть до конца 1930-х гг., т. е. до совещания 1938 г. по вопросам науки советского­ государства и права. Под воздей­ ствием партийно-политических решений конца 1920-х – начала 30-х гг. о нэпе, коллективизации, темпах индустриализации, борь­ бе против различных «уклонов» и т. д. представители различных направлений правопонимания вносили существенные изменения и коррективы в свои позиции.

Прямая ориентировка на дальнейшую политизацию юри­ дической науки содержалась в установочном докладе Л. Кага­ новича в Институте советского строительства и права Комму­ нистической академии (4 ноября 1929 г.)2. На I Всесоюзном съезде марксистов-государственников и правовиков (1931) была пред­ принята попытка выработки единой позиции и линии в вопросах правопонимания3.

Витоге «генеральная линия» в советской юридической науке была утверждена на Первом совещании по вопросам науки со­ ветского государства и права, состоявшегося 16–19 июля 1938 г. Его организатором­ был А. Я. Вышинский. В работе совещания участвовало около 600 научных работников, преподавателей, прак­ тиков из разных регионов страны. Цель совещания состояла в том, чтобы утвердить единую линию в юридической науке, с этих по­ зиций переоценить все направления­ , подходы и концепции совет­ ских юристов предшествующего­ периода.

Впервоначальных тезисах к докладу формулировка ново­ го общего определения права звучала так: «Право – совокуп­ ность правил поведения, установленных государственной вла­ стью как властью господствующего­ в обществе класса, а также санкционированных­ государственной властью обычаев и правил

1  Разумовский И. Проблемы марксистской теории права. М., 1925.

2  Каганович Л. Двенадцать лет строительства советского государства и борь­ ба с оппортунизмом // Советское государство и революция права. 1930. № 1.

3  Резолюция I Всесоюзного съезда марксистов-государственников и право­ виков по докладам Е. Пашуканиса и Я. Бермана // Советское государство и рево­ люция права. 1931. № 3. С. 143–153.

105

общежития­ , осу­ществляемых в принудительном порядке при по­ мощи государственного­ аппарата в целях охраны, закрепления и развития­ общественных отношений и порядков, выгодных

иугодных господствующему классу»1.

Вокончательной редакции­ право определялось как «совокуп­ ность правил поведения, выражающих волю господствующего класса, установленных в законодательном порядке, а также обыча­ евиправилобщежития,санкционированныхгосударственной­ вла­ стью, применение которых обеспечивается принудительной­ силой государствавцеляхохраны,закрепленияиразвитияобщественных отношений и порядков, выгодных и угодных господствующему классу»2. По своему типу определение, принятое совещанием, яв­ ляется легистским, поскольку­ в его основе лежит отождествление­ права и закона. Главное в этом подходе заключается в толковании

права как принудительного инструмента, средства в руках власти для осуществления­ диктатуры путем соответствующего регулиро­ вания поведения­ людей.

С середины 1950-х гг. некоторые юристы в противовес узко­ нормативной трактовке права стали определять его как единство правовой нормы и правоотношения (С. Ф. Кечекьян, А. А. Пи­ онтковский) или как единство правовой нормы, правоотношения

иправосознания (А. К. Стальгевич, Я. Ф. Миколенко)3. При этом

1  Вышинский А. Основные задачи науки советского социалистического пра­ ва // Основные задачи науки советского социалистического права : материалы 1-го совещания науч. работников права. М., 1938. С. 6.

2  Там же. С. 8.

3  См., напр.: Кечекьян С. Ф. Нормы права и правоотношения // Советское государство и право. 1955. № 2 ; Его же. Правоотношения в социалистическом обществе. М., 1958 ; Пионтковский А. А. Некоторые вопросы общей теории госу­ дарства и права // Советское государство и право. 1956. № 1 ; Его же. К вопросу о взаимоотношении объективного и субъективного права // Советское­ государ­ ство и право. 1958. № 5 ; Его же. К вопросу об изучении общенародного права // Советское государство и право. 1962. № 11 ; Его же. Юридическая наука, ее при­ рода и метод // Советское государство и право. 1965. № 7 ; Стальгевич А. К. Некоторые вопросы теории социалистических­ правовых отношений // Советское государство и право. 1957. № 12 ; Его же. Ценная книга // Советское государство и право. 1965. № 7 ; Миколенко Я. Ф. Право и формы его проявления // Советское государство­ и право. 1965. № 7.

106

правоотношение представляет реализацию и результат действия правовой нормы. Таким образом, трактовка социалистического права, как и в определении­ 1938 г., некорректна, так как предла­ галось правовую норму дополнить ее производными (формами ее реализации) – правоотношением­ , правосознанием.

Вцелом полемика представителей широкого понимания права и сторонников узконормативного подхода носит не­ принципиальныйхарактер,посколькуводинаковоймеребазирует­ ся на постулате о наличии советского социалистического­ права, под которым, по существу, понимается советское законодатель­ ство. Вместе с тем следует отметить, что появление широкого­ под­ хода к пониманию права сыграло позитивную роль в советской юридической науке. Своей критикой определения­ права 1938 г. сторонники широкого подхода нарушили­ сложившуюся монопо­ лию официального правопонимания и положили конец «монолит­ ному единству» на «правовом фронте»1.

В60-е и особенно в 70–80-е гг. прошлого столетия произошел отход от официального правопонимания. Это особенно отчетливо проявилось на заседании круглого стола «О понимании советского права», проведенном журналом «Советское государство и право», где в ходе острых дискуссий большая группа ученых подверг­ ла критике прежнее нормативное понимание права и выступила

собоснованием иных трактовок права2, тем самым было положе­ но начало поиску новых подходов к пониманию права, которые в различных формах были предложены современными юристами уже в постсоветский период развития отечественной юридической науки.

Подходы к пониманию права как предмет современных научных дискуссий. Как было замечено в свое время академи­

ком В. С. Нерсесянцем, «юристы, по верной оценке Канта, так же ищут свое понятие права… как и философы свое понятие ис­ тины… Речь, следовательно, идет не об «игре в дефиниции»… а о непрекращающемся процессе развития научного познания

1  Лукашева Е. А. Общая теория права и многоаспектный анализ правовых­ яв­ лений // Советское государство и право. 1975. № 4. С. 29–36.

2  Советское государство и право. 1979. № 7, 8.

107

права, углублении и конкретизации его понятия»1. Представ­ ления, сложившиеся исторически, о философском, научном

идогмати­ческом способах познания права дают нашим совре­ менникам не только методологические основания для определе­ ния понятия права как «познанного единства правовой сущности

иявления», но и дополнительные возможности (через различе­ ния данных подходов в рамках юридической науки) в интерпре­ тации осо­бенностей правоведения как важнейшего социального института­ , как сферы интеллектуальной деятельности и форми­ рования нового знания о праве.

Подход определяет основной путь решения поставленной зада­ чи. Он раскрывает стратегию этого решения. Целесообразно по­ нятиеподходасвязыватьвпервуюочередьсфиксациейопределен­ ной направленности, ориентации научного исследования.

Вюридической науке различают несколько подходов к по­ ниманию права: позитивистский (в рамках которого выделяет­ ся как самостоятельный легистский подход, именуемый иногда формально-­догматическим);естественно-правовой;исторический, социологический, психологический, антропологический и инте­ гральный (интегративный) и др. Последний получил в современ­ ной отечественной теории права особое развитие.

Вэтом ряду заслуживает внимания либертарно-юридическая концепция В. С. Нерсесянца. В ее основе лежит принцип фор­ мального равенства, а право благодаря этому выступает как все­ общая и необходимая­ форма бытия, выражения и осуществления свободы в совместной жизни людей2. Особенность либертарноюридического подхода к правопониманию заключается в един­ стве трех «подразумевающих друг друга свойств права – всеоб­ щей равной мере регуляции (позитивистский подход – М. К.), свободы и справедливости (естественно-правовой подход – М. К.)»3.

1  Основные концепции права и государства в современной России // Государ­ ство и право. 2003. № 5. С. 5.

2  Нерсесянц В. С. Общая теория права и государства. М., 1999. С. 53–55.

3  См., напр.: Нерсесянц В. С. Указ. соч. С. 55 ; Основные концепции права и государства в современной России // Государство и право. 2003. № 5. С. 6–7.

108

М. Н. Марченко, рассуждая на заданную тему, высказывает мнение, что «предпринимавшиеся попытки «облагородить» пози­ тивистскую теорию права путем «скрещивания» ее с естественноправовой теорией заметных положительных результатов не при­ несли». Ученый склонен полагать, что дальнейшее исследование права возможно в рамках так называемого «мягкого позитивиз­ ма», «органически сочетающего в себе оба подхода», что, в свою очередь, позволит сконцентрировать внимание на специфических чертах и особенностях правовой материи, отличающих ее от дру­ гих социальных феноменов1.

Иная позиция у В. Г. Графского, который, выделяя интеграль­ ное (синтезирующее) направление в познании права, определяет философию права как метод, призванный «заниматься исследова­ нием смысла права, его сущности и понятия, его ценности и значи­ мости, его роли в жизни человека, общества и государства, в судь­ бах народов и человечества»2.

В контексте интегрального подхода рассматривает проблему Р. А. Ромашов, определяя его как интегративный тип современно­ го правопонимания. Основным критерием результатив­ности пра­ вового регулирования, по мнению Р. А. Ромашова, является опыт восприятия права, который предполагает выделение абстрактного и реального права3.

А. В. Поляков, тоже сторонник интегральной теории, стремится использовать наиболее значительные достижения феноменологии, герменевтики, синергетики, семиотики, теории коммуникации. С их помощью он создает «феноменолого-коммуникативную тео­ рию права», согласно которой «1) право как феномен не существу­ ет вне социального субъекта, вне социального взаимодействия; 2) данное взаимодействие является интерсубъективным, т. е. су­ ществующим в границах общего жизненного мира субъектов, а также коммуникативным, опосредуемым правовыми текстами;

1  Основные концепции права и государства в современной России : по мате­ риалам круглого стола в Центре теории и истории права и государства ИГП РАН // Государство и право. 2003. № 5. С. 18.

2  Там же. С. 14.

3  Ромашов Р. А. Реалистический позитивизм: интегративный тип современ­ ного правопонимания // Правоведение. 2005. № 1. С. 4–12.

109

3) ­правовые тексты, опосредующие правовую коммуникацию, должны быть легитимированы (признаны) сознанием субъектов в границах их жизненного мира; 4) участники такого интерсубъек­ тивного коммуникативного взаимодействия обладают взаимообус­ ловленными правами и обязанностями»1.

П. Л. Гальперина, увязывая свое исследование с происходящи­ ми сегодня изменениями в правоведении в части пересмотра­ фор­ мально-догматической точки зрения на право и правовые явления, применяет понятие «аутопоейзис»2. Аутопойетические системы представляют собой такие системы, которые в сети своих элемен­ тов порождают­ не только свои структуры, но и сами элементы, из которых они состоят. Элементы не существуют вне системы, они тесно взаимосвязаны и образуют единое целое. Единственным способом создания данных элементов­ является их порождение са­ мой системой3.

Впротивовес мнению А. В. Полякова и П. Л. Гальпериной, про­ анализировав подходы к правопониманию с позиций феномено­ логии, герменевтики, синергетики, И. Л. Честнов пришел к выво­ ду, что они как самостоятельные еще не состоялись, в связи с чем сформулировал диалогическую концепцию права4. В рамках дан­ ной концепции предпринимается попытка соединить «культурный релятивизм(признаниемногообразиятиповкультур)иобщезначи­ мость права, его фрагментарность и глобализацию, многообразие форм выражения и функциональность»5.

Вотличие от И. Л. Честнова профессор А. И. Овчинников пред­

лагает рассматривать «как новый тип правопонимания только

1  См., напр.: Поляков А. В. В поисках интегрального типа правопонимания // История государства и права. 2003. № 6. С. 7–8 ; Поляков А. В., Тимошина Е. В. Общая теория права : учеб. СПб., 2005. С. 57–58.

2  Понятие «аутопойезис» было введено в научный оборот известными чилий­ скими нейробиологами У. Р. Матураной и Ф. X. Варелой, изучавшими живые ор­ ганизмы как системы, обладающие­ операциональной замкнутостью.

3  Гальперина П. Л. Понятие правовой системы в контексте теории правового аутопойезиса // Правоведение. 2005. № 6. С. 160–179.

4  См., напр.: Честнов И. Л. Понимание в эпоху постмодерна­ . СПб., 2002 ; Методология и методика юридического исследования. СПб., 2004.

5  Честнов И. Л. Проблемы типологии правопонимания // История государ­ ства и права. 2003. № 6. С. 8

110