Земельно-правовые отношения в Дагестане XV–XVII вв.

Земельно-правовые отношения в Дагестане |XV-XVII вв.

Итак, для этого времени автор «Повествования» свидетельствует,что в его время «малик Авар» (аварский хан) брал харадж с территории, «начиная от земель зе рекой Гурджистана и доходя до Хайдака». Южная граница этой территории самоочевидна: это рр. Аварское и Казикумухское Койсу. О северных её пределах текст умалчивает.Дело в том,что его позднейший редактор был потомком некоего Султан-Алибе- ка, который во 2-ой пол. ХVII в. стал фактическим правителем этих территорий: в течение 15 лет он брал харадж с «задних и южных гор,начиная с гор Салатау и доходя до Шубута со стороны Запада,и по направлению к Большой реке со стороны киблы».176

Оситуации в горных землях к северу от Аварского Койсу

вэтот период известно немногое. В нашей литературе уже высказывалось правдоподобное предположение, что весь южный склон Салатавии до Аварского Койсу (Гумбет с прилегающими землями) включая и Анди, и часть Чечни около рубежа ХVI-ХVII вв. стал уделом потомков Каракиши, сына Турарава Глупца – последние составляли одну из трёх больших ветвей нуцальского дома в ХVII в.177 Это подтверждается

ичеченским преданием о том,что князья Турловы,имевшие владения в долине Терека и хорошо известные по надёжным русским источникам начала ХVII в., были приглашены чеченцами из Гумбета (предание записал в 80-х гг. прошлого века М.М. Ковалевский).178 Характер их прав на эту территорию не до конца ясен, но во всяком случае правом наследственного владения они бесспорно обладали.

176РФ ИИАЭ ДНЦ РАН.Ф.I.Оп.I.Д.525.При ориентировке на киблу (юг) «задней» является северная сторона.

177Айтберов Т. Источники по истории Аварии ХVI-ХVII вв. // Развитие феодальных отношений в Дагестане. Махачкала, 1980. С. 193. (пункт 2); его же. О земельных пожалованиях в Дагестане ХVI-ХVII вв. // Формы феодальной собственности и владений на Ближнем и Среднем Востоке. М., 1979. С. 10.

178Ковалевский М.М. Поземельные и сословные отношения у горцев Северного Кавказа // Русская мысль. М., 1883. № 12. С. 140.

71

А.Р.Магомедов,З.М.Магомедов

Обстоятельства же появления здесьСултана-Алибека,его социально-правовое положение и происхождение неясны, тем более, что его «лакаб» (Дурги-нуцал) и прозвище (Шамхал) указывают на два различных владетельных дома и не вызывают особого доверия. В тексте он называется «амиром области Андал» или «правителем андийцев». Через 15 лет, однако, он потерял Гумбет – автор (или редактор) текста, симпатизирующий­ Султан-Алибеку, причиной этого считает восстание его жителей, призвавших в правители Турлава б. Алихана и вручивших ему свой харадж. Всё дальнейшее описание представляет собою перечень благородных уступок Султан-Алибека и непомерно возрастающих требова-­ ний Туралава, приведших к вынужденному убийству по­ следнего.

Критическое рассмотрение этого материала позволяет придти к несколько иным выводам. Около середины ХVII в. феодалунеизвестногопроисхожденияСултану-Алибеку(воз-­ можно, самозванцу-авантюристу) удаётся захватить в свои руки северо-западную часть владений нуцальского дома. Можно предполагать, что этому способствовал кризис в столице Аварского ханства, начавшийся убийством хана Амир- Хамзы-нуцала и двух его сыновей 9.ХI.1646 г. (есть основа-­ ния полагать, что затем потомки Карагиши и Мухаммадшамхала – обе ветви идут от Турарава Глупца – оттеснили от власти потомков Андуник-нуцала).179 Завершение борьбы и переход к стабилизации закономерно должны были повлечь за собой и восстановление династической власти нуцалов на всей территории их прежних владений (включая и «удел Карагиши»).

Таким образом, на 16-м году правления Султана-Алибе- ка в его пределах появляется князь с излюбленным династическим именем потомков Карагиши-Турлав (или Турував). Взимая ежегодно хараджи «из различных видов имущества,

179 АйтберовТ.М. Указ. соч. С. 190-191, 193-194 (прим. 1, 3).

72

Земельно-правовые отношения в Дагестане |XV-XVII вв.

денег, произрастаемого и коров»,180 Султан-Алибек, очевидно, не стяжал особой привязанности своих подданных: восстаниежителейГумбета(бактлулальцев)181 оченьспособствовало возвращению Турлава с. Алихана в удел его предков.

Становится понятной покладистость Султана-Алибека: боясь повторения того же в Анди и Чечне, а также возможной военной помощи других нуцалов Турлаву, он уступил часть (Гумбет), дабы сохранить остальное (Анди и чеченские земли). Не менее понятна и неуступчивость Турлава: как законный представитель центральной власти и всего рода владетелей северо-западных земель, он желал восстановления своих прав в полном объеме – отсюда и его мероприятия (сбор хараджа на всей территории),и требования (отказа Султана-Алибека от власти) и уверенность в их проведении. Турлав при этом надеялся избежать прямого военного столкновения и добиться мирного ухода Султана-Алибека,но последний одержал верх над ним.

Если права собственности ветви Карагиши на земли Гумбета, Анди и Шубута можно определить как коллективное наследственное владение родственной группы – части владетельного княжеского дома нуцалов, то «права» Султа- на-Алибека больше напоминают власть «призванных» князей или феодальных узурпаторов. Поскольку любой вид собственностиестьпреждевсегоформаприсвоения,товданном случае право на взимание хараджа опирается на то, что Сул- тан-Алибек выполняет на захваченной территории функции государственной власти, сопряжённые с верховным правом её собственности «на всю территорию».

180РФ ИИАЭ ДНЦ РАН. Ф. I. Оп. I. Д. 525. Дальше размер хараджа уточняется: «ежегодно золотой дирхем с каждого дома, посеянного с каждого дома по половине кайла; из баранов – 100 голов, коровы – со стада 1 бык ежегодно».

181Весьма вероятно, что здесь имели место обычные для кресть­ янских движений социальные явления – надежда на «доброго прави­ теля».

73

А.Р.Магомедов,З.М.Магомедов

По нашему мнению, это тот случай, когда феодальная рента сливается с государственным налогом (во всяком случае, в тексте нет никаких указаний на выделение доли хараджа аварскому хану). Примечательно отсутствие ренты отработочной. Хотя власть Султана-Алибека опирается на внеэкономическое принуждение, но взимание им ежегодного хараджа отнюдь не было обычным грабежом и насилием: подати четко фиксированы, нет указаний на захват необходимого продукта и ущерб для производительных сил.

Следует, однако, отметить, что такая форма феодального присвоения, как правило, является начальной – далее неизбежно следует возникновение права личной (или корпоративной) феодальной собственности со всеми вытекающими отсюда последствиями – в случае с Султаном-Алибеком этому препятствует лишь короткий срок (15 лет) его правления.

При исследовании родословных нуцалов уже высказывалось предположение, что другие две ветви их дома, подобно потомкам Каракиши, также имели свои уделы182 – имеющиеся сегодня материалы, однако, не проясняют этой версии.

Для середины ХVII в., однако, уже есть письменные свидетельства 1) наличия в собственности отдельных членов нуцальского дома земельных участков (по видимому, пахотных); 2) обладания членами нуцальского дома (в т.ч. и неправящей его ветви) правом распоряжения землями, с которых поступает им харадж (юридически это оформлялось как полная собственность их на харадж с отдельных земель); 3) возникновение на этой основе условных поземельных прав служилых вассалов хана.

Известен акт об освобождении раба-мусульманина183 его владелицей Ай-Меседу (дочерью погибшего в 1646 г. хана

182Айтберов Т.М. Указ. соч. С. 193. Прим. 2.

183Это отнюдь не пленный иноверец – его имя (Мухаммад б. Ху­ сейн) свидетельствует, что он мусульманин по крайней мере во втором поколении, а прозвище (Мачарилав) – что он аварец (возможно, нату­ ­рализованный). Интересна его нисба – «ал-Дж.л.ки» (огласовок,

74

Земельно-правовые отношения в Дагестане |XV-XVII вв.

Амир-хамзы-нуцала) – за это, однако, она отобрала у него всю его движимую и недвижимую собственность, а также собранный урожай.184 Оставляя в стороне социальные и моральные стороны этого акта, отметим, что существовала, следовательно, категория полной частной собственности на землю отдельных членов ханского рода. Заметно при этом, что последние не пренебрегали приобретением даже небольших участков–парцелл (вряд ли раб мог владеть значительной площадью).

Кроме того, в частном распоряжении членов нуцальского дома находились определённые территории, платящие харадж. Сохранился акт о продаже другой дочерью Амир- Хамза-нуцала, некоей Шамай «хараджа в 2 кумухских кайла на недвижимость» некой Нусалай.Публикатор документа отметил, что реальным объектом прав феодала была, конечно, земля, которая, однако, была в наследственном пользовании у крестьян, вносивших твердо фиксированную продуктовую ренту, причём феодал не мог ни увеличить ее произвольно, ни согнать пользователя с этой земли при условии аккурат- нойуплатыоброка–поэтомуформальноШамайимелаправо полной частной собственности на харадж (вплоть до отчуждения его) – на самом же деле продается земля с крестьянами.185 Полностью соглашаясь с этим, добавим лишь, что по нашему мнению право собственности феодала ограничено здесь правом распоряжения, прочем подать не имеет личного характера (т.е. плательщик считается лично свободным).

Вопросы о «праве феодала согнать крестьянина с парцеллы» или о «праве крестьянина уйти» интересны лишь в формально-юридическом плане.Реально-исторически они

к сожалению­ , нет): публикатор документа допускает его расшифровку как «джалатуринец»,т.е. житель с. Джалатури (нын. Хунзахского района), население которого в прошлом было зависимым от хана.

184Айтберов Т.М. Материалы по истории Дагестана ХV-ХVII вв. // Восточные источники по истории Дагестана. Махачкала, 1980. С. 100.

185Там же. С. 99-100.

75

А.Р.Магомедов,З.М.Магомедов

имеют мало смысла. Сгон крестьян с земли стал практиковаться феодальными владельцами лишь в период гибели феодального строя и перехода к первоначальному накоплению, и капиталистическому предпринимательству – Дагестан ХVII в. был весьма далек от этого, а во всяком феодальном обществе земля без крестьянина имеет мало ценности.Здесь весьма уместно напомнить известное замечание Маркса: «Могущество феодальных господ, как и всяких вообще суверенов, определялось не размерами их ренты, а числом их подданных, а это последнее зависит от числа крестьян, ведущих самостоятельное хозяйство».186 Все это гарантировало крестьянина от экспроприации.187 Столь же очевидно, что лично-свободный человек имел юридическое право уйти. Однако это было сопряжено для него с потерей и собственности,и всяких социальных гарантий (т.к.он покидал и свою землю, и общину), а потому реально осуществлялось лишь в исключительном случае.

Вместе с тем массовый отток переселенцев в Карата, Ункратль, за Ботлих, в северные и восточные предгорья в течение всего ХVI и (в меньшей степени) ХVII в. показывает, что реальные социальные условия в феодальных владениях этого времени «доводили до крайности» довольно значительное число крестьян.

К сожалению, документ не отвечает на один в высшей степени важный вопрос: было ли право распоряжения (точнее – ограниченной собственности) на «податные земли» исключительной­ сословной прерогативой феодального сословия или же оно могло быть переуступлено любому юри-

186Маркс К. Капитал. Т. I // Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 23.

С. 729.

187Любопытно сопоставить это со статьей кодекса Рустем-хана (I-я пол. ХVII в.): «Никто не должен завещать имение в пользу бека или чанки. Кто сделает такое завещание, того вместе с семейством изгнать из селения. А кто будет упрашивать и советовать, чтобы того завещателя оставить,того дом разрушить». ССКГ. С. 881.

76

Земельно-правовые отношения в Дагестане |XV-XVII вв.

дическому лицу (подобно некоторым сервитутам типа «бартурту» или арендным правам). Имя покупательницы188 как будто указывает на принадлежность её к нуцальскому дому, т.е. сделка свершается между членами одной и той же родственной группы (в данном случае – нуцальского дома).

Ещё один документ ХVII в. указывает, как будто, что тухумное «право предпочтительной покупки» здесьне причём. Дугри-нуцал (аварский хан 1634-1667 гг.) передаёт лошадей, оружие, а также джизью в собственность Мухаммад-хану и его потомкам по мужской линии ««плоть до дня Страшного суда»» Публикатор этого документа даёт важные комментарии к нему: 1) пожалование джизьи есть не что иное, как пожалование земли, обрабатываемой крестьянами, обложенными этой джизьей. Получатель же ее Мухаммад-хан довольно обоснованно сопоставляется с «раисом Мухаммадханом Угузом», названным в числе лиц, заверявших соглашение между сёлами Ансуб и Исиниб 1666 г.189 «Угузилал» – известный в истории ХVII-ХVIII вв. весьма влиятельный хунзахский тухум,который местная традиция считает «беками» – при этом они всё же стоят рангом ниже нуцалов: это служилая знать, выдвинувшаяся из верхних слоёв джамаата Хунзаха (как и другой подобный тухум – Дайтилал). Итак, аварский хан был не только получателем ренты,но мог и жаловать её своим служилым вассалам в наследственное владение (подобное европейскому лену или передне-азиатскому

188Микаилов К. и Айтберов Т., специально исследовавшие именник аварской и лакской феодальной верхушки,выделили в нём весьма определенную группу «династических» и «титулярных» имён, которая начинает утрачивать функции элитарного социального знака только

вХVIII-ХIХ вв., но строго сохраняет «сословную элитарность» в ХIVХVII вв. «Нуцалай» относится как раз к таким именам (см. Микаилов К., Айтберов Т. Отражение социальной дифференциации населения

ваварском и лакском именниках ХIV-ХVII вв. // Генезис, основные, общие пути и особенности развития феодализма у народов Северного Кавказа. Тезисы докладов. Махачкала, 1980. С. 33-34.

189Ксожалению,всборнике«ИзисторииправанародовДагестана» это имя искажено («сын Кази-Магомед-хана» – см. С. 227).

77

А.Р.Магомедов,З.М.Магомедов

суйургалу). Более определённую оценку высказать невозможно,т.к. характер и происхождение этой «джизьи»190 (да и условий ее пожалования) неизвестны.

Закономерны вопросы: все ли «хараджные» земли были распределены в частное распоряжение членов нуцальского дома? Был ли такой своеобразный «удел» в пожизненном или наследственном пользовании, и кому он переходил в случае отсутствия наследника? Что можно сказать о попытках расширения феодалом-распорядителем своих прав на такой «удел»? Являются ли «хараджные» земли землями государственными? Каково соотношение «хараджных» и иных земель в Аварском ханстве?

Материалы письменных и иных источников ХV-ХVII вв. очевидно недостаточны для ответов на эти вопросы. Некоторый свет при этом может пролить ретроспективное использо- ваниеисточниковХVIII–началаХIХвв.,посколькуотраженная там ситуация исторически обусловлена общественно-эконо- мическими отношениями более раннего периода. Разумеется, пользоваться источниками более позднего периода для освещения вопросов истории ХVII в. следует с осторожностью. Прежде всего надо учитывать характерные для ХVIII – начала ХIХ вв. резкое расширение феодальной собственности, феодальных прав и посягательств и соответствующее стеснение крестьянской собственности и поземельных прав.191

Учитывая последнее,начнем с выделения в поздних спискахтерриторий,свободных от уплаты хараджа.Материалом

190В дагестанских письменных памятниках «джизья» и «харадж» строго не различаются – оба термина (по усмотрению пишущего) обозначают подать.«Харадж»,однако,употребляется гораздо чаще.Единственный текст, где употреблены оба термина, как обозначающие два разных вида податей – это упоминавшееся «Повествование об Алибеге Андийском», но там «джизья» обозначает как будто поступления

снефтяного источника где-то в Ичкерии или в чеченских предгорьях («10 кайл с места, где черное масло»).

191Магомедов Р.М. Общественно-экономический и политический строй Дагестана. С. 95-99.

78

Земельно-правовые отношения в Дагестане |XV-XVII вв.

для этого могут послужитьтри списка сел Аварского ханства: 1) «ранее 1801 г.», 2) 1828 г. и 3) недатированный. Список «ранее 1801 г.»192 относится, вероятнее всего, к концу правления Умма-хана (т.е. к концу ХVIII в.). С этим правителем связывается максимальное усиление ханской власти и произвола – следовательно, надо ожидать, что в списке «ранее 1801г.»числосвободныхотхараджаселбудетминимальным. В 1828 г., при правлении его слабых преемников, представитель русских военных властей составил список193 на основе какого-то местного документа – следует ожидать, что в этот периодтрадиционно-свободныеджамааты не без успеха пытались вернуть себе утраченные права. К нему очень близок по номенклатуре третий, недатированный список194 – там, однако, все без исключения сёла объявлены «райятскими». Ввиду заведомой ложности такой трактовки мы считаем его отражением не реального положения,а поздних феодальных претензий,надеющихся опереться на штыки царской армии.

Итак, список 1828 г. представляется нам наиболее надёжным для реконструкции неподатной территории. Нам представляется даже, что в ХVII в. она могла быть и несколько шире. Список относит к ней сс. Хунзах, Гоцатль, Чолда, Кахикал, Гортль-Гоцатль, Тогада, Уздалросо, Батлаич, Геничутль, Итля, хут. Бакда, Гонох, Цада, Баитль, Чондотль, Шотоха, Нита, Накитль, Малиданаха, Занита, Могох, Н. Батлух (Амсал), Гацалух, Обода, Сиух, Ахалчи, ТIад-Ахалчи, ГортльКоло, Мочох, Голотль, Тануси, Иштибури, хут. Кулани, Оглоб, ТIад-коло, а также Хариколо. Менее уверенно идентифици-

192Перечень податей, взимаемых Ума-ханом с жителей селений Аварского ханства // Движение горцев Северо-Восточного Кавказа

в20-50 гг. ХIХ в. Махачкала, 1959. С. 15-19.

193Список деревень Аварского ханства // Материалы по истории Дагестана и Чечни (1-я пол. ХIХ в.). Махачкала, 1940. С. 192-196; Хрисанф. Сведения об Аварском ханстве. 1828 г. (Приложение) // История, география и этнография Дагестана ХVIII-ХIХ вв. М., 1958. С. 270–274.

194Магомедов Р.М. Дагестан. Вып. 2. Махачкала, 1975. С. 194.

79

А.Р.Магомедов,З.М.Магомедов

руется Цатаних, хут. Цолотль (или Цалкита) и не поддаются определению «Амкиль (или Ашкиль), Кишик, Батынчи, Гандах, Тумугар, Гуркъ Кимикг, Асакур».

Не вполне понятно наличие в этом списке Хариколо, населенного, как известно, ханскими райятами – остаётся думать, что вместо «хараджа» они подвергались какой-то иной форме эксплуатации. Точно так же платили фиксированную натуральную подать сс. Нита, Накитль, Малиданаха (Датуна), но платили они хунзахскому джамаату, а не хану195 – очевидно, поэтому они фигурируют среди свободных от подати. Неподатные селения, очевидно, и составляли хунзахское «бо», представители которого проводили довольно самостоятельную политику и, бесспорно, совершенно независимо и полновластно распоряжались своей землей. Так, в вышеупомянутом документе хунзахский джамаат решает допустить на свою землю сёла Нита, Накитль, Датуна и определяет размеры поземельной ренты с них, а аварский хан Дугри-нуцал упомянут лишь как свидетель (правда, первым в списке).

Вся остальная территория Аварского ханства обложена податями. В числе плательщиков названа преобладающая часть селений, расположенных на ней (исключения единичны). Мы полагаем, что селения этой территории, не внесённые в список и составляющие меньшинство, вероятнее всего и могли находиться в своего рода «удельном» частном распоряжении членов нуцальского дома. Получателем же податей

сосновной массы податных сёл назван хан.196

Охарактере взимаемой ренты можно судить не только по упомянутым выше актам ХVII в., но и по списку податей Уммахану. Во всех случаях подати ясно фиксированы.

195Соглашение между джамаатом Хунзаха и сс. Малиданаха, Накитль и Нита // Каталог арабских рукописей ИИЯЛ ДФ АН СССР. М., 1977. Вып. I. С. 24-25.

196Перечень податей, взимаемых Ума-ханом; Список деревень Аварского ханства (раздел: «Названия деревень, дающих подать Ну- сал-хану».С.193); Магомедов Р.М.Дагестан.Т.2.С.194 («Байан.Список сёл раятов Нуцал-хана, которые ему дают харадж и магалу».

80