Драматургия Р.Б. Шеридана. Традиции и литературный контекст. Часть 1. Учебное пособие

была изложена в форме письма, обращенного к королеве Шарлотте, которая должна была стать патронессой будущего женского «университета»1. Помимо пламенных панегириков женскому полу, письмо содержало немало практических советов по устройству подобного учреждения, включая выбор учителей, состав изучаемых дисциплин и даже распределение учениц по классам, определяемое исключительно возрастным (а не образовательным и тем более не социальным) цензом.

Верный своей нелюбви к «педантизму», Шеридан исключает из числа учебных предметов греческий и латынь, но оставляет возможность преподавания целого ряда «практических» дисциплин вплоть до астрономии. Это не означало, однако, что воспитанницы «Королевского приюта» (Royal Sanctuary) предназначались к какой-либо профессиональной деятельности или узко практической сфере. Цель их образования была иной, и она соответствовала общим гуманитарным установкам Шеридана: человек — не для «дела», но для общества в целом, для «самобытия» просвещенной культуры в социальном пространстве человеческой жизни. В этом смысле «благородные девицы» шеридановского «приюта» должны были служить образцом добродетели, облагороженной воспитанием, и — в силу влияния, оказываемого прекрасной половиной человечества на мужчин, выполнять роль «фермента», распространяющего в обществе благородство и доблесть, улучшающего «мораль и нравы» сильного пола [52: p. 97–98]. На этом фоне характерен и выбор чтения, предлагаемого воспитанницам будущей школы.

Сопоставляясовременнуюнравоописательнуюи«старую»— авантюрную романистику, Шеридан демонстрирует пристрастие

клитературной «архаике», рекомендуя юным особам в первую

1 Сравнение с университетом не является произвольным: по мысли Шеридана, устройство школы для благородных девиц должно было воспроизводить традиционнуюуниверситетскуюструктуру(см.:[52:p.97]).Вцеломсудьбапослания не вполне ясна: по утверждению Оскара Шервина, монаршая особа была ознакомлена с посвященным ей «химерическим очерком» [154: c. 95], но отнеслась к нему неодобрительно, уловив в «наиболее причудливом» из проектов молодого Шеридана [52: p. 95] отголоски уравнительных идей французских просветителей.

11

очередь произведения, написанные в жанре romance1, а не novel. Сочинения современных романистов (считает будущий драматург) представляют читателю страсти, «как они есть», в то время как высокие «романические» сюжеты показывали чувства людей такими, какими они «должны быть, хотя и в нелепо преувеличенном виде (though extravagant)». «Первые», по мнению Шеридана, «ложно отождествляются с природой и изображают картину развращенного и порочного общества. Вторые показывают природу

вее наивысшем проявлении»2. По этой причине автор проекта предлагает исключить из чтения учениц «все новейшие романы (novels), в которых человеческая природа предстает испорченной (depraved)»: «Какой бы искусной ни была отделка, сам замысел

вэтом случае неизбежно вызовет отвращение» [52: p. 97]. Приведенный пассаж в какой-то мере объясняет «колебания» драматурга между насмешкой над сентиментальной чувствительностью и «романическим» идеализмом его собственных нравственных и эстетических установок. Заметим также, что сентиментальная проза, в немалой степени способствовавшая утверждению

вАнглии «современной» жанровой формы романа (novel), нередко воспринималась ее оппонентами как результат своеобразной вульгаризации старой романистики. Суть сентиментальной чувствительности виделась на этом фоне в культивировании и переносе в бытовую среду не «вечных» нравственных идеалов рыцар-

1 Romance – традиционалистская форма романа; термин, объединяющий рыцарские романы Средневековья и Возрождения с галантно-героической прозой XVII века. Может также применяться в отношении античного романа гелиодоровского типа. В сюжетно-композиционной структуре характеризуется преобладанием мотивов поиска (quest) и испытания. Строится как цепь «авантюр» (приключений), в ходе которых герой проходит тест на личное соответствие идеалу (куртуазии, рыцарской доблести и т. п.). В структурном отношении romance восходит к мифам, сопровождающим обряды «инициационного» типа. Novel – форма романа как бытовой нравоописательной «повести» из современной жизни, характерная для литературы Нового времени. В некоторых аспектах наследует традиции и идеалы «старого» романа, перенося их в «жизнеподобную» среду и сохраняя отдельные структурные особенности жанра romance (см., в частности: [86], [88]).

2Буквально: показывают ее ‘сияние, свет’— glow of nature.

12

ского романа, а его «нелепых» (дон-кихотских) «преувеличений». Эта трактовка в значительной степени определила двойственность восприятия сентиментально-романических мотивов в позднейших произведениях писателя. Прохладное отношение юного Шеридана к мастерству литературной отделки предвосхитило также сатирическую оценку «искусства» сплетников — «злых» острословов «Школы злословия», стремящихся возвести в перл создания и представить как истину искаженный — сниженный взгляд на человеческую природу. Отмеченное недоверие Шеридана к выхолощенному формальному мастерству, поставленному на службу «ложным» нравственным целям, особенно показательно на фоне подчеркнутого внимания драматурга к стилевой отделке собственных пьес.

Большая часть перечисленных юношеских сочинений драматурга осталась незаконченной и не была напечатана при жизни. Однако горечь первых неудач вскоре была с лихвой искуплена успехом первой комедии Шеридана «Соперники», поставленной театром Ковент Гарден в январе 1775 года и заставившей лондонцев (после второго — триумфального представления) признать в 23-летнем авторе нового выдающегося комедиографа Англии.

За короткий период с 1775 по 1779 год Шеридан создал шесть своих лучших пьес и принял участие в их постановке. Среди них — три «большие» комедии («Соперники»1, «Поездка в Скарборо»2, «Школа злословия»3), фарс («Предприимчивый лейтенант»4), балладная опера («Дуэнья»5) и «репетиция» («Критик»6)7. Традиционные мотивы соперничества, побега, дуэли, не говоря уже о неувядающей теме «злословия» (scandal),

1 The Rivals (1775).

2A Trip to Scarborough (1777).

3The School for Scandal (1777).

4St. Patrick’s Day, or The Scheming Lieutenant (1775). 5 The Duenna (1775).

6 The Critic, or A Tragedy Rehearsed (1779).

7 См. характеристику перечисленных жанров в главе 1 и в последующих

главах.

13

не теряя «литературности», обрели в этих произведениях остроумную свежесть и «скандальную» новизну, перекликаясь с хорошо известными современникам фактами биографии драматурга. Отношения комедиографа с публикой складывались весьма благоприятно: молодому автору дважды удавалось переломить неуспех первого представления своих пьес («Соперники» и «Поездка в Скарборо») — за счет умелой переработки текста и улучшения постановочных моментов (включая замену исполнителей). Неизменная любовь зрителей и после смерти писателя будет сопутствовать театральной судьбе его лучших комедий: «Дуэнья», «Соперники», «Школа злословия», — сценическая история которых продолжается и по сей день.

Триумф Шеридана-драматурга совпал с его не менее блестящим карьерным взлетом в качестве театрального деятеля. В 1776 году, 25-ти лет от роду, автор «Соперников» и «Дуэньи» становится главным пайщиком и руководителем легендарного театра Друри Лейн, сменив на этом посту престарелого Д. Гаррика (вскоре он привлечет к управлению театром и своего отца — Томаса Шеридана). Выбор в пользу молодого писателя был сделан самим знаменитым актером, продавшим Шеридану свой пай на весьма благоприятных (для преемника) условиях. В марте следующего года нового совладельца Друри Лейн избирают членом Литературного клуба, членами которого являются критик и лексикограф Сэмюэл Джонсон (1709–1784), художник Джошуа Рейнолдс (Joshua Reynolds, 1723–1792), историк Эдуард Гиббон (Edward Gibbon, 1737–1794), Дэвид Гаррик (известный не только как актер, но и как драматург) и будущие соратники Шеридана по парламентской оппозиции Эдмунд Берк (Edmund Burke, 1729– 1797) и Чарлз Фокс (Charles James Fox, 1749–1806). А еще через пару месяцев весь Лондон уже рукоплещет новой комедии, поставленной Шериданом на сцене руководимого им театра, — пьесе, само название которой вскоре войдет в поговорку — «Школа злословия».

В 1780 году сбывается давняя мечта Шеридана: выставив на всеобщих выборах свою кандидатуру, писатель становится чле-

14

ном парламента от городка Стаффорда, который он будет представлять в палате общин в течение ближайших 26 лет. За это время Шеридану удается приобрести немалую популярность

вкачестве политического оратора. В своих выступлениях он привлекает внимание публики к вопросам всеобщего избирательного права,отстаиваетинтересыИрландиииучаствуеткакобвинитель

в«коррупционных скандалах» эпохи. Наибольшей известности Шеридан-политик достигает в конце 1780-х гг., во время парла-

ментского расследования, а затем и суда над Уорреном Хейстингсом1 — генерал-губернатором Индии, обвиненным в хищениях и жестокости по отношению к «туземному» населению. В связи с этим делом Шеридан в феврале — июне 1787 г. произносит несколько знаменитых речей, имевших большой общественный резонанс. Последний взлет его политической карьеры приходится на 1806 год, когда драматург становится членом кабинета и Тайного Совета (уже во второй раз — после 1782–1783 гг.). Однако на выборах 1812 г. он терпит сокрушительное поражение, окончательно теряя политический вес. Карьера театрального управляющего, отмеченная масштабными проектами (в 1794 г. под руководством Шеридана было отстроено новое здание театра), на рубеже 1800–1810-х годов также идет под уклон — особенно после пожара в Друри Лейн (1809), приведшего к отстранению драматурга от дел.

Потомки неоднозначно оценили деятельность Шеридана на посту театрального директора. Необходимость считаться с коммерческим успехом спектаклей не могла не сказаться на постановочной политике автора «Школы злословия», что объясняет известную долю самоиронии в отношении драматурга к собственным решениям, принятым в качестве главного управляющего. Отдавая дань выигрышным эффектам популярной предромантической мелодрамы, Шеридан вместе с тем не принимал высокой романтической драматургии, противодействуя постановке трагедий У. Вордсворта («Жители пограничья» — The Borderers, 1796–1797 [104: с. 179]) и С.Т. Колриджа («Осорио» — Osorio,

1 В более распространенной транслитерации — Гастингсом.

15

1797)1. Пьеса Колриджа, в частности, была поставлена в Друри Лейн шестнадцатью годами позже в новой редакции и с измененным названием — «Раскаяние» (The Remorse, 1813). В этой версии она не только имела сценический успех, но и получила известность за пределами Англии. В частности, текст «Раскаяния» был известен А.С. Пушкину, заимствовавшему из трагедии Колриджа строки о «древе яда» (poison-tree), которые в одном из рукописных набросков предваряют знаменитый «Анчар» (1828)

вкачестве эпиграфа2. Стоит заметить, что сходный консерватизм

вроли директора Веймарского театра (1791–1817) проявлял Ио-

ганн Вольфганг Гете (Johann Wolfgang Goethe, 1749–1832), отвер-

гнувший «Кетхен из Гейльбронна» и «Пентесилею» Г. Клейста3 и «испортивший» «Разбитый кувшин» неудачной постановкой, не отвечавшей духу этой романтической комедии. Пьесы английских поэтов-романтиков к тому же не отличались сценичностью и тяготели к форме драмы для чтения, что также отчасти объясняло позицию Шеридана.

Завесьпериодбурнойполитическойитеатральнойактивности Шеридан редко вспоминает о своем призвании драматурга. Две его комедии, начатые в 1770-е гг., остались незаконченными. В 1780 г. совместно с тестем — Томасом Линли (являвшимся также автором музыкального сопровождения к «Дуэнье») он создает пантомиму «РобинзонКрузо»,участвуетвнаписании(илиправке)другихпан-

1 Вордсворт, Уильям (Wordsworth, William, 1770–1850), Колридж, Сэмюэл Тейлор (Coleridge, Samuel Taylor, 1772–1834) — выдающиеся английские по-

эты-романтики, представители «озерной школы» (Lake School of Poetry), ина-

че — «лейкисты» (Lake Poets).

2Это слова одного из персонажей трагедии — Зулимеза (Zulimez) (I.I): «It is a poison-tree, that / pierced to the inmost / Weeps only tears of poison» – «Это — ядовитое дерево, которое, / будучи проколото до глубины, / Плачет только слезами яда» (см.: [15: с. 491], [18]).

3Клейст, Генрих фон (Kleist, Bernd Heinrich Wilhelm von, 1777–1811) —

немецкий драматург, прозаик, поэт романтического направления. Автор мифологической «античной» трагедии «Пентесилея» (Penthesilea, 1708), романтической драмы из рыцарских времен «Кетхен из Гейльбронна» (Kätchen von Heilbronn, 1707/1708), комедии «Разбитый кувшин» (Der zerbrochene Krug, 1806) и др.

16

томим,переводовипеределок.Самымкрупнымсозданием«парламентского» периода стала трагедия Шеридана «Писарро» (Pizarro, 1799) — переделка драмы Августа фон Коцебу «Испанцы в Перу» (Die Spanier in Peru, 1796). Однако и в ней драматург сохраняет верность своим политическим амбициям. Достаточно сказать, что отдельные реплики и даже целые монологи трагедии представляли собой извлечения из речей Шеридана, направленных против злоупотреблений колониальных чиновников.

В дополнение к неудачам в парламентской и театральной карьере в 1790-е–1810-е гг. Шеридану пришлось перенести несколько тяжелых личных ударов. Первым из них стала смерть жены (1792) — «обожаемой» (несмотря на множество других увлечений драматурга) Элизабет Шеридан (Линли). За смертью «Элизы» последовало расставание с сыном, покинувшим Англию по делам службы и для поправки здоровья (1813), чтобы уже не вернуться на родину. В последние годы немало тревог писателю доставляли ссоры и болезни во второй семье1, безденежье, угроза долговой тюрьмы, страх забвения. Выбраться из затруднительных обстоятельств стареющему литератору, утратившему влияние политику и бывшему любимцу салонов мешало и усиливающееся пристрастие к алкоголю вкупе с укоренившейся с юности привычкой жить сегодняшним днем. Автору самой знаменитой английской комедии XVIII века, без сомнения, было горько сознавать, что общество с безразличием отвернулось от прежнего кумира в пору его лишений. Современники с сожалением вынуждены были признать вопиющий контраст между пышными похоронами Шеридана в Вестминстерском аббатстве и забвением, в котором драматург провел последние месяцы жизни, когда в его доме толпились судебные исполнители и производилась опись имущества.

О жизни Шеридана ходило множество скандальных слухов, анекдотов, и даже политические соратники порой журили беспечного друга за «мальчишеские» выходки. Но даже в старости

1 С 1795 г. Шеридан состоял в браке с Эстер Джейн Огл, которая была моложе его на 23 года.

17

драматургу удалось произвести весьма выгодное впечатление на представителей нового литературного поколения — Томаса Мура

(Thomas Moore, 1779–1852) и Джорджа Гордона Байрона (George Gordon Noel Byron, 1788–1824). Первый откликнулся на смерть Шеридана элегией, а впоследствии стал его биографом. Второй с уважением относился к политической карьере драматурга и смог оценить последние блестки остроумия, которые и в старости озаряли талант Шеридана-собеседника. Почти через два года после смерти автора «Школы злословия», 1 июня 1818 года, Байрон писал из Венеции Т. Муру, уже начавшему собирать материалы для биографии Шеридана: «<…> не забывайте, что у Шеридана не было за душой ни шиллинга и что он, человек громадных способностей и сильных страстей, выдвинулся в первые ряды общества и поднялся на вершину успеха без какой-либо поддержки со стороны. <…> Неужели пьянство герцога Норфолкского более извинительно, чем пьянство Шеридана? Неужели любовные похождения Шеридана более одиозны, чем похождения его современников? <…> Не идите на поводу у шумной молвы, но сопоставьте его как человека, верного своим принципам, с Фоксом, опустившимся до участия в коалиции, и Берком, променявшим независимость на пенсию <…>; сравнение окажется в его пользу <…>. Он побивал их всех, побивал во всем, за что бы ни брался. Но увы, увы, несчастные человеческие слабости!» (цит. по: [154: с. 292–293])

«Человеческие слабости», впрочем, скорее оживили, чем погубили лучшие из драматических сочинений Шеридана, обеспечивших ему право на посмертную славу. Творчество Р.Б. Шеридана стало завершением и итогом английской драматургии эпохи Просвещения, а основные жанрово-стилевые тенденции английской комедии XVIII века получили в его пьесах наиболее «безупречное» и «отточенное» (по определению Хэзлитта) выражение. Будучи «погруженными» в более чем вековую драматургическую традицию, комедии Шеридана черпали из нее свои сильные (как и слабые) стороны. В его наследии существовавшие ранее традиционалистские1 формы комедии получили окончательную от-

1 Подробнее о понятии «традиционализм» см. в главе 1.

18

делку, став при этом объектом свободной авторской игры с жанровым (и стилевым) каноном. Сказанное делает необходимым обращение к широкому литературному контексту английской драматургии конца XVII – XVIII века для всестороннего анализа драматургического творчества Р.Б. Шеридана.

Контрольные вопросы

1.Где и когда родился Шеридан? Кого еще из знаменитых английских писателей — ирландцев по происхождению вы знаете?

2.С каким направлением было связано творчество матери драматурга Фрэнсис Шеридан? Назовите других представителей этого направления в английской литературе.

3.Перечислите основные пьесы Р.Б. Шеридана в порядке их создания. К каким жанрам они принадлежали?

4.С каким лондонским театром была связана деятельность Р.Б. Шеридана? Кто был его предшественником на посту главного управляющего этого театра?

4.В каком еще виде деятельности помимо драматургии и театра проявил себя Шеридан в зрелые и поздние годы жизни? Что вам известно об этой странице его биографии?

5.Кто из английских писателей-романтиков проявлял интерес

кличности и творчеству Шеридана? Как эти авторы оценивали вклад Шеридана в английскую литературу и культуру?

19

Глава 1

Пути развития английской комедии в XVIII веке: направления и стили

В истории английской литературы драма XVIII столетия — самостоятельное художественное явление, отличное от театра эпохи Шекспира и драматургии Реставрации.

К «эпохе Шекспира» восходят истоки национального своеобразия английской театрально-драматургической традиции, чем и определяется значение названного периода в развитии английской драмы. Сам термин «театр эпохи Шекспира» носит условный характер, как и близкое по значению выражение «золотой век английской драмы». Хронологически упомянутая литературная эпоха охватывает приблизительно полстолетия: с конца XVI до середины XVII века. Ее началом можно считать рубеж 1570– 1580-х годов, когда в первые ряды сочинителей, пишущих для театра, выдвинулась группа талантливых и образованных авторов, названных впоследствии «университетскими умами» (university wits). В их число входят, в частности, Джон Лили, Томас Кид, Роберт Грин, Джордж Пил и Кристофер Марло1. Вершиной периода явилось творчество Уильяма Шекспира (William Shakespeare, 1564–1616), а завершающая стадия «золотого века» совпала с активным периодом деятельности так называемых «младших» шекспировских современников: Джорджа Чепмэна, Бенджамина (Бена) Джонсона, Сирила Тернера, Джона Марстона, Томаса Деккера, Томаса Хейвуда, Томаса Миддлтона, Джона Уэбстера, Фрэнсиса Бомонта, Джона Флетчера, Джона Форда и Джеймса Шерли2. Не вполне исчерпав свои творческие импульсы, «золо-

1 John Lyly (1553/1554–1606), Thomas Kyd (1558–1594), Robert Greene (1558–1592), George Peele (1556–1596), Christopher Marlowe (1564–1593).

2 George Chapman (1559–1634), Ben Jonson (1573–1637), Cyril Tourneur (1572?–1626), John Marston (1576–1634), Thomas Dekker (1572?–1532), Thomas Heywood (1573?–1641), Thomas Middleton (1580–1627), John Webster (1580?– 1634), Francis Beaumont (1584–1616), John Fletcher (1579–1625), John Ford (1586–1639), (James Shirley (1596–1666). Три поколения драматургов «шек-

спировской эпохи» нередко именуются также елизаветинцами, яковитами и

20