Возвращение истории и конец мечтаний. Монография

Из библиотеки Алишера Усманова

Robert kagan

The Return оf Historyаnd

the End of Dreams

Vintage Books • A Division of Random Haus, Inc.

New York

Роберт Каган

Возвращение истории и

конец мечтаний

Прогресс-Традиция Москва

ББК 66.2

УДК 32

К 12

Перевод с английского Б. И. Татаринцев

Каган Роберт

К 12 Возвращение истории и конец мечтаний. – М.: Прогресс-Тради-

ция, 2010. – 136 с.

ISBN 978-5-89826-343-0

Роберт Каган – один из руководителей фонда Carnegie Endowment for International Peace, ведущий политический обозреватель газеты The Washington Post – является убежденным сторонником либерально-демократической концепции развития международного сообщества.

Книга содержит анализ геополитической обстановки в период постхолодной войны, дает оценку современного политического и экономического положения таких государств, как Россия, США, Китай, Япония, Индия, Иран. Автор критически анализирует роль радикального исламизма и его влияния на международную обстановку, предлагает создание новой международной организации – Союза демократических государств – как основы для формирования будущего международного порядка.

Книга рассчитана в первую очередь на политиков, лиц, работающих в сфере международных отношений, бизнесменов и широкий круг читателей, интересующихся вопросами современной политологии и геополитики.

УДК 32

ББК 66.2

Отцу посвящается

СодержАние

9Введение

11 НАДЕЖДЫ И МЕЧТЫ

19ВОЗВРАЩЕНИЕ ВЕЛИКОДЕРЖАВНОГО НАЦИОНАЛИЗМА

22 подъем россии

36 Подъем Китая

49 Япония: возвращение к норме

54 Индия и ее аргументы власти

61 Иран и региональная гегемония

64 Амбиции супердержавы

70Другая система координат: демократии и ассоциация диктаторов

100Безнадежные мечты радикального исламизма

105Американская гегемония: недостатки и достоинства

117Создание союза демократических государств

123 Заключение

127 Примечания

135 Об авторе

Введение

Мир снова вернулся на круги своя. Cразу после окончания холодной войны возникли волнующие и соблазнительные, быстро мелькавшие перед глазами картины нового международного порядка: дружно соседствующие и быстро развивающиеся новые суверенные государства и уходящие в небытие конфликтные зоны, легко улаживаемые идеологические разногласия, плодотворное смешивание культур и ускоренное расширение свободных торговых отношений и деловых связей. Современному демократическому миру очень хотелось, чтобы окончание холодной войны не только было завершением стратегического и идеологического конфликта, но и привело бы к решению большого круга спорных стратегических и идеологических проблем. Народы мира и их лидеры неистово желали вступить в преобразованный мир1.

Но все оказалось миражом. Мир не стал «преобразованным» и остался таким, каким был. Сильные и крепкие государства в большинстве своем по-прежнему демонстрируют свою мощь и не пытаются скрывать свои националистические амбиции и накаляющиеся в этой связи страсти. Соревнование между ними за первенство формирует историю в целом. Соединенные Штаты как были, так и остаются единственной супердержавой. Возрождается борьба между ведущими мировыми державами. Россия, Китай, Европа, Япония, Индия, Иран, Соединенные Штаты и другие страны по-прежнему соперничают за региональное господство. Борьба за собственный неоспоримый статус и влияние в мире определяет поведение государств на международной арене.

10Введение

Вкрупных мировых державах вновь разгорается борьба между либерализмом и автократией, усиливающая размежевание и приобретая все более специфические формы.

Снова нахлынула имеющая глубокие исторические корни борьба между радикальным исламизмом и современными светскими мусульманскими культурами и странами, которые считают, что радикализм явно проявляет свое доминирующее значение и все глубже проникает в исламский мир, загрязняя его своим влиянием.

Врезультате того что направления борьбы на международной арене постоянно переплетаются и приводят к разного рода столкновениям, приход новой эры международной конвергенции становится все более несбыточным. Мы вступаем в эпоху дивергенции – разобщения социальных систем.

Развеявшиеся иллюзии о несбывшихся радостях эры постхолодной войны не сняли перед демократическим миром вопроса об адекватном поведении в складывающейся международной обстановке. В связи с усиливающимся ростом автократии

вРоссии и в Китае и с возрастающим влиянием радикального исламизма отмечается появление разногласий и конфликтных ситуаций в демократических государствах, вынужденных отвлекаться на решение побочных (иногда глубоких, а порой и совсем мелких) проблем.

Врезультате народы подвергают сомнению стоящие перед ними цели и значимость существующих моральных принципов

вотношениях, возникают спорные ситуации политического и этического плана, взаимные упреки. Отсутствие единства ослабило и деморализовало демократические государства в момент, когда они меньше всего могут позволить себе это. На новом витке истории демократические государства должны добиться прочного единения, иначе вместо них к этому придут другие коалиции.

НАДЕЖДЫ И МЕЧТЫ

Оптимистический настрой, появившийся в начале 1990-х, был вполне естественным и носил практически всеобщий характер при оценке ситуации в разных странах. Крах коммунистической империи и очевидное установление демократии в России – процессы, которые, казалось, предвещали новую эру глобальной конвергенции. Бывшие главные противники в холодной войне внезапно пришли к взаимопониманию, включая стремление к экономической и политической интеграции. Даже после таких событий, как политическое подавление народного сопротивления на площади Тяньаньмынь в 1989 г. и тревожные признаки неустойчивости в России после волнений в 1993 г., большинство американцев и европейцев все-таки полагали, что Китай и Россия встали на путь либерализации политических систем.

Россия при Борисе Ельцине явно ставила своей задачей построение либеральной модели политической экономики и обозначила свое желание идти по пути более близкой интеграции с Западом.

Желание китайского руководства видоизменить экономическую систему, придать ей более открытый характер также порождало надежды политиков вне зависимости от того, хотели этого сами китайские лидеры или нет.

Детерминистический взгляд на пути развития событий после окончания холодной войны, наметившийся процесс глобализации экономики привели к тому, что большинство стран, чтобы успешно конкурировать и не терять при этом устойчивости, должны были либерализовать свои экономические системы и следовать принципам политической открытости.

Новые возможности национальных экономических систем, которые позволили повысить уровень дохода на душу населения, привели к появлению и развитию устойчивого среднего класса, что в свою очередь потребовало создания в этих государствах более эффективных структур законодательной и политической власти.

По своей сути демократический капитализм представлял собой самую успешную модель развития общества. Это позволяло надеяться, что все сообщества пойдут по этому пути. В идеологическихсраженияходержалипобедулиберальныеидеи. Как замечательно выразился Фрэнсис Фукуяма, «в конце концов история покажет, что у либеральных демократов вообще не останется никаких серьезных идеологических конкурентов»2.

Экономический и идеологический детерминизм первых лет после окончания холодной войны создал две главные предпосылки, которые непосредственно повлияли на формирование политических систем и в то же время создали обстановку вероятности их позитивного развития.

Прочная вера в продвижение человечества по пути прогресса, уверенность в том, что все историческое развитие имеет только одно направление, были заложены еще в эпоху Просвещения. Они были зверски растоптаны в ХХ в., но обрели новую жизнь с падением коммунизма.

Другой предпосылкой стала необходимость проявления терпимости и сдержанности. Стало ясно, что, вместо того чтобы противостоять и бросать вызов автократиям, целесообразнее вовлечь их в мировую экономику, содействовать соблюдению правовых норм и условий для формирования в этих государствах сильных институтов государственного управления и уж затем, уповая на неизбежное влияние общечеловеческого прогресса, добиться их волшебного преобразования.

В мире, который в основном согласен следовать принципам либерализма, заложенным еще в эпоху Просвещения, главной задачей эры постхолодной войны было создание системы законов международного значения и таких институтов управления, которые соответствовали бы пророческим постулатам,