Блаженны милостивые. Благотворительная деятельность Великой княгини Елизаветы Федоровны

В.Ф. Одоевский, П.В. Киреевский, Ф.И. Шаляпин. Усадьба была и оставалась своеобразным культурным центром.

Уже в свой медовый месяц Великая княгиня начала ходить по избам крестьян, вникала в их бедность и нужды, старалась оказать немедленную помощь. Баронесса Буксгевден вспоминала: «Она (Елизавета Федоровна. — Прим. авт.) искренне интересовалась жизнью простых селян и с радостью исполняла роль “щедрой барыни”». Однако всегда и во всем советовалась с супругом. Их племянница и воспитанница Мария Павловна вспоминала: «В их отношениях была какая-то сдержанная нежность, основанная на готовности тети согласиться с любым решением мужа по всем вопросам, большим или малым».

В переписке управляющего двором сохранилось много прошений от крестьян о помощи, об устройстве на работу. Множество телеграмм и благодарностей, просьб о жертвовании на воспитание сирот. Великокняжеская чета постоянно занималась решением этих вопросов. Одним из них было обращение девушек-наборщиц частной типографии Е.К. Гербек. Девушки пели в церковном хоре храма святых Адриана и Наталии и мечтали пропеть литургию в храме села Ильинского для Великого князя и княгини. «Не было такой просьбы, с которой нельзя было к ней обратиться. Как благодарно и преданно любили ее и Сергея Александровича крестьяне!» — вспоминала

матушка Надежда, последняя сестра Марфо-Ма- риинской обители. Также в доме Великой княгини видели глухонемую девочку, которую приютила Елизавета Федоровна.

Современник рассказывает о молодой великокняжеской чете: «Чем только не обязаны им здесь крестьяне: и школами… и больницами, и щедрой помощью в случаях пожара, падежа скота и всякой другой беды и нужды… Нужно было видеть августейших помещиков в селе Ильинском в день престольного праздника, в Ильин день, среди крестьян после обедни на ярмарке. Почти все привозимое скупается ими и здесь же раздаривается крестьянам и крестьянкам от мала до велика. Крестьяне сел Ильинское, Усова и других, как дети, сердечно сроднились с Их Высочествами».

В 1892 году Великим князем и княгиней был построен родильный приют для сельчан в память умершей после родов 12 сентября 1891 года Великой княгини Александры Георгиевны, жены Великого князя Павла Александровича, родного брата Сергея Александровича (ее дети, Великая княжна Мария Павловна и Великий князь Дмитрий Павлович, были взяты на воспитание Великой княгиней Елизаветой Федоровной). В этой больнице часто совершались и крещения новорожденных детей, чьими восприемниками были сами Сергей Александрович и Елизавета Федоровна. «Вот только идти туда роженицы не хотели. Боялись. Привыкли русские женщины рожать, где

Бог пошлет: в поле, в огороде, на сенокосе, за горшками у печи. Одна женщина вспоминала: “Но я все же набралась мужества и пошла в роддом, благополучно там родила, за что получила 25 рублей, два воза дров и много детского белья… а после этого и повалили бабы со всей округи рожать в приют”». Деревянное здание родильного приюта не было разрушено, однако до нашего времени сохранились только крепкие бревенчатые стены.

В 1892 году вспыхнула эпидемия холеры. 11 июля Великий князь Сергей Александрович утвердил «Краткое наставление о мерах предупреждения от холеры», составленное санитарными врачами. Наставление было опубликовано и бесплатно раздавалось жителям Московской губернии при эпидемии 1892 и 1893 гг. Помимо этого, были организованы санитарные попечительства по улучшению состояния территорий в городе, приняты меры для улучшения питания бедных (устройство столовых, чайных), учреждены ночные дежурства для оказания на дому помощи заболевшим, не производилось осмотров городскими врачами пассажиров на железных дорогах по всей Московской губернии. В 1893 году холера добралась до Ильинского. Великокняжеская чета тут же создала наблюдательный медицинский пункт, который действовал до тех пор, пока опасность не миновала. Одновременно с этим были поставлены палатки и изба для стационарного ухода за больными, из военного госпиталя

Великого князя Сергея Александровича были приглашены в помощь врачу фельдшеры и санитарки. Также доктор оказывал крестьянам срочную медицинскую помощь, в том числе им были успешно проведены операции в родильном приюте. Земский врач Н. Комаривский отмечал самоотверженность великокняжеской четы и духовенства, принимавших участие в борьбе наравне с медицинским персоналом, и говорил, что преодолеть холеру они смогли благодаря этим дружным действиям. По итогам работы Московской городской санитарно-исполнительной комиссии за 1893 год, по сравнению с 1892 годом смертность от холеры снизилась в 1893 году до 44,8%.

В 1903 году Россия прославляла преподобного Серафима Саровского. В Успенском соборе Кремля была выставлена для поклонения мантия преподобного Серафима. Многие получали исцеление, прикладываясь к этой великой святыне. 20 июля 1903 года в Москве в половине восьмого утра был отслужен молебен, и мантия святого Серафима, принадлежавшая московскому генерал-губерна- тору Великому князю Сергею Александровичу, была привезена в Ильинскую церковь.

Во время Русско-японской войны, уже после смерти Сергея Александровича в 1905 году, Великая княгиня Елизавета Федоровна в селе Ильинском содержала лазарет для раненых. Здание лазарета сохранилось до наших дней. Сейчас в нем — сельская библиотека.

Втечение всей жизни Великая княгиня не оставляла своей опекой село Ильинское. 30 августа 1907 года в 5 часов утра генералу Владимиру Федоровичу Джунковскому доложили по телефону, что в Ильинском большой пожар. Он прибыл туда в самый разгар бедствия. Каково же было удивление генерала, обнаружившего, что раньше, чем он, в Ильинском оказалась Елизавета Федоровна. «Мы застали на пожарище, — пишет В.Ф. Джунковский, — Великую княгиню, которая ободряла служащих, потерпевших от пожара».

В1907 году не без участия Великой княгини Елизаветы Федоровны была отреставрирована церковь в честь пророка Илии, о чем сообщалось

в«Московских церковных ведомостях»: «Весь иконостас был реставрирован, возобновлена настенная живопись, драгоценные ризы на иконах вновь вызолочены. Елизавета Федоровна пожаловала в храм дорогие облачения, была на богослужении. Литургию пели учащиеся церковной школы. Крестьяне Ильинского поднесли Великой княгине хлеб-соль».

После революции усадьба Ильинское была национализирована. И 6 мая 1918 года в имение приехал В.И. Ленин с сестрой Марией Ильиничной. Вечером на охоте Ленин посоветовал открыть в бывшем дворце дом отдыха для рабочих. В кратчайшее время в усадьбе был создан санаторий для

рабочих Трехгорной мануфактуры1, который позже был переорганизован в дом отдыха, получив название «Ильичево».

В1925 году В.Ф. Джунковский писал о посещении села Ильинское: «Родильный приют не пострадал и во время революции, крестьяне его сохраняли от расхищения, и он остался нетронутым. Я нашел его, каким видал в 1912 году».

В1924 году дворец сгорел, а в 1937 году закрыли церковь св. пророка Илии. В начале 1940-х гг. в Ильинском были устроены дачи для партийного руководства, и вся территория усадьбы скрылась за высоким забором. В настоящее время на территорию усадьбы доступ закрыт.

Вусадьбе сохранился лишь небольшой фрагмент полуразрушенной галереи.

Елизаветинское благотворительное общество

К концу XIX века выросло число детей из беднейших семей, нуждающихся не только в заботе, воспитании, но и в спасении жизни. Согласно уставу Елизаветинского благотворительного общества,

1 Сохранилось удостоверение на имя Емельяна Петровича Шлепнева, выданное фабрично-заводским комитетом Трехгорной мануфактуры, что он является ответственным за помещения и инвентарь бывшего имения Ильинское.

цель его состояла в «попечении о вскормлении и воспитании законных младенцев, которые по бедности и беспомощности их родителей могли бы остаться, за отсутствием такового попечения, без приюта и призрения».

Сегодня, к сожалению, об этом обществе, развернувшем широкую деятельность, историки почти не упоминают. Хотя до сих пор в Москве и на территории бывшей Московской губернии сохранились здания, принадлежавшие обществу.

Помимо Елизаветы Федоровны, в обществе состояли такие почетные члены, как Его Императорское Высочество Великий князь Николай Михайлович и Его Королевское Высочество владетельный герцог Эрнест Гессенский, брат Великой княгини.

Генерал-губернатор Москвы Великий князь Сергей Александрович обратил внимание московского митрополита Иоанникия на большое количество детей, оставшихся без попечения родителей. В столице уже был Воспитательный дом в Ведомстве учреждений Императрицы Марии, но он явно не справлялся с таким потоком детей. В тот же год, 21 марта 1890 года, к Государыне Марии Федоровне обратился почетный попечитель Воспитательного дома Борис Александрович Нейдгарт с предложением по созданию нового специального благотворительного учреждения для детей и просил о высочайшем ходатайстве перед Великой княгиней Елизаветой Федоровной

стать во главе этого благотворительного общества.

Официальная история возникновения дошкольных учебных заведений берет начало с 1839 года, когда Император Николай I утвердил «Положение о детских приютах» на основе «Дома для призрения трудящихся», устроенного известным благотворителем А.Н. Демидовым в 1833 году. Его функцией выступало предоставление бедным возможности заработать, не будучи отягченными заботой о детях, и ввиду невозможности пристроить их на время рабочего времени. Впоследствии этот приют получил название Первого образцового. Во время дневного призрения детей кормили и с ними занимались. У Демидова тут же нашлись последователи — петербургские благотворители купец Жуков и гражданин Лаваль, которые создали еще четыре подобных заведения, назвав их «дневное убежище». В 1835 году все пять приютов вошли в одно ведомство под покровительство Ее Императорского Величества.

Главной функцией общества было учреждение и содержание яслей и приютов для призрения младенцев. Яслями в то время называли дневные приюты для детей, не умеющих ходить, а приютами — учреждения для детей более взрослых. Кроме того, общество могло отдавать младенцев на вскармливание и первоначальное воспитание в другие благотворительные учреждения и частным лицам. Но Елизаветинское благотворительное

общество не ограничилось только этим — впоследствии были созданы временные убежища и уездные учреждения по всей губернии и в Петербурге. С большой долей вероятности можно сказать, что деятельность общества затронула и другие города России, но подтверждающих документов пока найдено не было.

17 января 1892 года Государь Император Александр III утвердил устав общества. Позже последовало благословение московского митрополита Леонтия и одиннадцати благочинных священников Москвы на привлечение московских приходов и монастырей к совместной благотворительной деятельности с Елизаветинским благотворительным обществом. Образовалось более 220 елизаветинских столичных комитетов, во главе которых стали отцы благочинные.

«Каждый комитет возглавлялся настоятелем, протоиереем храма. В состав комитета входил староста церкви и прихожане, члены общества. Комитеты действовали в пределах территории церковного прихода, причем в размерах средств прихода. Комитеты должны были устраивать ясли и приюты для постоянного или дневного пребывания законнорожденных детей. К нуждающимся в призрении детям относились те, у которых были бедные и порочные родители, и дети, не имеющие матерей и родственников. Разрешалось объединение средств соседних приходских комитетов по устройству совместных детских учреждений».

Елизаветинское общество представляло собой разветвленную структуру, осуществлявшую широкомасштабную благотворительную деятельность. Руководил обществом Совет, в состав которого входили 10 членов: Московский городской глава, врач, управляющий, директор Воспитательного дома, старшина купеческого сословия, секретарь Великой княгини. Сама «Великая княгиня Елизавета Федоровна как попечительница общества имела конкретные права и обязанности. Кроме общего руководства Советом общества и его комитетов, только с ее разрешения осуществлялось открытие каждого детского учреждения, назначались члены Совета, при этом окончательное утверждение председателя Совета осуществляла Императрица Мария Федоровна. Дипломы почетным членам общества выдавала и лично подписывала Великая княгиня Елизавета Федоровна…»

«Управление Елизаветинским благотворительным обществом с начала 1892 г. и в последующем периоде происходило путем проведения совещаний. Первое заседание Совета состоялось 6 февраля 1892 г., и на нем членами Совета было предложено Б.А. Нейдгарту принять звание первого почетного члена общества. Первое торжественное заседание Елизаветинского общества под председательством Августейшей попечительницы состоялось 18 апреля 1892 г. Это заседание проходило в генерал-губернаторском