Блаженны милостивые. Благотворительная деятельность Великой княгини Елизаветы Федоровны

самоотверженно и бескорыстно, что именно должны сделаться вместилищем Любви Христовой, милосердия. Христос сказал: Кто имеет заповеди Мои и соблюдает их, тот любит Меня; а кто любит Меня, тот возлюблен будет Отцем Моим; и Я возлюблю его и явлюсь ему Сам. Кто любит Меня, тот соблюдет слово Мое; и Отец Мой возлюбит его, и Мы придем к нему и обитель у него сотворим (Ин. 14, 21, 23). Название «МарфоМариинская обитель» является соответствующим евангельскому сказанию о двух сестрах: Марфе и Марии, в которых выразились понятия о христианской любви и милосердии. Стремясь прийти на помощь нуждающимся в ней, учредительница обители милосердия, по мере своих слабых человеческих сил, стремится к осуществлению этих христианских идеалов и объединяет в устраиваемой ею обители милосердия ряд соответствующих учреждений, в которых сестры обители милосердия будут посильно работать». Цель устраиваемой обители Елизавета Федоровна определила такими словами: «помощь ближнему во всех ее видах, но помощь не только материальная, но и нравственно-духовная в чисто христианском православном смысле, и ближайшей целью обители милосердия является стремление удовлетворить обращающихся к ней в одинаковой степени как по запросам духовного мира человека, так и помощи бедному больному, голодному и обездоленному ближнему».

За всю историю существования человечества людям приходилось лечить больных и заботиться о близких. Еще в Древней Греции и Риме был широко распространен институт акушерок. Во время войн раненых воинов располагали в богатых домах и за ними ухаживали женщины. Чувство жалости и сострадания к ближнему вообще присуще человеку. Но яркая милосердная деятельность появилась вместе с христианством и расцвела в период гонений.

Первые упоминания о женском диаконате на Востоке можно найти в «Западной Церкви», каноническом сборнике, составленном в III веке н.э. в Сирии или Северо-Восточной Палестине. Появился этот вид служения для посредничества между мужским клиром и женской частью общин: диаконисы для соблюдения благопристойности помогали при крещении женщин — после помазания елеем лба крещаемой остальные части тела помазывала диакониса. Также они помогали вступающим в Церковь, обучали их основам веры. Но главными обязанностями диаконис была забота о бедных и больных. Во время гонений на христианство диаконисы служили мученикам и мученицам в темницах.

Уход за больными считался еще у первых христиан богоугодным делом, ему посвящали себя почти все члены общины, но в основном женщины. Потому как у постели больного женщины чаще, чем мужчины, проявляют выдержанность и

легче переносят беспокойные ночи и дни, полные тревог и забот о больном.

По постановлениям Халкидонского Собора, в диаконисы поставляли женщин не моложе сорока лет и то лишь после тщательного испытания. При некоторых Церквах число диаконис было весьма значительным: так, при Константинопольской Церкви, по постановлениям Юстиниана и Гераклия, положено быть 40 диаконисам.

Влитургической практике существовал особый чин поставления женщин через хиротесию. Однако он не давал права участвовать непосредственно в Таинствах. «В конце первого тысячелетия посвящение могло производиться у алтаря с возложением на женщину диаконского ораря двумя концами вперед. Не исключено, что существовали упрощенные чины поставления диаконис, без рукоположения, о чем может свидетельствовать и 19-е правило Никейского Собора (325 г.) о перекрещивании павликиан».

ВВосточной Церкви поставление диаконис прекращается в XII веке как следствие изменений литургической практики: постепенно перестают крестить взрослых женщин, не всегда строго соблюдается в храмах разделение на мужскую и женскую половины; «Постановления апостольские» — главный юридический источник служения диаконис — утрачивает свое значение; изменяется состав низшего клира: диаконисы сменяются вновь возникшим чином иподияконов. Кроме

того, в связи с борьбой Византии с богомильством, а возможно, и под влиянием Западной Церкви начинают опасаться еретического искажения этого женского служения.

«Исчезновение женского диаконата объясняется частично изменением церковной практики, так как Трулльский Собор признал “Постановления апостольские” — основной сборник, регламентировавший деятельность диаконис, — затронутыми ересью». «Кроме того, главная функция диаконис — помощь при крещении — постепенно утратила свой смысл с распространением практики крещения младенцев. Как кажется, главную роль в упразднении этого чина сыграло распространение женского монашества. Диаконисы хранили целомудрие и избирались из дев или однобрачных вдов не моложе 40 лет, фактически являлись монахинями или ставились в один ряд с последними.

Впрочем, предположительно с VIII–IX вв. функции диаконис сильно изменились и могли непосредственно соприкасаться с некоей литургической практикой, аналогичной диаконской, поскольку женщине на шею возлагался орарь и в алтаре она брала в руки Чашу. Это могло вызвать со стороны Церкви опасения в возникновении ереси. А в ХII веке слово “диакониса” уже в полной мере превратилось в почетное звание.

Западная Церковь не знала женского диаконата в той развитой форме, в какой он существовал

на Востоке. На Западе диаконисам предписывалось строгое безбрачие, ими становились вдовы, возможно, и девы. Посвящение диаконис, очевидно, производилось через возложение рук. В раннесредневековую эпоху слово “диакониса” стало почетным званием настоятельницы женского монастыря, аббатисы. Отсутствие разработанности данного чина и раннее его запрещение, относящееся к V веку, можно объяснить опасением Западной Церкви того, что женщины превысят свои полномочия и будут претендовать на священнические функции. Для этого были основания, потому что, в частности, уже святой Ириней Лионский писал о некоем еретике Марке, последовательницы которого совершали Евхаристию».

Но документов об официальном злоупотреблении женщинами привилегиями диаконата нигде нет. «Диаконисы давали обет целомудрия, много молились Богу. Предание донесло до нас житие сподвижницы Иоанна Златоуста святой Олимпиады (конец IV — начало V века, память 25 июля (7 августа)). Олимпиада, женщина знатного происхождения, была поставлена в диаконисы после ранней смерти мужа. Святой Иоанн любил Олимпиаду за добродетели и не только духовно наставлял ее, но порой умерял ее излишний пыл. В 404 году, после изгнания Златоуста, в Константинопольском храме случился пожар, и Олимпиада была обвинена в поджоге. Кроме того, она не пожелала подчиниться новому архиепископу.

Изгнанная из Константинополя Олимпиада удалилась в Кизик. Диаконисе приходилось бороться с большим унынием, и святой Иоанн, утешая ее, отправил в Кизик 17 писем, дошедших до нас. Он напоминал о трудах, которые она переносила ранее: “С первого возраста до настоящего дня ты непрестанно питала алчущего Христа, напояла жаждущего, одевала нагого, гостеприимно принимала Его странником, посещала больного...”» «И Сам Христос, показывая, насколько важнее девства милостыня, скипетр которой ты сама крепко держишь и за которую давно стяжала себе венец, изгнал из того сонма половину дев, так как они вошли без этой добродетели, лучше же сказать, потому что не владели ею в достаточной степени, — потому что масло у них было, но не в достаточной мере, — а тех, которые вошли без девства, но облечены были добродетелью милостыни, принял с великой честью, называя их и благословенными Отца и призывая к Себе, даруя им участие в Царстве Своем и провозглашая (об их добродетели) перед всей вселенной (см. Мф. 15), в присутствии ангелов и всей твари не отказывался назвать их питавшими Его и оказавшими гостеприимство».

В греческих рукописях сохранился чин поставления в диаконисы в IX веке, но уже в XII говорится о его упразднении. «В Церкви многое меняется не формально, а является следствием развития живого церковного организма. Уже к

XI–XII вв. в связи с массовыми крещениями младенцев перестали крестить взрослых (во всяком случае, это было редкостью). Перестало соблюдаться и разделение на женскую и мужскую половины храма, отпала практика присутствия третьего человека при исповеди. Теперь помогать могли просто благочестивые прихожанки или монахини».

Тем не менее само дело женского служения милосердию не только не исчезло, но, наоборот, развилось и расцвело.

На Западе (Нидерланды, Германия и др.) в XI веке появились так называемые общины женщин и девиц для служения делу милосердия и ухода за больными. В летописях этих стран упоминается о многих женщинах, принадлежащих даже к княжескому роду, которые посвящали свою жизнь уходу за прокаженными в первых общественных больницах. Так, Великая княгиня Елизавета Федоровна была крещена в честь католической святой, жившей в XIII веке, графини Елизаветы Тюрингенской, и, уже приняв Православие с именем святой праведной Елисаветы, матери святого Иоанна Крестителя, Елизавета Федоровна продолжала невольно подражать графине, настолько сильно в ней было сострадание к страждущим. Елизавета Тюрингенская отличалась глубокой религиозностью и любовью к людям. Она всю свою жизнь посвятила служению делу милосердия. В возрасте 20 лет графиня на свои средства

построила госпиталь, организовала приют для подкидышей и сирот, в которых сама много работала. В 1235 г. Елизавета была причислена к лику святых, и в ее честь была основана католическая община елизаветинок. В мирное время сестры общины ухаживали только за больными женщинами, а в военное время — и за мужчинами, нуждающимися в медицинской помощи. Много сделала община и для прокаженных.

В Средние века в католических странах создавались различные светские и духовные рыцарские ордена, члены которых считали основной своей целью уход за больными. Например, основной функцией ордена Святого Лазаря (отсюда — лазарет) в Иерусалиме был уход за прокаженными. Ордена тамплиеров во Франции и немецких рыцарей покровительствовали паломникам и заботились о больных и неимущих. Членами ордена могли стать и женщины.

Орден Святого Иоанна, основанный в Иерусалиме, опекал больных. Первой его настоятельницей в 1099 г. стала римлянка Агнесса. Сестры давали обет проводить все свое время в уходе за больными, в посте и молитве и трудиться на благо ордена. Деятельность женщин этого ордена распространилась и на Италию, Испанию, Францию, Англию, где ими были созданы монастыри. Особенно известными иоаннитки стали в Париже. В 1348 г., во время большой эпидемии чумы, члены общины показали пример самопожертвования.

Современники этих событий описывали такую картину: «Всеми оставленный больной лежал один со своими муками. Родные боялись приблизиться к нему, врач страшился вступать в его жилище, и даже священник лишь со страхом причащал его. Со стонами, разрывавшими сердце, призывали дети родителей, отцы и матери — сыновей и дочерей. Но тщетно! Даже и до трупов родные прикасались лишь потому, что никто не соглашался исполнять последние желания за деньги... ничто не могло собрать родных и знакомых на обряд погребения. Трупы самых знатных и заслуженных лиц относились в могилы самыми бедными людьми, потому что невыразимый страх отталкивал от гроба их друзей и товарищей». Тем весомее выглядят многочисленные примеры самопожертвования сестер орденов при оказании помощи больным. Только в Париже за время эпидемии умерли более 500 сестер этих орденов, но эту опасную работу продолжали делать другие сестры.

Много сделали по уходу за больными и сестры ордена, так называемые госпитальерки. В ведении этих сестер находились крупные госпитали — святого Людовика в Париже, а также в других городах Франции. Только один Отель-Дье (дом Божий) в столице вмещал 6000 пациентов. Сюда принимались люди с любыми заболеваниями, даже заразными.

В XVII веке во Франции священник Винсент де Поль основал Католическое общество дочерей

милосердия, служанок бедных. Еще в 1668 г. оно приобрело церковно-юридический статус католической конгрегации, устав и правила которой почти не отличались от монашеских орденов. Впоследствии российские общины заимствовали у католиков название «сестры милосердия», по-французски «soeurs», «filles de charite», «de la misericorde». Это словосочетание, привычное для россиян уже в конце XIX века, поначалу звучало несколько не по-русски, и недаром народ переиначивал его в «милосердных сестер». Подобное словосочетание немного резало «православный слух», как типичное название католических орденов и конгрегаций: «Дочери Страстей Христовых», «Сыновья Непорочного Сердца Девы Марии», «Сестры Святого Семейства» и т.п.

В «Правилах дочерей милосердия, служащих бедным больным» записано: «Принципиальная цель, для которой Бог призвал и устроил дочерей милосердия, — почтить Господа нашего Иисуса Христа как источник и образец всякого милосердия, служа телесно и духовно Ему в лице бедных, будь то больные, дети, заключенные или другие… Поэтому, если они хотят соответствовать столь святому призванию и подражать столь совершенному Образцу, они должны стараться жить свято и трудиться с большой заботой, чтобы снискать совершенство, соединяя упражнения духовной жизни с внешними обязанностями христианского милосердия по отношению к бедным».