Трансформация партийной системы современной Турции от крайнего плюрализма к доминирующей партии. Монография

Глава 1. ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИССЛЕДОВАНИЯ ПАРТИЙНЫХ СИСТЕМ

партии благодаря своей «всеохватности» структурируют множество проблемных вопросов, делая их понятными для избирателя.

Электоральная функция связана с участием партий в выборах. Американский исследователь Л. Эпстейн обозначил эту функцию как структурирование голоса. «Без партий процесс голосования представлял бы собой хаотичный выбор между соперничающими за депутатское кресло кандидатами»1. По замечанию отечественного специалиста К. Г. Холодковского, значение партий для функционирования представительной демократии заключается в том, что «партии расставляют на политическом поле те вешки, которые помогают ориентироваться избирателям; тем самым они регулируют и структурируют электоральный процесс и деятельность представительных органов»2.

Политико-субъектная функция партий заключается в отправлении власти. Степень участия партий в управлении государством зависит от особенностей политической системы, политического режима и уровня политической состязательности. Несмотря на то что исполнительная власть в любой системе достаточно автономна от законодательной, наиболее значимые политические решения, планируемые для реализации исполнительной властью, требуют поддержки парламентских партий. А в условиях парламентской республики значимость функции по реализации государственной политики для партий значительно повышается.

Далее следует обратиться к проблеме типологизации партий, которая занимала исследователей с самого начала систематического изучения партий. Типология одного из основоположников теории партий французского ученого М. Дюверже стала отправной точкой для дальнейших попыток типологизировать партии. Исследователь на основе организационного критерия выделил два типа партий – массовые и кадровые3.

1Epstein L. D. Political Parties in Western Democracies. N.Y.: Frederick A. Praeger, 1967. P. 77.

2Холодковский К. Г. Партии: кризис или закат? // Политические институты на рубеже тысячелетий. XX–XXI в.: сб. ст. / отв. ред. К. Г. Холодковский. Дубна: Феникс, 2001. С. 70.

3Дюверже М. Политические партии… С. 18.

ТРАНСФОРМАЦИЯ ПАРТИЙНОЙ СИСТЕМЫ СОВРЕМЕННОЙ ТУРЦИИ: ОТ КРАЙНЕГО ПЛЮРАЛИЗМА К ДОМИНИРУЮЩЕЙ ПАРТИИ

Спустя десять лет О. Киршхаймер, анализируя трансформационные изменения партий в западноевропейских странах после Второй мировой войны, к двум вышеуказанным типам партий добавил третий тип – «всеохватные партии» (catch-all-party). По мнению исследователя, в результате снижения роли идеологии и классового разделения в политике партии были вынуждены отказаться от привязки к одной социальной группе и начать апеллировать к самым разным социальным группам ради электорального успеха. При этом на фоне снижения роли рядовых членов повысилась роль партийных лидеров, усилилось влияние групп интересов на партийную стратегию1.

Дальнейшее развитие политических партий, их укоренение в политической системе государства, в том числе институционализация практики государственного финансирования партий, привели к тому, что американские специалисты Р. Кац и П. Мэир назвали «картелизацией партий». По мнению ученых, в результате политических, социальных и культурных изменений партии превратились в «полугосударственных агентов». Отныне они входят друг с другом в картельный сговор, цель которого распределение мандатов в парламенте2. Отсюда к трем вышеназванным типам партий исследователи добавили четвертый тип – «картельные партии».

В современных политиях представлены самые разные типы партий – от элитных или кадровых партий до этнических и конфессиональных. Преобладание того или иного типа партий в конкретной политии определяется множеством факторов, в том числе развитием политической культуры, политической конкуренции и форматом взаимодействия партий и избирателей.

Множественность современных типов партий более всего отражена в типологии американских исследователей Р. Гюнтера

1Kirchheimer O. The Transformation of the Western European Party Systems // Political Parties and Political Development / Lapalombara J., Weiner M. Princeton: Princeton University Press, 1966. P. 52–60.

2Кац Р., Мэир П. Изменяющиеся модели партийной организации и партийной демократии: возникновение картельных партий // Партии и выборы: хрестоматия / ред. и сост. Н. В. Анохина, Е. Ю. Мелешкина. Ч. 1. М.: ИНИОН, 2004. С. 7–13.

ТРАНСФОРМАЦИЯ ПАРТИЙНОЙ СИСТЕМЫ СОВРЕМЕННОЙ ТУРЦИИ: ОТ КРАЙНЕГО ПЛЮРАЛИЗМА К ДОМИНИРУЮЩЕЙ ПАРТИИ

Политические партии, вступая друг с другом в конкурентные или кооперативные взаимоотношения, образуют относительно стабильную систему взаимодействий, которую в политической науке принято обозначать понятием «партийная система».

Определение понятия «партийная система» хоть и не породило дискуссий, аналогичных тем, что развернулись вокруг определения понятия «политическая партия», однако имеет важное методологическое значение: то, как определяется объект исследования, во многом обусловливает выбор тех или иных исследовательских опций. Принято говорить о двух основных подходах к определению понятия «партийная система». Американские исследователи Л. Барди и П. Мэир обозначают данную концептуальную дихотомию как «множество партий» – «система партий» (set of parties vs. system of parties)1.

Первый подход, в основе которого лежит концепция «множества партий», определяет партийную систему как некий набор противостоящих друг другу партий. Описание партийной системы в подобных категориях сводится к подсчету количества партий и перечислению свойств отдельных партий; при этом моделям взаимодействия партий друг с другом придается второстепенное значение. В частности, этот подход был характерен для М. Дюверже. «Сравнение различных партий позволяет наметить новые элементы анализа, не существующие в каждой отдельно взятой партийной общности: число партий, соответствующие количественные параметры, союзы, географическая локализация, распределение в политическом спектре и т. д. Система партий характеризуется известным соотношением всех этих моментов»2.

Второй подход, в основе которого лежит концепция «системы партий», определяет партийную систему не в количественных категориях, а в качественных: партийная система есть нечто большее, чем простое множество партий.

Подобная интерпретация восходит прежде всего к имени итальянского исследователя Дж. Сартори. «Категория системы

1Bardi L., Mair P. The Parameters of Party Systems // Party Politics. 2008. Vol. 14. No. 2. P. 152.

2Дюверже М. Политические партии… С. 263.

Глава 1. ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИССЛЕДОВАНИЯ ПАРТИЙНЫХ СИСТЕМ

бессмысленна в научном плане, если она как целостность не обладает уникальными характеристиками, которые отсутствуют у составляющих ее элементов в отдельности, т. е. на индивидуальном уровне вне этой системы. Система – это результат определенного взаимодействия ее частей, такого взаимодействия, которое определяет границы системы или, по крайней мере, ее ограниченность <…>. Партийная система – это система взаимодействий, формирующаяся в результате межпартийной конкуренции»1.

Схожее определение дает американский исследователь Д. Рае. «Понятие „партийная система” означает совокупность конкурентных отношений между политическими партиями. Партийная система – это не есть в буквальном смысле некое число партий – людей, учреждений, направлений деятельности. Партийная система – это конкуренция между партиями в рамках единого политического режима, и именно эта система конкуренции придает политическим партиям их уникальное значение»2.

Таким образом, опираясь на «широкий подход», партийную систему можно определить как стабильную систему взаимодействий, формирующуюся в результате межпартийной конкуренции за обладание властью. При этом исследователи выделяют три основные арены или уровня межпартийной конкуренции: электоральный, парламентский и правительственный3.

В политической науке предложены различные варианты классификации партийных систем. М. Дюверже на основе количественного критерия разработал тройную классификацию партийных систем. Он выделил однопартийные, двухпартийные и многопартийные системы. При этом, понимая ограниченность такой классификации, французский ученый в каждом классе выделил различные подклассы. Среди однопартийных систем он выделял тоталитарные, к которым относил коммунистические и фашистские режимы, и нетоталитарные, ярким примером кото-

1Sartori G. Parties and Party Systems: a Framework for Analysis. Cambridge: Cambridge University Press, 1976. P. 39.

2Rae D.W. Political Consequences of electoral laws. New Haven: Yale University Press, 1971. P. 47.

3Lane J.-E., Pennings P. Comparing Party System Change. N.Y.: Routledge, 1998.

P. 3.

ТРАНСФОРМАЦИЯ ПАРТИЙНОЙ СИСТЕМЫ СОВРЕМЕННОЙ ТУРЦИИ: ОТ КРАЙНЕГО ПЛЮРАЛИЗМА К ДОМИНИРУЮЩЕЙ ПАРТИИ

рых являлась Турция с 1923 по 1950 гг. Среди многопартийных систем М. Дюверже выделял трёхпартийные, четырёхпартийные и полипартийные, а бипартизм различал американский и английский, а также буржуазный, консервативно-лейбористский и кон- сервативно-социалистический1.

Альтернативную классификацию создал другой французский ученый Ж. Блондель, который предложил учитывать не простое число партий, но их относительный размер, который выражается в полученных ими голосах на выборах. Ж. Блондель разделил все партийные системы на три группы: традиционные однопартийные, мобилизационные однопартийные и системы с более чем одной партией. При этом ученый сосредоточился на системах с более чем одной партией, среди которых выделил четыре типа: 1) двухпартийные системы; 2) двух с половиной партийные; 3) многопартийные с доминирующей партией; 4) многопартийные без доминирующей партии2.

Наиболее удачную попытку нумерологической классификации партийных систем предпринял Дж. Сартори. Признавая значимость количественного критерия, он отмечает, что простого подсчета числа всех партий, действующих в рамках одной политии, недостаточно для целей классификации. По мнению Дж. Сартори, в процессе классификации необходимо учитывать только релевантные партии, то есть те, которые обладают значимым политическим весом, выражающимся в их коалиционном или шантажном потенциале. Кроме того, при разграничении разных форм многопартийности необходимо учитывать еще и уровень идеологической поляризации. На основе подобных дополнений к принципам нумерологической классификации Дж. Сартори выделяет семь классов партийных систем: однопартийные, гегемонистские, с доминирующей партией, двухпартийные, системы ограниченного плюрализм, системы крайнего плюрализма, атомизированные3.

1Дюверже М. Политические партии… С. 263–346.

2Blondel J. Party Systems and Patterns of Government in Western Democracies // Canadian Journal of Political Science. 1968. Vol. 1. No. 2. P. 180–203.

3Сартори Дж. Партии и партийные системы: рамки анализа // Партии и выборы: хрестоматия / ред. и сост. Н. В. Анохина, Е. Ю. Мелешкина. Ч. 1. М.: ИНИОН, 2004. С. 15–22.

ТРАНСФОРМАЦИЯ ПАРТИЙНОЙ СИСТЕМЫ СОВРЕМЕННОЙ ТУРЦИИ: ОТ КРАЙНЕГО ПЛЮРАЛИЗМА К ДОМИНИРУЮЩЕЙ ПАРТИИ

рализм, а шести-восьми – как крайний. Последний выделяемый Дж. Сартори класс партийных систем – это атомизированные системы. Они представляют собой остаточный класс: «порог, за которым точное количество партий – будь их 10, 20 или 30 – уже не несет определяющего значения». Это те системы, которые не вошли в стадию структурной консолидации1.

Далее следует обратиться к проблеме формирования партийной системы: какие факторы определяют данный процесс? М. Дюверже писал, что «системы партий – это результат взаимодействия многочисленных и комплексных факторов; иные из них специфически присущи отдельной стране, другие носят общий характер»2. В современной политической науке принято выделять три основных подхода к тому, какие из этих факторов считать определяющими в процессе формирования партийной системы.

Первый подход, который обозначают как институциональный, в качестве такого фактора называет специфику институционального дизайна. Чаще всего речь идет о влиянии избирательной системы и политического режима. Исследования в рамках данного подхода фокусируются на выявлении взаимосвязей между партийной и избирательной системами, проблемах формирования избирательной системы в конкретных государствах, влиянии политического режима на динамику партийной системы.

Основоположник данного подхода М. Дюверже полагал, что влияние избирательной системы «на количество, численность, союзы, представительство партий является решающим». «Система партий и избирательный режим – две реальности, неразрывно связанные друг с другом. Подчас их трудно разделить даже с целью анализа: большая или меньшая адекватность политического представительства, например, зависит от избирательной системы и системы партий, рассматриваемых в качестве элементов одного и того же комплекса, и нередко эти элементы невозможно изолировать друг от друга»3.

1Сартори Дж. Партии и партийные системы: рамки анализа… С. 15–22.

2Дюверже М. Политические партии… С. 263.

3Там же. С. 264–265.

Глава 1. ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИССЛЕДОВАНИЯ ПАРТИЙНЫХ СИСТЕМ

В литературе принято выделять четыре основных измерения избирательной системы: электоральная формула, величина округа, структура избирательного бюллетеня, заградительный барьер1. А. Лейпхарт доказал, что из этих четырех измерений избирательной системы наиболее сильное влияние на партийную систему оказывают электоральная формула и величина округа2.

Электоральная формула, по сути, есть способ определения победителя на выборах. Выделяют три основных типа электоральных формул: плюральная, мажоритарная и пропорциональная.

При плюральной системе победителем становится тот, кто получил простое большинство голосов. При мажоритарной системе победителем становится та партия (или кандидат), которая набрала абсолютное большинство голосов (50 % + 1). При этом, в случае если первый тур не выявил победителя, устраивается второй тур. Пропорциональная система характеризуется тем, что распределение властных позиций (мандатов) осуществляется в соответствии с долями голосов, полученными кандидатами.

Первые две электоральные формулы возможны только в одномандатных округах, их основной недостаток в том, что они приводят к «сверхпредставленности» победившей партии, т. е.

квысокой диспропорциональности результатов распределения мандатов: по сути, диспропорциональность равна 100 %, т. к. победитель получает все. При пропорциональной системе, которая сочетается с многомандатными округами, данный показатель существенно ниже. Если эффективное число парламентских партий ниже, чем эффективное число электоральных партий, это означает, что избирательная система диспропорциональна и благоприятствует большим партиям в ущерб малым.

Взаимосвязь между электоральной формулой и типом партийной системы выразил М. Дюверже в трех следующих формулах: «1) режим пропорционального представительства ведет

кмногопартийной системе с жесткими, независимыми и ста- бильными партиями (за исключением случаев всякого рода крат-

1Таагепера Р., Шугарт М. Описание избирательных систем // Полис. 1997. № 3. С. 124.

2Lijphart A. The Political Consequences of Electoral Laws, 1945–1985 // The American Political Science Review. 1990. Vol. 84 (2). P. 484–492.