Социальная психология вовлечения личности в криминальную деятельность

Глава 2. Криминальное поведение в аномичном обществе

Рядом авторов отмечаются кризис моральных взаимоотношений в современной России, криминализация социальных отношений, которая происходит на фоне моральной деградации и падения нравов современного российского общества. По мнению М. И. Воловиковой, «Россия на долгие годы оказалась “естественной лабораторией”, где нравственность и правовое сознание граждан проходили суровые испытания» [Воловикова, 2004]. Она отмечает, что количество истинно законопослушных граждан в нашей стране не превышает 10–15% [Воловикова, 2004].

Встране в последние десятилетия фиксируются убыточное неравенство и высокая относительная бедность населения [Шевякова, 2008].

Висследовании Б. Н. Кузык показано, что в истории Российского государства каждому политическому и экономическому подъему и спаду всегда предшествовал спад или подъем его духовной жизни и нравственности [Экономика и общественная среда. . . , 2008].

Одна из важнейших стратегических задач, стоящих перед современным российским обществом, – борьба с преступностью. В настоящее время на фоне высоких показателей уровня преступности широкое распространение получают многообразные криминальные практики, активно внедряющиеся в структуру законопослушного общества. При этом последние имеют тенденцию становиться привычными, институализироваться.

Исследователи указывают на возникновение в России в постсоветский период таких социально-психологических феноменов, как социальная депрессия, апатия и агрессия [Гринберг, 2007].

Внастоящее время наблюдаются неудовлетворенность жизнью значительной части населения, переживание утраты социальных перспектив, пессимизм; в общественных настроениях доминируют зависть, раздражение и злоба по отношению к «богатым» [Социальная психология, 2009. С. 228].

Вроссийском и западном обществе в течение последних десяти лет наблюдается глубокий моральный кризис [Богомолов, 2008].

Ряды преступников пополнили люди, не сумевшие приспособиться к новым реалиям окружающей жизни, потерявшие способность управлять быстро меняющимися событиями.

Состояние современного российского общества определяют как аномию, признаками которой являются апатия и безразличие социума [Тощенко, 2013].

Особую обеспокоенность общества вызывают коррупция и ее рост [Ильин, 2013; Двадцать лет реформ. . . , 2011].

41

Социальная психология вовлечения личности в криминальную деятельность

Ослабление моральных устоев нашего общества россияне считают важнейшей потерей, явившейся следствием реформации 90-х годов XX века [Двадцать лет реформ. . . , 2011].

Для современной молодежи характерно умение «обходить» общественные нормы [Кирилина, 2013. С.23].

Моральный вектор является доминантой, направляющей развитие российского общества последних двух десятков лет. При этом уровень разложения морали общества рассматривается как достигший критических пределов [Кирилина, 2013. С.23].

Уровень социального благополучия россиян в пореформенный период определяется как низкий [Возьмитель, 2013].

В трансформирующемся обществе в результате быстрых и интенсивных изменений нормативные системы теряют стабильность, разрушаются, утрачивая свою регулятивную функцию. Э. Дюркгейм считал, что мораль и право выполняют в обществе важнейшие социальные функции, регулирующие поведение его членов [Дюркгейм, 1994]. Криминальное поведение личности связано с нарушением законов или, другими словами, правовых социальных норм. Законы являются социальными предписаниями, созданными государством [Социальные отклонения, 1989].

Т. Парсонс [Парсонс, 1998] отмечал следующие характеристики социальных норм:

1)за ними обязательно стоят санкции (награда или наказание);

2)они содержат в себе возможность отклонения (нарушения);

3)субъективная сторона нормы проявляется в решении личности следовать ей и ожидать аналогичных проявлений от других.

Исследователи указывают на особый характер современной организованной преступности в России – органическое встраивание в социальную и экономическую «ткань» общества, тесное переплетение законного и незаконного в их деятельности [Безгластный, 2010].

В последние годы произошел приток в организованную преступность лиц, имеющих высокий уровень образования и специальные навыки (военнослужащие, прошедшие службу в горячих точках, спортсмены, студенты), отличающихся решительностью, волевыми характеристиками, твердостью, жестокостью, безжалостностью. Это люди, имеющие двойные стандарты – внешние для общества и внутренние для себя [Безгластный, 2010].

Руководителей организованных преступных групп отличают такие специфические характеристики, как представление о собственной вседозволенности, занятость в легальных сферах деятельности, высокий

42

Глава 2. Криминальное поведение в аномичном обществе

уровень образования, отсутствие судимостей, хорошие профессиональные познания и управленческий опыт в занимаемой сфере деятельности, наличие доступа к материальным ценностям. У них отмечается специализированный криминальный профессионализм. Цель их деятельности – получение сверхприбыли с помощью систематической криминальной активности [Безгластный, 2010]. Они отличаются от руководителей общеуголовных преступных групп, для которых характерны наличие судимостей и невысокий образовательный уровень [Безгластный, 2010].

Изучены социально-психологические факторы формирования криминального поведения несовершеннолетних в условиях изменяющейся социальной реальности [Кожина, 2001]. Была выявлена связь факта пребывания отцов в местах лишения свободы с поведенческими проблемами и девиантным поведением их детей, которые в два раза чаще вступают в конфликт с законом, чем дети законопослушных отцов [Johnson, 2007].

Изучены факторы риска и механизмы влияния социальных характеристик на индивидуальные стратегии преступного поведения [Wikstrom,¨ Sampson, 2006].

Проведено исследование преступных групп. Под преступной группой (бандой) европейские исследователи понимают любую устойчивую уличную молодежную группу, для членов которой участие в незаконной деятельности является частью их групповой идентичности [Eurogang program manual. . . , 2009]. Однако исследование преступных групп ведется по преимуществу в криминологическом и социологическом аспектах [Gangs and delinquency. . . , 2003].

Тем не менее в современных исследованиях недостаточное внимание уделяется социально-психологическим процессам вовлечения (присоединения) личности в преступную группу.

Изучение преступных групп наиболее полно представлено в исследованиях американских ученых [Klein, 2006]. В Великобритании исследование преступных групп представлено в работах S. Hallsworth и T. Young [Hallsworth, Young, 2004]. Следует подчеркнуть, что выявлено значительное сходство криминологических характеристик в европейских и американских бандах [Klein, Weerman, Thornberry, 2006].

Одной из реакций на социальные перемены является изменение характера взаимодействия человека и права. С одной стороны, трансформирующаяся социальная реальность предоставляет новые возможности для криминальной самореализации личности, с другой – психологическое осмысление и успешная социальная адаптация человека к современным условиям отстают от ускоряющихся социальных процессов.

43

Социальная психология вовлечения личности в криминальную деятельность

Криминальное поведение может являться одной из реакций человека на условия социальной нестабильности. Один из способов социальнопсихологического реагирования человека на социальные изменения – выбор в пользу криминальной деятельности, вовлечение в преступность.

Радикальная криминология [Taylor, Walton, Young, 2013] основывается полностью на марксистской трактовке причин преступной деятельности. С точки зрения представителей радикальной криминологии, экономически незащищенные лица, страдающие от несправедливости, вовлекаются в совершение противоправных действий по причине социального расслоения, общественного неравенства и извращения действия закона. Р. Квинни (Quinney, 1975) считает, что человек приобщается к преступной активности посредством усвоения паттернов криминального поведения. Однако сами по себе они обусловлены социальным расслоением общества и капиталистической системой в целом.

В современном аномичном российском обществе это является ответом социально неблагополучных (малообеспеченных) граждан на сложную ситуацию в обществе. Дисбаланс между затраченными усилиями, заработной платой и финансово-экономической ситуацией может служить катализатором среди так называемой группы риска. Рост социальной напряженности в аномичном российском обществе вызывается усилением борьбы за доступ к ограниченным ресурсам и, в свою очередь, приводит к эскалации преступности и криминализации общества [Ростокинский, 2008].

Условием криминальной деятельности являются объективные, субъективные, внешние и внутренние факторы. Такое разделение позволяет в каждом конкретном случае определить характер воздействия на поведение индивида извне и влияние интернальных, личностных особенностей субъекта на его действия. Наиболее

о криминальном деянии как результате комплексного взаимодействия личности и среды при определяющем влиянии последней; выделение среди конгломерата факторов, влияющих на преступность, явлений и процессов, относящихся к разным уровням социальной жизни; необходимость учета взаимодействия объективных и субъективных составляющих [Бурлаков, Горшенков, Максина, Шестаков, 2000].

По мнению А. И. Долговой, на рост преступности оказывают влияние такие переменные, как глобальная переоценка традиционных ценностей и этических принципов, принятие массовым сознанием влас-

44

Глава 2. Криминальное поведение в аномичном обществе

ти материального фактора, снижение ценности человеческой жизни. На развитие подобного отношения к базовым ценностям общества оказало влияние множество факторов – от ликвидации прежнего идеологического базиса, постулирующего значимость коллективистских начал общественного уклада, до военных конфликтов, межэтнических столкновений. Кроме того, субъекты, участвовавшие в локальных военных конфликтах, научившиеся профессионально устранять других и вернувшихся к мирной жизни, привнесли свой опыт поведения в условиях войны в сферу гражданских отношений. Многие молодые люди, не нашедшие своего места в радикально изменившейся жизни, присоединились к криминальным структурам и организованным преступным формированиям.

Ряд авторов, оценивая современную ситуацию в российском обществе, рассматривают ее как аномичную [Мещерякова, 2014]. Таковой она была и в пореформенный период [Заславская, 2002; Кривошеев, 2004; Рывкина, 1997]. Специфика состояния аномии российского общества состоит в его выраженной криминальной насыщенности. В современной ситуации аномия выступает в российских условиях фактически в форме криминализации всего социума, поскольку любое нарушение моральной и правовой регуляции вызывает нарастание числа преступных поведенческих актов. Еще Э. Дюркгейм тесно увязывал аномичное состояние общества с ростом в нем преступности [Дюркгейм, 1994]. По мнению Н. Н. Кривошеева, криминализация общества – это такая форма аномии, когда стирается сама возможность различения социально позитивного и социально негативного поведения. Поскольку ситуация в социуме оказывает непосредственное влияние на каждого его члена, мы можем говорить о ее криминальном влиянии на личность. Данный процесс, по мнению Н. Н. Кривошеева, протекает на двух уровнях – поведенческом и духовном. На поведенческом уровне это проявляется в ускоренной подготовке криминального мира, активном вовлечении в противозаконные действия молодежи, подростков, разрушении позитивных социализирующих возможностей общества. В духовной сфере это выражается в принятии криминальных ценностей, криминализации большинства сфер человеческого общения, возрастании уровня правового нигилизма [Кривошеев, 2004].

Условия не порождают криминальное поведение, но оказывают влияние на его порождение и формирование. Условия связаны с состоянием окружающей среды и включают совокупность разнообразных внешних (объективных) факторов: социальной микросреды, традиций общества, кризисных явлений в социуме, значимости нравственных

45

Социальная психология вовлечения личности в криминальную деятельность

ценностей, отношения людей к преступности, правового нигилизма и латентности преступлений, уровня безработицы, характеристик социального положения и достатка отдельных членов общества и др.

К числу внутренних (психологических) условий криминального поведения личности относят наличие антисоциальных и асоциальных установок, дефекты правосознания, особенности криминальной мотивации, характеристики личности преступника [Антонян, Еникеев, Эминов, 1996; Лунеев, 1986; Ратинов, Ефремова, 1988; Сахаров, 1961], негативное эмоциональное состояние, наличие у потенциального преступника психических травм и др.

Как указывает Д. Кэмбелл, имея в наличии единичное наблюдение, не представляется возможным различать субъективный и объективный факторы. В обстоятельствах, когда данные, полученные посредством разнообразных инструментов и с разных наблюдательных пунктов, могут быть сопоставлены как репрезентирующие «одни и те же» объекты, появляется возможность выделить в этих данных компоненты, обязанные своим происхождением наблюдателю (инструменту) и наблюдаемому. Процесс такого «разведения» требует как множества наблюдателей (методов), так и множества разнообразных объектов исследования [Кэмпбелл, 2006].

Преступность представляет собой сложную и наиболее опасную форму отклоняющегося поведения, борьба с которой невозможна без учета всех особенностей данного феномена. Одним из наиболее перспективных, но в то же время наименее разработанных методов изучения личности преступника и феномена преступности в целом выступает моделирование.

Цель моделирования в нашем исследовании – получение новых знаний о современных преступниках, различающихся уровнем криминализации.

При всем разнообразии дефиниций личности преступника самым общим, хотя и менее конкретным, является подчеркивание факта нарушения индивидом норм уголовного законодательства. В то же время при всем разнообразии уголовно-правовых актов преступление представляет собой всегда нарушение того, что определено как должное, релевантное норме. Центральным компонентом конструирования любого варианта модели личности преступника является, следовательно, определение той нормы, нарушение которой составляет основу понятия преступления (здесь под нормой понимаются те требования, нарушение которых объявляется в законе преступлением) [Яковлев, 1987].

46

Глава 2. Криминальное поведение в аномичном обществе

Это центральная составляющая элемента модели личности преступника. Если конкретизирована норма, т. е. то, что правильно, может быть сформулирована и суть отклонения от нормы, дана его характеристика. Норма, однако, тесно связана с тем или иным конкретным вариантом представления о сути человека. Норма в данном смысле является тем, что представляется правильным, естественным, нормальным в человеке [Яковлев, 1987].

Модель личности преступника, как правило, представляет собой теоретическое описание его социально-психологических характеристик, рассматриваемых с точки зрения их значимости при определении причин преступного поведения.

Таким образом, создание моделей личности преступника и преступности в целом – один из самых перспективных методов изучения данных феноменов. В настоящий момент большинство созданных моделей личности преступника имеет исключительно теоретический характер, что затрудняет их практическое применение. Отсюда возникает необходимость разработки и создания моделей личности преступника и самого феномена преступности с опорой на эмпирический материал, что позволит существенно расширить возможности данных моделей в сфере изучения феномена преступности и их практического применения.

Построение модели личности современного преступника осуществлялось на популяции мужчин. Из данных статистики известно, что мужчины составляют около 90% всего количества преступников в нашей стране.

С целью построения модели личности современного преступника в рамках проведенного нами исследования была изучена популяция преступников, которую составили осужденные: 1) отбывающие наказание в учреждениях УИС по Саратовской области: в колонии строгого режима (ИК 4); 2) отбывающие наказание в колонии поселения и заключенные в следственный изолятор.

Методы исследования – тестирование, регрессионный и дисперсионный анализ.

Подгруппа преступников в количестве 878 человек, отбывающих наказание в колонии строгого режима, представляет собой популяцию рецидивистов и лиц, совершивших тяжкие и особо тяжкие преступления. Эта группа условно была названа нами «рецидивисты». Вторая подгруппа – преступники в количестве 614 человек, отбывающие наказание в колонии поселения и заключенные в следственный изолятор – представляет собой популяцию преступников, совершивших нетяжкие

47

Социальная психология вовлечения личности в криминальную деятельность

преступления, впервые, не представляющие большой общественной опасности (дорожно-транспортное преступление, хулиганство, кража). Эта группа условно названа была нами «нерецидивисты».

С целью изучения личностных особенностей преступников была использована методика MMPI (вариант СМИЛ) [Собчик, 2000]. Выбор данной методики определялся ее высокими диагностическими возможностями, широким спектром охвата параметров личности (13 базовых шкал, позволяющих проводить типологическую классификацию личности). Преступники, относящиеся к первой подгруппе, отличаются высоким уровнем криминализации личности, выраженными анти- и асоциальными тенденциями. Преступники, относящиеся ко второй подгруппе, имеют низкий уровень криминальной зараженности, невысокий уровень асоциальности. Таких преступников, как правило, определяют как «случайных». Цель исследования – с помощью методов статистического анализа (регрессионного, дисперсионного, «дерева» классификаций) сконструировать правило, позволяющее классифицировать «случайного» (асоциального) преступника («нерецидивиста») от преступника, совершившего тяжкое преступление («рецидивиста»). Указанный подход позволит, на наш взгляд, приблизиться к построению модели личности современного преступника.

Была построена линейная регрессионная модель, объясняющая уровень стресса (шкала SF – эмоциональная напряженность, стресс) некоторыми показателями шкал методики MMPI (вариант СМИЛ) от SL (шкала лжи) до S10 (шкала экстра-интроверсии), общая для двух групп (совокупная).

В качестве объясняющих переменных, выявленных с помощью корреляционного анализа и обобщения данных эмпирического исследования, были выбраны переменные S4 (шкала импульсивности) и S8 (шкала индивидуалистичности). Итоговая модель (уравнение регрессии) имеет вид

SF = 34;23 0;28S4 + 0;034S8 (все корреляции значимы).

Шкала SF, согласно руководству методики MMPI (вариант СМИЛ), интерпретируется как эмоциональная напряженность, стресс. Уровень этой шкалы тем выше, чем ниже показатели шкалы S4 (импульсивность). Шкала S4 рассматривается как потребность действовать по первому побуждению, возбудимость. Кроме того, уровень шкалы SF тем выше, чем выше показатели шкалы S8 (индивидуалистичность). Она трактуется как своеобразие, неконформность, отчужденность личности.

48

Глава 2. Криминальное поведение в аномичном обществе

Итоговая модель (уравнение регрессии) для подгруппы «рецидивистов» имеет вид

SF = 8;86 + 0;54S8:

Уровень переживаемого стресса (шкала SF) у представителей этой подгруппы зависит от интенсивности выраженности показателя индивидуалистичности (шкала S8).

Итоговая модель (уравнение регрессии) для подгруппы «нерецидивистов» имеет вид

SF = 22;31 0;55S7 + 1;31S8:

Уровень переживаемого стресса (шкала SF) у представителей этой подгруппы напрямую связан с интенсивностью выраженности показателя индивидуалистичности (шкала S8) и имеет отрицательную связь со шкалой тревожности (шкала S7). Другими словами, уровень переживаемого стресса у представителей этой подгруппы тем выше, чем ниже показатель шкалы тревожности и выше показатель шкалы индивидуалистичности.

С помощью дисперсионного анализа изучались параметры распределения признаков.

Методами дисперсионного анализа проверялась гипотеза о совпадении средней в двух выборках (подгруппах) – «рецидивистов» и «нерецидивистов». В качестве показателя использовалась S12=S22 – дисперсия, поясняющая внутреннюю разнородность групп. Разброс в обеих группах по третьей шкале оказался одинаковым. Иными словами, можно сказать, что по третьей шкале первая и вторая группы не отличаются друг от друга. По остальным шкалам существуют значимые различия. То есть из общей картины выпадает лишь шкала S3 (демонстративность, тенденция привлекать к себе внимание, эгоцентризм).

Таким образом, значимыми для построения модели личности преступника являются определенные характеристики, выявленные с помощью методики MMPI (вариант СМИЛ). Эти характеристики представлены следующими шкалами: уровень переживаемого личностью стресса (шкала SF), импульсивности (шкала S4), индивидуалистичности (шкала S8), тревожности (шкала S7), демонстративности (шкала S3).

Выявленное сходство между «рецидивистами» (лицами, совершившими тяжкие и особо тяжкие преступления) и «нерецидивистами» (лицами, совершившими нетяжкие преступления, впервые, не представляющими большой общественной опасности) по показателям шкалы демонстративности указывает на ее значимую роль в структуре личности

49