Основы психологии лекции. Учебное пособие

можно заменить иронией при описании очередного «Благодетеля Человечества», его окружения и порядков, что, кстати, любят проделывать американцы, когда рассказывают о событиях в России или о её недавней истории. Отмечу, что американцы не упускают случая посмеяться и над собой, что является несомненным признаком хорошего душевного здоровья нации.

Но вообще, если позволяет тема, предпочтительнее тёплое исполнение лекции с элементами юмора и не злой иронии, потому что:

•юмор придаёт речи лектора блеск и силу;

•как известно психофизиологам, умственная работа, сопровождаемая положительными эмоциями, не вызывает переутомления головного мозга;

•положительные эмоции, как установлено психофизиологией, способствуют мобилизации физических и интеллектуальных резервов организма;

•шутка снимает усталость у слушателей после трудных для понимания положений лекции;

•через каждые 15–20 минут колебания внимания студента приводят к непроизвольному отвлечению его от речи лектора [26].

Следовательно, необходимы отвлечения от темы. Вот здесь-то удачная шутка оказала бы большую помощь лектору. Однако юмором нужно пользоваться очень осторожно в силу особенностей мировосприятия россиян. Некоторые люди вообще не принимают никакого юмора. Отсутствие чувства юмора – несомненный признак либо интеллектуальной ограниченности человека, либо его психологической ущербности.

«Священник-доминиканец Рохус Шпикер пишет, что некоторые люди используют серьёзность как фальшивую бороду для маскировки…» [19, с. 87]. Древние римляне верно подметили: «Нужно смеяться, чтобы вершить серьёзные дела!»

Нормальный человек воспринимает шутку. Юмор – это, в частности, то, чем человек отличается от животного, ведь животные не умеют смеяться.

Юмор в лекции нужно обдумывать и планировать: шутка неудачная или шутка не к месту производит тягостное впечатление на студентов и раздражает многих из них. Шутки развязные или нескромные оскорбляют студентов и вызывают в них скрытую враждебность. Но это ещё не всё. Шутки должны вытекать из темы изложения, они должны быть жёстко или хотя бы относительно жёстко привязаны

ктексту: юмор ради самого юмора быстро надоедает слушателям и действует на них отталкивающе. Если иметь в виду исполнение

лекции, то хорошо заметил Д.И. Писарев: «Когда смех, игривость, юмор служат средством, тогда всё обстоит благополучно. Когда они делаются целью, тогда начинается умственное распутство» [29].

Когда речь идет о юморе в лекции (впрочем, это касается и всего остального, о чём написано в этой книге), надеяться на импровизацию нельзя: удачную импровизацию на лекции можно наблюдать гораздо реже, чем в других областях человеческой деятельности. Да и вообще я полагаю, что хорошая импровизация – это результат многолетней работы лектора над материалом и над собой.

На лекции не допустимы насмешки или издёвки: во-первых, такое говорение оскорбляет студентов, а во-вторых, материал, поданный тепло, лучше усваивается.

«Людвик Райнере описывает различие между остротой и юмором следующим образом: “Острота высмеивает, юмор смеётся. Острота умна, юмор полон любви. Острота сверкает, юмор излучает тепло. Острота разоблачает несовершенство мира, юмор помогает нам преодолевать его”» [19, с. 88].

Контрастность

Контрастность – это вид образной речи. Контраст – резкая противоположность. Контрастность придаёт речи лектора убедительность, блеск и силу, ещё более впечатляющие, чем юмор в лекции.

Приведу примеры контрастности речи.

Арабы: «Надо всё разрушить… чтобы опять жить по-старому!» Афганцы: «Живой шакал лучше… мёртвого тигра…» Боливийцы: «Всегда побеждает тот… кто ничего не хочет» Древние римляне: «Не неси дров… в лес».

Индусы: «Гепард, даже раненый…атакует только спереди!» Китайцы: «Отрубить собаке хвост… аж по самую шею!»

Марокканцы: «Если позволить верблюду зайти в шатёр, он войдёт… и станет там хозяином!»

Немцы: «Выплеснуть воду… вместе с ребёнком» Русские: «Бойся того… кто тебя боится!» «Хорошо смеётся тот… кто сме-

ётся последним!» Татары: «Дай Бог нашему телёнку… волка съесть!»

Эвенки: «Кто много ездит… тот мало видит…» Японцы: «Сильный… не вынимает меч из ножен!»

Афористичность

Афористичность – это вид образной речи.

В Интернете афоризм определяют так: афоризм – обобщённая, законченная и глубокая мысль определённого автора, выраженная в лаконичной, отточенной форме, отличающаяся меткой выразительностью и явной неожиданностью суждений. Приведу примеры афоризмов.

Аристотель: «Платон – мой друг, но истина дороже!» Вольтер: «Я не согласен ни с одним Вашим словом, которое Вы говорите,

но готов умереть за Ваше право говорить это». Гиппократ: «Устрани причину – уйдёт болезнь!»

Конфуций: «Сиди спокойно на берегу реки, и мимо проплывёт труп твоего врага…»

Лаокоон: «Боюсь данайцев, даже дары приносящих!» Наполеон: «Стирай своё грязное бельё у себя дома!»

Ньютон И.: «Если я видел дальше других, то потому, что стоял на плечах гигантов».

Резерфорд Э.: «Гении рождаются в провинции, а умирают в столицах…» Хвощинская Н.: «Бывали хуже времена, но не было подлей!» Цезарь: «Лучше быть первым в деревне, чем вторым в городе». Цицерон: «Доброта порождается добротой».

Чингисхан: «Только дурак ввязывается в драку, зная, что проиграет!»

Эмоциональность

Эмоциональность речи – это насыщенность её эмоциями. Известно, что эмоции активизируют интеллект, и материал, подан-

ный эмоционально, лучше усваивается и запоминается. Здесь действует психологический закон связи памяти с эмоциями [24, с. 105].

Если лектор установил контакт с аудиторией, то его эмоциональное отношение к тому, о чём он говорит, передается студентам.

В то же время эмоциями студенты сравнительно легко заражаются друг от друга. Такое «психологическое заражение» можно планировать и вызывать. Эти факты известны заинтересованным в этом деятелям, наверное, с тех пор, когда появились люди. «…Речь, обращённая к массам, во все времена была ареной для демагогов всех видов. Они использовали массовые формы внушения и, манипулируя неконтролируемыми чувствами толпы, внедряли свою волю в подсознание людей – зачастую с губительными последствиями» [19, с. 204].

Правда, всегда были, есть и будут нормальные люди, которые не вписываются ни в какую схему. Но таких, к счастью, а быть может, к сожалению, очень немного…

Эмоциональное исполнение лекции имеет свои сложности. Во-первых, слушатель должен быть подготовлен к восприятию

чувств лектора, иначе его эмоциональность может вызвать улыбку. Для этого необходимо сначала сформировать контакт с аудиторией. Проявление эмоций требует осторожности: предварительно надо как-то дать понять слушателям, что эмоциональная вспышка в данном конкретном случае естественна, иначе волнение лектора может быть не понято. Короче говоря, эмоции должны быть логически и психологически оправданны.

Во-вторых, надо уметь сформировать у себя нужное настроение. Делается это ещё при подготовке лекции. Прежде чем писать кусок текста, требующий эмоционального исполнения, следует привести себя в необходимое эмоциональное состояние, а затем попытаться передать его в тексте.

В-третьих, нужно уметь передать свои чувства слушателям. Для этого нужно восстанавливать в необходимых местах лекции те чувства, которые Вы сформировали у себя при подготовке выступления, а потом уже высказывать мысли. По воспоминаниям восстановление эмоций во время лекции происходит гораздо легче, если при подготовке это чувство было глубоким и искренним. Возрождение эмоций происходит быстрее, безошибочнее, если представить то, о чём следует говорить, а затем выражать мысль уже на фоне представленного.

Описанная «кухня» была хорошо известна, например, поэту А. Блоку: во время подготовки к выступлению он вызывал в себе необходимое чувство, рисовал в воображении соответствующую картину, а затем при чтении своих стихов передавал слушателям соответствующее чувство искренне и глубоко.

Вто же время волнение должно быть спрятано в себе, эмоции не должны выплескиваться наружу, внешне преподаватель должен быть сдержан, это «волнение в себе» (или, как говорил К.С. Станиславский, «сдерживаемое волнение») действует на студентов гораздо результативнее, чем бурное проявление чувств. Бурная эмоциональность производит впечатление неискренности. Как подметил Х. Леммерман [19, с.77]: «пафос – чаще всего лишь фальшивая монета чувств».

Впрошлом мне неоднократно приходилось наблюдать лекторов из числа коммунистических пропагандистов, которые часто даже по незначительному поводу срывались в «праведный гнев». Результат, как я убедился, во всех случаях был одинаков: бурная эмоциональность лектора разрушает внимание слушателей, переключает его

сматериала лекции на эмоции лектора. Это быстро утомляет слушателей, и они вообще теряют интерес к материалу лекции.

Я пришел к выводу, что у взрослых нормальных людей много эмоций там и тогда, где и когда мало логики. Это, кстати, относится не только к лекциям…

Наконец, если у Вас нет никаких актерских данных, то не надо экспериментов: результат может быть не тот, который Вы ожидали, потому что студенты – люди молодые, а значит, в большинстве тонко чувствующие, улыбнутся Вашей «искренности». Однако если учесть, что любой нормальный человек в той или иной степени актёр, можно ожидать, что при соответствующей тренировке у Вас что-то получится.

Премьер-министр Англии У. Черчилль от природы не обладал ораторским даром (ТВ, канал History, июнь 2008 г.). Его первые речи в парламенте были неудачными. Однако человек огромной воли и трудолюбия (написал 14 книг, за мемуары о войне ему была присуждена Нобелевская премия), упорства

итщеславия, достойных восхищения, Черчилль тщательно готовился к каждому выступлению, оттачивал мимику, жесты, эмоции, юмор и вскоре стал удачно выступать в парламенте, а ещё через некоторое время блестяще выступал как в парламенте, так и перед многотысячной толпой избирателей. На одну минуту своего выступления Черчилль тратил один час подготовки, т.е. сорокапятиминутную речь в парламенте Черчилль готовил 45 часов (ТВ, канал History, 1 декабря 2008 г.)! «Филлис Хойр (в книге “Я был личным секретарём Черчилля”) сообщает, что Черчилль в разговорах один на один немного шепелявил и очень часто заикался, но на ораторской трибуне был в своей тарелке:

ишепелявость и заикание “как рукой снимало”» [19, с. 205].

Маленький пример. Во время войны в Африке англичан с немцами, которыми командовал фельдмаршал Роммель, Лис Пустыни, англичане терпели поражение за поражением. Черчилль, выступая в парламенте по этому поводу, закончил свою речь знаменитой фразой: «Это – не конец! Это – даже не начало конца… Это – всего лишь продолжение начала!»

У президента США Ф. Рузвельта на взлёте его политической карьеры отнялись ноги (ТВ, Первый канал, июнь 2008 г.). Потом он вылечил ноги настолько, что стал самостоятельно передвигаться, держась за стены. Перед тем как выступать перед толпой слушателей, он, человек мощной воли, упорства, трудолюбия и тщеславия, рассчитывал каждый шаг, чтобы, незаметно держась за что-нибудь, свободно подойти к трибуне, затем, держась одной рукой за трибуну, свободной рукой непринуждённо жестикулировал, прекрасно говорил, искренне широко улыбался – блестящее выступление. И никто из толпы не догадывался, что он ежесекундно контролировал себя, чтобы не увлечься и не упасть.

Примеры Черчилля и Рузвельта показывают, что если у Вас есть ум, воля, трудолюбие и цель стать хорошим лектором, Вы станете им! Даже не имея природных ораторских данных, даже не обладая хорошим здоровьем…

Отмечу, что не для всякого предмета приемлемо эмоциональное исполнение. Оно бесспорно для многих гуманитарных наук, но для естественных и технических наук вряд ли подходит. Невозможно, например, представить эмоциональное исполнение лекции на математическую тему «Приближенные вычисления при помощи степенных рядов».

Поэтому если нет психологически оправданного основания для эмоций, то они не только не нужны, но и вредны для усвоения материала: психологически не оправданная эмоциональная вспышка лектора переключает внимание студентов с материала лекции на его эмоции, а затем следующее переключение с эмоций на материал будет затруднено, поскольку вспышка не вписывается в логику и психологию изложения.

Однако при преподавании естественных и технических наук некоторая сдержанная эмоциональность во время отступлений в историю данной науки является полезной и оправданной, например, для того, чтобы поддержать или вызвать непроизвольное внимание студентов.

Нельзя забывать о том, что «…настроение лектора передаётся слушателям… Если аудитория заразилась положительным настроением от лектора, у слушателей лучше кровоснабжается кора больших полушарий головного мозга, а значит, активизируются все корковые психические функции, в том числе внимание и восприятие, мышление и память. И наоборот, подавление, минорное состояние лектора вызывает у слушателей снижение активности кровоснабжения коры мозга, а вместе с тем – снижение активности внимания, восприятия, мышления и памяти. Лектор не должен выходить на трибуну с плохим настроением, а если такое случилось – надо вовремя подавить его» [7, с. 43–44].

Глава 3

ГОЛОСОВЫЕ И НЕГОЛОСОВЫЕ СРЕДСТВА ОБЩЕНИЯ

В каком бы ключе ни исполнялась лекция, лектору нужны хорошо поставленные голосовые и неголосовые средства общения. Такие средства вызывают непроизвольное внимание слушателей, содействуют правильному восприятию, хорошему пониманию и запоминанию материала лекции.

Голосовые средства общения

Голосовыми (называют также фонационными [24, с. 111] и вокальными [28, с.11]) мы называем средства общения, связанные с изменениями голоса в процессе общения: 1) тон речи лектора; 2) скорость говорения лектора, в частности паузы; 3) громкость его говорения.

Тон речи

Тон речи – это ее оттенок. Правильный тон придаёт речи лектора доверительность и убедительность. Ваша речь может быть краткой, правильной, доступной, образной, к месту эмоциональной, но взаимодействия с аудиторией (или с большей её частью) не получится, если тон Вашей речи будет самоуверенным, или раздражённым, или надменным, или поучающим, или высокомерным, или снисходительным. Сказанное не означает, что тон должен быть заискивающим – такое мне тоже приходилось наблюдать… Тон должен выражать умеренную доверительность. Но это слишком общая рекомендация. Каждый лектор должен выбрать свой тон разговора со студентами: ведь все люди очень разные.

Как говорил Вождь Мирового Пролетариата, тон речи – это то, что делает погоду любого разговора. Мысль, впрочем, старая...

Вспоминается, что когда я в юности смотрел по ТВ выступление Великого Шамана из Красного Чума, то ловил себя на мысли, что хотя говорит Шаман правильно, но внутренне я отторгаю и самого Шамана и его правильную речь, потому что тон у Шамана угрожающий, лицо суровое, улыбка неискренняя, кулаки сжаты, тело агрессивно наклонено вперёд.

Далее, вспоминается, что в те редкие случаи, когда я видел по ТВ Великого Вождя из Белого Вигвама, которого в то время в нашей стране считали врагом, то стыдился мысли, что Вождь мне нравится и хочется ему верить, потому что тон у Вождя спокойный и доверительный, улыбка искренняя, он ненавязчиво показывает поднятые на уровень пояса раскрытые ладони.

А.Ф. Кони писал в «Советах лекторам»: «В тоне должна быть убеждённость, сила. Не должно быть учительского тона, противного и ненужного взрослым и скучного молодёжи… Тон речи может повышаться… следует вообще менять тон – повышать и понижать его в связи со смыслом и значением данной фразы и даже отдельного слова (логическое ударение). Тон подчёркивает» (выделено А.Ф. Кони. – Примеч. авт.).

Не думаю, что каждый лектор сможет быстро и легко поставить нужный тон своей речи: могут не позволить либо воспитание, либо характер, либо ещё что-нибудь. В этом случае, сужу по себе, самое лучшее – спокойный и вежливый тон речи.

Тон должен меняться, потому что прерывистые раздражители привлекают внимание человека, раздражители же монотонные разрушают внимание.

Скорость говорения

Речь лектора должна быть ни слишком медленной, ни слишком быстрой: ни та, ни другая скорость говорения неприемлема для слушателей. Установлено [11, с. 125], что оптимальная скорость говорения – 70 слов в минуту, верхний потолок – 120 слов в минуту. Фразу рекомендуется [7, с. 22–23] строить так, чтобы она состояла не более чем из 5–9 смысловых единиц (напомню, что объём кратковременной памяти человека составляет 5–9 смысловых единиц [24, с. 97]). Произносить фразу нужно в течение 3–5 секунд, после её завершённой части должна быть небольшая пауза. Наиболее значимые слова необходимо располагать в первой трети фразы [11, с. 125].

Скорость говорения лектор должен подобрать сам. Внимательный лектор по реакции студентов без труда заметит, что она слишком высокая или низкая.

Паузы в речи лектора имеют большое значение.

Во-первых, паузы нужны для того, чтобы слушатели успевали производить смысловое декодирование речи. Во-вторых, они дают возможность подчеркнуть многозначительность и важность слова или фразы. В-третьих, паузы являются причиной возникновения

непроизвольного внимания слушателей, которое, как известно психологам, связано с началом и прекращением действия раздражителя.

А.Ф. Кони писал в «Советах лекторам»: «Следует помнить о значении пауз между отдельными частями устной речи… Речь не должна произноситься одним махом; она должна быть речью, живым словом» (выделено А.Ф. Кони. – Примеч. авт.).

Громкость говорения

Лектор сам должен определить в первые минуты лекции громкость говорения. Внимательный лектор сделает это без труда.

Ясно, что громкость говорения лектора зависит от количества студентов в лекционном потоке. Самый тяжёлый случай как для лектора, так и для студентов, когда в аудитории 100–120 слушателей. И ладно бы, если б лекционные аудитории были с очень высокими потолками, как в старом здании Казанского университета, которое построил ещё Н.И. Лобачевский. В такой аудитории каждое слово лектора, произнесённое вполголоса, отчётливо слышно на задних рядах. Как правило, потолки в аудитории низкие, акустики никакой. Студенты на задних рядах не видят доску.

В этом случае лектор должен говорить громко, чётко, внятно произносить слова. Если позволяет тема лекции, лучше пройти в середину аудитории и исполнять лекцию, меняя время от времени, положение своего тела и поворачиваясь так, чтобы студенты видели выражение глаз, мимику, жесты.

Но такое возможно в основном на лекциях по гуманитарным и некоторым смежным дисциплинам. На лекциях же, допустим, по математике лектор больше пишет на доске, чем говорит. Но и в этом случае полезно пройтись по лекционному залу во время отступлений, например в историю или философию данной науки.

Неголосовые средства общения

Неголосовыми (называют также кинетическими [24, с.111] и невербальными [24, с. 65–66]) мы называем средства общения, связанные с движениями частей тела: 1) мимика лектора, в частности выражение глаз лектора и движение его губ; 2) жесты; 3) другие телодвижения лектора.

Мимика лектора

В психологии мимику определяют так [23, с. 255]: «Мимика – экспрессивно-выразительные движения различных частей лица человека, в частности его глаз и губ, выражающие психологическое состояние человека в данный момент времени. По мимике можно судить о психологическом состоянии человека, о его отношении к тому, что говорит он сам или кто-либо другой, а также к тому, что человек воспринимает с помощью органов чувств, представляет, припоминает, обдумывает».

М.М. Сперанский писал в своих «Правилах высшего красноречия» [4, с. 223]: «…Лицо есть зеркало души. …Язык лица всегда был вернейшим толкователем чувствий душевных… Прекраснейшая речь без движения делается мёртвою, как скоро не оживляет её лицо».

Если у лектора лицо и глаза неподвижные, то слушатели не могут определить отношение лектора к излагаемому материалу, это их сбивает с толку, нарушает контакт лектора со слушателями. Некоторых студентов такие лекторы раздражают.

Следовательно, психологическое противодействие со стороны студентов лектор может получить даже из-за отсутствия мимики.

Напомню, что вербальными (словесными) называются средства общения, связанные с использованим речи [23, с. 106].

«…Учёные классифицировали и описали около миллиона невербальных реплик и сигналов. Альберт Мерабян пришёл к выводу, что человеческое общение на 7% является вербальным (слова и фразы), на 38% – вокальным (интонация, тон голоса, другие звуки) и на 55% – невербальным. …Обычный человек произносит слова всего 10–11 минут в день, а среднее предложение звучит не более 2–5 секунд» [28, с. 11–12]. «Исследования показали, что невербальные сигналы несут в пять раз больше информации, чем произносимые вслух слова» [28, с. 24].

Написанное не означает, что у российского лектора должна быть активная мимика: такая мимика воспринимается россиянами, как, впрочем, и всеми северянами, как непристойность. Мимика должна быть сдержанной и психологически оправданной.

Глаза лектора имеют большое значение для организации внимания, восприятия, понимания и запоминания. В своей книге «Выразительные глаза» Хесс пишет, что «глаза могут очень многое рассказать о человеке и стать самым надёжным сигналом в процессе общения, так как они являются главным центром человеческого тела,

а зрачки движутся совершенно независимо» [28, с. 165].