I. Предисловие

Япония в окружении стереотипов

Япония окружена многочисленными стереотипами: будто ее экономика вдруг возникла из примитивного феодализма; будто она совершила «чудо» после второй мировой войны лишь за счет слепого подчинения рабочих своим компаниям; будто правительство Японии полностью контролирует экономику, как это было в СССР.

Япония – единственная в мире «не белая» нация, которая впервые осуществила столь стремительное развитие. Сначала она пыталась заниматься территориальной экспансией наподобие западного колониализма, а после войны стремительный рост ее экспорта нанес сильный удар по промышленности США и Западной Европы. Тем самым Япония обрекла себя на подозрения и зависть со стороны развитых стран. Они старались найти что-то «несправедливое» и «отсталое» в причинах японского экономического развития, что отчасти привело к появлению разных стереотипов в представлении о ней.

С их точки зрения, Япония – страна, которая развивалась за счет «отсталых» позиций своего общества, т. е. чрезмерного коллективизма, трудоголизма, низкого социального статуса женщин и т.д., и т.п.. Для них нынешний экономический спад в Японии – логическое завершение их мысли: отсталое общество не смогло справиться с задачами «глобализации экономики».

На самом деле японская реальность гораздо сложнее. Япония не вдруг «возникла» из тьмы отсталости. Капитал, «ноу-хау» ведения бизнеса и инженерные навыки уже были накоплены до окончания феодального периода. Еще до второй мировой войны индустриализация в крупных городах сформировала довольно широкий слой среднего класса.

Миф о «японской модели»

«Японскую модель» экономики обсуждают часто, но единого определения этого понятия не существует. Однако под этим словосочетанием почти всегда имеют в виду (порой с негативным оттенком): пожизненный наем; рост заработной платы в зависимости от возраста и стажа работы; «семейные» отношения между руководством компаний и рабочими; консенсус в принятии решений и сопутствующая ему практика тщательного предварительного согласования (нэмаваси); многоступенчатая система санкционирования (ринги) и «жесткий» контроль над бизнесом со стороны правительства.

При этом часто упускаются из виду более позитивные моменты, такие, как высокая степень разделения информации среди управленцев, регулярная ротация сотрудников, предоставляющая им опыт разнообразной деятельности и предотвращающая коррупцию, наконец, сильная инициативность среднего звена компаний при выработке как стратегических, так и оперативных решений (все это зависит от каждой компании, и надо отметить, что при прогрессирующей бюрократизации нравов служащих во многих компаниях этот позитив уже начинает исчезать).

Помимо вопроса определения термина, было бы ошибочно говорить, что Япония совершила экономическое чудо только благодаря «японской модели». По большому счету, вернее было бы сказать, что Япония смогла построить такую «модель» благодаря своему экономическому развитию. «Японская модель» не является причиной ни подъема, ни падения экономики. Дело в том, что макроэкономическая ситуация больше не позволяет поддерживать роскошную «японскую модель», при которой большинство населения было уверено в стабильности собственной жизни и пользовалось материальным благами, и где свыше 95% граждан относили себя к «среднему классу».

При выходе из спада не было бы смысла тратить время на поиски следующей «модели» и идеологии как в Японии, так и в России. Задача Японии сугубо прагматична  перестройка и переориентация правительства, предприятий, образования и общества в целом. Эта работа может оказаться довольно сложной, учитывая бюрократизм, пустивший корни в крупных компаниях, тенденцию упования на правительственные деньги (последняя особенно сильна в строительной отрасли) и тот чрезмерный упор на «равенство» в наших школах, лишающий детей инициативности и предприимчивости.