V. Что нужно, и что можно сделать?

Несмотря на трудности, Япония – все же экономическая держава номер два, на долю которой в 1997 г. приходилось 55% совокупного ВНП Азии, включая Китай.

При том, что Япония производит половину ВНП США, тратит она только 1/5 энергоносителей, затрачиваемых в США.

Ее валютный резерв (397 млрд. долл. по состоянию на сентябрь 2001 г.) и частные денежные сбережения (примерно 12 трлн. долл.) якобы гарантируют выносливость японской экономики.

И ее импорт (35,3 трлн. иен в 1999 г. или 5,2% мирового совокупного импорта, причем более 44% японского импорта сегодня – это промышленные товары с высокой долей добавленной стоимости, что выгодно для торговых партнеров), и огромный денежный поток за границу (22 трлн. иен в 1999 г. в виде прямых инвестиций и покупки ценных бумаг) оказывают большое воздействие на конъюнктуру мировой экономики.

Активное инвестирование Японии за границей начало приносить плоды, и в 2001 г. доходы от процентов, дивиденды и прибыли насчитывали 6,7 трлн. иен (хотя выручка от прямых инвестиций составляет лишь 10%), впервые обогнав торговый профицит (6,4 трлн. иен). Растут и выплаты из-за границы за японские патенты, в 2000 г. впервые превысив 1 трлн. иен.

В этом смысле Япония принимает облик зрелой экономической державы как Англия после первой мировой войны. Однако в отличие от Англии того времени Япония не располагает мировыми финансовыми центрами, а японская иена не является международной валютой (по состоянию на март 1998 г. лишь 36% ее экспорта и 22% ее импорта проводились в иенах, что делает японскую экономику уязвимой к колебанию курса валюты).

Огромные частные денежные средства обеспечивают макроэкономическую прочность, но не гарантируют социальную стабильность. Дело в том, что 70% всех накоплений владеют люди старше 50-ти лет. Немалая доля (400 трлн. иен) принадлежит 560 тыс. богатых (0,4% всего населения – в большинстве своем это крестьяне, разбогатевшие на продаже земли). Более молодые рядовые граждане не столь подготовлены к «черному дню».

Следовательно, Японии нельзя сидеть сложа руки и ждать у моря погоды (мол, повышение цен на акции все спасет).

Япония стоит перед лицом необходимости существенной реструктуризации своей экономики. Плохие долги не являются причиной экономического спада, а скорее последствием незавершенной перестройки структуры всей экономики. При этом надо иметь в виду, что Японии больше не нужны быстрые темпы роста. Уровень личных доходов достаточно высок или даже слишком высок, что снижает конкурентоспособность экономики. Более того, демографическое положение таково, что через несколько лет численность населения будет падать.

В такой обстановке лишь 1% роста ВНП, который соответствует примерно половине правительственного бюджета России, был бы достаточен. Но даже этот 1% недостижим без приложения достаточно больших усилий, ибо промышленное производство быстро перемещается за границу, в частности в Китай. По данным министерства экономики и промышленности, 23% «японских» промышленных товаров было произведено за границей в 2001 г. по сравнению с 6,4% в 1990 г. (прогноз на 2004 г. – 30%). Треть автомобилей и 92% цветных телевизоров уже производятся за границей. За 1995–1998 гг. объем прямых инвестиций за границей соответствовал 7,2% объема внутренних инвестиций в оборудование. Другими словами, за этот период 1,1% японского ВВП «утекал» за границу со своим мультипликационным эффектом.

По мере роста доходов от капиталовложений за рубежом рабочие места внутри страны исчезают. Многие японцы пожилого возраста вынуждены покидать свои рабочие места задолго до наступления пенсионного возраста. Многие из них снова находят работу, но с меньшей заработной платой, чем прежде. Молодые уже чувствуют, что нельзя уповать на пожизненный наем, и многие из них часто меняют работу.

«Создание рабочих мест», или подготовка новых растущих отраслей, стало задачей номер один в экономике Японии, точно так же как в начале работы администрации Клинтона в США. В реструктуризации Японии важно сохранить как зеницу ока преимущества в области передовой технологии. США при Клинтоне смогли выйти из кризиса за счет передовой технологии в области информатики, биотехнологий, медицинского оборудования и финансовых сделок.

«Плохие долги»

Потеря конкурентоспособности, вялое внутренне потребление (и, конечно, уменьшение инвестиций) привели к падению цен на землю и акции, что в свою очередь ведет к постоянному росту объемов «плохих долгов».

Их погашение является неотложной задачей, но может занять довольно продолжительное время, пока не появятся новые растущие отрасли экономики.

Суть вопроса относительно проста. Большая часть «плохих долгов», причиненных непосредственно «взрывом пузыря» в 1991 г., уже погашена. Нынешние «плохие долги» вызваны плохой конъюнктурой экономики. В 2001 г. «плохие долги» у банков насчитывали 43 трлн. иен, 2/3 которых относятся к малым и средним предприятиям. С этим можно справиться, ибо не все разом банкротятся. Серьезный риск для банков представляют «плохие долги» 30 крупных строительных компаний, Non-bank и дистрибуции, сумма которых превышает 100 млрд. долл.

Надо иметь в виду, что совокупная ежегодная прибыль всех банков в Японии сейчас насчитывает менее 5 трлн. долл., что недостаточно для того, чтобы покончить с «плохими долгами».

Следовательно, решение вопроса «плохих долгов» приходится лишь откладывать, принимая сиюминутные меры в каждой конкретной кризисной ситуации. Хотя это даст возможность как банкам-кредиторам, так и предприятиям-получателям кредитов выжить без серьезной реструктуризации. Вливание официальных денег в банки при таких обстоятельствах порой может носить характер дотаций. В то же время форсированное решение – банкротство банков и предприятий могло бы вызвать цепную реакцию, обусловленную их тесными взаимосвязями с другими банками и предприятиями. К тому же при нынешнем спаде «плохие долги» снова будут накапливаться.

Что может стать следующей движущей силой?

Для поддержания нынешнего уровня японской экономики нужно найти новые движущие силы. Несколько заделов уже есть в так называемых товарных «нишах»: технологии для производства жестких компьютерных дисков (70% мирового производства), производство жидкокристаллических экранов (100%), измерительная и аналитическая аппаратура для контроля автомобильных выхлопных газов (80%), батареи из лития (100%) и т.д..

Этого, конечно, недостаточно, но на горизонте уже видны более крупные новые перспективы: нано-технологии (по прогнозу Кэйданрен, объем продаж в 2010 г. – 27 трлн. иен), медицинское оборудование (5 трлн. иен), компьютеризированные бытовые электроприборы (8 трлн. иен), программные средства (11 трлн. иен), роботы (3 трлн. иен), реконструкция жилья (5 трн. иен) и, прежде всего, строительство жилья в условиях более мягкого регламентирования (цифра на 1998 г. – 21 трлн. иен, с сопутствующим спросом в смежных отраслях – цементной и стекольной промышленности  на сумму 45 трлн. иен).

Тем не менее нет гарантии, что все это сможет компенсировать тот объем производства и то количество рабочих мест, что были переведены за границу.

Для дальнейшего повышения конкурентоспособности необходимо приостановить неоправданный рост заработной платы (хотя в себестоимости многих товаров с высокой добавленной стоимостью зарплата занимает относительно маленькую долю). Статистика свидетельствует о начале падения среднего уровня заработной платы с 1998 г. (хотя это частично компенсируется снижением цен). Может быть, наступила такая же эпоха как 20 лет тому назад в США, когда реальные доходы на душу населения долго оставались на одном уровне.

Однако даже это не сможет резко повысить конкурентоспособность и, тем более, стимулировать экономику. Поэтому сегодня стало модным обсуждать «контролируемую инфляцию» как средство стимуляции производства.

Существуют разные мнения по этому поводу. По образцу Paul Klugman инфляция (умеренная и «контролируемая») должна быть создана при помощи выброса на рынок большой денежной массы, вызывающего снижение процентной ставки до такого уровня, при котором у кредитополучателей процент уйдет в «минус». Согласно другим рецептам перспектива повышения цен из-за инфляции должна стимулировать производство.

Однако простое насыщение рынка деньгами не спасает ситуацию, потому что банки все еще будут бояться финансировать предприятия, и спрос на рынке все равно будет насыщен. Следовательно, большой поток денег скорее будет направлен или на закупку еще большего числа правительственных облигаций (по состоянию на сентябрь 2000 г. в коммерческих банках уже сосредоточено таких облигаций на 75,5 трлн. иен) или на закупку ценных бумаг в США. Значит, раздувание денежного обращения не сможет обеспечить инфляцию желаемой степени.

Снижение курса иены, пожалуй, более эффективный способ возбуждения инфляции. Публицисты предлагают разные «идеальные курсы иены». Правда, как указано выше, высокий курс иены был главной причиной спада экспорта. Падение курса иены, по их мнению, должно сделать возможным больший экспорт, большие прибыли от экспорта на базе иены и сокращение импорта с одновременным подъемом внутреннего производства.

Однако в современной экономике ни одно государство не умеет манипулировать курсом своей валюты. Поток частных денег очень часто движется в противоположную намерениям правительства сторону. К тому же надо иметь в виду, что производство товаров с невысокой технологией уже перенесено в Китай и ЮВА. Предприятия уже приняли меры, препятствующие влиянию колебаний курсов валют на их совокупную прибыль. Значит, даже при пониженном курсе иены производство уже не возвратится в Японию. Следовательно, снижение курса иены могло бы кончиться лишь повышением цен импортируемых товаров без особого «стимулирования» внутреннего производства.

Поэтому теория «умеренной инфляции» – лишь попытка поставить телегу впереди лошади. Когда не хватает внутреннего спроса, экспорта и, следовательно, инвестиций, «плохие долги» не исчезают, а напротив постоянно увеличиваются, и искусственное вздувание денежного потока будет стимулировать не японскую, а американскую экономику, да и снижение курса иены, даже если получится, не сможет произвести столь большого эффекта.

Апокалипсис неминуем?

Так что апокалипсис неминуем? Число бездомных в крупных городах постепенно увеличивается, хотя рабочие места есть, правда, низкооплачиваемые и не престижные. Но пока японская экономика еле-еле крутится за счет «хороших предприятий» и выпуска государственных облигаций. Треть крупных предприятий, котирующихся на фондовой бирже, работает исключительно с собственным капиталом не прибегая к банковским ссудам. В 1999 г. объем непосредственного финансирования (т.е. прибыль и выпуск акций) частного сектора впервые превысил объем финансирования через банковские кредиты  362 трлн. иен. На долю лишь 30 крупных компаний приходится 52% всего экспорта и их удельный вес в ВВП составляет 12%. Они для Японии – то же, что нефть и газ для России.

Многие сейчас предупреждают о резком падении цен на японские правительственные облигации. Однако их главные покупатели не иностранцы, а сами японцы. В Японии еще остаются огромные денежные накопления на сумму 1400 трлн. иен. Кроме того, в Японию ежегодно вливаются 10 трлн. иен прибыли и дивидендов от инвестиций за границей (в 2001 г. японское имущество за рубежом оценивалось в 150 трлн. иен).

К тому же, что ни говори, в Японии гигантский потребительский рынок (третье место после ЕС и США), и ее производство, технологии и услуги еще крепки. В то же время суть нынешнего процесса в Японии – переход от дутого объема к умеренному производству с учетом сворачивающегося внутреннего потребления и экспорта и одновременным созданием новых растущих отраслей.

Резервы для реструктуризации экономики велики. Если сектор услуг в Японии составляет 60% ВВП, то в США и Европе – 70% (в течение 1992–2000 гг. число занятых в сфере услуг в Японии увеличилось на 3 млн. человек, притом что в промышленности численность занятых сократилась на 2 млн. за тот же период). Быстрое увеличение доли пожилых людей в возрастной структуре Японии может создать огромный рынок медицинского обслуживания и ухода за стариками. Многочисленные послевоенные поколения, которые скоро должны уйти на пенсию, большей частью будут продолжать работать, поднимая уровень потребления в обществе. Ведь они привыкли к «экстравагантным» расходам и в старости смогут тратить большую часть своих доходов на потребление.

Все возрастающее количество NPO (полуволонтерских неправительственных организаций) будут создавать рабочие места в первую очередь для молодежи.

Однако все это зависит от перспективы повышения производительности труда. Если промышленность и сфера услуг не будут приносить достаточную прибыль, то рабочие места для старших поколений и NPO не смогут состояться.

Удастся ли Японии осуществить постепенный переход, предотвращая цепные банкротства, за счет выпуска государственных облигаций и сиюминутных политических программ, или стечение различных неблагоприятных обстоятельств приведет к массовым увольнениям, это еще вопрос. Но в любом случае Япония не перестанет быть активным участником глобальной экономики. Ибо она, обделенная природными ресурсами, обречена зарабатывать валюту своим трудом. В нынешней мировой экономике могут выжить только предприятия-гиганты с большим финансовым и технологическим потенциалом. У Японии их несколько. Более того, крах ее экономики может нанести удар по всей мировой экономике и финансам. Если раньше процветание Японии вызывало раздражение в мире, то сегодня и Азия, и США, и Европа искренне озабочены ситуацией и по-настоящему стараются помочь поддержанию конъюнктуры в Японии. Ведь наши экономики существуют за счет разделения труда, причем не только «вертикального», но и во все большей степени «горизонтального» (обмен высокотехнологичными товарами с большой долей добавленной стоимости. По мере экономического развития ни одна страна не в состоянии производить товары без зарубежных комплектующих высокотехнологичных деталей), а также за счет взаимных купли и продаж акций и прямых инвестиций (ныне иностранцы – главные игроки на японских фондовых биржах. Примерно половина акций «Сони», например, принадлежит иностранцам. В 1998 г. иностранцы вложили 7 млрд. долл. в покупку японских предприятий).

Дело в том, что сегодня все промышленно развитые страны уже достигли потолка с точки зрения размеров своей экономики. Их общей задачей является поддержание нынешнего уровня при осуществлении постоянной реструктуризации. Для Японии проблема особенно острая, ибо она с 80-х годов слишком раздувала свою экономику. Послевоенная Япония была большой махиной, нацеленной на экономическое развитие. После того, как эта цель была достигнута, многие институты стали избыточными, в частности размер банковского сектора (уже упразднены три специальных банка для долгосрочного кредитования, и другие коммерческие банки объединяются).

Подводя итоги, можно было бы сказать о ближайшем будущем японской экономики следующее.

1. Крупные предприятия с большими финансовым и технологическим потенциалами должны и могут оставаться двигателем экономики и источником валютных доходов и т.д.

2. Промышленность с относительно низким технологическим уровнем будет еще активнее переводиться за границу. Внутри Японии должны развиваться производства указанных выше направлений (раздел «Что может стать следующей движущей силой?»). Здесь за счет дерегламентации должны играть существенную роль строительство и реконструкция жилищного фонда и т.д.

3. Большая доля населения будет вовлечена в сектор услуг, где уровень доходов и производительность труда будет ниже чем в промышленности. Дерегламентация в этой отрасли должна проводиться, чтобы сделать создание и расширение частных предприятий в ней возможным и рентабельным и т.д.

4. В обозримом будущем может фактически оставаться большая доля перекачки денег через правительственные учреждения, ибо сейчас не находится достаточно рентабельных проектов для частных финансовых учреждений. Но направление правительственных кредитований должно перестраиваться с тем, чтобы поддержать создание и расширение новых направлений в экономике (в частности, их низкорентабельную часть, непригодную для частных банковских кредитований). Со временем объем денежных накоплений населения должен сокращаться (меньшие доходы и большие расходы на жилье и медицину и т.д.), и доля перекачки денег через правительственные учреждения будет постепенно снижаться и т.д.

5. Нейтралитет Японии в мировой политике и ее изоляция в мировой экономике невозможны. С точки зрения экономики, она слишком тесно связана с другими странами. В политике Япония проявила бы безответственность, если бы не принимала участие в поддержании стабильности в Азиатско-тихоокеанском регионе, одной из основ процветания японской экономики и т.д.

Опыт США

Для прогноза развития японской экономики опыт США по преодолению депрессии представляет большой интерес. Надо иметь в виду, что до середины президентского срока Клинтона экономика США находилась во все еще вялом состоянии. Падение курса доллара, хотя и быстро увеличило долларовый объем экспорта, но в целом экономику подняло не сразу. Существенное сокращение госзаказа на вооружения разорило экономику, в частности Новой Англии. В начале деятельности администрации Клинтона притчей во языцех было «создание рабочих мест». А к 1996 г. экономика США «вдруг» сделала скачок. И до сих пор существуют только частичные объяснения причин их успехов.

Таблица 10

ВВП США*, млрд. долл.

	1991 г.	1992 г.	1993 г.	1994 г.	1995 г.	1996 г.	1997 г.	1998 г.	1999 г.
ВВП	5917	6244	6642	7054	7401	7813	8301	8760	9256
Рост	–0, 9%	2,7%	2,3%	3,5%	2,3%	3,4%	3,9%	3,9%	4,2%

* Кокусэй-ся.

Таблица 11

Численность населения Японии и США*, тыс.человек

	1970 г.	1980 г.	1990 г.	1995 г.	1998 г.
Япония	103 720	117 060	123 611	125 570	126 486
Рост		12,9%	5,6%	1,6%	0,7%
США	204 878	227 738	249 950	263 040	270 561
Рост		11,2%	9,8%	5,2%	2,9%

* Кокусэй-ся.

Таблица 12

Экспорт Японии и США*, млрд. иен, млрд. долл. соответственно

	1980 г.	1985 г.	1990 г.	1995 г.	1998 г.
Япония	29 383	41 956	41 457	41 531	47 548
Рост		42,8%	– 1,1%	0,2%	14,5%
США	226	219	394	585	682
Рост		– 3,1%	79,9%	48,5%	16,6%

* Кокусэй-ся.

Правда, США удалось реструктурировать свою экономику. Они открыли новые резервы, в частности, информатику, финансовые сделки, биотехнологии, генную инженерию, новое медицинское оборудование и огромную «армию» адвокатов и консультантов.

Предприятия существенно сокращали численность сотрудников, продавали нерентабельные отрасли и активно перенимали более рациональный образ менеджмента, в том числе и японского происхождения. Производительность труда начала расти ко второй половине 90-х годов, в частности в промышленности.

Однако мы не должны сводить к этому все объяснения роста американской экономики. Ибо в секторе финансовых сделок повышение котировок акций вздувает доходы компаний ценных бумаг за счет больших поступлений от комиссионных, и в дистрибуции большой объем дорогих товаров и предметов роскоши также виртуально повышает показатель производительности труда.

Чрезмерное сокращение сотрудников создает неудобства клиентам, особенно в сфере услуг. В американских аэропортах невозможно найти служащего в справочном бюро, в кассах магазинов и банках собираются длинные очереди.

Не преодолена некоторая уязвимость экономики. Накопленный объем дефицита государственного бюджета превысил 5 трлн. долл. в 1994 г. в то время, как объем накопленных частных долгов составил 6 трлн. долл. (хотя большей частью за ними стоит залог недвижимости). Большой приток иностранных денег поддерживает котировку акций и облигаций (в 1999 г. его объем был равен 60 млрд. долл., что в 2 раза больше объема торгового дефицита). Хотя частные денежные накопления огромны – примерно 40 трлн. долл. в конце 2000 г., лишь 10% населения располагают 70% этих средств, и примерно половина всех накоплений – в виде акций, что способствует их уязвимости во время спада.

В 1995 г. тогдашний президент GE, сказал, что оздоровление экономики США на 70% обязано удешевлению доллара, благодаря чему ожила промышленность. Наверное, здесь есть доля правды (см. табл. 12). Но не вся. Кроме того, существует один скрытый момент – рост населения (см. табл. 11), в частности за счет эмигрантов.

Большой поток эмигрантов, хотя в последнее время их квота уменьшилась, сразу создает дополнительный рынок потребления и обеспечивает дешевую рабочую силу (ни одна экономика не может обойтись без использования дешевого труда в малодоходных и непрестижных отраслях).

Есть, однако, более спонтанный момент в развитии американской экономики – информатизация. Отрасль информатики в 90-е годы ежегодно вырастала на 30%, хотя до этого она занимала лишь 5% ВВП.

В итоге, однако, можно сказать, что США успешно справились с мировой конкуренцией за счет реструктуризации экономики, создания новых отраслей и обладания международной валютой – долларом. Но в то же время эффект от всего этого, в том числе приток эмигрантов, экспорта и развитие информатики, возможно, начинает исчерпывать себя. Но для Японии сегодня есть резерв роста – перенять элементы «американской модели», в частности, в области информатики.

Будущее в Китае?

Мировая торговля, особенно в Азиатско-тихоокеанском регионе находится в стадии исторической переорганизации вокруг быстро растущей индустриальной мощи Китая. В средней и долгосрочной перспективе это окажет большое воздействие на Японию как в экономике, так и в политике.

Таблица 13