П. Люкимсон. «Бизнес по-еврейски 3: евреи и деньги»
Покупатель и продавец, будьте взаимно… честны
Если верить историкам, еврейская Тора, более знакомая христианам как Пятикнижие Моисеево, отнюдь не является первым в истории человечества документом, вводящим правила взаимоотношений между людьми при торговле. Но ни в одном из документов древности мы не находим таких предельно четких требований о скрупулезной честности в весе и расчетах со стороны продавца, в каком они сформулированы в Торе.
Причем требование это встречается неоднократно. Сначала мы сталкиваемся с ним в книге «Ваикра»:
«Не совершайте несправедливости в суде, в измерении, в весе и мере. Весы верные, гири верные, эйфа верная и гин верный пусть будут у вас. Я – Бог Всесильный ваш, который вывел вас из страны Египетской».
Затем вроде бы совершенно то же указание мы находим в книге «Дварим»:
«Да не будет у тебя в суме твоей двух разных гирь – большой и малой. Да не будет у тебя в твоем доме двух разных мерил – большого и малого. Полная и верная гиря должна быть у тебя, чтобы продлились твои дни на земле, которую Бог, твой Бог, дает тебе. Ибо мерзость перед Богом, твоим Богом, всякий делающий это, всякий творящий несправедливость».
С точки зрения тех же историков, то, что в Торе дважды говорится о недопустимости использовать неверные меры веса и объема, свидетельствует, вероятнее всего, о том, что подобный трюк был в ту далекую эпоху в ходу у ханаанских и египетских торговцев: они держали у себя в сумках по две гири разного веса, выдавая их за равные по массе. В тот момент, когда купец покупал товар, он клал на весы тяжелую гирю, а когда выступал в качестве продавца – более легкую. В результате этот двойной обвес приносил негоциантам древности немалую прибыль. Подтверждение этой точки зрения можно найти в знаменитых словах пророка Ошейа (Осии): «В руке ханаанейца весы неверные – любит он обирать». С точки зрения всех комментаторов Торы и большинства историков, под «ханаанейцем» в данном случае следует понимать торговца вообще, причем вероятнее всего – финикийского купца. О распространенности этой точки зрения свидетельствует хотя бы то, что в считавшемся долгое время каноническим переводе ТАНАХа после слова «ханаанейца» в скобках помещено слово «торговец».
Понятно, что иначе как мошенническими такие действия не назовешь, и именно так, дескать, и трактует их Тора.
Однако еврейские мудрецы и толкователи Торы всегда придавали вышеприведенным словам куда более широкий смысл и, если попытаться собрать все имеющиеся на них комментарии и мидраши, то у нас получится многотомное издание, занимающее как минимум одну полку вместительного книжного шкафа.
Даже РАШИ – один из величайщих комментаторов ТАНАХа, обычно сосредотачивающийся на прямом смысле его текста, – считает, что слова о верных гирях и мерах следует толковать аллегорически. Фраза «не будет у тебя в суме твоей двух разных гирь» означает, что если еврей себе все-таки позволит такое жульничество, то у него «не будет ничего» – даже если это укроется от людских взоров, такой обман не может укрыться от взора Всевышнего, и наказанием за него торговцу придет Свыше в виде быстрого разорения и полного обнищания. Подтверждение своей точки зрения РАШИ видит в следующей за этим фразе: «Полная и верная гиря должна быть у тебя», то есть, если человек будет поступать именно так, у него всего будет много, Творец пошлет ему удачу в делах.
173
П. Люкимсон. «Бизнес по-еврейски 3: евреи и деньги»
Наконец, с точки зрения РАШИ, совершенно не случайно, что вслед за этими словами идет отрывок об Амалеке – злейшем враге еврейского народа, символе непримиримого антисемитизма. Тора, считает РАШИ, таким образом напоминает евреям, что если обман в торговле станет в их среде распространенным явлением, то расплатой за это станут нападение врага и массовая гибель евреев.
Ибн-Эзра приходит к тем же выводам, что и РАШИ, но несколько другим путем: он задается вопросом о том, почему в одном абзаце дважды повторяется, по сути дела, один и тот же запрет – сначала неверные меры запрещено держать в суме (или в кармане), а затем в доме. Разве недостаточно было просто сказать, что наличие двух разных мер веса или объема, выдаваемых за одинаковые, запрещено? И разъясняет: эти слова Торы следует читать так: «Если будешь честен в торговле, то будут у тебя деньги в сумке и в доме твоем будет все необходимое».
ВТалмуде, в свою очередь, мудрецы задаются вопросом о том, почему Тора настаивает на том, что «эйфа истинная и гин истинный будут у тебя». Если гин – это часть эйфы, и понятно, что если истинно целое, то истинным является и его составная часть? А задавшись вопросом, они приходят к выводу, что данные слова свидетельствуют не только о запрете обвеса, но и о запрете любого, самого мелкого обмана в торговле: «Тора имела в виду, чтобы твое “да” (по-арамейски это слово звучит как “гэн”, то есть близко по своему звучанию к слову “гин”) было правдивым и чтобы твое “нет” тоже было правдивым».
Всущности, все, что было сказано мудрецами и раввинистическими авторитетами по поводу запрета на обман и обвес, прекрасно суммировал в своих комментариях рав Рафа- эль-Шимон Гирш, которому казалось неслучайным, что впервые этот запрет встречается
внедельной главе Торы «Кдошим», содержащей также перечень сексуальных запретов. И потому автору не остается ничего другого, как привести длинную цитату из комментариев рава Гирша к этому отрывку:
«Использование неправильных мер и весов при купле-продаже или использование правильных весов и мер, но обманным путем, – это обман и воровство в чистом виде, которые не годятся для обсуждения в заключении раздела о святости человеческой жизни. “Милосердному Богу не было нужно писать именно о гирях в этом месте”, – может сказать кто-то. Запрет, сформулированный здесь по поводу весов и мер, призывает нас отчитаться даже до того, как обман был совершен, за любой наш поступок, который мог бы привести к обману ближнего, и даже за то, что мы не смогли предотвратить обман. Закон настаивает на том, чтобы мы не держали у себя неточных весов и мер; он запрещает нам небрежность при взвешивании и отмеривании материалов, пока есть хотя бы малейший шанс на то, что их кто-то купит. Он не только требует от нас крайней тщательности при изготовлении весов и мер, но и крайней скрупулезности относительно их хранения и эксплуатации в подобающих условиях. Мы должны ревностно оберегать свои весы, меры и гири от любых изменений, вызываемых износом или отложением материалов в ходе длительного использования, или, в случае приборов для измерения длины, от изменений, обусловленных флуктуациями температуры. Все эти и другие вопросы, касающиеся различных видов измерительных приборов, измеряемых материалов, оптовых и розничных сделок, домашних закупок и т. п., подробно разъясняются в Талмуде, в трактате “Бава батра”.
…Законы, относящиеся к мерам и весам, ставятся на тот же уровень, что и законы о запретных сексуальных отношениях. И в самом деле. Нарушение первых наказывается даже строже, чем нарушение последних
174
П. Люкимсон. «Бизнес по-еврейски 3: евреи и деньги»
(“Бава батра”, 88б). Следовательно, если законы о запретных сексуальных отношениях составляют основу личной нравственности и семейной жизни, то закон о правильных весах и мерах составляет основу честности и морали в жизни общественной. Закон смотрит с неодобрением на неправильные веса и меры не только после того, как они были использованы для обмана (что, как мы уже видели, определяется как обычное воровство). Нет, он рассматривает владение мерами и свершение измерений как правовые акты как таковые, так что каждая мера, которой обладает еврей, и каждый отмеряемый евреем материал становится актом еврейской честности, символически выражающим отношение еврея к справедливости и прямоте. Таким образом, Закон… стремится сделать фундаментальной чертой характера еврейского народа чувство справедливости, уважение к справедливости и честность вообще».
Требование о соблюдении правильности мер и весов скрупулезно выполнялось еврейскими торговцами с глубокой древности и до наших дней. Изучая грунт, вырытый арабами на Храмовой горе и выброшенный ими на мусорную свалку, израильский археолог Габи Баркаи обнаружил в нем множество различных гирь, из чего сам собой напрашивался вывод, что при иерусалимском Храме находилась и своеобразная – самая древняя на планете – «Палата мер и весов». Согласно историческим данным и археологическим находкам, точность, с которой евреи измеряли вес твердых тел и объемы жидкостей еще две с половиной – три тысячи лет назад, кажется невероятной – до 0,1 г и 0,001 литра.
175
П. Люкимсон. «Бизнес по-еврейски 3: евреи и деньги»
«Кусочек селедки за две копейки». Картина Иллека Беллера.
Именно так из-за чрезвычайной бедности населения селедка продавалась в лавках еврейского местечка
Весьма вероятно, что уже во времена Первого Храма по рынкам и торговым площадям ходили специальные инспекторы, назначенные главами общины, в задачу которых входила проверка правильности весов, гирь для взвешивания и мер для отмеривания жидкостей и сыпучих материалов. Если нарушитель этого закона Торы был обнаружен, то в первый раз он штрафовался, во второй раз его подвергали избиению плетьми, а за третий могли вообще изгнать из города. Такие же инспекторы проверяли еврейских торговцев и в Средние века. Правда, телесные наказания уже не применялись, но сама угроза изгнания из общины была для любого еврея в тот период куда страшнее любой порки.
Сама тяжесть наказания за подобный грех была связана еще и с тем, что его практически невозможно было искупить ни штрафом, ни каким-либо другим образом. Ведь даже если жульничавший торговец раскаялся в своем грехе, он практически не мог возместить тот ущерб, который был причинен его покупателям или поставщикам. Это было невозможно хотя бы из-за сложности вычисления величины этого ущерба и поиска тех, перед кем он согрешил: ведь за это время через его лавку прошло множество самых разных покупателей, каждый из которых покупал различные товары по различным ценам и, следовательно, в каждом случае этот ущерб был разным.
Столетие назад еврейские торговцы обычно проверяли правильность имевшихся у них гирь у местного аптекаря или ювелира. При этом в случае отклонения гири от правильного веса даже на одну десятую грамма она немедленно выбрасывалась, так как запрет Торы на ее использование понимался предельно широко – еврей не мог уже не только пользоваться такой гирей, но и хранить ее у себя не только в своей лавке, но и дома для какой-либо другой надобности, например в качестве груза для засолки кастрюли. Смысл этого запрета раввины объясняли тем, что такая испорченная гиря может быть по ошибке использована дома для взвешивания. «Даже держать такую меру в доме в качестве ночного горшка (имеется в виду мера для измерения объема) также запрещено: ведь кто-то не знающий может воспользоваться ею для измерений» – подчеркивает «Шульхан Арух». Правда, тут же приводится и выход из этой ситуации: достаточно просто стереть имеющуюся на мере или гирях печать или цифры, обозначающие величину измеряемого ими объема или веса, и ими уже можно пользоваться для повседневных нужд, ведь после этого они перестают быть мерилом чеголибо.
Веврейском фольклоре есть немало сказок и притч, повествующих о том, как оставленная в доме по неведению или по случайности неверная мера начинала приносить несчастья его хозяевам, и поучительный смысл этих произведений устного народного творчества очевиден.
Чтобы в любом случае избежать обвеса и обмера, «Шульхан Арух» рекомендует отмеривать и отвешивать чуть больше меры, ссылается при этом на слова Торы: «Эйфа полная
иистинная пусть будет у тебя». Зачем сказано «и истинная»? Тора хотела сказать: «Отдели немного от своего и дай ему».
Вто же время Талмуд призывает купца следовать при измерении товара тем обычаям, которые приняты в данном конкретном месте. К примеру, если в неком городе принято насыпать меру «с горкой», то именно так следует поступать и еврейскому торговцу, даже если
176
П. Люкимсон. «Бизнес по-еврейски 3: евреи и деньги»
покупатель просит его выровнять края, так как тот хочет заплатить меньше. А если принято выравнивать сыпучие продукты в мере, то торговец должен выровнять товар, даже если покупатель просит насыпать ему «с горкой» и предлагает заплатить больше.
Но на запрете обвеса и обмеривания список действий, запрещенных еврейскому торговцу, отнюдь не заканчивался – наоборот, он лишь начинался. Как уже было сказано, этот запрет трактовался необычайно широко – как запрет любого обмана в торговле вообще, и каждый богобоязненный еврейский торговец должен был во всех деталях знать множество законов и запретов, регулирующих его деятельность.
Разумеется, запрещался обсчет покупателя даже на самую мелкую монету, так как это приравнивается к воровству. Если продавец ошибочно выдал сдачу меньше, чем полагалось, он, согласно Галахе, должен немедленно догнать покупателя и вручить ему недоплаченную сумму. А если не получилось догнать – значит, следует предпринять все усилия для того, чтобы разыскать этого человека. Современные раввины считают, что для успеха такого поиска торговец должен даже опубликовать объявление в газете с призывом к недополучившему сдачу покупателю явиться в магазин и получить причитающиеся ему деньги.
Более того – если покупатель по ошибке считает, что ему недодали сдачу, и настаивает на своей правоте, некоторые еврейские источники рекомендуют дать ему требуемые деньги, так как честное имя торговца (особенно еврейского торговца) дороже любых денег, и лучше, если продавец потеряет деньги, чем на его репутацию ляжет (пусть и ложное) пятно позора.
Однозначно же запрещено приукрашивать товар, придавать ему обманчивый внешний вид, чтобы выдать товара низкого качества за высококачественный: например, красить старые вещи, чтобы они казались новыми, или пускаться на знаменитые «цыганские» хитрости вроде раздувания лошади или опаивания коровы отваром из отрубей, от которого у нее распухает живот, и она начинает казаться толще, чем на самом деле.
Запрещено и примешивать небольшое количество товара низкого качества к высококачественному и продавать его как товар первого сорта (например, смешивать мятые и целые плоды клубники, к крупным ягодам примешивать мелкие, а также вливать испорченный напиток в доброкачественный так, что эту примесь нельзя определить на вкус).
Боязнь совершить обман покупателя из-за субъективного взгляда продавца лежит в основе ряда галахот, запрещающих расхваливать свой товар. Например, если еврейского торговца спрашивают, есть ли у него хорошая селедка, он должен ответить: «Селедка есть. Но хорошая ли она, этого я не знаю».
Думается, что именно от скрупулезной честности еврейских торговцев и берет свое начало та дотошная мелочность в расчетах, которая позволила антисемитам говорить о том, что «еврей за копейку удавится». Согласитесь, что для того, чтобы получить хоть какуюто прибыль с торговли, не нарушив ни одного из вышеперечисленных запретов, еврейский продавец – особенно если речь идет о мелком торговце! – и в самом деле должен был дрожать за каждую копейку: ведь, как правило, именно эта копейка и составляла его прибыль.
Однако, предписывая честное поведение продавцу, иудаизм ждет того же от покупателя. Например, согласно Талмуду, запрещено пробовать находящиеся на прилавке фрукты, если человек не собирается их покупать, – такие действия также приравниваются к воровству. Запрещено также отвлекать продавца без нужды от дела и спрашивать, сколько стоит та или иная вещь, если человек заведомо не собирается ее покупать.
Если продавец ошибся и выдал сдачу больше, чем полагалось, ее следует немедленно вернуть. Если же какая-то ценная вещь продается по цене значительно ниже рыночной изза неведения продавца, то покупатель не имеет права воспользоваться его наивностью и должен напомнить продавцу среднюю рыночную стоимость данного товара.
177