П. Люкимсон. «Бизнес по-еврейски 3: евреи и деньги»

«И не сжимай руки своей…»

Способность к благотворительности и милосердию является, с точки зрения иудаизма, одним из главных качеств, отличающих человека от животного, делающего его, как говорили римские философы, «гомо моралис» – существом нравственным. И потому заповедь о помощи бедным всегда рассматривалась еврейскими мудрецами отнюдь не как заповедь, данная только евреям, а как одно из фундаментальных указаний Всевышнего, в равной степени касающееся представителей всех народов.

Общество, отвергающее это указание, лишается права на свое существование, и именно отказ от благотворительности и милосердия, а отнюдь не сексуальная развращенность, и стал причиной гибели Содома и Гоморры.

Согласно Устной Торе, основной грех жителей этих чрезвычайно богатых городов заключался в том, что они попрали законы правосудия и оказания помощи бедным. Уверенные в том, что они обрели богатство исключительно благодаря собственному трудолюбию и деловой хватке, они с презрением относились к нищим, время от времени забредавшим в их города. Бедность, с их точки зрения, была пороком, и потому в Содоме был принят закон, категорически, под страхом смертной казни, запрещающий подавать нищему и кормить его. Другой мидраш сообщает, что они изобрели особо изощренный способ борьбы с нищими: им можно было подавать, но на поданные содомитянами деньги нищим нельзя было продавать ничего съестного. Поэтому они протягивали появившемуся на улицах нищему специальные монеты, на каждой из которых было помечено имя ее владельца. С этими монетами нищий отправлялся в лавку, чтобы купить себе хлеба, но лавочники, увидев «крапленые монеты», наотрез отказывались ему что-либо продавать. В конце концов он умирал от голода, и тогда содомитяне подходили к его трупу, разбирали свои монеты и клали их в кошельки – до прихода следующего нищего. Так продолжалось до тех пор, пока в Содоме не поселился с семьей племянник Авраама Лот. Воспитанный в доме Авраама, Лот впитал в себя и сумел передать своим детям столь принятые в семье его дяди традиции гостеприимства и милосердия. И когда в Содом снова забрел какой-то нищий, старшая дочь Лота, пожалев его, стала тайком передавать ему пищу. Прошел день, другой, третий, а нищий продолжал жить в городе и не думал умирать с голода. Озадаченные столь странной живучестью попрошайки, жители Содома решили проследить за ним и вскоре увидели, как дочь Лота под покровом темноты передает ему пищу. Обвиненная в нарушении законов города, девушка была приговорена к сожжению (по другому мидрашу, ее тело обмазали медом, после чего на девушку накинулся пчелиный рой). Душа дочери Лота, говорит далее мидраш, вознеслась ввысь и возопила ко Господу о бесчеловечности жителей Содома, и именно об этом вопле, утверждает мидраш, и говорит Всевышний в Торе: «Услышал Я, каким громким стал вопль Содома и Гоморры, и о том, сколь тяжким стал их грех».

Наиболее подробно и предельно ясно обязанность каждого еврея жертвовать деньги на благотворительные цели, помогая бедным, излагается в главе «Ръэ» («Смотри») пятой книги Торы «Дварим». Пристрастный и внимательный читатель мгновенно обратит внимание на содержащийся в этой главе целый ряд противоречий. Сначала – в 4-м стихе 15-й главы Тора говорит:

«Но не будет у тебя нищего, ибо благословит тебя Господь на земле, которую Господь, Бог твой, дает тебе в удел для овладения ею».

Но в той же главе уже в стихе 7-м говорится на первый взгляд прямо противоположное:

«Если будет у тебя нищий, один из братьев твоих на твоей земле, которую Господь, Бог твой, дает тебе, не скрепи сердце твое и не сожми руку

102

П. Люкимсон. «Бизнес по-еврейски 3: евреи и деньги»

твою от твоего брата нищего. Но открывай, ты открывай свою руку ему, и давай, давай ему под залог по мере нужды его, чего недостает ему. Береги себя, как бы не было на сердце твоем бесчинной речи сказать: “Близится седьмой год отпущения”, и озлится твой глаз на твоего брата нищего, и ты не дашь ему, и он воззовет из-за тебя ко Господу и будет на тебе грех. Давай, давай ты ему, ибо за это речение тебя благословит Господь, Бог твой, во всех делах твоих и во всем, к чему приложена твоя рука. Ибо не переведется нищий на земле, и поэтому Я заповедую тебе, говоря: “Открывай, открывай руку свою твоему брату, бедному твоему и нищему твоему, на твоей земле”».

Итак, с одной стороны, Творец обещает евреям, что среди них не будет нищих, а с другой – Он же говорит о том, что «не переведутся нищие на земле», а значит, и в Земле Израиля. РАШИ в своих классических комментариях разрешает это противоречие, утверждая, что когда Тора говорит о том, что на Земле обетованной среди евреев не будет ни одного нищего, она имеет в виду, что всеобщее благополучие является наградой еврейскому народу за его верность заповедям Творца – в этом случае нищие будут у других народов, но не у евреев. В случае же, если евреи начнут нарушать эти заповеди, то нищие появятся и у них. Однако другие комментаторы вообще не видят здесь никакого противоречия, считая, что в вышеприведенных отрывках Торы говорится о двух совершенно разных видах нищеты – тех самых, которые потом Маркс назовет «абсолютной» и «относительной» нищетой. Говоря о том, что «не будет у тебя нищего», Тора имеет в виду именно абсолютную нищету: Земля Израиля настолько изобильна, что даже минимальный доход, самый скудный заработок должен позволять человеку прокормить свою семью и обеспечить ее самые первичные потребности – в куске хлеба, чтобы не умереть с голоду, и самой непритязательной одежде, защищающей от холода и не позволяющей человеку стыдиться своей наготы. В сущности, такое положение вещей остается в силе и сегодня в современном Израиле, где основные продукты питания крайне дешевы и доступны людям любого достатка. Известный израильский сатирик Марьян Беленький как-то заметил, что в стране, где минимальная, нищенская зарплата установлена в размере 17 шекелей в час, а килограмм карпа стоит 14 шекелей, для того чтобы умереть с голоду, нужно очень сильно постараться.

103

П. Люкимсон. «Бизнес по-еврейски 3: евреи и деньги»

В еврейской благотворительной столовой

Раздача фруктов и овощей нуждающимся в современном Израиле

Но во втором отрывке Тора имеет в виду не только абсолютную, но и относительную нищету. В любой, даже в самой процветающей стране всегда будет существовать разница в доходах богатых и бедных. Даже если у бедняка есть корка хлеба, это еще не значит, что он перестал быть бедняком по сравнению с тем, кто каждый день ест булочку с маслом и красной икрой. И в этом случае за наиболее обеспеченными представителями общества сохраняется обязанность делиться с бедными, восстанавливать социальную справедливость, давая им цдаку, которой должно хватить если не на ту же красную икру, то хотя бы на масло.

РАШИ также обращает внимание на то, что понятие цдаки предусматривает такое пожертвование, которое позволяет человеку получить то, «чего недостает ему», то есть обеспечить ему тот уровень жизни, к которому он привык и которого ему теперь «недостает». А уровень этот у каждого свой: например, бедняку, который всю жизнь довольствовался в день буханкой хлеба и горстью фиников, следует в первую очередь помочь так, чтобы у него были средства на покупку этого хлеба и фиников. Но, допустим, некий состоятельный еврей, привыкший к тому, чтобы ему прислуживало множество слуг, разорился, продал в свой дворец и, переехав в небольшой дом, стал вести скромный образ жизни, обходясь без прислуги. В этом случае ему будет недоставать очень многого: коня, просторного дома, дворецкого, горничной. И цдака должна помочь ему хотя бы частично восполнить эти потери.

Именно так понимал заповедь о цдаке великий еврейский мудрец Гилель, которого однажды ученики увидели идущим по рынку за каким-то человеком и обмахивающим его сзади опахалом. Когда они задали вопрос Гилелю, что он делает, тот ответил, что выполняет заповедь о цдаке: когда-то этот еврей был очень богат и привык к тому, что позади него постоянно шел слуга с опахалом, отгоняя от него мух и доставляя приятную прохладу.

104

П. Люкимсон. «Бизнес по-еврейски 3: евреи и деньги»

Согласно Торе, этому человеку положена цдака в размере, позволяющем ему нанять опахальщика. Однако так как у самого Гилеля не было денег для этого, то он и решил выполнить заповедь тем, что сам на какое-то время стал этим опахальщиком…

Автор прекрасно понимает, что эта история вызовет у большинства читателей в лучшем случае ироническую усмешку, а между тем она наглядно демонстрирует всю философскую глубину заповеди о цдаке.

Из вышеприведенного отрывка следует также, что даже тот, кто сам живет на цдаку, должен выделять определенную часть своего дохода на помощь еще большим или таким же, как и он, беднякам. Правда, если человеку и в самом деле нечего дать, то есть всего, чем он обладает, хватает лишь, чтобы в данный момент он и его семья не умерли с голоду, то такой бедняк свободен от выполнения заповеди о цдаке. При этом и в Торе, и в книгах пророков, и в Талмуде неоднократно подчеркивается, что размер цдаки не имеет значения:

ипожертвование, сделанное богачом, и пожертвование из рук бедняка имеют для Творца равную ценность, как равную ценность имеют для Него принесенные в Храм для жертвоприношения бык от богача и голубь от бедняка. (А основатель хасидизма Бааль Шем Тов утверждал, что пожертвование бедняка для Всевышнего куда более ценно, так как тот, как говорится, отрывает от себя последнее).

Еврейские источники предоставляют немало примеров того, как, стремясь выполнить эту заповедь, многие жившие в крайней бедности мудрецы делились последним куском хлеба с постучавшимся к ним в дверь нищим, отнюдь не рассчитывая при этом на получение какой-либо награды за ее исполнение.

Есть в еврейском фольклоре и замечательная история о нищем, жившем в неком польском местечке и так активно собиравшем милостыню, что жители местечка начали подозревать, что он отнюдь не так беден, как притворяется. Умирая, этот нищий завещал положить к нему в могилу исписанную им толстую тетрадь, запретив заглядывать в нее. Однако любопытство переселило запрет покойного, и в тетрадь все-таки заглянули. В ней оказался подробный отчет о том, как этот человек всю жизнь распределял свою милостыню среди других бедняков, стыдившихся протянуть руку за подаянием…

Слова «один из братьев твоих, в одних из врат твоих» трактуются большинством комментаторов как указание первым делом оказывать помощь своим самым близким родственникам, затем соседям, потом беднякам своего города (сидящим «в одних из врат твоих»)

илишь затем всем остальным. Дважды повторенное «открывай, ты открывай руку свою», по мнению РАШИ, говорит о том, что, оказав кому-либо одноразовую помощь, человек не может считать, что он уже выполнил заповедь о цдаке и больше выполнять ее не обязан. Нет, нуждающемуся следует помогать каждый раз, когда он обращается к тебе за этой помощью. Затем идет дважды повторенное «и давай, давай ему под залог», из чего следует, что лучше всего цдаку давать именно деньгами. Причем не в виде небольшой милостыни, а в виде приемлемой денежной ссуды, которая позволила бы нищему приобрести профессию, заняться торговлей – словом, начать обеспечивать себя и таким образом вырваться из круга нищеты. В то же время слова «давай… по мере нужды его» подчеркивают, что дающий вовсе не обязан обогатить бедняка, одаривая его сверх того, в чем он действительно нуждается.

Ктем же, кто не в состоянии подавить свою природную скупость, кто боится дать ближнему в долг, потому что близится седьмой год, год прощения долгов, и тот может этот долг не вернуть, обращены слова предостережения:

«Береги себя, как бы не было на сердце твоем бесчинной речи сказать: “Близится седьмой год отпущения”, и озлится твой глаз на твоего брата нищего, и ты не дашь ему, и он воззовет из-за тебя ко Господу, и будет на

105

П. Люкимсон. «Бизнес по-еврейски 3: евреи и деньги»

тебе грех. Давай, давай ты ему, ибо за это речение тебя благословит Господь, Бог твой, во всех делах твоих и во всем, к чему приложена твоя рука».

Смысл этого предостережения заключается в том, что человеку, ревностно исполняющему заповедь цдаки, гарантируется благосклонное отношение Бога и ее исполнение не только не приведет к уменьшению его капитала, но и, наоборот, в итоге неминуемо воздастся ему сторицей, сделав его еще более богатым. Тот же, чей глаз озлится «на твоего брата нищего», сам, как говорится в сборнике комментариев Сифре, «станет братом нищему», то есть таким же нищим, как и он.

И, наконец, с этой точки зрения становится окончательно понятным, что фраза Торы о том, что «не переведутся нищие на земле» (пусть даже и весьма «относительные нищие»), является не проклятием, а благословением. Ведь само существование бедняков позволяет людям реализовать великую заповедь благотворительности, стать активными вершителями установления справедливости в мире, выступая, таким образом, в роли партнеров самого Творца Вселенной.

106